«Чонгуку было скучно»

___________________________

Чон Чонгук сидел, лениво подперев подбородок ладонью. Его взгляд скользил по доске, у которой учитель старательно разжёвывал новую тему, но слова долетали до него как далёкий шум. Не слышал он и приятеля, Ким Тэхёна, что-то шептавшего сбоку о предстоящем школьном фестивале. Чонгуку было скучно. До остервенения. До желания вскочить и закричать во весь голос, встряхнуть кого-нибудь за грудки. Всё было уныло, душно и тесно — в этом классе, в этой школе, в целом Пусане. Он мог бы сейчас подтягивать английский где-нибудь в Калифорнии, а вечерами бороздить просторы Лос-Анджелеса. Но в ходе развода родители решили, что Чонгук должен закончить старшую школу в Корее. Отец, опаздывая в аэропорт, спешно бросал вещи в чемодан и уговаривал сына не вешать нос, поддержать мать. А Чонгук смотрел на захлопнувшуюся дверь и думал: почему, когда двое взрослых людей разводятся, именно он должен утирать кому-то слёзы? Почему он должен остаться, а не лететь с отцом, пусть даже в эконом-классе? Тогда ему было обидно и неприятно. А сейчас — просто скучно. — А сейчас я хочу представить вам нашего нового ученика, — голос учителя вывел его из оцепенения. — Он перевёлся к нам из Сеула. Чонгук встряхнул головой, отбрасывая ненужные мысли, и наконец разглядел у доски невысокого парня. Он медленно провёл взглядом по тонкой фигуре, снизу вверх, задерживаясь на деталях. Новенький, смущённо опустив глаза, выдавил лёгкую улыбку. «Милашка», — мелькнуло в голове у Чонгука. Парень у доски невинно хлопал длинными ресницами, обрамлявшими лисьи глаза, и нервно покусывал внутреннюю сторону щеки. Чонгук впился взглядом в смуглое лицо, изучая его сантиметр за сантиметром: прямую чёлку, скрывающую лоб, делающую его подростковое лицо ещё более невинным; лёгкую припухлость щёк у глаз; карие глаза, превращавшиеся в полумесяцы при улыбке. А потом он посмотрел на губы. О, эти губы. Пухлые, розовые, блестящие от частого нервного облизывания. «Похож на утёнка», — подумал Чонгук. Его взгляд скользнул по шее, когда новенький чуть откинул голову. Он наблюдал, как кадык скользнул вверх-вниз от сглатывания. «Я бы укусил», — пронеслось в его воспалённом мозгу. Он проводил взглядом новенького, пока тот шёл к своей парте и садился. Ладони парня лежали на бёдрах, спина была выпрямлена, будто натянутая струна — коснись, и лопнет. Чонгук следил за короткими пальцами, отбивающими нервную дробь по коленям. «Милашка», — в очередной раз подумал он. — Так ты идёшь в столовую? — кто-то настойчиво толкнул его в плечо. Чонгук повернул голову и увидел взвинченного Тэхёна. — Урок уже кончился? — заторможено спросил он, не отрывая глаз от новенького. — Звонок был минуту назад! Ты совсем ничего не слышишь? — А... — Чонгук медленно моргнул, глядя на одноклассника. — Я не хочу есть. Иди сам, а я посижу тут. Тэхён недовольно цокнул языком, но спорить не стал. Развернулся на каблуках и вышел в шумный коридор. Чонгук сложил руки на парте и уронил на них голову, обеспечив себе идеальный обзор на новенького. Тот всё так же сидел на месте, успев достать тетрадь и ручку. Он дёргал ногой под партой и постоянно менял положение рук: то складывал их на столешнице, как прилежный ученик, то опускал на бёдра, слегка сжимая пальцами ткань брюк. Иногда он покусывал пухлую нижнюю губу и тяжело вздыхал. «Слишком милый», — думал Чонгук. Он уже и не пытался скрывать, что пялится. Картина перед ним была слишком очаровательной, чтобы притворяться. Чонгук впивался в него глазами, словно пытался запечатлеть сидящего напротив парня одной лишь силой взгляда. Перемена показалась непростительно короткой. После звонка ученики начали спешно занимать места, мелькая перед глазами и заслоняя собой желанный объект. — Как его зовут? — Чонгук обратился к вернувшемуся Тэхёну. — Он же представился, — Тэхён раздражённо посмотрел на друга. — Ты сегодня реально в облаках? Пак Чимин его зовут. С этого семестра с нами учится. «Пак Чимин», — мысленно повторил Чонгук. «Чимини-милашка». Уголки его губ дрогнули в улыбке. Урок шёл уже десять минут, а сосредоточиться Чонгук не мог. Он заметил, что Чимин немного расслабился, но всё равно продолжал нервно дёргать коленом. Чон занял свою любимую позу, подперев щёку рукой, но смотрел теперь не на доску, а на Пак Чимина. Нагло и в открытую. В какой-то момент Чимин, видимо, ощутил на себе этот пытливый взгляд. Он оторвался от конспекта, повернул голову и встретился с Чонгуком глазами. Тот улыбнулся — сам не понял, как губы растянулись сами собой, а сердце провалилось куда-то вниз от осознания, что его «спалили». Уши мгновенно вспыхнули. Чимин ещё мгновение держал с ним зрительный контакт, а потом его пухлые губы растянулись в мягкой, смущённой улыбке. После чего он опустил голову, стыдливо пряча лицо в тетради. (эдит: https://disk.yandex.ru/i/A9FEefGjHVmykw) Чонгуку вдруг стало совсем не скучно.

