Семь дней, чтобы остаться.

pov Агата

      Утренний дождь ритмично стучится в панорамное окно, одинокими дорожками стекая по стеклу. Мне не хочется открывать глаза, чтобы видеть эту картину. Достаточно лишь звука для воображения…       Шелест ветра вперемешку с ливнем путающим листву, как самая гармоничная музыка, сопровождает моё рвение оказаться в центре событий. Босиком ступая на террасу, холодный ветер обдувает меня со всех сторон, посылая приятные мурашки. Я поднимаю лицо к небу, встречаясь с несущимися вниз каплями воды. Вглядываясь в серую гладь, ощущаю себя главной героиней чёрно-белого фильма. Будто ищу истину, скрывающуюся в нём, в бесконечной дали, которая овладевает и путает мысли. Капли дождя оставляют яркие пятна на моем лице, шее, груди, окрашивая всё вокруг в яркие цвета. Бесцветное пространство наполняется энергией, жизнью. Меня до кончиков пальцев окрыляет чувство счастья. Мокрые волосы путаются, а футболка плотно облегает тело, что совсем не волнует меня. Ведь я улыбаюсь. Мне хочется забыться в этом моменте. Здесь моё спокойствие. Здесь настоящая я.       И всё же я открываю глаза, чтобы взглянуть на реальность. Она разбивает вдребезги мой маленький мир иллюзий, в котором я ощущаю себя счастливой. Безразлично уставившись в потолок, я по инерции провожу ладошкой по пустующей второй части кровати. Её холод пробирается до самых костей, вынуждая меня поежиться и отдернуть руку. Новый день. Новое начало. — Начало, которое ты никак не можешь положить, Агата? — подумала, сама над собой насмехаясь.       Иногда мне кажется, что во мне скрываются две сущности. Одна думает трезво, не поддаваясь никаким эмоциям, сосредоточенно обдумывая все сложности и находя к ним правильный подход. Вторая же отбрасывает первую, позволяя чувствам взять верх, захватить здравый рассудок, добровольно идя в жерло вулкана. Они преследуют совместную цель. — Цель? — прошептала. — Я окончательно запуталась в себе…       Мне не хочется вставать с тёплой кровати. Не хочется выходить на работу. Ничего не хочется. Лучше бы я осталась в своих сладких сновидениях как тогда, в объятиях…никого.       Поднявшись с кровати, я прошлась по периметру своей комнаты. Раньше я любила здесь просыпаться, проводить свободное время. Это было моим личным пространством, местом, где я могу побыть с собой наедине. Сейчас же это моя собственная клетка. Стены уже не кажутся такими приветливыми, они угнетают, от них веет тоской, одиночеством.       Помню, как долго разрабатывала интерьер, тщетно выбирала подходящую мебель, её цвета. Потратила уйму денег и времени на осуществление своей прихоти. Но теперь всё это казалось пустышкой. Ненужной пустышкой.       Ещё раз взглянув на тусклый свет, исходящий из окна, я накинула поверх пеньюара шёлковый халатик и направилась в ванную, чтобы привести себя в подобающий вид. Большое зеркало с подсветкой отлично улавливало все мои недочёты. Под глазами от постоянного недосыпа появились тёмные круги, губы бледные, а здоровый румянец уже давно покинул моё исхудавшее лицо. Я усмехнулась, безразлично смотря на своё отражение. — Что с тобой стало? — спросила я у неё.       Спросила. И каждое утро спрашиваю, надеясь услышать внятный ответ. Но она молчит.       Я умылась холодной водой, приводя себя в чувство. Тяжело вздохнув, вернула на лицо ежедневную маску счастливого человека, которым никак не являлась. — Улыбнись.       После принятия душа я ощущала себя гораздо лучше. Удачно высушила волосы, уложив их в изысканные волны. Схватилась за косметичку — мою верную спасательницу каждое утро. Лёгким движением руки нанесла искусственный румянец на своё блеклое лицо; тщательно прокрасила ресницы тушью, подчёркивая выразительность глаз; немного добавила теней в районе выступающих скул. Далее по плану был прозрачный блеск, но моя рука извлекла алую матовую помаду. — Нет-нет, — прошептала себе в отражение устало улыбаясь.       