Это сложно

- Новые бизнес-партнеры? – сделал еще одну попытку парень. Каз уже успел пожалеть о решении прийти заранее. Все десять минут, что он провел в доме Ван Эков, Джеспер пытался выяснить, кто приглашен на сегодняшний ужин. - Терпение никогда не было твоей сильной стороной, Джеспер. - Ты сказал, что прибудешь в компании трех важных персон, и что мы должны обеспечить им лучший прием, – стрелок безостановочно ходил из стороны в сторону, действуя на нервы. - Вообще-то он этого не говорил, он прислал одного из своих вышибал с запиской, – Уайлен рисовал что-то на салфетке со скучающим выражением лица. - Тем более. А теперь ты даже не хочешь сообщить, кого мы ждем. Вдруг мы напрасно тратим свое время. От необходимости ответа парня избавил звук шагов. Это был слуга, сопровождающий прибывших гостей, они следовали за ним, не издавая при этом ни звука. Каз всегда поражался способности Инеж оставаться незамеченной, но сейчас понял, что это было их семейной чертой. Вряд ли они сами замечали, насколько синхронно двигались - спины ровные, подбородок поднят - они были так похожи, что догадаться, кем приходятся друг другу, не составляло труда. - Поверить не могу, – изумление на лице Джеспера было почти комичным, – Каз сказал, что будут важные гости, но я и не предполагал, что настолько. Я так рад познакомиться с вами, я - Джеспер, – парень быстрее остальных преодолел разделявшее их расстояние и с широченной улыбкой слишком уж энергично тряс руку мистера Гафы. – Ой, вы же не знаете языка… – Он в замешательстве уставился на Инеж. - Мы прекрасно вас понимаем, молодой человек, – мистер Гафа выглядел слегка напряженным, ему удалось высвободить руку из крепкой хватки стрелка и теперь он с некоторой опаской поглядывал на подоспевшего Уайлена. К счастью, манеры маленького Ван Эка были на порядок лучше. - Мистер и миссис Гафа, я полагаю. Меня зовут Уайлен, и я невероятно рад нашему знакомству. Добро пожаловать, чувствуйте себя как дома. Маму Инеж, похоже, вся эта ситуация забавляла, она отвечала с веселой улыбкой, с любопытством осматривая хозяев дома. Каз еще вчера был приятно удивлен тем, что оба гостя свободно говорили на керчийском, пусть и с довольно заметным акцентом. Инеж упоминала, что посетителями цирка часто были иностранцы, благодаря чему ее родители имели постоянную практику общения на разных языках. Когда все наконец обменялись приветствиями, Уайлен предложил пройти в гостиную, которую сегодня было решено использовать вместо пострадавшего обеденного зала, в то время как Джеспер все еще продолжал переводить слегка ошалевший взгляд с Инеж на ее родителей и обратно. *** Стоило признать, Джая и Арун оправдали самые высокие ожидания. Поначалу они заметно нервничали, но благодаря хозяевам вечера, которым отлично удавалось разряжать обстановку, скоро оживились и по умению завоевывать симпатию и притягивать к себе внимание могли посоперничать с Джеспером. Речь Джаи была невероятным сочетанием очарования, мудрости и изящества, стоило ей начать рассказ, как все буквально застывали, забывая донести вилку до рта. Арун, в свою очередь, настолько искрометно рассказывал забавные истории, что заставлял слушателей сгибаться от смеха, чем, в итоге, довел Уайлена до икоты, пока Инеж безуспешно пыталась остановить отца, держась за живот и вытирая слезы. Наверное и Казу следовало иногда подключаться к разговору, но он не мог предложить ни смешных случаев, ни увлекательных историй. Оставалось лишь притворяться заинтересованным слушателем, благо никто не требовал от него большего. Сейчас ему приходилось прилагать усилия, чтобы просто не терять нить повествования. Куда бы он ни глядел, его взгляд каждый раз возвращался к ней. Каз смотрел на Инеж и словно видел впервые. Сейчас рядом с родителями она выглядела такой беззаботной, расслабленной и по-настоящему счастливой - девушка буквально светилась. Втроем они заканчивали друг за друга предложения, по-доброму подшучивали, ненароком касались и временами молча переглядывались, будто без слов обсуждая что-то понятное лишь им - одним словом, были теми, кого все представляют при слове семья. В их взглядах, направленных друг на друга, было столько