Как Рождество встретишь...

      — А теперь пошли спасать принцессу! — с излишней, как ей показалось, радостью объявила Беатрикс, когда Али Халид выбрался из клетки и с удовольствием потянулся, расправляя затёкшие мышцы.       — Чего? Какую ещё принцессу? — не разделил её энтузиазма террорист. — Я на такое не подписывался. — Он сердито свёл брови и скрестил руки на груди. — Нам самим отсюда выбираться надо, пока целы.       — Я вернулась сюда за Тильдой и не уйду без неё! — упрямо возразила Беата.       Его лицо в изумлении вытянулось.       — Вернулась? То есть у тебя была возможность удрать отсюда, а ты вернулась? — Он смотрел на неё как на умалишённую. — Ой, дура-а-а, — протянул террорист, и с акцентом это прозвучало почему-то обиднее.       В целом он, конечно, недалёк от истины: совершать глупые поступки — это то, что получалось у Беатрикс лучше всего. Но лучше бы этот человек молчал.       — Хорошо, делай, что хочешь, — злобно прошипела девушка. — Можешь выбираться отсюда без меня. Но если попадёшься снова — на мою помощь даже не рассчитывай, — кажется, она уже поднаторела в шантаже настолько, что может вести собственные курсы для начинающих преступников.       «Будет даже лучше, если ты свалишь», — мрачно подумала Беатрикс. Это могло бы отвлечь Ясперса, да и таскаться толпой по вражескому лагерю было слишком рискованно: чем меньше народу, тем они мобильнее и незаметнее. К тому же, девушка не могла окончательно побороть неприязнь и страх к Али Халиду — вернее, к его «профессии».       — Ладно, — со скрипом выдавил из себя он. — Давай спасём твою принцессу. Ты знаешь, где её держат?       — В комнате на втором этаже.       Больше Али Халид не сказал ни слова. Он прислушался, придвинувшись поближе к выходу. Тихо. Приоткрыв дверь, выглянул в коридор.       — Идём.       Вдвоём они бесшумно двинулись в сторону лестницы — но не той, что выходила в приёмную, а второй, в конце коридора. Али Халид ступал мягко, словно кот, а Беата на всякий случай кралась на цыпочках, не доверяя ковру глушить шаги.       Поднявшись на второй этаж, террорист уступил главенство девушке. Она опасалась, что не узнает комнату, в которой оставила Тильду, однако нужная дверь быстро нашлась. Ключ — какая удача — торчал в замке: то ли Ясперс попросту боялся его потерять, то ли пытался таким образом снизить шанс побега.       Али Халид беззвучно отпёр дверь, и друг за другом они протиснулись внутрь.       — Кто здесь? — боязливым шёпотом спросили с другого конца комнаты.       — Помощь, — коротко отозвалась Беата.       Из темноты вынырнуло настороженное лицо, которое смерило девушку пристальным взглядом и тут же выдвинуло обвинение:       — Это моё пальто.       — Да, большое спасибо, оно мне очень помогло, — Беатрикс очаровательно улыбнулась, но рассерженная собственница одежды не прониклась.       — А ещё ты ударила меня по голове!       — А давайте вы займётесь выяснением отношений после того, как мы выберемся отсюда? — раздражённо предложил Али Халид. — Это твоя принцесса? — Он схватил девушку, в которой Беатрикс узнала врача, вызванного Ясперсом на помощь Тильде, за руку и потянул в сторону выхода. — Идём отсюда.       Она не сдвинулась с места.       — Сам ты принцесса, а я Джейд Моэн, медсестра в Гленши, — (всё-таки медсестра, значит, не врач — и правда, откуда в Гленши ему взяться), — которую совершенно бессовестным образом заперли в этом… сарае. — Она с вызовом посмотрела на Беату.       Террорист тут же разжал пальцы.       — А, тогда извиняюсь.       Тильда в это время спокойно спала, свернувшись калачиком на матрасе и даже не подозревая, что её пришли спасать. Беатрикс потрясла её за плечо, и принцесса неохотно разлепила глаза, но вместо того, чтобы живо и радостно включиться в процесс своего спасения, она ворчливо поинтересовалась:       — Чего так долго?       — Прошу прощения, что не раскидала врагов силой мысли, — огрызнулась Беата в ответ. — Давай, вставай. Пора уже выбираться отсюда.