Но мне так хотелось почувствовать себя живой. Привнести в свою жизнь хоть какие-то яркие краски, например, как сегодняшние капли дождя. Может, это и есть та капля? — Действительно, Харрис? Помада? — смеялось подсознание.       Прикоснувшись приятным средством к губам, я остановилась. Эта затея казалась мне безумной и совершенно несуразной. Но рука настойчиво выводила контур, красиво перекрывая бледные губы. — Тебе идёт, — прошептала, смотря на незнакомку.       Возвращаясь в комнату, мой взор перфекциониста уцепился за беспорядок на прикроватной тумбочке. Альбом валялся, а его фотографии, словно маленькие дети, разбежались по всему периметру. Я подняла первую попавшуюся, глядя на снимок. Это был тот самый «неловкий» кадр на смотровой площадке Ратуши… Искренняя улыбка дрогнула на моих губах, а глаза застелила пелена подступающих слез.       По возвращению, я распечатала все имеющиеся снимки и сейчас частенько их рассматриваю, вспоминая события, произошедшие со мной.       Подходя к гардеробной, я знала, что надену в сегодняшнюю дождливую погоду. Выбрав бежевый комплект белья, я вынула чёрные брюки прямого кроя и широкую белую рубашку. Верхняя одежда состояла из бежевого пальто ниже колен. Мои ножки сегодня украшали ботильоны на высокой шпильке. Нарядившись в это убранство я нацепила на себя аксессуары, дополняя ими образ. Несколько пшиков дорогого аромата и любимый шарфик горчичного цвета — были завершающим элементом.       Ритмично стуча каблуками я спускалась по лестнице, придерживаясь за перила. Как только последняя ступень осталась позади, ко мне подбежала наша служанка Марта. — Доброе утро, мисс Агата! Завтрак уже на столе, — улыбнулась рыжеволосая, не скрыв своего удивления, видя яркий оттенок на моих губах. — Доброе утро, Марта, — сухо ответила ей.       Вручив ей свою верхнюю одежду, я направилась в сторону столовой. До недавнего времени Марта каждое утро сообщала меня о завтраке, стуча в комнату. Раньше меня это совсем не раздражало, но после возвращения из Стокгольма я стала замечать за собой агрессию на всех и вся. И после одного «удачного» взрыва, — конечно моего, ноги её больше там не было. — Доброе утро и приятного всем аппетита, — сказала, заходя в помещение.       Они уже вовсю уплетали завтрак, не дождавшись меня. Только Аннет смиренно молчала, не притрагиваясь к еде, прожигая мою персону пристальным взглядом. Единственная, кто видит мои повадки. Я вздернула подбородок, безразлично смотря ей в глаза.       Моё поведение за последнее время её очень удивляет и беспокоит. Я понимаю, действительно понимаю причину её беспокойства. Ведь сейчас я больше похожа на куклу, машинально выполняющую свои обязанности, нежели на человека, который живёт. — Доброе утро, — поприветствовала меня Элиза. — Привет, — слабо улыбнулся Данте. — Присаживайся, дорогая, — с тёплой улыбкой пригласил меня Чарльз к столу. — Спасибо.       Тётушка как глава семьи сидела по центру, я же присела по правую сторону от неё. Критический взгляд Аннет растаял, и она спокойно обернулась ко мне, одаривая улыбкой.       Конечно, не свойственный цвет моих уст привлёк их внимание. — Сегодня какой-то особенный день, Агата? — спросила моя тётушка. — Ты так сияешь!       Мой уголок губ ехидно пополз вверх.       Да! Прошёл ровно месяц после моего стыдливого бегства. Нестерпимые 4 недели, 730 часов, 43 829 минут вдали от него. — Нет, мне просто захотелось немножко поэкспериментировать, — подмигнула. — И не забывай, у нас сегодня очень важная встреча. — Такое забудешь, — фыркнула она. — Эксперимент удался, — отметил кузин. — Тебе походит, — смущённо добавила кузина. — Благодарю, — кивнула я.       Прошёл целый месяц с того момента как я убежала, оставив его. После этого, я больше не произносила это имя в любом виде. Не посмела.       