любви и нежности, что Каз невольно чувствовал себя лишним. Он просил ее остаться, но имел ли на это право? Будет ли она так же счастлива рядом с ним? Сможет ли он когда-нибудь заставить ее смеяться таким же искренним смехом? Сможет ли заслужить хотя бы один такой взгляд? Словно лучик света в этом темном порочном городе она всегда была слишком хороша для его мира, всегда заслуживала большего. *** - Инеж упоминала, что раньше вы были коллегами, – Джая опустила бокал на стол, обратив взгляд в сторону Джеспера. - Все верно, раньше я тоже работал на Каза, – отозвался стрелок с легкой улыбкой. - Вы тоже добывали сведения? - У меня, конечно, много талантов, но в этом деле Инеж нет равных. Можно считать, что я был правой рукой Каза. Ну, знаете, участие в переговорах, набор персонала, поддержание командного духа - невероятно много ответственности. К моменту, когда все покончили с основными блюдами, их гости принялись задавать вопросы, желая как можно больше узнать о друзьях дочери. Смена темы позволила Казу немного расслабиться и привести мысли в порядок. Впервые он был благодарен Джесперу за его непрекращающуюся болтовню. - И что же заставило вас уйти? - Все очень прозаично, – пожал плечами парень, – мистер Ван Эк сделал мне предложение, от которого я не смог отказаться. - Удивительно, что при этом вы все равно остались друзьями, – женщина почему-то посмотрела на Каза, словно ожидала от него объяснений. - Бизнес есть бизнес, – вставил свое слово Бреккер. – К тому же, тут у него появилась возможность раскрыть все свои таланты в полной мере. - О, да! – с преувеличенным воодушевлением начал стрелок, – управление таким крупным предприятием требует немалых хлопот. Плюс игра на бирже. А еще добавьте к этому роль личного советника и секретаря мистера Ван Эка. – Благоразумно не захватив на этот ужин свои драгоценные револьверы, парень пытался найти применение свободным рукам и каждую фразу сопровождал активной жестикуляцией. – Свободного времени совсем не остается, можно сказать, живу на работе. Зато за свои труды я могу рассчитывать на щедрое вознаграждение, – земенец откинулся на спинку стула с самодовольной ухмылкой, в то время как Уайлен безуспешно пытался скрыть свои красные щеки за бокалом вина. Казу хотелось хорошенько пнуть Джеспера, но тот сидел слишком далеко. Оставалось надеяться, что их гости не замечали скрытого подтекста, они еще не успели настолько хорошо узнать своих собеседников. - Но, как я уже сказал, я всего лишь помощник. Основной груз ответственности лежит на плечах Уайлена. - Возможно, этот вопрос прозвучит некорректно, но не слишком ли вы молоды, чтобы управлять такой большой империей? – супруги внимательно разглядывали парней, будто пытаясь вычислить, сколько им лет. - Вы правы, еще месяц назад у меня и в мыслях не было, что на меня свалится такая ответственность. Раньше этим делом управлял мой отец, но совсем недавно его арестовали за мошенничество, оказывается, не все его сделки совершались честным путем, – а у купчика очень убедительно получалось изображать печаль. – Теперь же я считаю своим долгом вернуть честное имя Ван Эков и во что бы то ни стало сохранить семейный бизнес. На взгляд Каза, последняя фраза получилась слишком уж высокопарной, но, кажется, родители Инеж оценили благородные стремления молодого купца. - Помимо неоценимой помощи Джеспера, я также очень полагаюсь на поддержку мамы. Я бы с удовольствием вас с ней познакомил, но сейчас она отдыхает, события последнего месяца не прошли бесследно для ее здоровья, ей нужно время, чтобы прийти в себя. - Прошу прощения, что затронули эту тему, мы не хотели… - Нет, нет, все в порядке. Я считаю, что ошибки наших родителей не должны определять то, кем мы являемся. Речь звучала настолько гладко, что могло показаться, будто парень готовился. Даже Инеж выглядела приятно удивленной - Уайлен, пожалуй, был самой подходящей кандидатурой для знакомства с родителями. Чего нельзя было сказать о нем. - А что насчет вас, Каз? Вы ведь тоже предприниматель, Инеж говорила, что вы владеете игорным клубом. – Парень кивнул, подтверждая слова, хотя данная формулировка его деятельности казалась очень забавной. – Довольно