***

      Лука, не открывая глаз, с наслаждением потянулся на диване. Неожиданных заданий больше не появлялось, и остаток рождественской ночи прошёл замечательно. Заказчик заплатил и заплатил прилично, а кроме того, расщедрился на премиальные и даже милостиво оплатил расходы на бензин, потому что из-за «непредвиденных обстоятельств» тащить принцессу пришлось аж до самой Шотландии, — в общем, сделал всё, чтобы оставить исполнителей довольными. «Лишним» деньгам тут же нашли применение, сделав удачное вложение в алкогольные напитки, то есть купив несколько бутылочек премиального бренди у знакомого перекупщика. Тот, конечно, не был в восторге от столь позднего звонка и почти успел послать Луку и его компанию куда подальше, но, как и все люди его профессии, он был падок на деньги, а потому возможность наживы его быстро переубедила, сделав ласковым, покладистым и вежливым — пусть даже вся его вежливость и заключалась в том, что он называл их болванами, а не уродами.       Удача улыбнулась им и в другом месте: расторопный Хон успел снять заколку со второй девицы, изъявившей желание быть похищенной (он клялся и божился, что нашёл украшение уже после того, как принцессу с подружкой вручили клиенту, но ему не особо верили, зная его славное уголовное прошлое), а Археолог, осмотрев находку беглым профессиональным взглядом, вынес вердикт, что у них в руках оказалась не дешёвая бижутерия, а добротное ювелирное изделие, что в переводе на язык наёмников означало «это можно дорого продать». Лука не поощрял подобное мародёрство, однако отучить китайца брать всё, что плохо лежит, могла только могила, но на такие радикальные меры Лука идти не собирался. Да и подумаешь, снял заколку с какой-то сумасшедшей. Принадлежи украшение принцессе, Лука бы выкинул его в ближайшее озеро: с королевскими драгоценностями лучше не связываться, — а вот побрякушку неизвестной они оперативно выставили на продажу — от краденых вещей стоит избавляться как можно скорее.       В общем, всё было подозрительно хорошо.       Настолько подозрительно, что, когда Лука услышал звуки проблем, которые звучали как раздражённый скрип распахнутой рывком двери и чьи-то злобные шаги, он обрадовался. Наёмник разлепил сонные глаза и увидел двух мужчин, аккуратно обходивших раскиданных по полу бутылки. Опасными физически они не выглядели, но прозорливое шестое чувство подсказывало Луке, что с этими ребятами шутки плохи.       Увы, ночной задор ещё не успел полностью выветриться из головы, поэтому наёмник, вместо того чтобы аккуратно и без резких движений приподняться и безобидно поинтересоваться, что привело уважаемых господ в эту дыру, Лука стремительно сел, что заставило его голову закружиться, а гостей — схватиться за оружие, и развязно осведомился:       — Чего надо?       Один из них, постарше, хмыкнув, опустил пистолет и, выдвинув стул, уселся, закинув ногу за ногу.       — Я слышал, вы тут заколку продаёте?       Они были похожи друг на друга: дорогие добротные костюмы, очки, лакированные ботинки и, самое главное, манера держаться. Различие составляли разве что возраст и выражения лиц: один был злющий, как свора бродячих собак, а другой — уставший до равнодушия: такой пристрелит и не заметит.       — О, — оживился Лука, — всё верно, продаём.       Для покупателей, конечно, странноваты, но это уже их дело. Та девица, владелица заколки, что-то про мафию втирала — может, из этой же касты ребята.       — Покажете? — а в голосе ничего, кроме вежливого интереса. Притупленное сознание наёмника с поиском подвохов не справлялось.       Ещё бы вспомнить, куда запихнули… Ох, ну и забористое же было бренди! Наёмник опустил взгляд на одеяло, словно ожидая отыскать заколку среди складок, а в следующее мгновение ощутил бездушный поцелуй металла на затылке.       Лука капитулирующе поднял ладони. Он не был ни трусом, ни героем — он был наёмником. И забесплатно подставляться не собирался. Вот когда ему за это платят — уже другой разговор.       — Где принцесса? — зловеще спросил второй мужчина.       Лука наморщил лоб, пытаясь вспомнить, платили ли им за молчание и, если платили, достаточно ли. Видимо, пытался он слишком долго, потому что гость не выдержал:       — Будешь молчать — пристрелю, чтоб тебя.       — Тогда не узнаешь, где принцесса, — проснулся в Луке то ли философ, то ли дурак — что в общей сложности одно и то же.       — Ничего страшного. У нас ещё есть твои дружки в запасе.       