Как только я вернулась в Лондон, то отклонила все свои проекты, оставляя только один. Мне было глубоко наплевать, что обо мне подумают заказчики. Я вежливо выразила свою позицию и они должны были меня понять, хотя бы попытаться. Лучше уж отказаться от проекта, чем не суметь предоставить качественный продукт.       Я осознанно вошла в бизнес Аннет и теперь всё своё свободное время просиживаю в четырёх стенах офиса, как всегда обещала себе не делать.       Познакомилась с Кристофером, которого ненавидела всей душой, но на удивление он оказался прекрасным человеком. Он не настаивал на свадьбе, чего не скажешь об Аннет, которая заметила мой дружеский интерес к его персоне. Мы провели с ней ещё несколько соответствующих бесед, расставляя все точки над «i». Крис изначально считал, что если я не согласна сейчас, то и со временем не соглашусь на его предложение. Мы остались хорошими знакомыми, иногда встречаясь за чашечкой чая в поместье Аннет.       Я поддерживаю общение со своей недавно приобретённой подругой из Швеции. Рэйчел я звоню хотя бы три раза в неделю. Она стала для меня очень близким человеком. Единственной, кому я могу излить свою больную душу. Она прекрасно знает, что меня мучает совесть, ведь видела мои опухшие глаза в тот злополучный день. Всегда говорит: — Ты поступила так, как подсказывало твоё сердце.       Охх, если бы она знала, что моё сердце подсказывало совершенно иной путь. Знает. Рэй хорошо понимает, что мне интересно узнать о нем хоть несколько слов, но упёрто продолжает игнорировать меня, говоря: — Мне нечего тебе сказать, Агата.       Я эгоистка. Я не имею права интересоваться его жизнью. Боюсь услышать, что он живёт, в то время как я просто существую. У меня нет сил и мужества, чтобы отправить ему эту чёртову смс. Да и зачем? Если я ушла, когда он говорил остаться…       Мне не хочется осознавать, что он радуется каждому новому мгновению, когда я каждый день проживаю и безэмоционально возвращаюсь в холодную кровать. Ищу его в каждом человеке. Его прекрасные голубые глаза, смотрящие прямо в душу, ехидную ухмылку, пьянящий аромат и бархатные нотки, которые всегда говорили такое нежное — каттен, вынуждая моё сердце биться быстрее.       Я схожу с ума? — Агата, милая, — прошептала Аннет, касаясь моей руки, выводя меня из мыслей. — Ты не притронулась к еде, поешь хоть немножко. — Я не… — Пожалуйста, меня очень беспокоит твоё состояние и я не понимаю, чем это обусловлено, но я прошу тебя хотя бы не мучать себя этим, — сказала она шёпотом. — Хорошо, — на выдохе ответила я.       Я пыталась, но мне ни один кусок в горло не лез. Большое пиршество для нескольких человек вызывало у меня тошноту. — Кстати, — спохватилась женщина, — когда Рэйчел одарит нас своим визитом? — улыбнулась она.       О Линд я была вынуждена оповестить Аннет, так как принимать невиданную гостью в своё поместье она бы не стала. Я переживала о том, как сложатся их отношения. Старшая Харрис слегка придирчива к новым людям в нашем скромном окружении. Но на удивление они быстро нашли общий язык. Что я имею ввиду, говоря, — нашли общий язык? Она настолько прониклась моей подругой, что не может дождаться её приезда. Тётушку радует эта девушка, ведь рядом с ней я постоянно смеюсь. — Можешь ставить счётчик, — не смогла сдержать улыбки я, — через три дня.       После завершения завтрака мы с Аннет обсудили дела компании. Я в офис, она же остаётся в особняке. Сегодня должна состояться одна из самых крупных сделок и всё должно выглядеть соответствующе. Тётушка предпочитает собственноручно под внимательным надзором следить за подготовкой. Вместо прекрасного ресторанчика в центре Лондона без лишних хлопот, она выбрала нашу гостиную для проведения торжества. А я что? У меня своих забот достаточно.       