Это сложно

С каждой минутой в ней нарастал страх. Инеж так отчаянно хотела увидеть свою семью, но никогда не задумывалась над тем, что скажет им при встрече. Как она могла рассказать родителям о всех ужасах, что произошли с их единственной и горячо любимой дочерью, и на что ей пришлось пойти, чтобы выжить? Как сообщить им о том, что их маленькая девочка стала убийцей? Весь день они гуляли по городу, обсуждая все, что Инеж пропустила за время своего отсутствия, девушка засыпала их вопросами, желая как можно дольше не касаться болезненной темы. Казалось, родители и сами понимали, что им предстоит непростой разговор, и никто из них не хотел омрачать эти мгновения радости. Они не задавали вопросов, давая ей время и возможность рассказать все самой. В их лицах Инеж с грустью замечала последствия последних лет - морщинки в уголках живых глаз, седые волосы в черной шевелюре отца - подтверждение того, что для них это время тоже стало тяжелым испытанием. *** Поместье Бареллов оказалось неприметным семейным отелем, с местами облупившимся фасадом и очень гостеприимными хозяевами. Их провели в небольшой уютный номер, состоящий из гостиной и двух спален, здешнее убранство нельзя было назвать роскошным, но все детали интерьера были выполнены со вкусом. Она была благодарна Казу за выбор. Конечно, сейчас она могла позволить себе выкупить все номера в Гельдреннере, но вот объяснить родителям, откуда у нее такие деньги, не представлялось возможным. Намеренно долго осматривая комнаты, она чувствовала на себе испытующие взгляды. Нельзя было бесконечно откладывать этот разговор, они заслуживали знать правду. - Что вам уже известно? Они расположились в гостиной, заняв большой мягкий диван в центре комнаты. Инеж устроилась чуть поодаль, развернувшись лицом к родителям и подобрав под себя ноги. - Практически ничего, – неуверенно начала мама, – неделю назад в цирке появились незнакомые люди, которые сообщили, что знают о твоем местонахождении. Они представились солдатами короля, назвали этот город и сказали, когда отплывает корабль. Если честно, сначала мы им не поверили, мы так долго тебя искали... – женщина быстро посмотрела на мужа, ища поддержки. – Это казалось чьей-то глупой шуткой, но даже малейший шанс, что мы правда найдем тебя, стоил того, чтобы попытаться. - Они не сообщили никаких подробностей, лишь сказали, что ты оказала королю услугу в обмен на помощь в нашем поиске, – в глазах отца читалось сомнение, – но ты ведь не знала о нашем появлении сегодня, мне показалось, что оно стало для тебя неожиданностью. - Это так. Я действительно работала с людьми короля, но сделку заключил Каз, он знал, как сильно я хотела найти вас. - О, Святые, у меня столько вопросов! – женщина всплеснула руками. – Последние три года были… Ты ведь просто пропала! Когда мы вернулись, ожидая застать тебя спящей в фургоне, тебя нигде не было. Мы искали везде, в каждой деревне, на каждом клочке земли, мы… – ее голос сорвался, – мы боялись худшего. Но до конца не хотели в это верить. - Мам, я… – больше Инеж не смогла ничего произнести, в горле стоял ком. - Просто хочу, чтобы ты знала, как мы счастливы, что ты снова с нами, целая и невредимая. Это все, чего мы желали, все, о чем молились каждый день с того момента. Девушке удалось сдержать подступившие слезы, и она сделала глубокий вдох, собираясь с силами. - В тот день меня похитили работорговцы, – Инеж опустила взгляд, стараясь не смотреть на родителей, но все равно заметила, как мама прижала руку ко рту, а другой схватилась за отца, – вытащили из фургона и запихнули на корабль, отправляющийся в Керчию. Там были и другие дети. Девочки и мальчики, кто-то старше, кто-то младше. Но у всех была похожая история - их выдернули из знакомой жизни и везли в неизвестном направлении. Сколько бы времени ни прошло, она никогда не забудет тот момент, когда вдруг осознала - ничего уже не будет по-прежнему. - По прибытии меня продали в местный бордель. Ну вот и все. Кратко и по делу, только факты. Она наконец осмелилась поднять взгляд. Инеж никогда еще не видела родителей в таком состоянии. Нет, ей и раньше доводилось видеть их слезы, но это было намного страшнее. Они плакали беззвучно, ссутулившись и склонив головы, будто у них совсем не осталось сил. Каз всегда дразнил ее за то, что она слишком радушно смотрит на мир, видит хорошее даже там, где его нет. Но она никогда не пыталась оправдывать или закрывать глаза на ужасные поступки людей, умалять страдания, выпавшие на ее долю. Нет, смысл был в том, чтобы не терять веру в то, что за всеми испытаниями ее ждет награда, несмотря ни на что, она не позволяла обстоятельствам сломать ее, забрать у нее надежду. Она всегда продолжала бороться и верить. Эту силу, этот внутренний стержень девушка унаследовала от своих родителей. Каким бы ни было