Семь дней, чтобы остаться.

pov Агата

      Вот что никогда неизменно — Александр и его умение забирать здравые мысли по щелчку пальцев. Стоя около плиты, сильные руки моего мужчины опаляли обнажённые участки моей кожи, посылая по ней рой мурашек, а я без остатка терялась в нем, в его надёжных объятиях. Хотелось поддаться соблазну, но наличие сковороды в моих руках все испортило. Швед будто прочитал мои мысли, так как в следующую секунду донёсся бархатный шёпот: — Я пойду, — а зубы прикусили мочку моего ушка.       Не успела я вставить свои пять копеек, как он отстранился. А так хотелось крикнуть: «Не уходи, обними меня еще раз, мне тебя так мало. Ничтожно мало». Швед пошёл по направлению к лестнице, медленно поднимаясь по ступенькам, а я осталась стоять у плиты, помешивая завтрак.       Если бы не звуки готовки, мой разочарованный вздох, наверное, услышали бы все и даже смотритель, сидящий в своей каморке. Нильсен так и не взял меня на столе, и хотелось было возразить, напоминая ему об обещании, но мое тело требовало энергии в виде завтрака. Вчерашняя прогулка забрала абсолютно все силы. Сегодня хотелось лежать, довольствуясь его компанией, включая какой-нибудь интересный фильм. Стоило выбираться почаще на прогулки, а то последствия довольно неприятные. Моя задница за этот месяц сидела только на удобных креслах и в салоне машины. Сидячее положение и маленькая активность, что может быть еще лучше? Александр выглядел в разы бодрее меня, он привык к такому образу жизни. Да и я привыкла, только немного спину защемило, с кем не бывает?       Справившись с готовкой, я разложила приборы и завтрак на стол. Заварила чай, усаживаясь на стул и ожидая спутника. Он вовремя спустился, а я, уперевшись на ладони, устремила взгляд в одну точку. Но внимание сразу переключилось на шведа, стоило ему остановиться передо мной. На нем были одни спортивные штаны серого цвета. Душу дьяволу отдала бы за такое тело! Я громко вздохнула, любуясь красотой Аполлона. А как еще его назвать? Он у меня ассоциировался с шоколадом, но не простым, с нотками острого перца. Хитро улыбнувшись, я прикрыла ладонью рот и увидела нахмуренную мину напротив. Немой вопрос: «Я похож на клоуна?». Согласитесь, каждому бы захотелось иметь такого клоуна, как Нильсен. Иметь во всех смыслах. — Садись и не обращай на меня внимание, — пробубнила, расплываясь в очередной улыбке. — Приятного аппетита. — И тебе, — его уголки губ поползли вверх, он кивнул и принялся за еду.       А я все еще витала в своих думах. Вспомнилось, как в Стокгольме поддалась мысли, что мы будем вместе, и я шлепну его плеткой по заднице. А то, как подумала в пьяном состоянии, что он женат и имеет Еву в положении? Сумасшедшая, а он под стать мне. — Может поделишься? — заинтересованно спросил швед, бросая короткие взгляды в мою сторону. — Нууу, — протянула я, откусывая тост, — я вшпомнила наши шемь дней, — с полным ртом начала свой рассказ, — а пошле… — Прожуй сначала, — смеясь, прервал меня Александр.       Я проглотила большой кусок и поспешно запила его чаем, продолжая речь: — Мечтала шлёпнуть тебя плеткой по заднице, — выпалила на одном дыхании. — Когда ты к этому пришла? — удивился он, чуть ли не поперхнувшись. — Стоило мне тебя увидеть, — искренне улыбнулась, вспоминая наше первое прикосновение рук. — Вспоминаешь наше нелепое знакомство? — соблазнительно протянул швед. — Вспоминаю, — тихо рассмеялась, а картинки стремительно сменялись перед глазами одна за другой. — А я вспоминаю что-то другое и у меня вырисовывается вопрос: зачем тебе понадобились БДСМ принадлежности? — невозмутимо спросил шатен, продолжая трапезу.       А о чем разговаривают нормальные люди во время завтрака? — Взяла только флоггер, верёвки и повязку, но она была обычная, спальная, — задумалась на секунду, загибая по очереди пальцы. — А розовый вибратор? — насмешливо спросил он, оставляя приборы.       Угадайте, какого цвета мои щеки сейчас? — Откуда же мне было знать, что ты свалишься на мою голову? — задала логичный вопрос я, выгибая одну бровь. — А флоггер, кстати, это не плохое средство для защиты!       