Очередная поставка антиквариата была не вовремя приостановлена. Постоянные клиенты в последний момент отказались от товара. Я совру, если скажу, что в очередной раз она должна была сорвать крупный куш. Мы вложили огромную сумму на перемещения товара в нужный уголок мира. Наша компания занималась доставкой из-за заранее оговорённых условий. По всей видимости, клиенты сочли предложение конкурентов выгоднее, отказываясь возместить ущерб. От юридических услуг мы решили на некоторое время отмахнуться, чтобы дело не набрало большой огласки.       Всё пошло коту под хвост и нам срочно нужно было выходить из поступающего кризиса. Эти две недели я была как на иголках, а про Аннет вообще молчу. Никогда не видела её в такой безысходности, как тогда. Она металась по особняку, не зная за что ухватиться, потому что впервые в жизни прокололась.       Единственным удачным решением было найти клиента. Как только весть о возможности банкротства фирмы разнеслась по всем источникам, к нам начали приходить СМИ. — Крысы! Вынюхали всё! — кричала она.       Довольно быстро она нашла заинтересованную личность, которая согласилась приобрести товар, при этом возместив все убытки. Вот только у него было ещё одно пожелание — четверть акций. Старшая Харрис вынуждена была согласиться, договариваясь о сегодняшней встрече. Это всё, что мне известно.       Сквозь пелену дождя, я добежала к машине. Выезжая из особняка, я обдумывала план действий.       Сначала мне нужно было решить свои дела с ребятами, а уже после ехать к нам в офис.       Вот так я и живу, разрываясь на двух работах.       Решив все вопросы со своими работниками, я связалась с заказчиками, чтобы удостовериться, что всё идёт своим чередом.        Моя маленькая команда всегда так радостно встречает свою начальницу, то есть меня. Каждого своего человека я находила совершенно случайно. Я собирала их, можно сказать, по крупицам. И отказаться от этого дела, было равным отказу от них, оставив без работы.       Отправляясь в офис, я устало потёрла переносицу, понимая, что снова окажусь в тюрьме мысленных терзаний, в которой к «полному» счастью — куча работы.       Я сидела, попивая очередную чашку кофе, и мне казалось, что если я возьму ещё одну, то мой организм меня «поблагодарит» остановкой сердца. Сегодня я фактически не спала, слушая с закрытыми глазами ливень за окном, который шёл всю ночь. Мне кажется, что я уже забыла, что такое здоровый сон. А мне так хочется уснуть, чтобы уловить несколько прекрасных сновидений, как в тот раз…

Сон Агаты

— Доброе утро, — потягиваясь на кровати, прошептала она. — Мой котёнок уже проснулся? — улыбнулся мужчина, нависая над девушкой. — Проснулся, — кивнула спутница, — и хочет ласки, — улыбнулась так, что на щечках появились ямочки.       Прикоснувшись своим носом к её, он нежно ласкался. А после опустился рядышком, притягивая девушку к себе в объятия, утыкаясь носом в пепельные волосы, вдыхая их аромат.       Она интуитивно обвила его талию руками, прижимаясь к разгорячённому телу, слушая биение сердца. — Мне с тобой очень хорошо, — прошептала зеленоглазая. — Хорошо, что ты осталась, — ответил шатен, целуя её в макушку.       Такой короткий, но такой запоминающийся. А если бы я действительно осталась? Поставила всё на самотёк? Было бы это так чудесно как во сне? И самый важный вопрос: какой бы выбор сделал он? — Кхм, мисс Харрис, — тихонько вошла моя помощница, — я принесла документы, которые вы просили, — улыбнулась она. — Хорошо, спасибо, — ответила такой же улыбкой, — сделай мне ещё один кофе. — Но это уже четвёртый по счету, — удивилась девушка, а в её голосе послышалось беспокойство. — Не беспокойся, просто сделай, — в спокойной форме ответила ей. — Как скажете, — кивнула она, поджав губы, и поспешила уйти.       Вот так моя яркая и полная эмоций жизнь превратилась в нечто подобное. Больше про путешествия я не вспоминала. Отправляясь в Стокгольм, я даже не могла предположить, что этот визит на неделю станет моим последним.       