Из соседней комнаты, как будто в подтверждение, донёсся раскатистый храп Археолога. Это-то, может, и не расколется, а вот Хон при малейшей опасности сдаст всех с потрохами: при всей своей жадности до денег своей шкурой китаец дорожил куда сильнее.       — Ну? — напомнил о себе нетерпеливый гость.       — А что мне за это будет? — Рефлексы, чтоб их чёрт побрал, работали быстрее логики и здравого смысла. Будь Лука трезвым — он бы и не подумал торговаться. Но нет, жадная капиталистическая натура взяла верх над разумом.       Он буквально слышал, как мужчина скрипнул зубами, и почувствовал, как дрогнул палец на спусковом крючке.       — Мы сохраним жизнь тебе и твоим коллегам, — дипломатично вмешался первый мужчина, всё так же продолжавший сидеть на стуле. — Разве этого мало?       Определённо мало — и бесконечность, знаете ли, не предел. Но Лука, всё-таки обуздав свою пьяную смелость, выдавил:       — Мы оставили её с подружкой в Шпитталь-оф-Гленши, а дальше их уже клиент куда-то увёз. Больше я ничего не знаю.       — Как выглядел клиент?       — Говорю же, не знаю ничего. Он скрывал лицо.       — А голос?       — А что голос? Голос как голос. Мужской.       — Акцент?       — Да вроде не было, а в диалектах ваших я не разбираюсь.       Мужчина помоложе вздохнул, наконец-то убрал пистолет от головы наёмника и вернулся к своему напарнику. Они о чём-то тихо переговаривались — но до Луки долетали только обрывки разговора.       — …оф-Гленши? Ты бывал?..       — …чего, одни горы и… Гленши…       — …что-то читал… Точно, собственность… Ясперс… отель… но не окупился…       — …думаешь?.. Проверить?..       И они ушли так же внезапно, как и появились, как будто бы и вовсе позабыв о Луке. Он благоразумно не стал напоминать им о себе. И о заколке: может, найдутся другие покупатели.       Желательно поадекватней.

***

      Медсестру пришлось брать с собой. Во-первых, добровольно оставаться в комнате она почему-то не пожелала, оглушать её во второй раз у Беатрикс не поднялась рука, а Али Халид участвовать в этом отказался; во-вторых, Тильда успела сблизиться с Джейд и за свою новую подругу ручалась, так что из «камеры» они вышли в полном составе. Правда, не сразу: Беате пришлось вернуть медсестре её вещи и надеть своё пальто — Али Халид нервно переминался с ноги на ногу, пока они переодевались. Джейд нервно косилась на него, опознав по фотографии из новостей, но протестовать против его компании не стала.       Команда подобралась преотменная: террорист, принцесса, врач-недошпион и медсестра. Да уж, для спасения мира такой себе состав — но им бы для начала себя спасти, а это у них пока не слишком успешно получалось.       По заверениям Али Халида сейчас в гостинице находились только Кэри Ясперс и его жена — Миллер так и не вернулся из Лондона (и Беата даже знала почему). Их дети тоже были где-то здесь, но террорист их ни разу не видел и не слышал.       Стараясь издавать как можно меньше шума, беглецы спустились в приёмную — и тут же испуганно замерли в ненадёжном мраке лестницы. У входной двери, прислонившись к косяку, стоял Ясперс и, чуть сдвинув занавесь, вглядывался в белизну гор. Линда с аристократично прямой осанкой сидела на диванчике и наблюдала за мужем. Али Халид, шедший первым, знаком велел спутникам оставаться на месте, а сам юркой тенью сполз с лестницы и тут же скрылся в боковом коридоре.       — Что могло его так задержать? — Кэри явно нервничал — голос выдавал его напряжение несмотря на обманчиво расслабленную позу.       — Ты ведь знаешь Джейка, — попыталась успокоить его жена. — Наверняка решил заскочить в какой-нибудь бар по дороге и засиделся.       — Но я же попросил его вернуться незамедлительно! — воскликнул политик. — А вдруг с ним что-то случилось?       — Уверена, что с ним всё в порядке.       — Линда…       — Не называй меня так, — мягко оборвала она Ясперса. — Ты же помнишь, нам нужно привыкать к новым именам.       — Да, прости, Кей… Кейт.       — Так-то лучше, Чарли.       Террорист на короткий миг высунулся из коридора и поманил девушек за собой. Первой успешно прошмыгнула Тильда, за ней следом — Джейд, Беатрикс — замыкающей. Теперь они цепью растянулись вдоль стены коридора и напряжённо прислушивались к наступившей тишине. Беата, не выдержав, выглянула за угол. Кэри озадаченно поскрёб небритый подбородок и, отлипнув от косяка, повернулся к лестнице — девушка едва успела спрятаться обратно.       — Пойду проверю нашу чахоточную принцессу. Проклятье, если бы я знал, что она такая болезная, не стал бы с ней связываться…       Шаги раздались совсем рядом.       — Быстрее! — Али Халид схватил Беатрикс за руку и втянул за собой в какую-то комнату. Его ладонь оказалась жёсткой, сухой и горячей и почему-то вызывала стойкую ассоциацию с пустыней. Девушка раздражённо вырвалась: она терпеть не могла, когда её вот так хватают.       Террорист бесшумно прикрыл за собой дверь. Замка у неё не имелось, так что надёжным убежищем комната, оказавшаяся кухней, прослужить не могла — только временным. Тильда уже вовсю шарила по полкам в поисках еды. И небезуспешно.       — Угощайтесь, — она протянула вынужденным соратникам коробку с эклерами. Они вежливо отказались, и принцесса со счастливым вздохом придвинула к себе всю упаковку.       — Потолстеешь опять, — беззлобно пожурила её Беата.       — Ничего страшного, я уже замужем, — отмахнулась Тильда, в два счёта расправившись с первым эклером и тут же принявшись за второй.       — Лучше подумайте, как нам теперь отсюда выбираться! — взъелся на них террорист, на проверку оказавшийся самым стрессонеустойчивым. — Потому что сейчас Ясперс обнаружит, что мы сбежали, и начнёт нас искать! Долго бегать от него мы не сможем.       — Значит, надо выбираться отсюда как можно скорее, — флегматично отозвалась принцесса, приступая к третьему (а может уже и четвёртому!) эклеру.       — Как? Его жена всё ещё торчит там!       — Значит, придётся чуть-чуть пошуметь и немножечко побегать, — пожала плечами Беатрикс. Кажется, она превысила лимит страха на сегодня и потому относилась к происходящему с ледяным спокойствием, пугавшим даже её саму. — Стукаем её по голове и драпаем отсюда как можно скорее.       Воплотить свой бесхитростный план в жизнь они не успели: Ясперс заметил их отсутствие раньше. Орать на всю гостиницу и оповещать беглецов о своих планах он не стал, однако сквозь тонкие стены они всё равно отлично слышали, как он торопливо сбежал по лестнице и тревожным шёпотом сообщил жене:       — Эти… — (Беатрикс выслушала эпитеты в их с Тильдой честь с затаённой гордостью — достать человека, чтобы он выражался такими словами, нужно действительно постараться!), — …сбежали!       — Что?.. Но как…       — Не знаю! — в голосе Ясперса сквозило отчаяние. — Ч-чёрт! — Беатрикс почему-то явственно представила, как беспокойно запускает пальцы в волосы, отбрасывая назад сбившуюся чёлку.       — Они не могли далеко уйти. Мы ведь всё время были поблизости, — напомнила Линда. — Мы бы услышали, если бы они открыли дверь.       Чёрт, а она сообразительная.       — Верно. — Замечание жены отрезвило Кэри, и он сразу же посерьёзнел. — Скорее всего, они до сих пор здесь. Скрываются где-то… Вот что, я проверю комнаты, а ты сходи к Ясину. Может, он что-нибудь знает.       — Думаешь, он скажет? — засомневалась Линда. На кухне Али Халид фыркнул с таким презрением, что Беатрикс поняла: он бы не стал общаться с Ясперсами, даже если бы во всей вселенной не осталось никого другого. — После того, как мы…       — Ничего страшного. Тогда просто заберёшь ключи, а то с этих идиоток станется и его освободить. — Во время нештатной ситуации террорист, надёжно запертый в клетке, нервирует меньше, чем террорист на свободе — особенно если он ни в чём не виноват, очень зол и жаждет мести своих пленителям.       Пока Кэри с Линдой договаривались, команда по спасению самих себя времени даром не теряла, одновременно и подслушивая разговор в коридоре, и на этот раз дружно обыскивая кухню в надежде найти не оружие, конечно, но что-нибудь, что могло бы сгодиться для самообороны. Али Халид взял столовый нож (исключительно тупой: пилить противника им придётся долго) в правую руку и вилку (куда более эффективное вооружение: один удар — четыре дырки, как говорится) — в левую, видимо, надеясь такой комбинацией нанести противнику больше психологическую травму, нежели реальный ущерб; Беатрикс взвесила в руке сковороду (добротная, тяжёлая — в самый раз); Джейд нашла запечатанную бутылку вина; а Тильда сгребла себе штук пять тарелок, в случае необходимости собираясь метать их на манер сюрикенов.       Когда Ясперсы разошлись, беглецы предельно осторожно покинули убежище и осмотрительно двинулись ко входу. На этот раз вела Беатрикс, а Али Халид отвечал за тыл. Добравшись до приёмной, девушка тут же дёрнула за ручку двери, стремясь на свободу, которая начиналась буквально в двух шагах. Однако замок оказался заперт и ключа, как назло, в нём не наблюдалось. Чёрт, а ведь до этого Ясперс такой безобразной осмотрительности себе не позволял! Ну почему везение отвернулось от них в самый неподходящий момент?!       — И что теперь делать? — Джейд тоже бестолково несколько раз нажала на ручку, очевидно, в надежде, что Беата просто не умеет правильно пользоваться дверьми.       — Наверх, — первой сообразила Беатрикс. — Там есть нормальные окна — я видела с улицы. Можно спрыгнуть.       За неимением иного выбора предложение девушки было принято единогласно. Нестройной толпой они быстро двинулись обратно к лестнице.       И тут же столкнулись с высочившей из коридора Линдой.       — Кэри, они зд… — Её крик застрял в горле: Али Халид выхватил бутылку из рук стоявшей рядом с ним Джейд и с размаху опустил её на голову миссис Ясперс. Она охнула и рухнула на пол.       Над головой раздались торопливые шаги.       — Скорее, к дальней лестнице! — не растерялся террорист. Он сунул бутылку обратно ошарашенной медсестре, небрежно перескочил через тело Линды и первым помчался в нужном направлении. Девушки поспешили за ним.       Беатрикс совершенно надоело ныкаться в этом тёмной, душной, ободранной гостинице, по ощущениям напоминавшей баню, а по атмосфере — склеп. Ещё немного, и у девушки разовьётся клаустрофобия: куда ни сунься, везде запертые двери, узкие замкнутые пространства и ни намёка на выход.       Беспросветная тоска.       На втором этаже они разделились и принялись осматривать каждую комнату в поисках незабитых окон: с ходу сопоставить вид гостиницы со стороны и её внутреннюю планировку у Беаты не получилось, а им была дорога каждая секунда.       Не успели.       Кэри Ясперс целился отвратительно, а стрелял и того хуже. Пистолет в неумелых руках превращал и без того опасную ситуацию в своеобразную версию русской рулетки — кому повезёт: охотнику или жертвам? Пули летали хаотично по совершенно немыслимым траекториям и в случайных направлениях: одна пробила стену в дюйме от плеча Беатрикс, другая едва не размозжила череп Али Халиду, а какая-то умудрилась разбить бутылку в руках Джейд: красное вино обильно залило медсестре штаны, из-за чего казалось, будто девушка истекает кровью.       — Сюда! — раздался голос Тильды откуда-то сверху.       Беатрикс отыскала её взглядом — принцесса стояла на притаившейся в углу чердачной лестнице и пыталась справиться с задвижкой: судя по всему, ход на крышу не пользовался большой популярностью, поэтому старый строптивый замок упрямился и не горел желанием становиться пособником побега.       Наконец заржавелый люк нехотя поддался, отлетел в сторону, лязгнул о крышу. Тильда первой взвилась наверх, за ней проворно забрался Али Халид, который мощным рывком втянул за собой сначала Джейд, а потом Беату. Тильда захлопнула крышку обратно и встала на неё сверху. Остальные присоединились к ней, тяжело и сбивчиво дыша.       Люк под ногами дрогнул: Ясперс пытался пробиться к ним, но сбросить четырёх человек был не способен. Он ещё немного подолбил в люк, но ничего этим не добился и отступил, изрыгая проклятья — вернее, Беатрикс хотелось надеяться, что он в бессильной ярости смачно костерит их: на деле завывавший шотландский ветер и толстый металл люка не позволяли точно различать слова.       Зато два выстрела они расслышали совершенно отчётливо: похоже, раздосадованный неудачей и разгорячённый погоней дипломат решил умертвить стену за неимением лучшей цели.       Подождав, пока Ясперс успокоится, Беатрикс тихонечко отползла в сторону, к краю крыши, и глянула вниз. М-да, высоковато. И — насколько она могла помнить — периметр отеля выстилала ледяная корка. И неотвратимо наползал вечер: что на самом деле творится на земле, сказать было трудно. Можно, конечно, спрыгнуть, не убьются, но ноги отобьют или вообще спину — далеко в таком состоянии они не убегут. Да и место открытое, даже Ясперс с его антиталантом их успешно перестреляет прежде, чем они успеют добраться до какого-нибудь укрытия. Идти в лес — такой себе вариант: их быстро догонят по следам. Разделиться — тоже не самая удачная идея: если они кинутся в разные стороны, то преследователей с толку собьют, но с большой вероятностью заплутают.       Хм. Нужно придумать план пожизнеспособнее.       Джейд охватила дрожь: наступила запоздалая реакция на стресс, стоило схлынуть приливу адреналина. Медсестра, обхватив руками плечи, опустилась вниз, вытянув ноги. Террорист с принцессой последовали её примеру, решив использовать выдавшуюся спокойную минутку на краткую передышку.       Стоило Беатрикс повернуться к спутниками, чтобы доложить им необнадёживающие результаты разведки и предложить подумать над ситуацией, то есть провести мозговой штурм, снизу послышался шум и, прежде чем кто-либо успел что-то сообразить и уж тем более предпринять, крышка люка с чьей-то мощной подачи распахнулась, сваливая в кучу расслабившуюся компанию.       