Александр молча поднялся из-за стола и оставил свою тарелку в раковине. Он упёрся в столешницу, складывая руки на груди, продолжая наблюдать за мной. Я только громко фыркнула, продолжая есть. Покончив с завтраком, приблизилась к столешнице, оставляя грязную посуду рядом с его.       Хитрый кот меня поджидал… Не успела я уйти, как оказалась на столешнице с раздвинутыми ногами. Александр устроился между них, кладя руки на мои бёдра. — Спасибо за завтрак, — произнёс он, мягко улыбаясь, но взор выражал совершенно иное. — Всегда пожалуйста. — И где сейчас твой флоггер? — соблазнительно протянул швед, начиная былой разговор.       Его ладони медленно скользнули за мою спину. Одним движением Александр развязал фартук, стягивая его с шеи и откидывая на стул, который стоял вблизи. — Ты сейчас беззащитна, — в голосе послышались хриплые нотки.       Ну вот и все! Поезд приехал. Моя конечная. Мужчина потянулся к шее, слегка сжимая ее своей рукой, вызывая внутри невыносимое желание. Губы настойчиво коснулись моих в сладостном поцелуе. Я притянула его ближе, сокращая расстояние до предела. Его горячий язык скользнул между моих губ, проходясь по ряду ровных зубов. Одной рукой Нильсен спустился к груди, с силой ее сжимая, второй же обхватил талию. Подняв ноги, я обвила его талию, а его ладони сместились на обнажённую спину, хаотично по ней блуждая. Внизу живота скапливалось напряжение, которое нужно было отпустить. Я простонала ему в губы, нетерпеливо ерзая на месте. Мои изворотливые пальчики зарылись в тёмные волосы спутника, перебирая пряди. Швед отстранился, опускаясь поцелуями на подбородок, шею, оставляя влажный след. — Сладкая, — шептал, в перерывах между ласками. — Самая желанная. — Алекс… — томно слетело с моих уст.       Снова впился в губы, не в силах насладиться. Вся жадность и прежние намерения улетучились, оставляя после себя нежность. Трепетные касания мягких губ, не перетекающие в нечто большее. Разрывая хрупкий поцелуй, мы подняли взор друг на друга и искренне улыбнулись. В его взгляде промелькнул пылающий огонёк, который в то же мгновение успокоил свое бушующее пламя. Александр притянул меня в объятия, оставляя поцелуй на плече. В следующую секунду он поднял меня на руки, со словами: — Лилла каттен…       Уткнувшись в его шею, вдохнула аромат, который за такой короткий срок успел стать таким родным. Я даже подумать не могла, что он такой заботливый. И такой мой.       Мы совместно приняли душ, кажется, что эта традиция зародилась еще в Стокгольме. Надели домашнюю одежду и спустились вниз, намереваясь отдохнуть на диванчике за просмотром фильма. Нильсен последовал к холодильнику и вынул банку с нутеллой, захватив только одну ложку. Я уже было хотела надуть губы, показывая высшую степень недовольства, как швед впихнул мне ее в руки. — Вдруг тебе захочется вовремя просмотра драмы съесть что-нибудь сладкое, — рассмеялся он. — Ты согласен посмотреть драму?! — встрепенулась я, устремляя удивлённый взгляд на шатена. — Где мой Александр и что вы с ним сделали?! — нахмурилась, протягивая ему ложку, успев замазать ее в шоколаде.       Александр без раздумий облизнул ее, расплываясь в довольной улыбке. — Иди сюда, сумасшедшая, — уселся на диван и притянул меня к себе.       Наш выбор пал на фильм «Полночное солнце». В нем рассказывалось о девушке по имени Кэти Прайс. Она с детства болела меланозом — непереносимостью солнечного света. Нахождение на солнце даже короткое время могло запустить процесс, который быстро приведёт к летальному исходу. Кэти вынуждена была вести «ночную» жизнь, а дни проводить в комнате с затемнёнными окнами. Один неверный шаг мог привести ее к смерти. Одна минута или же секунда. Актриса была очень красивой и ее с лёгкостью можно было сравнить с солнышком. Солнышко, которое светит ночью. Название об этом и гласит. У нее было только два близких человека: подруга детства Морган и отец, всю свою жизнь посвятивший дочери. Рыжеволосая сочиняла красивые песни под гитару и иногда по ночам пела их дежурному на железнодорожной станции неподалёку от дома. Как же тяжело смотреть на жизнь человека, который пытается принять всеми возможными способами, что он не такой как все. Она жила с этим, рассказывая нам с Александром свою историю. Я в первые же секунды прониклась ее судьбой, с большим восторгом ожидая дальнейших событий.       