Я погрузилась в себя, в свою работу. Взяла на себя обязательства в компании Аннет, чтобы отвлечься от назойливых мыслей о нем. Чем больше я погружаюсь в работу, тем больше моё состояние ухудшается. Я недоедаю, у меня постоянная бессонница, стресс. Работа меня выматывает, но это единственный способ отвлечься. — Ты хотела сказать, — морально себя уничтожить…       Это только внутренние проблемы, снаружи я такая же жизнерадостная Агата, какой меня знали все. — Врёшь сама себе…       Вру. Агата Харрис стала равнодушна ко всему. Может, со временем это пройдёт, и я вернусь в своё прежнее состояние, не знаю…       Время — это понятие растяжимое. Иногда не хватает нескольких секунд для совершения задуманного, а иногда есть целая жизнь, но стимула двигаться вперёд нет.       Целеустремлённому человеку даже время нипочём, он будет упрямо следовать вперёд к своей цели. Проходя сквозь огонь и воду, только бы добиться желаемого. И если случится какая-то беда, он справится, не даст никчёмным чувствам овладеть разумом. Будет больно, но он справится.       А я справлюсь? Справлюсь ли я? Целый месяц бесполезных стараний и в результате я всегда тону в собственной пучине.       Характерная трель телефона отвлекла меня от мыслей. Это была Рэйчел. Эта девушка всегда со мной, хоть и очень далеко.       Привет, Агата! Нам срочно нужно поговорить. Это касается Алекса. Когда будешь свободна, обязательно позвони. — Алекс…       Впервые за месяц я произнесла его имя.

Воспоминания Агаты

      Сегодняшний сон никак не приходил. Сильная рука мужчины покоилась на моей талии, прижимая меня к себе. Алекс шумно выдыхал, уткнувшись в мои волосы. Нехотя высвободившись из плена его рук, я поднялась с кровати, спускаясь на кухню, чтобы выпить воды.       Оставив графин на столешнице, я упёрлась обеими ладошками в неё, тяжело дыша. — Думай, чёрт возьми, Агата! Думай! — злобно прошептала в пустоту.       Часики-то тикают, а я сейчас собираюсь вернуться в объятия мужчины, хотя до этого осознанно соврала ему. Мысли меня поедали изнутри. Они путаются, создавая полнейший бардак в моей голове. Часы отбивали 3:30. Зарывшись в волосы, я расхаживала по помещению, не находя себе места.       Вынув ручку и листочек из своей сумки, я уселась за стол, намереваясь написать такие сложные слова. Каждое моё слово сопровождали протестующие слёзы. — Мы слишком заигрались. — Это не та история любви, которая заканчивается счастливым концом и о которой сочиняют стихи. — Я готова была остаться в твоих объятиях навсегда, Алекс.       Когда записка, посвящённая ему, была дописана, я вынула ранее приготовленный конверт с деньгами. Руки дрожали. Мне хотелось отшвырнуть эту затею, возвращаясь в его объятия.       Но трезвый ум был сильнее только зарождающихся чувств.       Мне нет прощения. Всех извинений в мире не хватит, чтобы искупить свой поступок.       Оставив всё на столе, я поднялась наверх, собирая свои вещи в тишине, боясь сделать лишний шорох. Александр крепко спал, поэтому я позволила себе такую наглость, как почувствовать его сладкие губы в последний раз. Это было своего рода прощание, которое он даже не вспомнит.       Спускаясь по ступенькам, я оглянулась, окидывая дом печальным взглядом и побежала изо всех сил. Я прошла достаточное количество пути пешком, глубоко вдыхая холодный воздух, чтобы хоть как-то обуздать свои чувства. Было ещё темно. Ведь на дворе царила глубокая ночь.       Мне ничего не оставалось, как позвонить Рэйчел. — Алло, Агата? — на том конце послышался сонный голос. — Что-то случилось? — взволновано спросила она. — Да, ты мне нужна, очень, — дрожащим голосом от подступающих слёз прошептала я. — Ты сейчас где? — настойчиво спросила Рэй, а её голос стал более осознанным. — Убегаю. — От кого? — спохватившись подорвалась та с кровати, ища подходящую одежду. — От себя. От него. Ото всех.       Вот сейчас я действительно разрыдалась. — Никуда не иди! Стой на месте! Я сейчас приеду, — сказала на выдохе она.       