Мистические истории Рина: отправная точка

В глаза ударил яркий свет, а где-то сбоку слышался шелест тюля. Резали взор снежно-белые стены, руки, похоже, были в бинтах, а не забинтованные пальцы ощущали хлопковую ткань. Краем глаза Рин заметил до боли знакомые золотые хвостики. — Ми… чиру… Она была рядом, сидела на стуле, а её изумрудные глаза были полны боли. Рин закусил губу. Сейчас будут скользкие вопросы, попытки всё выяснить, а ему придётся лгать. Ради защиты одной сверхъественной парочки. Он приподнялся и обнаружил, что в больничной пижаме, руки действительно перебинтованы до локтей, плечо тоже стянуто, а в палате, кроме него и Чиру, ни одной живой души. Только где-то за закрытой дверью слышатся голоса персонала. И всё тело жутко болит. Но по сравнению с болью в первом бою — мелочь. — Во что ты ввязался, глупый? Мне сначала написал, а когда я пришла — лежал в крови. Мичиру прикоснулась к его руке. На лице девушки была смесь грусти и осуждения. Вполне понятно и ожидаемо. Рин грустно улыбнулся. Слишком много вынужденной лжи. Он уже подготовил ответ. А во рту появилась горечь. — Знаешь, я немного погорячился и нахамил одним парням… Вина целиком моя, да. И улыбнулся как можно непринужденнее. Глаза Мичиру широко распахнулись, а её тонкие пальчики обхватили забинтованную ладонь. — Глупый Рин! Никогда не делай так, а то сама убью! Убью сто раз, слышишь! Он коснулся её щеки. — Чиру, какая ты цундэрэ. — Я не дэрэ! Она поправила хвостики. — Я… переживала… Ее голос дрожал. — Прости. Воцарилось молчание. За окном подул ветерок, играясь с посаженной в больничном дворе сакурой. Несколько розовых лепестков легли на белый подоконник. — Ой! Мне надо доктора позвать! И уже пора! Она поспешно открыла дверь. *** Врачу Рин сказал то же самое, приукрасив подробностями и напрочь отказавшись иметь дело с полицией. Когда толстенький доктор выкатился из палаты, громко ворча про испорченную молодежь, Кадзуто поспешно подошёл к окну. Как и ожидалось, посреди больничного двора стоял в зелёной кофте Тома, возле ног которого играл Юки. И всё — в море розовой сакуры. — Пришли… Рин стиснул кулаки. Хотелось их позвать. «Нельзя…» Не стоило привлекать внимание. Тем более что сейчас во двор выбежала Мичиру, чьи золотые хвостики развевались на ветру, подсвеченные солнцем. Захотят — сами зайдут. Заслышав в коридоре шаги, Рин поспешно вернулся в постель. *** — Я не хочу этого… Тома стиснул зубы. Буквально несколько часов назад поступил приказ. С помощью стеклянного шара, который Тома носит на груди, забрать силы Рина, а самого его уничтожить. Тома был готов рвать и метать, проклясть своё решение попросить у подруги поддержку в виде амулета. Всё оборачивалось не так, неправильно. Рин… Он ни в чём не повинен, он спас город. «Почему?» Ответ поверг в шок. Осколок грязного прошлого Фондатиона, который необходимо истребить. Неповинный в этом, несчастный, одинокий осколок. Который не должен умереть. — Я принял решение… Даже если это — конец. Он двинулся вместе с Юки ко входу. В груди всё горело, а глаза — щипало. Тяжесть решения опустилась бетонной плитой на плечи, грозя раздавить. Но Тома уже решил, выбрал свой путь. За сакурой, делая вид, что разглядывает её, стоял мужчина в одеянии священника. Парочка не заметила его. *** Дверь неслышно открылась — Рин присел на кровати. В палату торопливо зашёл Тома с Юки на руках. Кот, сжимая в зубах золотое кольцо, прыгнул на пол. Дверь с лёгким хлопком закрылась сама собой, и на ней тут же зажёгся алый круг со