Далее нам открылся занавес правды о ее первой любви — Чарли. Детская любовь переросла во взрослую. Парень с копной рыжих волос и очаровательной улыбкой регулярно ходил мимо ее дома. Цвет его волос явно не пришёлся по вкусу шведу, видя в нем моего друга-британца. И вот, в свои 17 она пересеклась с ним и между ними разгорелось взаимное чувство. Господи, насколько она была счастлива, что даже мой мужчина не сумел сдержать улыбку. А я только нежилась в его объятиях, наслаждаясь моментом.       В один момент наши улыбки сползли с лиц. Чарли вовсе не знал о ее болезни, а она для него хотела казаться обычной девушкой. Кэти умалчивала и откладывала важный разговор на потом, в результате чего произошла трагедия… В голове мелькнула мысль, что неизбежное пришло. Она сделала неверный шаг. Очередное ночное свидание превратилось в ее судный день, после которого что-то изменить уже невозможно. Она не успела домой до восхода солнца. Внутри души присутствовала хоть малая надежда на счастливый исход. Парень только потом узнал о ее болезни и случившемся и, конечно, винил себя. — Нет… — прошептала я, когда услышала самое страшное.       Обследование показало, что короткое пребывание на солнце стало для Кэти фатальным. Отрицание неизбежного, вот что я чувствую. Все, что оставалось близким девушки — сделать её последние дни счастливыми. Я до самого конца надеялась на «долго и счастливо», но нет. Оставалось ещё полчаса, но я уже тогда знала, конец близок. Чарли делал все, чтобы она себя чувствовала счастливой в последние мгновения жизни. Проводил с ней все время, организовал запись в студии и выкладывал результаты в социальные сети. Песни девушки стали популярными, что означало, что одна из ее мечт осуществилась. Последнее, что сделала рыжеволосая, осуществила свою самую заветную мечту: днём отправилась с возлюбленным на морскую прогулку на яхте и наконец ощутила солнечное тепло. — Я не могу, — громко всхлипывая, прошептала. — Она должна жить, Алекс. — Она будет жить, — так же тихо соврал он, поглаживая мои волосы.       Жить. Где жить, Алекс? Под землёй? Он дал мне надежду на хороший исход, но она разбилась, впиваясь режущими осколками в сердце. Вот и все, конец. Девушка умерла. По радио прозвучала ее песня, которую она посвятила своему возлюбленному, а он прочитал ее прощальное письмо полное любви и благодарности за все, что он сделал.       Александр, сидящий рядом, смотрел на титры, не сводя с них глаз ни на секунду. Эмоции мужчины не были столь яркими как мои, но я успела догадаться, о чем он думает. Случайное обстоятельство может перевернуть жизнь с ног на голову или еще хуже, убить. Глубоко вздохнув, я попыталась совладать с эмоциями, которые так и выплескивались наружу. Каждый поток слез заедался одной ложкой сладостей. Можно смело попрощаться с талией. Я очень редко плачу в присутствии других, показывая свои настоящие чувства. Но в его компании я не стесняюсь быть собой. Той маленькой и ранимой девочкой, которая скрывается внутри и в определённые моменты вырывается наружу.       Швед шумно выдохнул, фильм оставил неприятный осадок на душе обоих. — Постарайся успокоиться, — с лёгкой улыбкой сказал он.       Кто бы сомневался, что его позабавила эта ситуация? Никто. — Угораздило тебя смотреть этот фильм! — всхлипывала, злобно толкнув его локтем в бок, пока мужчина, смеясь, вытирал мои слезы. — Давай этот, этот хочу, — злобно пародировала его ранние слова.       Зачерпнув очередную порцию сладости, положила ее в рот и нахмурилась, вспоминая душераздирающий конец истории. Иногда судьба слишком безжалостно поступает с людьми, которые больше всего заслуживают жить… — Это всего лишь фильм, — целуя в макушку, продолжал успокаивать меня своим спокойным тоном Александр. — Будто в реальности люди не умирают, — более спокойно ответила я, оставляя ёмкость с лакомством на столе, чтобы удобно устроиться на его груди. — Умирают, — согласно кивнул он. — Но со временем боль утихает, — поджал губы Нильсен, обнимая меня руками. — Мы учимся с ней жить.       