Спустя 10 минут Линд была здесь. Девушка не могла скрыть своё удивление, смотря на моё опухшее лицо от слёз. Я молча уселась в её машину, избегая взгляда. — Я не понимаю, что, чёрт возьми, происходит! — крикнула она. — Агата… — Сегодня с утра я улетаю, отвези меня в отель, хочу собрать вещи, — безразлично бросила, пытаясь восстановить дыхание после недавнего срыва.       В душе образовалась пустота. — Почему ты плачешь? Где Алекс? И вообще, какого чёрта ты разгуливаешь в три часа ночи одна?! — не унималась подруга. — Он спит, я оставила ему записку и деньги, — прошептала. — Ты с ума сошла?! Ему же крышу снесёт! — резко притормозила она, да так, что я чуть не въехала в лобовое стекло своим «прекрасным» опухшим лицом. — А что мне оставалось делать?! — возмутилась, переводя взгляд на девушку. — Давай, Агата, мы возвращаемся, — схватилась она за руль, разворачивая его в противоположную сторону. — Нет! — я резко перехватила её руки.       Рэйчел среагировала молниеносно, останавливаясь на обочине. — Что нет?! Поговорите как взрослые люди! Я не нянька тебе! — шикнула блондинка. — Вот именно! Ты мне не нянька и прошу я от тебя только поддержки! — Почему ты хочешь убежать? — смирившись, она опустила руки успокаивая своё дыхание. — В какой-то мере я не убегаю, просто иду на предстоящий рейс, возвращаясь в свою страну. — Не попрощавшись, — добавила она. — Прощания не помогают, а делают только хуже… — Обдумай своё решение дважды, а то и трижды, Агата. — Я обдумала.       Девушка как-то с сожалением взглянула на меня и, кивнув своим мыслям, направилась в сторону отеля.       Мы вместе собрали чемодан. Всё время Рэйчел пыталась меня переубедить. Я же упрямо отказывалась её слушать. — Послушай… — Нет! Нет! Нет! Ещё раз нет!       Почему она меня не понимает? Я приехала сюда отвлечься от работы, но не забыться. Оставлять всё ради человека, которого я знаю семь дней — глупо! У меня всегда вовремя просыпался трезвый ум. Сейчас был именно тот случай, и я была уверена, что поступаю верно. — А это? — прошептала она, поднимая шарф горчичного цвета. — Это моё, — строго ответила.       «Девушка аккуратно сложив вещь положила её в чемодан, при этом про себя отметив, — это вещица Алекса, его частичка, которая уедет вместе с ней.»       Понемногу город начал просыпаться, я в тишине шагала на свой рейс. Ноги подкашивались, тело не хотело слушаться.       Рэйчел вызвалась провести меня в аэропорт. Когда мы остановились, а до посадки оставалось несколько минут, мы понимали — пришёл момент прощания. — Я испугалась собственных чувств, исхода. Поэтому решила прекратить это всё, даже не начавши, — внезапно сказала я, понимая истинную причину моего бегства. Я призналась себе. — А Алекс об этом знает? — осторожно спросила Линд, подходя ближе. — Нет, и не узнает, — отмахнулась. — Агата… — Мне было страшно прощаться, ведь я понимала, что не смогу уйти. Ты даже не представляешь насколько сильно моя жизнь изменилась за эту неделю. И сейчас я стою со своей подругой, которую также знаю всего неделю — изливая душу. Конечно, я испугалась. А как иначе? Рэйчел, такое поведение не свойственно мне. Да, я люблю путешествовать, а ещё я заядлый перфекционист во всем. Я люблю порядок, а в последнее время моя жизнь стала противоположностью — сущим беспорядком.       Она только молча заключила меня в свои объятия. — Каждый человек по-своему разный, у него свои понятия комфорта, счастья, в общем жизни. Я ни в коем случае тебя не осуждаю за твой выбор, он твой и только. Ты осознанно, обдуманно решилась поступить так, — она сделала акцент на этих словах. — Твоё сердце решило, что ему будет лучше не попрощавшись, — снова акцент. — Знай, мне это безумно не нравится. С уважением к тебе, я не буду об этом говорить Алексу, но и врать тоже не собираюсь. Я остаюсь в стороне. — Спасибо, — я уткнулась в её плечо. — Свяжись со мной когда прилетишь, хорошо? — посмотрела мне прямо в глаза своими серыми зеницами, оставляя нежный поцелуй на щеке. — Да…       Ступая на борт самолёта, я в последний раз оглянулась на улыбающуюся подругу и улыбнулась ей в ответ. Но сердце настолько сильно скулило по человеку, которого я оставила в постели.       