***

После уроков Чонгук с Тэхёном стояли у школьных ворот, поджидая опаздывающих друзей. — Может, опустошим сегодня стратегические запасы твоего отца? — Тэхён лениво зевнул и вопросительно на него посмотрел. — Мать сегодня в ночную смену, — кивнул Чонгук. — Можем открыть что-нибудь из виски. — Пятница сразу становится интереснее, — Тэхён хлопнул в ладоши, довольно улыбаясь. Чонгук прислонился к воротам, пропуская мимо стайки спешащих на выход школьников. Все стремились поскорее покинуть территорию школы и начать долгожданный вечер. — Ну и где они? — недовольно выдохнул он. — Курить уже хочу, сколько ещё ждать? Тэхён пожал плечами и полез в карман за смартфоном. Чонгук устало прикрыл глаза, запрокинув голову и подставляя лицо летнему солнцу. На улице было душно. Рубашка неприятно липла к спине, и ему хотелось поскорее оказаться дома — принять душ, затянуться сигаретой и расслабиться под отцовский алкоголь. Чонгук не боялся опустошить бар, коллекция в котором собиралась годами. Отец уехал в другую страну и вряд ли собирался возвращаться. Чонгук был в этом уверен на все сто. Хотя в глубине души он всё ещё надеялся, что однажды тот заберёт его с собой в Лос-Анджелес, пусть и без своего драгоценного вискаря. — Блин, чувак! — Чонгук услышал причитания Тэхёна. — Ты чего такой дёрганый? Давай помогу. Он открыл глаза и увидел источник шума. Тэхён сидел на корточках и торопливо собирал с асфальта разлетевшиеся ручки. Рядом с ним в такой же позе находился пунцово-красный Пак Чимин. Он хватал тетради и быстро швырял их в свой рюкзак. Тэхён, подобрав все ручки, последовал его примеру и сунул принадлежности к соседу. — Спасибо, — Чимин встал и поклонился. — Я не заметил ступеньку. Прости, что налетел на тебя. — Да без проблем! — Тэхён одобрительно хлопнул его по плечу. — Я про эту ступеньку знаю, но сам вечно о неё спотыкаюсь. Кто её тут вообще поставил? Чимин пожал плечами и слабо улыбнулся. — Ну, и как тебе первый день в нашей дыре? — Тэхён сложил ладонь козырьком, прикрывая глаза от солнца, но всё равно щурился. — Всё отлично, — щёки парня продолжали пылать. «Милашка», — снова подумал Чонгук. — Пока только путаюсь в аудиториях. — В Сеуле школа была меньше? — удивился Тэхён. — Эм, нет. Но здесь всё такое... новое. Пока непривычно. — Ничего, освоишься, — Тэхён снова хлопнул Чимина по плечу, и со стороны это смотрелось так, будто он пытался выбить из того смущение или отрабатывал приём из учебника по самозащите. — Кстати, меня зовут Ким Тэхён, а вот тот мрачный тип, — он указал большим пальцем в сторону Чонгука и подмигнул, — Чон Чонгук. Мы с тобой в одном классе, так что если что — обращайся, не стесняйся. Тэхён оскалился в улыбке. А Чимин лишь робко хлопал глазами. Казалось, он готов был провалиться сквозь землю от такого внимания. С каждым словом Тэхёна он визуально становился меньше. «И как же он сильно смущается», — отметил про себя Чонгук. — Спасибо! — Чимин снова поклонился. — Я очень ценю это. — Эй, бро, — рассмеялся Тэхён, — чего так официально? Расслабься, правда. У нас тут всё проще. Не парься, ладно? Чимин еле заметно кивнул и улыбнулся. Его взгляд перебегал с Тэхёна на Чонгука, задерживаясь на последнем чуть дольше. И чем чаще Чимин на него смотрел, тем сильнее, как показалось Чонгуку, горели его уши. — Кроме того, — Тэхён вновь приобнял Чимина за плечи. — Мы сейчас дождёмся наших, и поедем зависать к Чонгуку. Присоединяешься? И нет, Тэхён не пытался к нему приставать. Он просто был очень общительным и хотел поддержать стеснительного новенького. — О, — Чимин поджал губы. — Я... я бы с радостью, но меня ждут дома. Первый семейный ужин после переезда и всё такое. Он неловко переминался с ноги на ногу, поправляя синюю лямку рюкзака. — Ясно, — протянул Тэхён и, сощурившись, посмотрел на Чонгука. — Тогда запиши мой номер. Может, на выходных затусим или на следующей неделе? Тэхён снова полез за телефоном и чертыхнулся: — Сдох аккумулятор. Чонгук, дай свой, запиши! Чонгуку понадобилось несколько секунд, чтобы оттолкнуться от ворот и в два шага оказаться рядом. С самого начала этой истории он не сводил глаз с Чимина, а теперь, оказавшись вплотную, сам опустил взгляд. Непривычное чувство — будто он какой-то сопливый мальчишка. Он неловко вытащил смартфон из кармана рюкзака, разблокировал и протянул Чимину. — Запишешь? — прозвучало скорее требовательно, чем вопросительно. Чимин прикусил нижнюю губу, набирая номер, и криво улыбнулся, возвращая телефон. Чонгук потянулся за ним и на мгновение его пальцы коснулись чиминовых. От этого прикосновения Чимин покраснел ещё сильнее, хотя, казалось, куда уж больше. — Сделай вызов, — Тэхён, заглянув через плечо, скомандовал, — чтобы у Чимина тоже твой номер сохранился. Чонгук послушно нажал на вызов, и через пару секунд телефон Чимина завибрировал у него в руках. — Это... Red Hot Chili Peppers? — Тэхён воодушевлённо улыбнулся. — Да мы с тобой точно подружимся, чувак! Обожаю их! Чимин молча кивнул и снова улыбнулся. «Милый. Такой милашка!» — в который раз пронеслось в голове у Чонгука. — Мне, наверное, пора, — Чимин нерешительно двинулся к выходу. — Не могу опаздывать. И спасибо ещё раз за помощь... и за приглашение, — на последних словах он снова посмотрел на Чонгука, но тут же отвёл взгляд, заметив, насколько пристально тот смотрит. — Увидимся! Отдохни как следует, — Тэхён помахал ему на прощание. — Тебя ждёт долгий семестр в самой жопной школе. Чимин тихо рассмеялся, махнул в ответ и заспешил прочь. Чонгуку теперь уж точно не было скучно.