Александр включил какую-то смешную программу, чтобы хоть немного разрядить обстановку. Мы решили провести целый день в компании друг друга. Конечно, мой мужчина предлагал пойти на развлечения для «взрослых» — прыжки на веревке с деревьев, поездки на троллеях и прогулки по качающимся деревянным мостикам. Звучит интересно, но мое тело, к превеликому сожалению, не поддерживает этот интерес.       Создавалось ощущение, будто я там, где должна находиться. Крайне странно звучит, но чувствуется такое тепло и уют на душе, что хочется остаться здесь еще на несколько дней, чтобы продлить бесценное мгновение. Но реальность ни меня, ни Александра не щадит. Мы понимаем, что придётся столкнуться с действительностью, ведь стекло на розовых очках уже давным-давно треснуло. — Что задумалась? — задал вопрос швед, выводя меня из мыслей.       Его длинные пальцы перебирали мои наверняка уже спутанные волосы. Я хоть и не видела, но всем своим нутром ощущала мягкую и беззаботную улыбку мужчины, которая появлялась в крайне редких случаях. — Придётся вернуться в Лондон, — обречённо вздохнула, прижимаясь к нему ближе. — А еще поговорить с двумя женщинами, — дополнил мое предложение шатен. — Спрашиваю чисто из любопытства, через сколько секунд после моего возвращения они сдерут с меня шкуру? — Не знаю, но мне предстоит разобраться с тётушкой и Кристофером, — тихо хихикнула я. — Неужто ждёшь извинений? — наигранно фыркнул швед. — А ты чего такой спокойный? — нахмурилась я, поднимаясь и встречаясь с небесными глазами. — А зачем мне беспокоиться, если ты моя? — он по-собственнически потянул меня вперёд, усаживая к себе на колени. — Или мисс Харрис иного мнения? — его уголки губ ехидно поползли вверх. — Мисс Харрис чувствует, что мистеру Кадогану есть что сказать, — улыбнулась так же хитро, желая ответить на его авантюру. — А что мисс Харрис чувствует по отношению к мистеру Нильсену? — сокращая расстояние между лицами до нескольких сантиметров, спросил шатен.       Я без лишних слов преодолела дистанцию, целуя с таким упоением его сладкие и до одури любимые губы, что Нильсен немедля углубил ласки. Влажные касания пьянили словно самый крепкий алкоголь. Он на меня действует не хуже, чем бутылка виски в самые кратчайшие сроки. — Чувствует она, видите ли, Кадогану есть что сказать, — недовольно пробормотал Александр, разрывая поцелуй. — Я вот тоже почувствовал, что Эмме есть что сказать. Как думаешь, мне стоит с ней поговорить? — Она была такой милой девушкой, — невзначай бросила. — Была? — удивился мужчина, скользя руками к ягодицам. — Сейчас она тоже ничего, — в своей манере усмехнулся Нильсен, — не то, что твой рыжеволосый друг. — Вы спали? — неосознанно слетело с моих уст.       Наши глаза встретились. Александр слегка нахмурился, а я невольно напряглась. — Мы… — на несколько секунд запнулся швед, озадаченный моим внезапным интересом. — Нет, мы не спали, — тут же собравшись, ответил он. — А хотелось? — прищурилась я, вынуждая того закатить глаза. — А ты? Ты позволяла касаться Кадогану тебя? Он целовал твою бархатную кожу? Срывал стоны? Что он делал? — угрожающе прошептал спутник. — Если бы я с тобой не встретилась снова, возможно, дала бы Кристоферу шанс, — логично рассуждала вслух. — Мой вопрос звучал несколько иначе, Агата, — напрягаясь каждой клеточкой тела, повторил мужчина. — Я стонала от удовольствия, испытывая неописуемые словами ощущения, — я заходила издалека, видя, как голубые глаза медленно потемнели, а на лице больше не играла лёгкая улыбка. — Мой розовый дружок и много других помогли мне в этом наслаждении, поэтому нет, я целый месяц не скучала настолько сильно, чтобы обращаться за помощью к Кристоферу.       Шумный выдох и пронзительный взгляд. Он смотрел на меня, не выражая ни единой эмоции. Но после расслабился, возвращая себе прежний вид и говоря: — Ты очень плохая, каттен, — тихо рассмеялся Нильсен, целуя меня в линию челюсти. — Я уже успел себе нафантазировать целую Санта-Барбару. Спасибо, что уберегла мою нервную систему от картинок вашей совместной ночи. Ей богу, я бы не пережил, — Александр наигранно схватился за сердце. — Ты меня пугаешь, — нахмурилась я, — то драму хочешь смотреть, то спокойно заводишь такую провокационную тему. Это мой больной сон? Да? — Мне просто с тобой хорошо, настолько, что я не задумываюсь о мелких проблемах в виде Кристофера или Эммы, которая с недавних времён вернулась на свою прежнюю должность. — Почему? — поинтересовалась, догадываясь о причине. — За попытку соблазнить и затащить меня в постель, — невозмутимо ответил Александр. — Возьми себе в помощники мужчину, — фыркнула, вспоминая еще одну «соблазнительницу шведов». — Мне приятна твоя ревность, — искренне рассмеялся он.       