Моё место снова пришлось около иллюминатора и каково было моё удивление, когда та самая старушка, что и в прошлый раз сидела рядом со мной. У меня не было сил на препирательства, поэтому я вежливо произнесла: — И снова здравствуйте, — усаживаясь в большое и удобное сидение. — Это снова ты? Как повезло нам снова встретиться, — усмехнулась она.       Эта женщина хоть и была пожилой, но выглядела максимум на 50. Стиль одежды был подобран со вкусом, волосы по плечи, лёгкий макияж, впрочем, как и в прошлый раз. Единственное, что выдавало её возраст — морщинистые руки. У меня не укладывалось в голове, как такая ухоженная женщина может произносить не самые приятные словечки? — Тебя настолько заинтересовала моя персона, что ты не можешь отвести своего взора, девочка?       Это её — «девочка» взбесило меня за считанные секунды. — Чего ты такая разбитая? — подметила она перед тем, как я набрала полные лёгкие воздуха, чтобы высказать ей всё, что о ней думаю.       Но моё рвение сразу же улетучилось стоило ей надавить, хоть и неосознанно, на мою свежую рану. — Вовсе нет, всё в порядке, — ответила. — Я не глупая женщина и вижу твоё состояние. В первую встречу ты была совершенно иной. Удивительно, как человек может измениться за семь дней, — лепетала она.       Я обернулась к иллюминатору, ловя глазами облака, не желая слушать её басни. — Потеряла ты единственную свою любовь и теперь же будешь жалеть всю оставшуюся жизнь… — Что вы сказали?! — я встрепенулась, оборачиваясь к ней.       Женщина как ни в чём не бывало пожала плечами, не понимая, чего я от неё хочу.       Иллюминатор встретил меня прекрасным видом. Я прикоснулась к окошку ладошкой, оставляя следы на таком мокром от холода стекле. Меня осенило: — Он мне работу предлагал, — прошептала, смотря на витающие облака. — Я…       Это самая глупая причина, по которой я бы смогла вернуться. Я стыдливо убежала и мне нет оправдания… — Мисс Харрис, — вошла моя помощница, прерывая мысли, — Ваш кофе. — Спасибо, — кивнула я, беря в руки отрезвляющий напиток.       Женщина, которая так упрямо доказывала порядок вещей в её жизни, сейчас же сама не придерживается своих слов. Эти семь дней изменили моё чувство комфорта и сейчас, когда я вернулась в Лондон, мне кажется, что мой порядок остался там. Принципы, которым я пыталась следовать всю свою жизнь просто рухнули в одну секунду. И я задаюсь вопросом, — как возможно так легко отступиться? Именно отступиться. Я отступила жить ярко, насыщенно, моментом. Я отступила от всего этого, потому что больше мне не хотелось. А почему? В тот момент я была уверена, что поступаю правильно, иного выбора не оставалось. Это абсурдно, оставаться с человеком, которого ты знаешь всего ничего.       Это всё оправдания, которыми я пытаюсь утихомирить свою бушующую совесть. Я сбилась с назначенного пути. Мой путь заключался в том, чтобы продолжать жить, как раньше. Но мне не хотелось.       Смотря на гору бумаги, которой я посвещу всё своё ближайшее время, охота нажать на несуществующий курок пистолета. Сделав глоток кофе, я в блаженстве прикрыла глаза, ощущая на кончике языка горьковатый привкус, который после сменился на тягучий сладкий. Спустя некоторое время…       Я опаздывала на встречу. Опаздывала на целых полчаса. На этой сделке или посиделках, называйте как вам будет угодно, я была вынуждена присутствовать. Как с недавних пор я согласилась помогать Аннет в компании, так и с недавних пор я стала неотъемлемым человеком на всех собраниях и сделках.       