***

— Ким-блядский-Тэхён! — рявкнул Намджун. — Ты долго ещё там будешь сидеть? Мы тут не одни! В ответ из-за двери послышалось неразборчивое ворчание. — Джун, просто помани его жареной курочкой, сразу выйдет, — захихикал Сокджин. — Он на еду быстро клюёт. Намджун, недовольно хмурясь, переминался с ноги на ногу и дёргал ручку. Чонгук, наблюдая за этим, усмехнулся и затянулся сигаретой. — Не обязательно так ломиться! — огрызнулся Тэхён, выходя из туалета. Намджун в ответ рыкнул и ринулся внутрь, чтобы наконец облегчить мочевой пузырь. — Чем больше меня дёргают, тем дольше я концентрируюсь! — А тебе что, дзен ловить нужно, чтобы поссать? — язвительно осведомился Сокджин. Тэхён хотел что-то ответить, но, увидев на столе принесённую Сокджином жареную курицу, просиял. — Я же говорил, чем его выманивать, — рассмеялся Сокджин. Тэхён плюхнулся рядом с Чонгуком и схватил сразу две ножки. — У нас в классе новенький, — произнёс он с набитым ртом. Чонгук очень выразительно посмотрел на друга. Тэхён заметил это и ухмыльнулся. — Сверхстеснительный, — продолжил он, — но вроде ничего парень, можно будет затусить. — А почему не позвали к нам? — поинтересовался Намджун, выходя из туалета. — Я помню, как сам переводился. Вливаться в новую тусовку — то ещё удовольствие. — А я звал, — причмокивая, сообщил Тэхён. — Но у него там семейный ужин. Да, Чонгук? Ким сощурил глаза и пытливо уставился на приятеля. Чонгук утвердительно кивнул, хотя эти намёки ему не нравились. — А виски — что надо! — протянул Сокджин, устраиваясь в кресле. Чонгук докурил сигарету и затушил её в самодельной пепельнице, которую когда-то на уроке труда мастерил для отца. Он любил такие вечера: посиделки с друзьями в пустой квартире, пока мать на работе. Выпивка, сигареты, болтовня. В этом было что-то расслабляющее, вносящее разнообразие в скучные будни захолустного, по его мнению, Пусана. — Новенький-то довольно милый, — не унимался Тэхён. — Говоришь так, будто запал на него, — усмехнулся Намджун. — О, чувак, — Тэхён вальяжно развалился на диване. — Он очень даже ничего. Если бы я был по парням, то сразу бы замутил с ним. Но это, кажется, больше по части Чонгука. — Он ткнул локтем в соседа и подмигнул. — Он такой тихий, что я его едва заметил, — буркнул Чонгук, отводя взгляд. Он не стеснялся своей ориентации, тем более с друзьями. Напротив, он с удовольствием делился историями о знакомствах с парнями в клубах, куда его протаскивал старший брат. Чонгук не был стеснительным. Он прекрасно осознавал свою привлекательность и то, что пользуется вниманием как у девушек, так и у парней. Природную красоту он доводил до совершенства в тренажёрном зале. Гормоны в нём бурлили с ранних лет, но познавать мир секса через дрочку перед монитором ему было неинтересно. Ему хотелось всего и сразу. Поэтому, пристроившись на хвост к брату, Чонгук активно исследовал ночную жизнь Пусана. Для семнадцатилетнего подростка его опыт был более чем богат, и он считал это своим неоспоримым преимуществом. Вечер плавно перетёк в ночь, и к этому времени все изрядно набрались. Тэхён с Сокджином играли в приставку, ожесточённо споря о комбинациях ударов. Тэхён пытался доказать, что фатальный удар орка Сокджина делается нажатием «вверх», «вбок» и «центр». Но Джин не верил и упрямо жал совсем другие кнопки, раз за разом проигрывая. В конце концов Тэхён, не выдержав, достал телефон и, быстро загуглив комбинации, принялся тыкать экраном под нос Сокджину, доказывая свою правоту. «Странно, — нахмурился Чонгук. — У него же сел телефон». Намджун уснул, сидя в кресле. Глубоко вздохнув, Чонгук прикурил очередную сигарету и лениво прикрыл глаза. Из приятной дрёмы его вывел звук входящего сообщения. Достав телефон, он разблокировал экран. Мама просила не оставлять после посиделок бардак. Чонгук хмыкнул. Она знала, как развлекается молодёжь в её отсутствие, но ей было спокойнее, когда они тусовались дома, а не шлялись по улицам. Или же ей было всё равно. Он хотел отбросить телефон, но палец сам нажал на историю вызовов, где красовался несохранённый номер Чимина. Чонгук тут же добавил его в контакты под именем «Чимини-милашка». Он смотрел на экран, пытаясь совладать с собой. Но не совладал.

0:17 ДжейКей привет это Чонгук

Сообщения прочитали почти мгновенно. Значит, он тоже не спит. Чонгук облизнул пересохшие губы и напрягся. Но шла минута за минутой, а ответа не было.

0:26 ДжейКей я из твоего класса мы с Тэхёном стояли у ворот

И снова «прочитано». Чонгук закусил губу и шумно выдохнул.

0:26 ДжейКей прости, что так поздно просто только что сохранил твой номер и хотел сказать, что приглашение в силе не сегодня, конечно, но в следующий раз

Чонгук затянулся, гипнотизируя взглядом экран. Он мысленно дал себе подзатыльник за назойливость. Чимину явно сложно сходиться с новыми людьми. Может, и не было никакого семейного ужина, просто он не захотел общаться. — Блять, — шумно вздохнул Чонгук, прикрывая глаза. Телефон вдруг вибрировал, оповещая о новом сообщении.

0:29 Чимини-милашка Привет! Я помню тебя :) Прости, что так долго не отвечал, был в ванной. Спасибо за приглашение, я бы с удовольствием с вами погулял.

Чонгук расцвёл в улыбке. Сердце сделало кульбит. Он перечитал сообщение несколько раз. Чимин ему ответил! Ему, Чонгуку! Казалось бы, одно короткое сообщение, а он уже заёрзал на диване от радости.

0:29 ДжейКей круто! мы вообще-то просто зависаем у меня дома не скажу, что самое весёлое занятие

Чимини-милашка печатает...

0:29 Чимини-милашка Я думаю, что с вами будет весело :)

Чонгук с силой закусил внутреннюю часть щеки, пытаясь сдержать улыбку, и коротко огляделся — друзья удачно не обращали на него внимание.

0:30 ДжейКей придёшь в следующую пятницу ?

Сообщение прочитано. Чонгук потушил сигарету. Чимин не спешил с ответом. Неужели откажется? Прошло пять, затем пятнадцать минут. Ответа не было. Чонгук помрачнел. Он налил себе виски с колой и сделал несколько больших глотков. Чимин точно не хочет с ним видеться. Но смартфон снова пискнул.

0:53 Чимини-милашка И как ты себе это представляешь? Ты бы его видел. Очень тяжело сидеть на уроке и думать о его руках на моей заднице. Я бы отдал ему не только номер телефона, но и мою девственность.