Тело действовало быстрее разума: перекатиться, схватить сковородку, занести над головой и...       На запястье сомкнулись чужие пальцы.       — Я так понимаю, ты решила включить избиение сковородкой в список наших традиций? — весело спросил Гарри, отпуская её руку. Девушка смущённо спрятала своё грозное оружие за спину.       Агент влез на крышу, и Беатрикс радостно прильнула к нему — и стало так хорошо и спокойно. За ним поднялся Эггси, который удивлённо уставился на кашу из Али Халида, Джейд и Тильды, прижатых люком.       — И чем это ты тут занимаешься в компании этого злокозненного террориста и… э-э-э, простите, мы не знакомы?       — Джейд Моэн… Медсестра… — пропыхтела Джейд, силясь выползти из-под навалившихся на неё принцессы с террористом. Эггси любезно приподнял люк, давая им возможность выбраться.       — Лучше бы спросили, что бедный террорист делает в компании этих ненормальных, — буркнул Али Халид, спихивая с себя Тильду и слезая с Джейд. — Знал бы — остался бы сидеть взаперти.       Эггси помог своей жене подняться и заключил её в объятия. Джейд повернулась к Али Халиду:       — Ну, давай, что ли, тоже обнимемся… — И они, немного подумав, неловко придвинулись друг к другу.       Тихий стон, донёсшийся со второго этажа, разрушил их трогательную идиллию. Гарри нехотя отпустил Беатрикс и подошёл к люку, намереваясь спуститься.       — Можешь не торопиться, Ясперс не убежит, — заметил Эггси. — Я приковал его наручниками к лестнице.       — Это замечательно, — кивнул Гарри, — но я бы предпочёл поскорее вернуться в Лондон, а не сидеть на крыше.       Беатрикс вдруг поняла, как сильно она хочет домой. Залезть в ванну, смыть с себя последние сутки, рухнуть на кровать и проспать желательно до Нового года.       — А что будет со мной? — напомнил о себе Али Халид. Он исподлобья смотрел на агентов, не слишком надеясь на их снисхождение.       — Он нам немного помогал! — заступилась за террориста Беата. — И вообще он невиновен: это всё Ясперс и…       — Мы знаем, — перебил её Гарри и обратился уже к Али Халиду: — Ты ведь понимаешь, что мы не можем тебя отпустить? Мы благодарны тебе за помощь, но это не отменяет твоих преступлений в качестве члена Аль-Адали. Поэтому нам придётся…       — Ну уж нет, — злобно вскинулся террорист.       …Всё произошло так стремительно, что никто толком не успел ничего понять. Али Халид метнулся к принцессе, дёрнул её к себе и приставил к горлу нож — да, не слишком острый, но чтобы перерезать сонную артерию, вполне хватит и этого. Джейд, не сдержавшись, испуганно ахнула.       — Я взаперти сидеть больше не намерен, — раздражённо зашипел он. — И я не доверяю вашему правосудию. Дайте мне уйти, и…       Тильда не стала дослушивать предложение террориста. Принцесса перехватила его запястье, отвела от себя нож, ловко выкрутилась из захвата и, оказавшись у Али Халида за спиной, подсекла ему ноги. Он упал, а девушка победно заломила ему руку.       — Отличный бросок, — оценила Беата. Ей-богу, не будь они обе заняты, она бы сама женилась на принцессе.       — Спасибо, — Тильда смахнула волосы с лица. — Эггси научил меня парочке приёмов после Валентайна, — и она послала мужу довольную улыбку.       — Ты способная ученица, — с гордостью кивнул агент Галахад в ответ.       — Так вот, Ясин, — принцесса наклонилась к уху террориста. — Давай ты больше не будешь выделывать таких фокусов, а мы сделаем вид, что этого эпизода с угрозой не было? — Она вопросительно посмотрела на компанию на крыше, ожидая, что они подтвердят её слова. Они вразнобой кивнули.       — И постараемся выбить для тебя максимальное снисхождение: ты не только невиновен, но и помогал свершиться правосудию, освободил принцессу и всякое такое…       — Зачем вам это? — с подозрением отнёсся к их доброте Али Халид. — Неужели сами не хотите стать национальными героями?       — Видишь ли… Как бы это объяснить… — Эггси замялся, и Гарри пришёл ему на помощь:       — Мы не из тех людей, которым нужна известность. Это дело громкое и предано огласке, его невозможно просто замять и скрыть — но ты прав: кто-то должен был всех спасти. Поэтому мы предлагаем тебе взять эту ответственность на себя — при условии, что в истории, которую ты поведаешь миру, не будем фигурировать мы с коллегой и Беатрикс, — он поочерёдно указал на всех названных участников.       Террорист подумал — и скрепя сердце согласился.

