Тайное (не) становится явным
17 февраля 2022 г., 16:07
«Мы заслужили отдых», — мрачно думал Лука Шибутани, сидя на ступеньке минивэна с зажатой между зубами чадящей сигаретой. Нормальный, полноценный отдых на Рождество, как все нормальные люди. В дружной шумной компании, с выпивкой и парочкой миловидных девок «на потискать» и чтобы не пришлось срываться посреди праздника караулить всяких принцесс возле стрип-баров. Лука вздохнул, заодно освобождая лёгкие от горького дыма. Было желание плюнуть на всё, пойти в этот самый бар и присоединиться к отрывающейся принцессе. Но нет, клиент — кем бы он ни был — им за такое головы открутит. Один лишь звучание безликого холодного голоса ясно давало понять, что его обладатель не любит шуток.
Они — отряд наёмников из трёх человек — не впервой работали с анонимными заказчиками. Луке было всё равно, показывает человек лицо или нет, общается лично или через посредника, называет своё имя, чужое или не называет вообще — это не имело значения. Значение имели лишь деньги, которые им платили. И ради денег, которые пообещал им клиент, подкрепив свои слова половинным авансом, можно было и простить накрывшийся медным тазом праздник. Проблема в том, что они уже начали отмечать, когда им неожиданно позвонили и сообщили, что принцесса Швеции Тильда находится в модном стрип-баре «Цитадель».
Удачно, что в этой стране нужно выпить действительно много, чтобы тебя признали «нетрезвым водителем».
Грузный, коренастый и смуглый наполовину японец, наполовину испанец Лука Шибутани угрюмо сверлил взглядом вход в клуб и пристально всматривался в каждого выходившего гостя, по памяти сравнивая с портретом принцессы. Напарники — ирландец Райан О’Донован по прозвищу Археолог, которое он получил за предыдущую «профессию» расхитителя гробниц, и китаец Хуа Хонки с пожелтевшим из-за злоупотребления всем подряд лицом — резались друг с другом в кости, в равной доле запивая проигрыши и обмывая выигрыши. Лука не беспокоился: эти двое могли выпить по бочке скотча и остаться в рабочем состоянии. Ну, разве что навеселе будут. Говорят, смех продлевает жизнь. В их профессии, пожалуй, без этого не обойтись.
Не она, не она и не она… Двери бара непрерывно открывались и закрывались, впуская и выпуская людей. Сигарета прогорела до фильтра, и Лука, затушив её, закинул бычок в салон: не стоит оставлять следов. Они и припарковались на углу, где не было камер, чтобы лишний раз не светиться. А минивэн всё равно краденый: по завершении операции его сожгут или отправят на металлолом.
Лука потянулся за очередной сигаретой (кажется, четвёртой). Из бара, без умолку смеясь и лопоча какую-то бессмыслицу, в обнимку вывалились две девушки: светло-рыжая и блондинка. Их нещадно штормило из стороны в сторону, поэтому Луке пришлось поднапрячься, чтобы разглядеть их лица.
Попалась.
— Археолог, Хон, — тихо окликнул он напарников. Они тут же посерьёзнели, без лишних вопросов оставили кости и выпивку и подошли к двери минивэна. Лука тоже подобрался, встал, поправил куртку, прикрывая оружие.
Хонки проворно забрался на водительское место, поправив зеркала, завёл мотор. Минивэн тихо заурчал. Лука и Райан двинулись за целью, прихватив с собой балаклавы. Лука чувствовал себя идиотом, когда натягивал на себя эту маску с прорезями — как будто дырявый носок на голове носил. Но таково было желание заказчика, за которое он тоже заплатил. Любой каприз за ваши деньги.
Охранники недоверчиво напряглись, отметив подозрительность происходящего, когда заметили мужчин, преследовавших двух пьяных девушек. Пока они сомневались, стоит ли вмешаться или это не в их юрисдикции, Лука проворчал вполголоса, но так, чтобы охранники расслышали:
— Ох уж эти золотые дети. Только и делают, что веселятся, а нам таскайся за ними, охраняй… А ведь сами лезут, куда не надо.
Райан, быстро смекнув, что к чему, охотно подыграл:
— И не говори, — горестно вздохнул он. — Ещё и условия ставят: не пугай людей, держи дистанцию, не позорь перед друзьями…
Сетования «телохранителей» убедили охранников, и они продолжили нести свой пост, потеряв к Луке и Райану всякий интерес.
Напарники подождали, пока клуб скроется за поворотом, и только после этого Лука, прибавив шаг, обогнал девушек и, напялив маску, встал у них на пути. Райан, также скрыв лицо, остался позади. Девушки остановились. Они какое-то время рассматривали асфальт, пока не сообразили, что дорогу им перегородили неспроста. Лука не стал ждать, когда они оторвут взгляды от дороги, — кивнул Археологу, и тот, схватив блондинку поперёк талии, накрыл её нос и рот ладонью, в которой была зажата пропитанная хлороформом тряпка.
