А люди любят...

Раннее утро. Нет, буквально — очень раннее. Солнце ещё даже не взошло, но Альбедо уже стоял на ногах. Он просто выспался. Это не была бессоница, кошмары, или что-нибудь ещё. Алхимик просто открыл глаза и встал, не совсем понимая, почему. Именно поэтому он решил немного прогуляться перед их походом в пещеру с рисунками, которые так заинтересовали его. Что, если это как-то связанно с сущим Тейвата? Нет, он прекрасно понимает, что прямо сейчас он буквально рушит обещание, данное им Холмс. Но ведь не может же он без дела ходить по лагерю? Вчерашний день и так был непродуктивным. А задерживаться дольше на Драконьем хребте ой как не хочется. Именно поэтому он пишет записку, адресованную Элли. Альбедо, по идее, должен сейчас разбудить девушку. Но разве можно такое сотворить с мило спящей девушкой? «Решил прогуляться. Не волнуйся», — гласила записка. Ни стихов, ни умных заключений, ни даже банального «завтрак на столе». А может быть Холмс в свое время начиталась бульварных романов… кто знает? Альбедо ушел из землянки, захватив с собой только свой планшет, прошел по заметенным к утру снегом тропам. На ум пришел тот страж руин, который буквально свалился с небес на землю. Но этот ход мыслей прервал вход в пещеру. Ту самую, в которой и нашли странные рисунки. Но что странно, вход не был устрашающим, даже наоборот, свободным, мерцающим и притягательным. Правда последнего надо бы опасаться — ведь в природе существует множество примеров того, как растение имеет яркую окраску или же запах, чтобы заманить свою жертву. Как венерина мухоловка например. Около входа росло очень много странных цветов, в том числе и тех, которые притащила с собой Холмс в лабораторию. Конечно, они в обилии растут по всему Драконьему хребту, но здесь… их голубоватый цвет можно увидеть даже в глубине пещер, где нет источника света, что так важен для растений. Их слабое мерцание напоминае забытую надежду. Надежду найти истину этого мира. Алхимик присел, дотрагиваясь ладонью до цветка. «Не имеет запаха, по показаниям опытов не ядовит… пустышка», — заключил алхимик. Но даже констатация факта не может заполнить внезапную грусть. Альбедо зашел внутрь, зажигая фонарь, осмотрелся: вокруг пусто, разве что цветы мерцают равнодушным цветом. Это показалось забавным ему, ведь стоило только вспомнить лицо своей напарницы во время проведения опытов… карие, по определению теплые, словно луч солнца, глаза, вмиг становятся ледяными, стоит только приступить к работе. Альбедо прошел мимо рядов этих цветов, углубляясь в пещеру. Идя по темному коридору, да, именно коридору — стенки были жесткими (по ощущениям больше походит на глину, но из-за многолетнего налета сложно определить истинный материал), через несколько метров стояли огромные балки, которые и держали потолок. Спустя небольшой отрезок времени, алхимик вышел из коридора в комнату, кишащей не только теми цветами, но и другими: они светились намного ярче, позволяя рассмотреть стены и площадку, отделенную ступенькой, не подходя близко. Здесь было озеро, точнее, оно и сейчас есть. Откуда-то сверху медленно капала вода, создавая чарующую атмосферу. Почему-то казалось, что время здесь осталновилось. Был запах ветхлости и старости. Пахло не только ими, но и бумагой. Отсыревшой, желтой, с размазанными чернилами… Впрочем, последнее додумал сам Альбедо. Но стоило алхимику переступить ступеньку стрелки часов сдвинулись и продолжили тикать, спустя несколько веков секундная стрелка вновь совершила свой круг. Но часов как таковых не было. Был лишь страж руин, который материализовался словно из воздуха. Но он не начал превращение, он просто сидел на полу, а часы на его груди отбивали каждую минуту. И эта каждая минута отдавалась в сердце Альбедо странным чувством. Рассудок начал покидать алхимика и он прошел дальше, медленно направляясь к стражу руин. В юноше появился научный интерес, что если потрогать? изучить? разобрать? Но новое препятствие тут же встало на пути алхимика — дендро слаймы. Они появились за спиной Альбедо и тут же начали набрасываться на него. Благо, его реакция была молниеносной, отточенной годами на пути к мечте. Взмах, взмах, рука за спину, еще один взмах и тройка дендро слаймов не представляют угрозы. Повернувшись в сторону оставшихся, Альбедо оступился — площадка, заросшая мхом, начала светиться. Она просвечивала в определенных местах и стоило только избавиться от слаймов и слегка приглядеться можно было увидеть алхимический знак. Тут же материализовались несколько магов бездны. Альбедо тут же кинулся вперед, уверенно нанося удары по их гидро щитам. Но стоило алхимику не так повернуться, как он тут же улетел в стену, сильно ударившись о нее.

Альбедо уже начал поднимался, как вдруг появилась яркая вспышка, которая тут же ослепила Альбедо. Но несмотря на это он смог услышать звон брошенного металла на землю и нелестное: — Идиот! Альбедо, сидящий в холодном озере попытался встать и даже извинительно улыбнулся как тут же получил шлепок по заднице. — Холмс, — тихо произнес алхимик, потирая пятую точку — девушка неслабо приложила. — Как ты мог уйти один? Ты… каким ты местом думаешь, а? На эту грозную тираду тут же прибежали помощники. — Эль я правда… Берегись! — воскликнул алхимик, перетягивая Холмс за себя, а сам тут же метнулся за нее и ударил мага бездны. Помощники беспомощно стояли у стены, не зная, что им сделать. Но их помощь и не требовалась — Альбедо и Холмс быстро справились со всеми врагами. А когда закончили, то алхимику снова прилетело по одному месту. — Ты перегибаешь, — начал алхимик, медленно остступая. — Это я то перегибаю?! — продолжала Холмс, опасно надвигаясь на напарника, не обращая внимания на публику, — Ушёл, непонятно куда! Один! Ты же мне сам говорил, как на Драконьем хребте опасно! А теперь перечишь своим словам и вместо того, чтобы как адекватный человек взять команду или хотя бы меня… ты просто идёшь в одиночестве! — Я только одним глазком хотел взглянуть, а после собрать экспедицию, — Альбедо отвечал в спокойной ему манере, пусть и немного повысив голос. — Я не думаю, что один глазок — это чёртова глубь пещеры! Ты хоть головой думаешь, когда говоришь?! Или… Холмс хотела произнести что-то ещё, но вдруг позади алхимика начала разрушаться стена. Пошли мелкие трещины, которые постепенно начали обнажать перед стоящими людьми массивную дверь, на которой активно начали вырисовываться разные знаки. В них можно различить как алхимичиское письмо, так и какой-то неизвестный язык. Эти письмена довольно стремительно расползались по всей двери, если её так можно назвать, конечно. Она больше выглядит как запечатанные проходы, состоящие из двух ставней. Будто из подземелий, разбросанных по всему Тейвату. Но лишь одно отличие — открывается она с помощью нажимной плиты, на которую случайно наступил алхимик, пока пятился назад под напором девушки. Спустя пару секунд дверь с грохотом открылась, разнося шум до самого выхода из пещеры. Холмс взволнованно посмотрела на комнату, открывшуюся перед ней под непониманиющие взгляды затихшей команды. — Это же… Та самая Realis ferro!