А меня внутри разрывало. «С недавних времён» и «попытка соблазнить и затащить в постель». Этого было достаточно, чтобы понять, что события происходили недавно, а, возможно, и в Лондоне. Меня передернуло только от одной мысли, как Алекс прикасается к ней, но слово «попытка» неслыханно успокаивало бушующее воображение. — Кристофер себе такого не позволял, — пожала плечами, приближаясь к его устам.       Языком прошлась по нижней губе, щекоча ее ласками. Неторопливо потянула ее на себя, кусая, пока швед наблюдал за моими действиями, не в праве вмешаться. — Хочу тебя, — едва слышно прошептала. — Перехочешь, — так же тихо, невесомо прикасаясь к моим губам. — Стоп-стоп. Что значит «перехочешь»?! — возмутилась я, резко отстраняясь. — Пора готовить ужин, лилия, — издевательски протянул Нильсен.       Это шутка такая, да?! Он не может так просто забрать у меня возможность расслабиться! Нахмурившись, я еще несколько секунд испепеляла его взглядом, а после резво подорвалась, слезая и направляясь на второй этаж. Поднимаясь по ступенькам, громко бросила: — Вот и готовь сам свой ужин! Не хочет он! — Я такое не говорил! — в оправдание бросил швед, заливаясь хохотом.       Но спустя пятнадцать минут я послушно спустилась и помогла своему мужчине, который только самодовольно усмехнулся. Мы приготовили прекрасный ужин, начиная и заканчивая трапезу в полном молчании. Еда, приготовленная совместными усилиями, всегда самая вкусная. Две пары рук взялись мыть посуду. Закончив с делами, Александр уселся на диван, а я в свою очередь вышла на свежий воздух. В мою голову пришла хорошая мысль. Почему бы не понежиться в джакузи под открытым небом? Осуществив задуманное, я поспешила в свою комнату, чтобы переодеться. Швед даже не обратил на меня внимание, продолжая глядеть на плазму.       Спускаясь по ступенькам в одном белье, я поймала на себе взгляд небесных зениц, с интересом рассматривающих мое тело. Стоило ему увидеть тот самый комплект, приобретённый им в подарок, как в глазах загорелся огонёк. Гордо задрав голову, я прошла на улицу, а внезапный порыв ветра тут же окутал тело, вызывая приятные мурашки. Ступая по холодной платформе, опустила ногу в бурлящую воду. Закатила глаза в удовольствии, постепенно опускаясь всем телом в горячий омут. Каждая напряжённая мышца тела расслаблялась. Прикрыв глаза, я отдалась моменту, слушая звуки окружающей природы и наслаждаясь тихой обстановкой. Холод в сочетании с теплом создавали свой контраст. Поистине невероятное чувство.       Я больше не смотрела на Александра, он вопреки своим желаниям отказался от меня. Не знаю сколько времени я лежала, довольствуясь одиночеством, но то, что наглая шведская задница решила присоединиться, я учуяла сразу. Открыв глаза, столкнулась с голубым взором. Мужчина жадно разглядывал мои черты лица, останавливаясь на губах. — Сил поднабрался? — едко усмехнулась, не желая отвечать на его явные знаки. — Хочу тебя, — сказал швед, приближаясь. — Перехочешь, — так же ответила с лёгким раздражением в голосе. — Нет.       Сказал — как отрезал. Нильсен упёрся в стенку джакузи, увлекая меня в свою сторону. Первое время я сопротивлялась, нарочно отодвигаясь от него и его губ, которые хотели поймать хоть один обнажённый участок. Но он был настойчив, вцепившись в меня мёртвой хваткой. — Мисс Харрис, — томно протянул Александр.       По телу тут же побежали мурашки, а ему удалось достигнуть своей цели, воспользовавшись моим секундным ступором. Горячие уста впились в холодную шею, постепенно опускаясь на ключицы, а руки усадили меня к себе на колени. — Извини, — прошептал он, чтобы отстраниться и разорвать верх его подарка на две части. — Купишь еще один, — рвано выдохнула, ощущая, как швед приник к груди своими устами.       