Принцесса пыталась отбиться, но быстро сдалась и обмякла. Райан, подхватил её на руки, бегом бросился к подъехавшему минивэну с распахнутой дверью.
— Ну вот, как всегда! — оставшаяся девушка, осознав отсутствие подруги, демонстративно топнула ногой. — Я тоже хочу, чтобы меня похитили!
Лука опешил.
— Ты тут не выступай, — пригрозил он. — А то пристрелим.
— Ну и пожалуйста, — она приглашающе раскинула руки. — Стреляйте. Только учтите, мой мужчина — супершпион, он вас по пуле вычислит и из-под земли достанет.
Лука задумался. Что делать со свидетелем? На этот счёт заказчик распоряжения не давал. Избавиться? Или оставить в живых? Не зря ведь маски эти…
Нет, если оставить, она поднимет крик, вернётся в бар, нажалуется охранникам, которые быстро вспомнят и опишут двух подозрительных мужчин этому супершпиону. И, судя по её словам, даже убийство не гарантирует, что никто ни о чём не узнает. Если девушка, конечно, не врёт. Лука смерил её оценивающим взглядом. Она не выглядела напуганной, только жутко пьяной, но это почему-то придавало ей убедительности.
— А мой брат, — продолжала тем временем девушка, — глава тосканского мафиозного клана. — Она приблизилась к нему и, глядя в глаза, выдохнула с ощутимым алкогольным душком: — А вы готовы перейти дорогу итальянской мафии?
Лука готов не был. Проклятые макаронники слишком мстительные, когда дело касается их семьи. Однажды по неопытности он с ними столкнулся и выжил совершенно случайно, удачно притворившись мёртвым.
— Так что я требую, чтобы меня похитили тоже! — Может, она тоже какая-нибудь принцесса? Уж пафоса в ней хватит на целый королевский двор.
— Чего ты тут возишься? — злобно прошипел вернувшийся Райан, хватая напарника за рукав и требователь дёргая в сторону машины.
«А, чёрт с ней, — решил Лука. Он был уже не в состоянии решать такие ребусы после четырёх шотов бренди, обуреваемый желанием поскорее покончить с этим делом и продолжить застолье. — Возьмём и эту. Пусть клиент сам разбирается».
Девушка вытянула перед собой руки.
***
Беатрикс терпеливо подождала, пока ей стягивали запястья колючей верёвкой, стоически перенесла тычок в спину и добровольно забралась в салон минивэна. Она игриво подмигнула лежавшей без сознания Тильде — но на большее её не хватило. Она медленно осела на пол и забылась глубоким сном.***
«Всё те же, но не там же», — промелькнуло в голове у Эггси по мере приближения ко второму месту преступления, на котором уже суетились знакомые лица: констебль Флэгг и криминалист, обрётший ещё бóльшую угрюмость. — Что здесь произошло? — спросил агент у Флэгга, наблюдавшего за методичной работой коллег. Удивлённый полицейский повернулся к нему: — А вы, простите, кто? Точно, Гарри ведь стёр ему все воспоминания, касавшиеся их пребывания у дома Ясперса. Эггси потому и приехал один: Флэгг знал Гарри и вне этого дела, а агент Галахад теперь мог легко притвориться кем угодно. Не зря же прихватил с собой поддельное удостоверение Национального Бюро Расследований. — Найджел Теренс, НБР. Мы ведём это дело параллельно со Скотленд-Ярдом. — Констебль Рэймонд Флэгг к вашим услугам, мистер Теренс, — полицейский отдал честь. Эггси лишь рассеяно кивнул в ответ. Его в данное время куда больше занимало тело. Линда Ясперс лежала на краю, раскинув руки — тыльная сторона правой ладони касалась поверхности воды. На ней было всё то же не застёгнутое пальто, открывавшее вид на пробитую пулей грудь. На лице женщины застыло удивлённо-испуганное выражение. Лоб пересекала кровавая полоса. Нет, не просто полоса — надпись, прикрытая спадающей на лицо чёлкой. Агент присел, внимательно всматриваясь в символы. Ему уже приходилось видеть это слово. Адаля. В переводе с арабского — «справедливость». — Кто обнаружил тело? — поинтересовался он, поднимаясь. Эггси окинул место преступление пристальным, цепким взглядом, заодно делая фотографии. Файлы полиции — это, конечно, хорошо, но полезно иметь и свои изображения на случай, если здешние криминалисты что-то упустили. — Водитель миссис Ясперс. По его словам, они направлялись в Хэмпстед, но по дороге она попросила сделать остановку у Рембрандт Гарденс. Обещала вернуться через пять минут, но не вернулась. Через полчаса водитель забеспокоился и позвонил, но Линда Ясперс