И жили они "долго и счастливо"!

— Как ты? –, спросил знакомый голос. Сознания помутнено, мысли путались, а тело казалось настолько тяжёлым, что Чуя не мог поднять и руки. Сфокусировав вгляд, сквозь дымку перед глазами он разгедел Акутагаву. Старого доброго Акутагаву. Он сидел на маленькой белой табуретки, очень близко к Чуи. И смотрел на Чую...с жалостью? Чуя ненавидит такое, он всегда присекал попытки пожелать его. Но сейчас ему настолько всё ровно, что он не стал заострять на этом остатки внимания. Впрочем он сейчас не мог задержаться хоть на какой-нибудь мысли или идеи. — Кхм... Бывало и лучше, – и добавил опустошеным голос –, Дазая больше нет... Да? Акутагава не знал, как на это ответить. Точнее он знал ответ, он просто не мог сказать этого: "Да, Дазая нет", " Тебе здесь помогут ", " Ты справишься ". Даже думать о таком сложно, а сказать... Не в силах Акутагавы. — Тот доктор, который проходил... Сказал, что он психолог и поможет мне... До чего я докатился? – и с грустной усмешкой добавил, – я в психушке. Уж не думал что о таком. — Чуя, я... — Я снова видел его, – Акутагаву словно током ударило от этих слов, – когда Огай-доно расспрашивал меня об самочувствие, он стоял рядом и улыбался... По щекам потекли слезы, всё внутри сжималось от воспоминай о сне – который был явью. Всё чувства того дня резко накатили. Горящие лёгкие, капли дождя падущие на лицо и моча одежду, холод и страх. Потом кровь... Много крови. А затем пелена. "Теперь ясно, почему всё так смотрели на нас...нет на меня", – вот о чем думал Чуя в тот момент, когда Акутага тепло обнял его, не как любовник, а как друг. Друг который пытается утешить, которому также больно. Но впереди им двоим придётся очень много.

                        ***