***

      Ясперс с мрачным видом наблюдал за их спуском. Он не проронил ни слова, обливая спасителей и спасшихся высокомерным молчанием. Да и сказать ему было совершенно нечего.       — А где его пистолет? — Гарри внимательно обшарил взглядом пол, но оружия не обнаружил.       — М-м, где-то на лестнице валяется, — отозвался Эггси. — Я его хорошо так пнул… По дороге подберём.       Они неспеша побрели вниз. Первыми шли Джейд и Али Халид, о чём-то негромко переговариваясь. Следом шли Тильда с Гарри, который на всякий случай приглядывал за террористом, если ему в голову взбредёт очередная мысль о побеге, а Эггси и Беатрикс, присматривая за Ясперсом, плелись в конце. Агент Галахад немного поотстал, ища выбитый из рук политика пистолет.       После уличного света, даже сдобренного сумерками, в коридорах гостиницы снова царил плотный мрак. Разводы ободранных, щербатых стен напоминали затаившихся в темноте монстров из детских ночных кошмаров, наблюдавшие за людьми и выбирающие подходящий момент для атаки…       Её выдал неосторожный шорох. Равнодушное лицо Линды Ясперс внезапно всплыло из плещущегося в коридорах моря теней. Гарри кинулся наперерез. Во тьме друг за другом вспыхнули и тут же погасли два маленьких огонька. А затем — звук разрывающейся плоти, судорожный вздох, шум упавшего тела, и секундой позже — едва уловимый запах порохового дыма с кисловатым металлическим привкусом. .       Линда Ясперс была куда лучшим стрелком, чем её муж.       Беатрикс, оттолкнув замершую столбом Тильду, упала на колени ощупывая тело. Руки тут же покрылись тёплой липковатой кровью.       — В этой чёртовой гостинице есть свет?! — прорычала Беатрикс: она не рисковала оказывать первую помощь в темноте: так и угробить человека можно, — а времени ждать, пока глаза окончательно перестроятся к текущему уровню освещения, у них не было.       Кто-то включил фонарик. Он светил неярко, тускло, серо — перепуганное лицо Джейд, и без того бледное, казалось и вовсе потусторонне-призрачным.       Что у нас здесь? Два ранения в грудной клетке, несквозные. Али Халид упал на спину — это хорошо: он теряет меньше крови. Шансы есть, но Беатрикс не решалась даже ладонью раны зажать: учитывая, где они лазали, кто знает, какая зараза попала на руки?       — Джейд, у тебя ведь была аптечка? Где она?       — Я… я… я оставила её в той комнате…       — Проклятье! Тильда, сбегаешь?       Принцесса без лишних вопросов взбежала по лестнице. Им бы хотя бы остановить кровотечение, продезинфицировать и перевязать рану — вряд ли у Джейд в аптечке имелся стерильный хирургический набор.       Время шло. Тильда не возвращалась. Али Халиду становилось хуже. Джейд разговаривала с ним, не давая впасть в беспамятство. Он отвечал ей — но с каждым разом слова давались ему всё труднее, вырываясь со свистом и хрипами из горла.       Тильда почти кубарем скатилась с лестницы, держа в руках сумку из тёмной кожи.       Но было поздно.