оставила сумочку с телефоном в машине. Тогда он отправился на её поиски: видел, в какую сторону она ушла. И вот, нашёл... — Его алиби?.. — Сказать-то он мог что угодно. Возможность у него была: подождать, пока Линда Ясперс отойдёт, выскользнуть за ней, убить и преспокойно вернуться в машину… Мотив? Может, не устраивала зарплата — люди подчас убивают и за меньшее. — Подтвердили наружные камеры и изображение с видеорегистратора. Ладно. — Она не говорила, зачем ей сюда? — Нет. Мы проверяем, живёт ли здесь кто-нибудь из её знакомых. Если у неё есть знакомые в этом районе, это всё ещё не объясняет, как она оказалась под мостом. Даже без помощи патологоанатома Эггси мог сказать, что следов борьбы нет: у Линды Ясперс даже причёска до сих пор была в порядке. Выходит, её не затащили под мост, она оказалась там намеренно. Встречалась с кем-то? Или хотела перейти под мостом на другую сторону, чтобы не перебегать дорогу поверху? Пока агент задавался этими вопросами, Флэгг успел навести справки и выяснить, что, действительно, по ту сторону моста, на Мейда-авеню, жили две школьные подруги убитой женщины: Имельда Фэй и Тэффи Малли. Сопровождаемый полицейским констеблем Эггси направился прямиком к ним. Это были две женщины среднего возраста, внешне резко контрастирующие между собой: Имельда Фэй — высокая и худая, с крупными ладонями и длинными пальцами, унизанными кольцами, с совершенно неженственным лицом с грубыми чертами и с коротко остриженными сине-зелёными волосами; в то время как Тэффи Малли — низенькая, стройная, хотя и полноватая, с миловидным кругом лица, на котором лучились большие глаза с вечным выражением лёгкого удивления, и сложенные в аккуратную причёску светлые локоны. Мисс Малли радушно пригласила гостей в дом и предложила им чаю. Отказать ей по какой-то причине было трудно, так что теперь всё пространство небольшого журнального столика в гостиной занимали расписной чайный сервиз и тарелка со сладостями. Эггси вспомнил выпечку Тильды, которую так и не смог попробовать, и запил скорбный вздох глотком чая. — Мисс Фэй, мисс Малли, вы знакомы с Линдой Ясперс? — спросил агент у сидящих напротив женщин, осторожно поставив чашку на блюдце. — Линда… Да, мы были близки в школе и даже какое-то время после. — Голос у Тэффи Малли был тихий, спокойный и — Эггси почему-то приходило на ум именно это слово — медовый. — А потом? — А потом она встретила этого Ясперса, и как только наша мисс Смоллетт стала миссис Ясперс, она стала больше времени проводить на светских тусовках и в лучшем случае вспоминала о нас раз в месяц, — с нескрываемым раздражением фыркнула Имельда Фэй. — А с тех пор как они всей семьёй уехали на восток, мы о них вообще ничего не слышали. Только то, что по новостям крутят. «Ясперс сделал то, Ясперс сказал это»… — она пренебрежительно скривилась. — То есть вы не знали, что Линда Ясперс была этой ночью в Литл Венис? Женщины удивлённо переглянулись. — Понятия не имели, — ответила мисс Фэй. — А в чём дело? — Она была убита сегодня ночью. Её тело нашли под мостом, — с сожалением сообщил Флэгг. В сам допрос он не вмешивался, предоставляя эту ответственность «старшему по званию» и даже не представляя, как Эггси радовался этому. Мисс Малли испуганно ахнула. Её глаза расшились от изумления и стали ещё больше, хотя Эггси казалось, что это было физически невозможно. Мисс Фэй ободряюще взяла её за руку. — Вы уверены, что она вам не звонила, не предупреждала? Тэффи Малли, отчаянно боровшаяся с душившими её слезами, временно потеряла способность говорить, поэтому дальнейшие ответы взяла на себя её соседка: — Абсолютно. — У вас есть предположения, зачем она приехала сюда? Мисс Фэй пожала плечами. Эггси мог выдвинуть теорию, что, возможно, смерть мужа заставила Линду Ясперс искать поддержки у старых друзей — она шла к ним, испытывая горечь и вину, но надеясь на понимание. Вот только судьба послала ей встречу с Али Халидом — кто ещё будет оставлять послание на арабском, прямо отсылающее к деятельности террористической организации? Выходит, он преследовал её? Быть может, от самого дома Ясперсов. Получается, он был совсем близко, когда Эггси провожал женщину до машины. Стоило тогда повнимательней приглядеться — и он был бы у них в руках! Чёрт.