необычный выбор. Этот бизнес тоже перешел вам по наследству? - Нет. Можно сказать, что, начав лейтенантом, я дослужился до генерала. Упорство и немного везения, – ему показалось, или в глазах миссис Гафы мелькнуло одобрение? Парню всегда было плевать на чужое мнение, он не привык сомневаться в себе, но сегодня все было по-другому, и это заставляло его нервничать. Кто бы мог подумать, Казу Бреккеру впервые в жизни было важно произвести приятное впечатление, но в его таланты явно не входили поддержание задушевных бесед и умение нравиться чьим-то родителям. По крайней мере, ему хватило ума отказаться от идеи провести сегодняшний вечер без перчаток, без них он бы точно сошел с ума. - Это очень похвально, я всегда ценила в молодых людях трудолюбие и амбициозность. А родители одобряют ваше занятие? - К сожалению, я давно не имею возможности узнать их мнения, но уверен, что ни один родитель не будет возражать против реализации потенциала своего ребенка. – Каз заметил, что Джая от его слов немного смутилась. Ему не нравилась мысль, что в очередной раз за вечер он заставлял гостей чувствовать себя неловко, не их вина, что собравшиеся здесь мало походили на среднестатистических подростков. – В этом городе всем приходится рано становиться самостоятельными. Но рядом со мной всегда были люди, на которых я мог положиться. *** Постепенно разговор перешел в нейтральное русло. В основном болтал Джеспер, рассказывая истории из прошлого, некоторые из них пришлось немного откорректировать, исключив моменты, где кому-то обчищают карманы или пускают пулю в лоб, но даже так они звучали неплохо. Их компанию можно было назвать нормальной с очень большой натяжкой, но, кажется, их гости чувствовали себя комфортно. Сложно было определить, как много Инеж успела сообщить родителям, но главное им уже было известно. Каз видел это во взглядах, которые они бросали на дочь, думая, что никто не замечает. В том, как старались быть к ней как можно ближе, почти касаясь ее плечами, словно хотели защитить. Весь вечер они вели себя легко и непринужденно, шутили и смеялись, но их глаза выдавали скрытые глубоко внутри чувства. Их присутствие воскресило в памяти образы, что когда-то занимали его мысли. Парень не мог перестать думать о том, что было бы, если бы Инеж не доставили сюда на том корабле, если бы выбор тех ублюдков пал на другой лагерь, другой фургон, другую семью. Кем была бы эта девушка? Выступала в цирке, жила счастливой беззаботной жизнью в окружении своей семьи? Она бы никогда не узнала боли и унижений, ей бы не пришлось день за днем сражаться за свою жизнь и выгрызать путь к свободе. Даже если бы ее каким-то чудом занесло в Керчию, заметил бы он ее в толпе? Или посчитал очередной наивной пустоголовой девчонкой, не стоящей его внимания? Кем был бы он без нее? Казу было сложно признаться даже самому себе, насколько сильное влияние оказала на него маленькая сулийка с ее непоколебимой верой в добро и невероятной внутренней силой. Он ведь ни разу не видел ее слез, за два года, что она была среди Отбросов, от нее не было ни одной жалобы, ни одной необоснованной претензии, хотя причин для этого было предостаточно. Парень так привык полагаться на нее, что даже не замечал, как вплетает ее роль в каждый свой план, в каждое самое незначительное дело, даже не закладывая риски. Он всегда знал - промашки не будет. Она была его опорой, но при этом ни разу не услышала от него благодарности. И пусть его жестокосердие распространялась не только на нее, это нельзя было считать оправданием. Тогда как все остальные просто смирялись, только она всегда видела в нем то, чего, возможно, никогда и не было, верила, что в его черной душе хватит света, чтобы стать лучшей версией себя. Ему хотелось верить, что он был на верном пути. Но что будет, если она выберет другую жизнь, сядет на корабль и никогда не вернется? Сможет ли он смириться с ее отсутствием? Сколько времени пройдет прежде, чем он перестанет бросать взгляды на пустой подоконник своего кабинета? Будет ли у него желание и дальше двигаться в заданном направлении, или все вернется к началу? И он снова останется один, закованный в броню и без шанса на спасение.