Чонгук аж подпрыгнул. Он шумно втянул воздух, перечитывая сообщение. Сообщение про задницу Чимина. Чёрт! У него и правда такая задница, что так и хочется её потрогать, хорошенько шлёпнуть. Чонгук завозился на диване, ощущая внизу живота знакомое скручивающее возбуждение. Он ещё раз пробежался глазами по строчкам, видя, как в чате то появляется, то исчезает статус «Чимини-милашка печатает...». Чонгук пялился на последнюю фразу про девственность, нервно облизывая губы. Ко всей этой ангельской внешности, к его притягательной скромности и невинности добавилась... настоящая невинность. Чимин — девственник! Эта мысль ударила по голове, словно мешок цемента. Чёртов невинный новенький. Чонгук вскочил с дивана и стремительно скрылся в туалете. — Блять... Ох, блять, — он дышал тяжело, прислонившись лбом к прохладной двери. Нежданная волна возбуждения накрывала с головой. Он отчётливо помнил задницу Чимина. Даже в нелепых школьных брюках она отлично выделялась. Чонгук был готов поспорить на что угодно, что следы его ладоней смотрелись бы на ней просто идеально. Он сильнее зажмурился, но образ невинного Чимина не исчезал. Такой скромный и послушный. С этими пухлыми губами. Он мог бы научить многому эти губы. Ох, где бы он хотел их увидеть... Его рука непроизвольно — или очень даже произвольно — опустилась на полувставший член. Он закусил губу, всё ещё представляя себе невинный взгляд Чимина, его стеснительное облизывание губ у доски. — Блять! — повторил он, запуская руку в штаны и проводя по члену вверх-вниз несколько раз. Он опрокинул голову назад, облокотившись спиной о дверь. Если бы Чимин только знал, что наделало с Чонгуком его короткое сообщение. Он сильнее зажмурился, представляя чиминовы короткие пальцы на своём члене. Как они осторожно обхватывают ствол, как невинные глаза смотрят снизу вверх. Чонгук ускорил темп, часто проводя большим пальцем по чувствительной головке. Для Чимина наверняка было бы очень волнительно делать такие вещи. «Такой невинный», — пронеслось в голове. Он продолжал активно надрачивать, как вдруг раздался писк нового сообщения. Телефон выскользнул из левой руки и с глухим стуком упал на кафель. Чонгук глухо рыкнул, не прекращая движений, продолжая представлять глаза Чимина на уровне своей ширинки. — А-ах, блять! — он сделал ещё несколько размашистых движений, на последок сжав головку и кончая в свою ладонь. Открыв глаза, он поспешно ринулся к раковине, смывая сперму с руки. — Ну ты и мудак, — бросил он своему отражению в зеркале, ощущая укол стыда. Он только что дрочил на человека, с которым лично не обменялся и парой связанных предложений, пока за дверью его друзья играли в приставку. Чонгук быстро вытер руку, поднял упавший телефон и открыл новое сообщение.

01:24 Чимини-милашка Чонгук, прости, это было не тебе. Мне очень-очень неловко. Это была шутка для друга, и она... о прошлой школе. Это выглядит странно, но... просто не бери во внимание, ладно?

Чонгук улыбнулся. Он представил, как Чимин пылает от смущения и всё это время пытался придумать, что написать. Стало понятно — то сообщение было адресовано не ему. Хотя Чонгук догадывался об этом сразу, уж слишком оно было... личным. Но он был доволен. Не потому что из-за него подрочил, а потому что узнал маленькую тайну невинности. А вот мысль о том, чьи же руки представлял Чимин на своей заднице, он отбросил. Он не хотел там ничьих рук, кроме своих.

01:25 ДжейКей

окей не парься)))

я так и понял

что насчет пятницы?

01:25 Чимини-милашка

Если я не сгорю от стыда перед тобой, то ок! :)

Простой смайлик. Короткое предложение. Но для Чонгука этого хватило, чтобы чёрная дыра внутри схлопнулась, уступая место странному, тёплому свечению. Он не смог сдержать улыбку. Всё ещё могло быть хорошо. Чимин согласился. Он поднял взгляд и увидел, что Тэхён смотрит на него с хитрой ухмылкой. — Что? — буркнул Чонгук. — Да ничего, — Тэхён беззастенчиво ухмыльнулся ещё шире. — Просто рад, что тебе больше не скучно. Чонгук лишь покачал головой и отпил виски. Возможно, Тэхён куда более проницательный, чем кажется. А может, он сам был слишком очевиден. Но сейчас это не имело значения. Потому что в следующую пятницу он снова увидит Пак Чимина. И на этот раз он постарается вести себя как нормальный человек, а не как помешанный сталкер. Он надеялся, что у него хватит на это сил.