Одна его рука потянулась за лубрикантом, наличие которого меня очень удивило, пока другая придерживала за талию. Отодвинув ткань белья, швед проделал задуманное и принялся ласкать меня пальцами, возбуждая еще больше. Я ерзала вперёд-назад, пока он поглаживал круговыми движениями клитор. Поднимаясь поцелуями вверх, наши губы встретились. Он вошёл сразу двумя пальцами, срывая с моих уст первый приглушённый стон. От новых ощущений голова шла кругом. Я нетерпеливо насаживалась на его пальцы, желая большего. Александр остановился, прекращая свои ласки. В следующую секунду мой долгожданный громкий стон скрасил округи леса, стоило его члену оказаться внутри. Разрывая поцелуй, я встретилась с голубыми зеницами, радужка которых потемнела. Первый толчок. Глаза в глаза. Мы больше не соединили губы, желая наблюдать за эмоциями друг друга. Я интуитивно выгнулась в спине, подаваясь навстречу страстному порыву. Нильсен входил медленно, продлевая наслаждение с каждым толчком. Внизу скапливалось напряжение, а движения сохраняли свой темп. Вспомнился наш особенный момент, когда он был так же нежен и не спешил. Я зарылась в тёмные волосы спутника, перебирая пряди кончиками пальцев. — Быстрее, — тяжело протянула, пытаясь взять процесс в свои руки. — Нет-нет, каттен, — оборвал меня он, снижая скорость до минимума. — Я хочу насладиться тобой сполна.       Скользя руками по его груди, видела с каким восхищением Александр наблюдает за мной. Открыто любуется. Резкий толчок до упора вынудил меня вскрикнуть. Делает, что ему вздумается! Еще один, такой же глубокий, а прежней нежности будто и не было. — Повернись ко мне спиной, сейчас же, — глухо прорычал он. — Что сделать?       Не успела я осознать, как оказалась прижата спиной к напряжённой груди. Снова потянулся к своему помощнику, а после вошёл… Сколько времени прошло, сказать невозможно. Но мы наслаждались каждой секундой нашей близости, доводя друг друга до исступления. Спокойствие и нежность с нотками страсти. Такие нужные касания и ласкающие слух слова. Только мы и лес. Тонуть одному в другом, наверное, это уже привычка. Растворяться, отдаваясь без остатка…       Спустя некоторое время, Александр вышел первым из воды, подавая мне ладонь. Кожа сразу же покрылась мурашками, а швед, заметив, как я поежилась, без раздумий поднял меня на руки, кутая в своих объятиях. — Я могу и привыкнуть, — тихо рассмеялась, обвив его шею руками. — А я уже привык, — мягко прошептал он.       Мы поднялись на второй этаж, и я пошла в свою комнату, надевая первые попавшиеся трусики. Когда вошла в нашу, то увидела своего шатена, стоящего около окна. Он с кем-то разговаривал по телефону на шведском. Кто звонит в такое время? Подходя вплотную, уткнулась в его спину, обхватывая руками за талию. Александр развернулся, продолжая свою речь, а я уже оказалась прижата к его груди. В мою голову пришла идея или то не исполнившаяся мечта. Плетки у меня, конечно, не было… Смачный шлепок пришёлся на его правую ягодицу, вынуждая того прикрыть глаза, продолжая невозмутимо разговаривать. Возможно, моя шалость влетит мне в приятные последствия. Тихо хихикнув, принялась покрывать его шею поцелуями. Александр начал напрягаться, и я отчётливо видела его желание поскорее положить звонок. Шведский язык был сложный для восприятия, но в то же время он был красивым. Я слушала с удовольствием его речь, исследуя тело спутника. Мои губы опустились на его грудь, и я намеревалась воплотить еще одну шалость, как швед без раздумий меня приструнил. Второй шлепок пришёлся уже на мою ягодицу. От неожиданности я вздрогнула. Мужская ладонь сильно сжала ее, а я отстранилась, заглядывая в его глаза. В голубом взоре читалось слишком многое, в любом случае оно имело свои последствия. Нильсен завершил ночной звонок, не сводя с меня взгляда. — Если ты еще раз такое сделаешь, когда я буду говорить по телефону, то на следующее утро не сможешь нормально ходить, — угрожающе прошептал Александр.       