***

      — Почему она напала именно на Али Халида? Я бы на её месте начала с тебя и Эггси: вы ведь единственные представляете реальную угрозу, — издали глядя на то, как Ясперсов сажали в полицейский автомобиль, задала Беатрикс Гарри мучавший её вопрос.       — Она не пыталась спастись. Она убирала единственного свидетеля.       — Зачем? Они уже заработали себе пожизненное.       — Да, но теперь они могут… скажем так, смягчить некоторые моменты. Сказать, что не они держали Али Халида в плену, а он их, угрожая жизнями их детей… Одно дело быть эгоистами, которые ради личной выгоды пытались развязать войну, и совсем другое — жертвами под давлением обстоятельств.       — А Тильда? А Джейд? Они ведь могут всё рассказать…       Официальной «спасительницей» стала Джейд Моэн: якобы это она, а не Беатрикс, проникла в гостиницу и вызволила принцессу… Потом ещё нужно будет залезть в архивы полиции, удалить все следы пребывания Беаты в гостинице: полицейские провели обыск, сняли отовсюду отпечатки пальцев, взяли пробу со всего подряд, — а ей не стоит привлекать внимание к своей персоне. Не только из-за работы, но и из-за того, что официально она уже два раза как мертва.       Но всё это может и подождать, скажем, до завтрашнего утра... Или даже немного подольше...       — Они обе знают только то, что ты им рассказала. Уверен, что Джейд постарается реабилитировать Али Халида в суде, но не забывай, что он террорист и на его руках — кровь многих невинных. Адвокат Ясперсов заявит, что он выдумал эту историю, чтобы оказаться на свободе…       Полицейский автомобиль, сверкая синими огнями, тронулся с места и вскоре скрылся из виду. На Гленши опустился вечер. Горнолыжный склон уже не работал: подъёмники отключили, прокат и кафе закрыли, посетители разъехались по домам и отелям. Гарри и Беатрикс молча стояли рядышком, наслаждаясь таким редким спокойствием.       …Которое разрушил холодный снежок, ударивший Беатрикс по затылку. Девушка возмущённо повернулась, и тут же второй снежок угодил ей в лицо. Она, фыркая, отряхнулась и недовольно посмотрела на Эггси, катавшего в руках третий.       — Вы чего такие кислые? — весело спросил агент Галахад. — Всё же закончилось! И закончилось хорошо, — и он метнул снежок снова, но на этот раз не попал: Беатрикс упала в снег, а в следующую секунду Эггси пришлось уворачиваться от ответной атаки.       — Ах так?!       Беата пропустила снежок Эггси мимо себя и тут же попала под обстрел Тильды, прятавшейся за деревом. Сосредоточившись на Беатрикс, принцесса упустила из виду своего мужа, который бесчестно подкрался к ней с тыла. Тильда взвизгнула, когда снег попал ей за шиворот и пулей выскочила из своего укрытия.       Беатрикс, слепив ещё один снежок, размахнулась и, хорошенько прицелившись, запустила его в Гарри. Тот среагировал мгновенно: отбил снаряд ладонью, заставив его рассыпаться снежной крошкой, а следующую секунду был втянут в азартную битву без правил, где каждый был сам за себя. Они бегали, кидались снежками, громко крича и смеясь, объединялись во временные коалиции, которые распадались так же быстро, как и создавались: Беатрикс успела побывать в паре со всеми по очереди.       Подкинув в ладони очередной снежок, Беата с воинственным кличем кинулась на Гарри, но немного не рассчитала, и они, сцепившись, покатились вниз по уклону, пока не остановились на пологой полянке, тяжело дыша. И замерли, смотря в глаза друг друга.       Беатрикс лежала спиной на холодном мокром снегу, но совершенно этого не замечала. Она смотрела на Гарри. И только на него.       И время словно остановилось.       Ей хотелось податься вперёд — совершенно глупо, наивно и по-детски.       — А не хочешь на мне жениться? — совершенно не к месту ляпнула она. Смысл слов дошёл до неё чуть позже, и девушка залилась краской.       Гарри хотел что-то ответить, но тут на него посыпался град снежков.       — Эй, вы, хватит обжиматься! — крикнул Эггси, подбрасывая на ладони очередной белый снаряд. — У вас для этого ещё вся жизнь впереди, а снег зимой бывает раз в сто лет!       Проклятый Эггси! Ну что ему стоило появиться немножечко пораньше, пока Беата не успела свалять дурака?!       — Хочу, — вдруг сказал Гарри. — Но сначала…       Он вскочил на ноги и помог Беатрикс подняться.       — …давай победим в этой битве!