***

Чонгук не помнил, когда в последний раз так ждал понедельник. Если раньше мысль о школе повергала его в тоску, то теперь он летел туда с таким энтузиазмом, что мог бы посоревноваться с самим Тэхёном. Причина была проста и очевидна — там теперь был Пак Чимин. Все выходные Чонгук потратил на безуспешные попытки найти Чимина в социальных сетях. Он пролистал всё, что можно, но безуспешно. Чимин оказался призраком — ни одного следа в цифровом пространстве. Эта неудача лишь подстегнула его желание. Он так хотел найти его страничку, увидеть новые фото, снова и снова очаровываться его невинной улыбкой и лисьим взглядом. Чонгука затянуло. Сильно и бесповоротно. Кажется, даже впервые в жизни. Он увлекался и раньше — и парнями, и девушками. Но тогда скорее бушевали гормоны, требовавшие выхода. Сейчас же он испытывал совершенно новое, незнакомое чувство. Гормоны, конечно, тоже буйствовали, но вместе с ними Чонгук ощущал что-то вроде эйфории. Будто он пьян от одного лишь образа. И раз уж не удалось найти Чимина в сети, он рвался в школу. Чтобы скорее увидеть его вживую. Увидеть, как тот стеснительно растягивает в улыбке пухлые губы. Как постукивает короткими пальцами по коленкам. Как хмурит лоб, глядя на доску и о чём-то усердно думая. В понедельник Чонгук влетел в класс, швырнул рюкзак на стол и уселся рядом с Тэхёном. Тот сонно уставился в свой телефон, медленно моргая и не обращая внимания на внешние раздражители. Чонгук же быстрым взглядом окинул аудиторию в поисках Чимина. Его ещё не было. — Давно тут сидишь? — не отрывая взгляда от двери, спросил Чонгук. — Минут десять, — тихо ответил Тэхён. — Ммм... Какой урок? — Английский, — Тэхён подозрительно зыркнул на него. Обычно спокойный Чонгук вертелся на стуле так, что невозможно было не понять: он кого-то ждёт. И этого было достаточно, чтобы Тэхён усмехнулся, прежде чем снова уткнуться в телефон. Противная трель звонка прозвучала, а Чимин так и не появился. Чонгук насупился и недовольно уставился на доску. Он прокручивал в голове все возможные причины, по которым Чимин мог прогулять. Тот не был похож на того, кто пропускает занятия без уважительной причины. — Ну что, решил? — шепнул Тэхён, когда учитель отвернулся к доске. — Ты о чём? — пробурчал Чонгук, всё ещё размышляя о причинах отсутствия Чимина. — Я про фестиваль. Выступишь? — Нет, — Чонгук помрачнел ещё сильнее. Тэхён донимал его этой темой уже две недели. Каждый год в конце октября в их школе проходил фестиваль творчества, где ученики пели, танцевали и показывали другие номера. Мероприятие устраивали с размахом, и в этот день отменяли занятия. Чонгук считал это детским садом, а себя — слишком взрослым для подобных балаганов. Хотя раньше, начиная со средней школы, он участвовал каждый год. Но чем старше он становился, тем больше ему казалось, что он перерос эти глупости. Надо признать, однако, что немалая часть школьниц ждала именно его выступления. Они сладостно ахали при виде его накачанного тела и кричали во время номера: «Оппа, ты лучший!». Чонгук ненавидел, когда девчонки, которые были старше его, кричали ему «Оппа». Как-то раз на одном из фестивалей он даже рявкнул на одну старшеклассницу: «Сколько тебе лет? Какой я тебе оппа?». Но девушки его ворчание игнорировали. Они продолжали восхищаться и снимать его на смартфоны. Внимание, в принципе, нравилось Чонгуку. Он был эгоистичен и самолюбив. Он знал, что красив, и умело этим пользовался. Но в последнее время всё ему надоело. Он скучал. Он хотел вырваться из Пусана хотя бы в Сеул. Мечтал поскорее закончить школу и пуститься в свободное плавание. Уйти из родительского дома. Может, заняться музыкой — Чонгук отлично умел петь. Урок английского закончился, а настроение у Чонгука так и не появилось. Тэхён его не донимал. Когда Чонгук впадал в такое состояние, лезть к нему с разговорами было бесполезно. Поэтому они молча отправились в раздевалку у спортзала, готовиться к уроку физического воспитания. Уже сидя в раздевалке, Чонгук стянул с себя рубашку и облокотился о холодный шкафчик. Единственное, чего ему сейчас хотелось, — это покурить. И это было совершенно несовместимо с грядущим уроком. — Привет! — он услышал голос Тэхёна. — Прогуливаешь сразу после перевода? Чонгук повернул голову к двери и увидел там долгожданного Пака. Он с облегчением выдохнул. Чимин выглядел слегка помятым и уставшим, хотя было ещё утро. Он несмело улыбнулся и помахал Тэхёну рукой. — Я... у меня были дела с родителями, — он подошёл к шкафчику рядом с чонгуковым и забросил в него свой синий рюкзак. — Они отпросили меня на первый урок. — Мы уж думали, ты сбежал из этого болота обратно в Сеул. Да, Чонгук? — Тэхён широко улыбнулся. Чонгук пожал плечами и жадно впился глазами в Чимина. Наконец-то! Он ждал этого всю долгую неделю. Чонгук представлял его образ снова и снова, но в реальности всё было гораздо лучше. Можно было видеть все мельчайшие эмоции на его лице. Видеть, как он застенчиво пытался скрыться за дверцей шкафчика. Как поправлял рубашку, заправленную в брюки, но не решался её снять. Стеснялся? Чонгук ощутил прилив адреналина. Он стоял полуголый перед Чимином в этой раздевалке, где, помимо них, ещё человек восемь шумно готовились к уроку. Чонгук не спешил переодеваться. Он как бы невзначай демонстрировал Чимину свой торс, не сильно накачанный, но уже рельефный. Чонгук знал, что красив, и пользовался этим. — Я бы прогулял этот урок, — Тэхён хлопнул дверцей шкафчика, полностью переодевшись в бордовую спортивную форму. — Сонсэнним заставит нас наматывать круги по стадиону. — Я люблю бегать, — Чимин слабо улыбнулся. Он мялся с ноги на ногу, но всё же достал спортивную форму. Чонгуку показалось, что тот стесняется переодеваться при них. Он облизнул пересохшие губы и выжидал. В этот момент он и сам себе напоминал извращенца, поджидающего, когда же невинный Чимин разденется. Чимин тяжело вздохнул и отвернулся к шкафчикам. Чонгук видел торопливые движения его пальцев: вероятно, он расстёгивал рубашку. Его плечи были явно напряжены. Чонгук представил, как было бы заманчиво подойти и нежно провести по ним рукой, прижать к себе и тихо прошептать что-нибудь успокаивающее. Уши Чимина наверняка вспыхнули бы красным за долю секунды. Чимин быстро стянул рубашку и так же быстро схватился за футболку, чтобы надеть её. Чонгук мысленно выругался. Он видел лишь спину. Кожа казалась бархатной и нежной, идеальной. Изгиб у поясницы заманчиво привлекал внимание. Чонгук скользнул взглядом ниже, останавливаясь на поясе брюк. Он судорожно осматривал талию Чимина и тяжело выдохнул. «Чонгук, ты чёртов извращенец!» — мысленно дал он себе подзатыльник. Мало того, что в пятницу он передёрнул в туалете на образ Чимина из-за одного его сообщения — которое предназначалось даже не ему! — так теперь он откровенно пялился на парня посреди раздевалки и очень явно ощущал, как член реагирует на это зрелище. «Не хватало ещё перед всем классом оказаться со стояком», — с ужасом подумал Чонгук. Он отвернулся к своему шкафчику. В висках пульсировало. И не только в висках. Чонгук пытался успокоить бешено бьющееся сердце. Слишком. Для Чонгука такой Пак Чимин — это было слишком. Во всяком случае, здесь и сейчас — явно не то место. Он быстро стянул с себя брюки и надел спортивный костюм. Развернулся на пятках и почти врезался в оказавшегося перед ним Чимина. Чонгук громко выдохнул ему в лицо. Пухлые губы были так непростительно близко. Он перевёл взгляд на них и буквально гипнотизировал. Чимин же ошарашенно округлил глаза и отступил на пару шагов назад. — П-прости, — он залился краской. — Я подошёл, чтобы обратиться к тебе. Чтобы никто не слышал. Я не думал, что ты так резко повернёшься. — Всё нормально, — прокашлявшись, произнёс Чонгук. В горле пересохло, а уши горели. — Что ты хотел? Чимин неловко одернул футболку и отвел взгляд. — Я по поводу того сообщения. Мне не хотелось, чтобы ты как-то неправильно меня понял, — он смотрел на скамейку у стены так внимательно, будто та выполняла функцию телесуфлёра. — Оно могло показаться странным и... знаешь, это просто дурацкий прикол. — Чимин, всё норм, — Чонгук впервые произнёс его имя вслух, и оно показалось ему на удивление сладким. — Я, правда, ничего такого не подумал. — Хорошо, — выдохнул тот. — Это хорошо. Он отступил ещё на шаг назад, и губы его дёрнулись в нервной улыбке. — Ты ещё не слышал наши долбанутые приколы! — выпалил Чонгук в остром желании поддержать Чимина и разрядить обстановку. Он видел, как тот волнуется. — Я тебя познакомлю с Хосоком, вот где шуточки — жесть. Чонгук широко улыбнулся. Ему хотелось, чтобы Чимин расслабился рядом с ним. И, кажется, тот правда немного выдохнул. Нервная улыбка на его лице стала чуть мягче. — Пойдём? — Чонгук махнул головой в сторону двери, ведущей на стадион. Чимин кивнул. А Чонгук чувствовал себя странно воодушевлённым. Чимин просто шёл рядом с ним, а Чонгуку казалось, что скучно ему больше не будет никогда.