Я застыла в ступоре, а шатен самодовольно усмехнулся, продолжая буравить меня взглядом. — Почему тебе звонят в такой поздний час? — нахмурилась, задавая интересующий меня вопрос. — Это я позвонил, чтобы узнать все ли в порядке, — пожал плечами мужчина. — Сочувствую твоим работникам, — неодобрительно покачала головой я. — Тяжело игнорировать двадцать пропущенных, не так ли? — Это кто такой настойчивый? — откровенно удивилась. — Сэмюэль Макото, на которого я оставил свою компанию, — ответил швед, отстраняясь от меня, чтобы положить свой телефон на тумбочку. — За последний месяц он показал себя с лучшей стороны.       Тот самый Макото, о котором мне рассказывала Рэйчел. Интересно складывается ситуация… Из мыслей меня вырвали его действия. Александр, смерив меня еще одним взглядом, подошёл к своей половине кровати и, не церемонясь, на ней примостился, оборачиваясь ко мне спиной, пока я оставалась стоять. Конечно, меня возмутило такое поведение. Проделав такую же операцию, отодвинулась от него насколько это возможно. Казалось, что еще немного и я просверлю дырку в голове этой наглой персоны. Послышалось шуршание, и я встретилась с любимыми глазами, в которых читалась издевка. Громко фыркнув, развернулась, чтобы он не видел моего лица. В состоянии полудрема я почувствовала, как мой мужчина придвинулся сзади, обнимая своими руками. Он что-то неразборчиво пробубнил и уткнулся в мои волосы. Разучился спать в одиночку?! — Расслабься, — сонно прошептал швед, кончиками пальцев поглаживая обнажённый живот. Глубоко вздохнув, я отпустила напряжение. — Так-то лучше, спокойной ночи. — И тебе…       Утро встретило меня солнышком и тёплыми объятиями. Я повернула голову в сторону, видя, как Александр сладко посапывает. Невольно улыбнулась, аккуратно прикасаясь к его волосам. Сильные руки все ещё держали меня в своих цепях. Кончиками пальцев опустилась на его лоб, разглаживая едва заметную морщинку, очертила глаза, и приступила к губам, как завороженная их лаская. — Красивый, — тихо произнесла, а на его устах дрогнула улыбка. — Ты не спишь. — Не сплю, — ответил, открывая глаза и мимолётно целуя мои пальцы. — Хорошо хоть в рот не засунула. — Умеешь же испортить такой момент, — наигранно фыркнула я, сощурив глаза.       Сегодня наш последний день. Страшно представить, что будет дальше. Примет ли тётушка Александра и простит ли меня? Как отреагирует Рэйчел и сможет ли наладить отношения со шведом? Осознает ли Кристофер свою ошибку? А самое страшное то, что сегодня седьмой день и Александр совсем скоро уедет. Сердце сжалось, а дыхание непроизвольно участилось. Я вспомнила все наши переживания, его лицо после месяца разлуки и отношения друг к другу. Мною овладел страх, что это все повторится. Нет, не должно!       Все это время мужчина пристально наблюдал за мной и только спустя несколько минут нарушил тишину: — Знаю, о чем ты думаешь, — сказал он. — Я перенесу сегодняшний рейс на утро среды.       У нас еще есть два дня, включая этот. — А дальше что? — спросила я, слегка нахмурив брови. — А дальше посмотрим, — тяжело выдохнул Нильсен. — В Стокгольм лететь только два часа. Если не будет проблем с новыми заказами, то я смогу работать и дистанционно. — На что ты намекаешь? — придвинулась к нему ближе, желая поскорее услышать ответ. — Я думаю, Агата, — улыбнулся Александр.       Не знаю, сколько мы провели времени в кровати, но то, что пора вставать и готовить завтрак было очевидно. Но сначала мы пошли принимать душ. Водные процедуры несколько затянулись, стоило мужчине прижать меня к стенке. Он целовал любимое место, исследовал своими надёжными руками мое тело. За эти три дня у меня будто бы открылось второе дыхание. Давненько я себя не чувствовала такой любимой. Все мои отношения с мужчинами были построены на принципе взаимного удовольствия. А с ним я не чувствую каких-либо принципов и правил. Возможно, я с самого начала знала, что этот человек станет чем-то большим в моей жизни. С Александром я счастлива, радуюсь каждой мелочи, не боюсь своих эмоций. С ним я настоящая. — Знаешь, что я вспомнил? — сказал он, сквозь шум воды. — Ты так и не перенесла свои вещи в нашу комнату. — А есть смысл, если мы сегодня уезжаем? — улыбнулась я, получая поцелуй в щеку. — Мне так даже больше нравится, — рассмеялся он, — ты в одних трусиках. — Сейчас я без них, Нильсен, — лукаво улыбнулась, прикасаясь к его горячему телу…       Завтрак превратился в обед, который нам было слишком лень готовить, и мы пошли в кафешку неподалёку от домика. Смотритель улыбнулся и помахал нам рукой в знак приветствия. Мне здесь нравилось. Люди всегда дарили тебе улыбку, свежий запах хвойных деревьев сопровождал, стоило выйти на улицу, а Александр просто был рядом. Что может быть еще лучше?       