звездой. Рин, сам не зная, почему, похолодел и судорожно сжал одеяло. Голос задрожал, а язык не слушался. — Что происходит? Он настороженно осматривался. Палату заполняло алое сияние, по стене ползли узоры из пламени. Хотелось кричать, звать на помощь. Воздух будто стал теплее, а окно само захлопнулось. «Что за?» Тома вытащил из воздуха кинжал. — Ты хочешь меня убить?! Рин судорожно оглядывался. Как назло, ничего для защиты. — Я хочу тебя спасти. — Ха-а-а? Рин резко сел, сбросив одеяло и поморщившись от боли. Тома отложил кинжал. — Слушай, буду краток. Ситуация серьёзная. Из Фондатиона поступил приказ забрать твои силы, а тебя уничтожить. Почему, я не знаю. Рин тяжело дышал. Схватился за голову — и чуть не выдрал клок волос, сморщившись от боли. Это не было реальностью, просто сон. Всё произошедшее — сон, безумный, чрезмерно реальный. — Ты же шутишь, хе-хе? Он попытался улыбнуться. Ну не может такого быть! — Нет, Рин. Лицо Томы — серьёзная маска. Он присел на край кровати и провел рукой по волосам Рина, успокаивая. — Я дам тебе шанс. Ты начнёшь новую жизнь под именем Цучимика Микото, в новом теле, с новой биографией. И вполне возможно, что в процессе ритуала твой характер изменится. Обычные амулеты на иммунных не действуют, а потому Фондатион подключил к этому мою подругу. Она способна обходить иммунитет. Эти амулеты — её работа. Он снял с шеи шар. Юки прыгнул на колени Рину и вложил ему в руку золотое кольцо. Рин вскрикнул. Круг оказался горячим, не до ожога, но ощутимо. Чувствовалась магия. — Я… всё забуду? И меня… забудут? Голос Рина задрожал. Перед внутренним взором мелькнула хрупкая девушка в синем платье, с милым мопсом на поводке, парк, сакура, бросающая на дорогу нежные лепестки, и весёлый голосок Мичиру. На глаза навернулись слезы. — Я не буду отнимать у тебя память. Нынешние знания помогут тебе. Но Мичиру память сотрут так и так. Ты будешь вычеркнут из обычной жизни. — Я готов… только пообещай, что не тронут Чиру? Она не виновата. Она просто была ко мне добра, была моим единственным другом и… Он осёкся. — И ты к ней привязан, мр-р. Юки впервые подал голос, полизывая лапку. На мордочке — грусть. — С помощью золотого круга мы создадим тебе новое тело и телепортируем в точку, где для тебя сложены деньги, фальшивые документы и немного вещей, на первое время. Там же будет билет на поезд. Ещё будет защитный амулет, береги его. Не волнуйся, здесь всё запечатано, никто не войдёт и не услышит. Твои силы придётся отнять, а смерть сфабрикуем. — Я верю. Рин сжал его руку. Сейчас не оставалось иного выбора. — Мне помогает подруга. Она достала и телепортировала необходимый амулет. — Хорошо… Тома, но почему ты меня спасаешь? — тихо спросил Рин, отведя взгляд. Киригая подвергал себя опасности из-за него… Жертвовал всем. Внутри всё сжалось. Маг внимательно посмотрел на товарища. — Потому что ты — хороший человек… И ты ни в чём не виноват. *** За окошком поезда медленно двигалась серая платформа с фигурками людей и светом рекламных баннеров. Слышался свист и грохот мотора, небо усыпали звёзды, а юноша с каштановыми волосами, одетый в клетчатую рубашку и потёртые джинсы, уныло вертел в пальцах медальон в виде капли. — Ой, вы мой сосед? Дверь двухместного купе открылась, и в проёме показался паренёк очень низкого роста. Навскидку он доходил бы своему соседу максимум до талии. — Ну, типа того. — Меня зовут Ивасаки Иши. Рад знакомству. Иши протянул руку. — Цучимика Микото, взаимно, — ответил его попутчик, пожимая ладонь.