***

Пак Чимин уже две недели учился в новой школе, но оставался таким же стеснительным. Чонгук старался не смущать его и не пялиться в открытую на уроках. Но это было чертовски сложно. Чимин представлял собой завораживающее зрелище. То, как он постоянно покусывал кончик ручки, заставляло Чонгука кусать собственные губы. Как можно спокойно сидеть на уроке, когда этот невинный новенький проделывает такие вещи своими пухлыми губами? Или Чонгук просто извращенец, который везде видит то, чего нет? Он и сам себе начинал напоминать помешанного. Безусловно, Чонгук всегда ценил красивую «обложку». Да, он западал на миловидных людей и совсем не стыдился этого. Его философия была проста — никто изначально не смотрит на твой прекрасный внутренний мир. Все в первую очередь видят внешность. Чонгук — смотрел. По большей части, кроме внешности, его ничто больше и не интересовало. Для души у него были друзья. Поэтому он и не стремился за красивой «обложкой» рассмотреть нечто большее. Но с Чимином всё было иначе. Его странным образом хотелось узнать. Что он любит? Чем занимается после школы? Какую музыку слушает? За две недели Чонгук не узнал о нём ровным счётом ничего. Чимин не спешил выкладывать информацию о себе. Чонгуку вообще казалось, что Чимин сторонится его. Хотя, вполне возможно, он всё надумал. Чимин мог быть просто по натуре не очень общительным. Эти мысли и сомнения не давали ему покоя. Ему каждой клеткой кожи хотелось большего. Смотреть на Чимина было классно, Чонгуку нравилось. Но ему хотелось ещё и общаться. Чимин отклонил второе приглашение и снова не пришёл на очередные посиделки с друзьями. Чонгук даже не пытался скрывать свою досаду. Чимин сказал, что уезжает с родителями на все выходные, поэтому не сможет. Правда ли это? С одной стороны, зачем Чимину что-то придумывать? А с другой — Чонгук просто решил чуточку поистерить, внушив себе, что тот отказывается именно из-за него. Все эти две недели они лишь переглядывались на уроках. Чимин одаривал Чонгука скромной, лёгкой улыбкой. А Чонгук мысленно стонал от вида невинного Чимина. От этой несмелой улыбки. Только ему. Эту улыбку Чимин дарил только Чонгуку. И Чонгук сгорал. Сгорал каждый раз, когда видел её, и это стало чем-то вроде наркотика. Ему уже жизненно необходимо было видеть улыбку Чимина. В очередную пятницу Чимин сбежал после уроков так быстро, что не оставил ни малейшего шанса его позвать. Специально ли он убежал, чтобы избежать общения? Чонгуку стало грустно. Ещё и Тэхён куда-то пропал. Поэтому Чонгук был полон решимости забыться сегодня под отцовский алкоголь и быстро набрал сообщение в общий чат.

17:23 ДжейКей погнали все ко мне сегодня? ? хочу пиво и соджу

Телефон слабо завибрировал, оповещая о новом сообщении.

17:23 Хоби Буду у тебя после репетитора!!! Жди и охлади пиво, я принесу закуски

17:23 Джин Уже выдвигаюсь

17:24 Джун Тоже

Чонгук удовлетворённо хмыкнул и спешно отправился на остановку. Он запрыгнул в подъехавший автобус и уселся на свободное место. В голове проскользнула навязчивая мысль: «А не написать ли снова Чимину?». Если быть откровенным, Чонгук переживал. Он действительно боялся снова получить отказ. Вроде бы ничего такого. Чимин и вправду мог быть занят. К слову, Чонгук вообще не знал ничего о его привычках. Как тот проводил выходные до перевода в новую школу, например. Чонгук с самого начала отметил, что Чимин похож на прилежного ученика. Может, подобные гулянки были вообще не в его стиле? Телефон снова завибрировал.

17:41 Тэ Мы будем через полчаса

17:41 ДжейКей ты о себе уже во множественном числе пишешь? ? и куда ты свалил после урока? ?

Чонгук лениво наблюдал за прыгающими точками, которые означали, что Тэхён печатает ответ.

17:43 Тэ У Чимина случилась маленькая авария с велосипедом, я ему помог. Сорри, не успел сказать. Я сейчас с ним, и он тоже сегодня тусит с нами. Щас добавлю его в наш чат.

Сердце Чонгука застучало с новой, невероятной силой. Чимин. Едет. К нему. Он действительно едет в его дом? От нервов пересохло во рту. «Чёрт, в квартире такой бардак», — с ужасом подумал Чонгук. Беспорядок его обычно не заботил, и ему было всё равно, что подумают друзья. Но перед Чимином... Тот выглядел таким аккуратным и прилежным, что перед ним не хотелось показывать ничего такого. Поэтому Чонгук забеспокоился, что Чимин составит о нём не самое лестное мнение из-за грязной квартиры и её неряшливого хозяина. Он уставился взглядом в спину водителя, мысленно приказывая тому ехать быстрее. Тэ добавил(а) Чимини-милашка. Слава богу, никто не знает, как Чонгук записал Чимина в своём телефоне.

17:45 Чимини-милашка Всем привет! :)

17:45 Джун Хай!)))))

17:45 Джин Добро пожаловать в самый ахуенный чат!)