Спустя некоторое время мы принялись собирать вещи. Когда я открыла чемодан, то увидела на дне альбом, который решила оставить на потом. Вынув драгоценную вещь, я присела на край кровати, как в первый раз открывая и разглядывая фотографии. Александр вовремя вошёл в комнату, заставая меня за этим занятием. Он заинтересованно присел рядом, рассматривая снимки. — Ты очень красивая, — сказал он. — Как и ты, — прошептала, переворачивая страницу.       Мужчина застыл на несколько секунд, завороженно глядя на наши совместные фотографии. Неудачные снимки, размазанные с нечётким изображением, абсолютно все хранились в этом альбоме. Его уголки губ поползли вверх. — Я не успел это увидеть, — так же тихо. — В первый день, как я приехал, мне посчастливилось взять его в руки, — признался швед. — Я догадывалась, — мягко улыбнулась, обращая на него взгляд.       Когда мы закончили сборы, Александр взял чемодан и сумку в руки, выходя на улицу. Я закрыла наш домик, обещая себе, что мы еще вернёмся сюда. Идя по ровной тропинке, я прощалась с этой прекрасной местностью, от которой веет спокойствием, которого мне так давно не хватало. Затем мы попрощались со смотрителем и дали ему слово приезжать еще. Я заняла пассажирское сиденье, а Александр место водителя, и машина тронулась с места, оставляя позади себя наше маленькое путешествие. Снова дорога и присутствие мужчины. Сменяющийся пейзаж и сумерки, опускающиеся на дорогу. — Еще заедем в одно местечко, — протянула я, поудобнее устраиваясь в салоне автомобиля. — Зачем? — удивился швед, отвлекаясь от дороги. — Хочу купить Рэйчел презент, чтобы долго не обижалась, — рассмеялась, вызывая ответную улыбку на устах мужчины. — Хорошо.

pov Александр

      Закончился наш отдых, так называемые «три дня подальше от реальности». Возвращается каждодневная рутина и маска серьёзного бизнесмена, целью которого является продвижение своего дела. В работе нельзя думать сердцем, мы же видим, какие последствия за собой повлёк мой поступок. Совру, если скажу, что плохие. Но впредь больше не буду этого повторять в обстоятельствах, связанных с другим человеком. Оставлять Агату я не собираюсь, достаточно было беготни. Всего лишь месяц, но мы упустили его, ссылаясь на гордость и обиды, хотя оба были заинтересованы друг в друге. И все же, это пережиток прошлого. Нас ждёт будущее. Какое? Не знаю, но хочу верить, что хорошее.

pov Агата

      Время пролетело незаметно. Мы разговаривали, слушали музыку и просто наслаждались тишиной. Я понемногу его узнавала, а он меня. Все было как у нормальных людей, в связи с последними событиями, это очень радует.       Машина остановилась в назначенном месте. Мы вышли и последовали в один из лучших винных магазинов в Лондоне. Швед никак не отреагировал на мой «подарок». Блондинка не то, чтобы любила выпить, она ценительница хорошего вина. Нас встретили приветливые люди, которые тут же предложили несколько вариантов. Дегустатором сегодня была я, так как Александр за рулём. Он только нахмурился, напоминая: «Вспомни, куда ты едешь и не дегустируй так много». В конечном результате я выбрала бутылку белого сухого, которое мне посоветовал мой мужчина. Видимо, он хорошо осведомлён о предпочтениях нашей совместной подруги. Расплатившись за покупку, мы вышли из помещения. Нильсен последовал вперёд, пока я бросала напоследок вежливости владельцу магазина.       Беззаботно улыбаясь, я зашагала к автомобилю. Но внезапно меня отдернули чьи-то руки назад, а бутылка вина от неожиданности выскользнула из них, разбиваясь на асфальте. Я встрепенулась всем телом, встречаясь взглядом с Александром, который поспешно вышел из машины. Разворачиваясь к нарушителю моего покоя, я увидела… — Какое приятное совпадение, — брезгливо выплюнул Кристофер, смерив меня своим придирчивым взглядом.