Ноябрьский ливень подливал масла в огонь, останавливая меня. Как все неудачно складывается! Я выбежала из офиса к машине. Усевшись на водительское сиденье, включила зажигание. Мой телефон зазвенел. Это была Аннет: — Да, тётушка, я уже еду, можете начинать без меня. — Гости настаивали на том, чтобы дождаться тебя, — с не меньшим удивлением в голосе сказала Аннет. — Постараюсь быстрее, — устало потерев измученные глаза, ответила я. — Только осторожнее, — в завершении сказала и положила трубку.       Я выехала на шоссе. Небо потускнело, опуская на город сумерки. Лондонские дожди имели свойство не заканчиваться. Иногда они радовали, это было в те моменты, когда я оставалась дома с чашечкой ароматного зелёного чая в руках, наблюдая за скатывающимися капельками в излюбленном кресле, закутавшись в тёплый плед. Но, когда ты едешь сквозь нерушимую стену воды, пытаясь хоть как-то разглядеть дорогу в десять метров, при этом опаздывая на важную встречу, о какой радости может идти речь? Тем более я чувствовала себя не очень хорошо. То ли количество выпитого кофе, то ли весть об Александре как гром среди ясного неба, сказалась на моем состоянии. Мысли путались, и я едва не сорвалась, чтобы набрать Рэйчел. Но всегда вовремя прерывала свою руку. Эта новость понесла бы за собой не очень хорошие последствия, весь вечер бы пошел по наклонной.       Спустя двадцать минут я была на месте. Остановившись, перевела взгляд на себя в зеркальце. Поправив выбившиеся прядки волос и горчичный шарфик, я вышла на улицу. Глубоко вздохнув, направилась в особняк, толкая входную дверь. Моему взору предстала Марта, обеспокоенно носящаяся туда-сюда. Видимо, слишком значимый гость… Заходя в прихожую, я натянула на лицо улыбку, на ходу придумывая, как буду извиняться за опоздание. — Мисс Агата, — окликнула меня Марта за шаг к гостям. — Слушаю, — обернулась к ней. — Вам принести чай? — Да-да, зелёный без сахара. — Я помню, — улыбнулась она и мгновенно скрылась из моего вида.       Делая заключительные шаги, я оказалась в прихожей. Все разом сконцентрировали своё внимание на мне. — Здравствуйте, извините, что заста…       Моя речь оборвалась, а весь кислород будто разом выкачали из моих лёгких. Я готова была провалиться сквозь землю, когда увидела те самые небесные зеницы. Это был Алекс. Это несомненно был он. — Кхм, а это моя племянница и по совместительству незаменимый человек в компании, — вмешалась тётушка, видя моё смятение.       Мне было все равно. Я смотрела на него, жадно хватаясь за каждую черту лица, пока мои глаза снова не остановились на его. Казалось, что в этом помещении все цвета померкли, оставляя только океанский взор. Это не были те самые глаза, которые смотрели на меня с нежностью и нескончаемым желанием. Равнодушие. Только оно. Мужчина безэмоционально отвечал на мой взгляд. Я пыталась найти отголосок тех безумных чувств, но нет. Сердце бешено заколотилось, в ушах зазвенело. Последней каплей была блондинка, сидящая рядом с ним. Её рука скользнула к его. — Агата? — поднялась Аннет, обеспокоенно вглядываясь в моё лицо.       Дыхание настолько участилось, что пульс уже отбивал в висках. Сделав шаг назад, я прислонилась к стене, хватаясь за шею, освобождая её от оков горчичного шарфа. Я смотрела, всё ещё смотрела в его глаза, а он на мой шарф. Грудную клетку больно сдавливало, от чего я поморщилась, хватаясь за стену. С каждым вздохом равновесие было сложно удерживать. Мои коленки подкосились. Чем больше я смотрела на его равнодушие, тем больше меня поглощала тьма. Я съехала по стенке, не сумев удержать баланс, словно безвольное тело не контролировало свои действия. Так оно и было. Груз давил уже давно на мои хрупкие плечи и я едва держалась, чтобы не сорваться. Но сейчас…сейчас я не смогла.       Клетка, в которую я собственноручно загнала себя.       Всё вокруг поплыло, пространство начало искажаться, менять цвета. Последнее, что я увидела — страх, проскользнувший в его глазах и такое же невозмутимое выражение лица. А после, бесконечная тьма…