17:45 Хоби Привет, Чим! Наслышан о тебе от Тэхёна

17:45 Чимини-милашка ^___^

Чонгук не мог понять, что он чувствует. Конечно, он был рад, что Чимин согласился прийти. Но огромный ком волнения застрял у него в горле. Что, если Чимину не понравится, как они отдыхают? Казалось, что алкоголь и сигареты — это совсем не про Чимина. Он выглядел действительно ангельским. Совсем не испорченным. Ох, как же Чонгуку хотелось, чтобы тому понравилось проводить с ними время. Чонгук уже вылетел из автобуса и бежал к своему дому. Ему было жизненно необходимо успеть привести квартиру в порядок до того, как Тэхён появится на пороге с Чимином. Он бежал так быстро, как только могли его ноги. Он поднимался по лестнице, перескакивая через две ступеньки, молниеносно открыл дверь и окинул квартиру безумным взглядом. Надо сказать, Чонгук зря волновался. Тот беспорядок, что царил с утра, убрала его мать. Сегодня она дежурила в ночную смену, значит, целый день была дома. Чонгук облегчённо выдохнул. Но всё же с придирчивым видом прошёлся по небольшой квартире, оценивая её. Вдруг что-то упущено? Он заглянул в свою комнату. Быстро заправил кровать (мать никогда не трогала комнату Чонгука — такой был уговор), разбросанные по полу вещи затолкал под кровать. Быстро сложил учебники и тетради на столе, а одежду, валявшуюся на компьютерном стуле, свалил в шкаф и закрыл его. На его субъективный взгляд комната теперь выглядела вполне прилично. Чонгук вышел в коридор и открыл кладовку, сразу же доставая оттуда несколько бутылок соджу — огромные и некогда неприкосновенные запасы отца. Расставил всё на журнальном столике в гостиной, тут же принёс стаканы с кухни для всей компании. Он откинул чёлку со лба. В груди щекотало лёгкое раздражение, потому что хотелось сделать что-то красивое. Поставить, например, долбаную вазу с цветком. Он не понимал, как можно улучшить картину столика, уставленного бутылками с соджу. Чонгук пялился на выпивку с минуту и решил плюнуть — всё равно его ограниченных дизайнерских способностей хватило бы разве что на то, чтобы в стиле «Я-Так-Вижу» стащить у соседки какой-нибудь суккулент. Он зашёл в свою комнату, схватил поддельное удостоверение (которое любезно сделал ему старший брат) и отправился за пивом.