падение, они всегда поднимались. Не прошло и минуты, как они взяли себя в руки и подняли головы, показывая, что готовы продолжить разговор. - Ты… – первым начал папа, его голос дрожал, – ты до сих пор… – казалось, каждое произнесенное слово причиняет ему боль. - Нет. Конечно нет. – От одной только мысли об этом по спине пробежал холод. – Я пробыла в нем год. Пыталась сбежать раньше, но слишком плохо знала город. Конечно, причина была не только в этом. Она была не единственной, кто пытался выбраться на свободу, кто верил, что сможет всех обыграть. Но от Танте Хелен никто не сбегал. - О, Святые! Если бы мы только знали… - Мам, пап, вам не в чем винить себя. Я рада, нет, благодарна, за то, что вас тогда не было рядом. У тех людей была цель, и они бы ни перед чем не остановились, вы могли пострадать. – Инеж говорила от сердца, это была правда, которую она очень хотела донести до родителей. – Мысли о вас помогали мне все это время, ведь я знала, что, где бы вы ни находились, вы любите меня. И всегда меня ждете. Если бы с вами что-то случилось, у меня бы не было причин бороться. - Девочка моя, – женщина потянулась к дочери и сжала ее в объятиях. Инеж почувствовала, как та дрожит. - Все хорошо, мам. Теперь все хорошо. Когда мир успел так сильно поменяться? Почему сейчас ей приходилось успокаивать родителей вместо того, чтобы самой искать утешения в их объятиях? Она будет сильной ради них, они должны поверить, что все в прошлом. Они должны поверить, что она справилась с этим. - Ты сказала, что была там год, – Инеж слышала, как трудно даются отцу эти слова, как он сделал паузу, так и не сумев произнести название этого места. - Да. А потом я встретила Каза. Он вытащил меня оттуда, – девушка сама удивилась произнесенным словам. Они звучали так легко и естественно, – он выкупил меня, чтобы я работала на него. - Он тоже… – на лицах родителей промелькнуло недоумение. Мысль о том, что они могли подумать такое о Казе, была для нее неприятна. - Нет, я имею в виду другую работу, честную, – хотя это слово совсем не подходило под их род деятельности. - Но что значит выкупил? Тебя ведь держали там незаконно. - Это Керчия, порядки, к которым мы привыкли в Равке, тут не работают. Этой страной правит прибыль, а все люди, которые могут что-то изменить, давно куплены. Очень просто закрывать глаза на преступления, когда тебе за это платят. - Но в чем заключалась твоя работа? Что тебе пришлось делать? – Инеж видела, как они напряглись, боясь услышать ответ. - То, что у меня получается лучше всего - оставаться незамеченной. Я стала пауком - так называют людей, способных собирать чужие секреты, тайны, можно считать, что я стала его шпионом. Наверное это кажется странным, но таким образом в этом городе ведутся все дела - если в Керчии и есть что-то ценнее денег, то это сведения. Я добывала информацию, и мне платили за это. Инеж решила, что родителям не стоит знать всего. Некоторым секретам лучше остаться таковыми. - И ты по-прежнему работаешь на него? - Уже нет, но иногда помогаю ему собирать сведения. Я как раз накопила денег, чтобы отправиться в Равку на ваши поиски, но Каз меня опередил. - Вы… ваши отношения, – девушка видела, как отцу было неловко поднимать эту тему. - Мы не пара, если ты об этом, и между нами никогда не было ничего большего. Но я считаю честью называть его своим другом. - Но почему он сделал это? Прости, что я задаю этот вопрос, но ты сама сказала, что тут все строится на деньгах. Инеж неосознанно пожала плечами. Временами она и сама возвращалась к этому вопросу. - Он просто поверил в меня. Этого объяснения им явно было мало. - Мы встретились случайно, – на губах девушки появилась едва заметная улыбка, – я стала первой, кому удалось подойти к нему незамеченной. Каз увидел во мне потенциал, увидел то, что я сама в себе не замечала. Он дал мне шанс начать все с начала. И я им воспользовалась. *** Услышав ровное дыхание спящих родителей, Инеж наконец позволила себе расслабиться. Они засиделись до глубокой ночи - девушка безостановочно отвечала на бесчисленные вопросы, пока все они наконец не погрузились в тишину, размышляя каждый о своем. Родители были так вымотаны, что уснули прямо на диване, мама крепко прижимала Инеж к себе, а папина рука даже во сне нежно сжимала ладонь дочери. Девушка вспоминала детство, когда напуганная ночным кошмаром она прибегала к родителям. Мама тогда рассказывала ей сказки, придуманные на ходу, и Инеж засыпала в ее объятиях, уверенная, что в мире нет более безопасного места. Сейчас же ей очень хотелось проветриться, прогуляться по крышам, остудить голову, снять напряжение. Но она не хотела оставлять родителей одних, на сегодня им и так хватит переживаний, не стоило лишний раз их беспокоить. Сейчас она должна быть рядом с ними. И она была благодарна за такую возможность.