***

— Ты правда не будешь пить? — немного удивлённо произнёс Хосок. — Может, хотя бы пива? — О! Нет, я буду только газировку, — Чимин отрицательно замахал ладошками, неизбежно покрываясь краской смущения. — Я... я не... — Не пьёшь вообще? За здоровый образ жизни? — уточнил Намджун. — Это круто! Мне бы тоже стоило. Я ведь футболом занимаюсь. Так что мне было бы полезно не пить. Но я хотя бы не курю. Дымит у нас только Гуки. Чимин перевёл взгляд на Чонгука, который за этот вечер ни разу не прикоснулся к сигаретам, хотя очень хотелось. Чонгук поджал губы. «Ну вот, теперь в глазах Чимина я ещё более испорченный», — с досадой подумал он. — Нет, не совсем так, — Чимин смущённо опустил глаза. — У меня... очень строгие родители. Они за версту почувствуют, даже если я сделаю всего один глоток. Они католики и... знаете, традиционные католики со всем, что из этого вытекает. У нас в семье всё очень строго, и до двадцати я не могу пить алкоголь. Чимин с каждым словом горел всё сильнее. Чонгук ясно видел, как тому стыдно признаваться, что он не пьёт из-за страха перед гневом родителей. — Окей! — воскликнул Чонгук чуть хрипло от того, что долго молчал. Он прокашлялся. — Это окей, если не будешь. Это даже круто, правда, — Чонгук легко улыбнулся Чимину. — Меня никто не ограничивает, поэтому творю, что хочу. Думаю, мне было бы полезно провести некоторое время с твоими родителями. Чтобы мозги встали на место. Чимин благодарно улыбнулся в ответ и еле слышно выдохнул. Очевидно, он чувствовал себя неловко из-за того, что, вроде как, выбивался из привычного поведения собравшейся компании. Больше никто не трогал Чимина насчёт выпивки. Да и зачем? Тут каждый придерживался простого правила: кто что хочет, то и делает. В их компании единственным курящим был Чонгук. Никто его за это не осуждал, хотя Намджун иногда поднимал тему вреда курения. Намджун всегда был кем-то вроде старшего брата. Не такого, как родной брат Чонгука. Его родной брат был тем ещё разгильдяем. Именно он учил Чонгука правильно пить в тринадцать лет; он же показал, что такое лав-отель, — в пятнадцать. Он покупал сигареты и выпивку на первых порах для всей компании Чонгука, а потом и вовсе вручил ему поддельное удостоверение. Старший брат открыл тот мир, который Чонгуку казался обычным. Тот релакс, которым он самозабвенно пользовался. Алкоголь делал его веселее, а сигареты убирали нервозность. А нервничать приходилось много и часто — из-за бесконечных скандалов родителей. Те не могли решить вопросы между собой и постоянно ругались. Казалось, даже без повода. Просто потому что раздражали друг друга. Это началось, когда Чонгуку было девять. Он мог проснуться ранним воскресным утром от очередного скандала. В один из таких выходных его терпение лопнуло, и он вышел к родителям. Твёрдым детским голосом он попросил их заткнуться и просто развестись. За эти слова Чонгук был наказан на неделю. «Потому что нечего быть настолько неуважительным к старшим. Чонгук ещё маленький. Чонгук не понимает». А Чонгук и правда не понимал, зачем оставаться вместе, если от семьи осталось только слово. Он был рад, когда в его уже семнадцать лет отец всё же решил уйти. Только Чонгук надеялся, что отец заберёт его с собой. Старший брат давно съехал. И Чонгук остался один на один с женщиной, с которой его практически ничего не связывало. Нет, безусловно, мать никогда не пренебрегала заботой. У них всегда была горячая еда, чистая одежда. Она следила за их успеваемостью и поддерживала порядок, но не хватало чего-то тёплого, душевного. Чонгук никогда не чувствовал себя любимым сыном. Именно поэтому он не испытывал к ней особых чувств. Она его мать. Это просто факт. Ни больше, ни меньше. С отцом же у него были в некотором роде приятельские отношения. Поэтому из двух зол он выбрал бы отца, но отец решил иначе. — Это было в прошлом году, — вещал Тэхён. Он показывал на своём смартфоне видео с прошлогоднего школьного фестиваля. — Очень круто было, — не унимался он. — Там выступают со всякими номерами. Знаешь, вроде пения или танцев. Некоторые показывают скетчи или даже фокусы. Кто на что горазд. Мы выступали тоже, как группа. Смотри! — Тэхён подсунул телефон под нос Чимину и радостно сиял. (эдит: https://disk.yandex.ru/i/CoLTx9VRcYWACg) На экране были они все, кроме Хосока, потому что тот учился в другой школе. Белая макушка Намджуна торчала из-за барабанной установки. Сокджин перебирал струны бас-гитары. А Тэхён выводил мелодию на своей. Все они выглядели безусловно взволнованными, но довольными. Через несколько секунд на сцену вышел Чонгук. Чимин смотрел в экран, не отрываясь. Кажется, даже не моргал. Тэхён самозабвенно улыбался. А Чонгук, глядя на это, раздражённо выдохнул: — Тэхён, ты уже задрал со своим фестивалем! С чего ты взял, что Чимину это интересно? — Мне интересно, — тихо, но чётко произнёс Чимин, даже не отрывая взгляда от телефона. — Очень. Чонгук вздохнул. Ему было неловко и даже стыдно перед Чимином. Вся эта школьная самодеятельность казалась ему не просто позорным пятном, а позорным пятном, оставленным клоунским ботинком. Чонгук был слишком взрослым для такого, верно? Он хлопнул себя по коленям и ретировался в туалет, чтобы не видеть, с каким выражением лица Чимин будет наблюдать за его... танцульками. Хотя тот концерт и правда удался. Они долго репетировали «Bad Romance» Леди Гаги в рок-аранжировке, перед этим так же долго споря, стоит ли вообще её выбирать. Если семейные отношения, как говорят, проверяются ремонтом, то их дружба проверялась долгими часами попыток подстроиться друг под друга. Но как бы Чонгук ни кривился при упоминаниях фестиваля, он любил быть на сцене. Любил петь и танцевать. Он знал, что сражает зрителей своей энергетикой, и ему это нравилось. Да, Чонгук любил внимание. А на сцене его было особенно много. Когда Чонгук вернулся из туалета, он увидел, как Чимин заливисто смеётся. Такого Чимина он ещё не видел. Тот схватился за живот одной рукой, а за плечо Тэхёна — другой. Его глаз буквально не было видно. Звонкий смех, казалось, заполнил всю гостиную. Всё пространство. Всего Чонгука. Сейчас и здесь Чимин выглядел как никогда... обычным. Расслабленным. Таким простым и уютным. «Так хочется обнять», — пронеслось в голове у Чонгука. — О-о-о, — смеясь, протянул Тэхён. — Гуки, а ты знаешь, что Чимин тоже поёт? Он занимался вокалом. — Ох, — Чимин прикрыл рот рукой, чуть икнув от смеха. — Я не занимался вокалом. То есть просто состоял в хоре в католической школе в Сеуле. Это не так круто, как у вас. Точнее, совсем не круто. Он пару раз громко вздохнул, восстанавливая дыхание. — По-моему, очень круто! — отозвался Джин. — Он сейчас спел, у него классный голос. Знаешь, мы подумали, что если ты не хочешь выступать, Гук, то Чимин мог бы в этом году спеть с нами? Чимин из-под чёлки взглянул на Чонгука. — Только если ты не против, — поспешно добавил он. — Ваше выступление такое крутое было. Я бы очень хотел попробовать... Если ты не будешь. «Чимин собирается петь», — подумал Чонгук. И все они уже услышали его голос, а он в это время торчал в туалете. Чонгук от досады хмыкнул. — Но если ты против, то я... я не то что... я не хочу, чтобы ты думал, будто я пытаюсь занять твоё место, — Чимин запинался, словно он весь вечер пил не газировку, а что-то покрепче. — Ой, забей, — отмахнулся Тэхён. — Чонгук ничего такого не подумает. Но знаете что? — он довольно улыбнулся. — Вы можете спеть вместе? Чтобы было два вокалиста. Разобрать песню по партиям. Будет круто же. Чимин тоже красавчик, так что к нам будет ещё больше внимания. Чонгук-а, что скажешь? Тэхён, прищурившись, смотрел прямо на него. В какой-то момент Чонгуку даже показалось, что тот с самого начала следует какому-то своему плану. — Если согласишься, то у нас будет куча репетиций, — почти промурлыкал Тэхён. — Знаешь, нам всем вместе надо будет хорошенько подготовиться. А вам с Чимином ещё больше... ну, разобрать песню и... спеться вместе. Нет, этот хитрый жук точно что-то задумал. Чонгук уловил, как Тэхён многозначительно подвигал бровями в сторону Чимина. «Что он творит?» — Кажется, идея классная! — поддержал Тэхёна Намджун. — Гук, давайте вместе. Мы скоро школу закончим, больше таких выступлений может и не быть. Чонгук перевёл взгляд на Чимина. Тот сидел с лёгкой застенчивой улыбкой и смотрел на него. Понадобилась пара секунд, чтобы Чимин трогательно выгнул брови и сложил ладони в умоляющем жесте. Чонгук сдался. А что ему ещё оставалось делать, когда Чимин смотрел на него, как милый щенок? Хотя Чонгук даже не пытался сопротивляться. Бой был проигран, даже не успев начаться. Кроме того, это был отличный повод быть рядом с Чимином. Как слишком прямо отметил Тэхён — им предстояло много подготовки. — Сделаем это! — довольно заключил Чонгук, и его слова послужили новым тостом. Где-то час спустя Чимин со всеми попрощался. Он ушёл раньше и не мог задержаться. Строгие родители могли устроить ему проблемы, если бы сын не вернулся домой вовремя. Остальные остались у Чонгука, расслабленно болтая. Чонгук выглядел очень довольным. День удался. Он слегка улыбался сам себе. А потом его смартфон пропищал новым сообщением:

22:31 Чимини-Милашка Был рад со всеми познакомиться, спасибо за вечер! :)

Чимин написал в общий чат. А следом раздался ещё один звук сообщения. Но в этот раз лично Чонгуку.

22:31 Чимини-Милашка Так рад, что буду выступать с тобой. Я буду усердно стараться, чтобы не подвести вас. И... спасибо за вечер. ^__^

Чонгуку больше не было скучно.