«На берегу твоих волос густые волны…»

      Энн не спешила поворачиваться к Трафальгару. Один взгляд на его ухмыляющееся лицо мог вызвать такой шквал эмоций: гнев, обида, непонимание, смирение и горечь. Во рту стало сухо, тошно, но тело так и норовило обернуться, встать лицом к лицу с хищником, что казался куда опаснее в клетке, чем в дикой природе.       - Ты меня использовал, - девушка всё же не решилась повернуться к собеседнику.       - В каком-то смысле да, но я же пират до мозга костей, - Трафальгар хмыкнул, эхо от стен ещё долго звучало в пределах клетки, отдавая звоном в ушах.       - Я приплыла с тобой, ты взял меня на корабль, избавил от оков, а теперь сам же сидишь в заточении. И тебя ни капли не колышет, что будет дальше? Я хочу знать всё. Тогда я подумаю, прощать тебя или нет.       - Зачем мне твоё прощение? Я не давал тебе поводов думать, что ты нечто важное для меня. Простишь или нет - твоё право. Я могу рассказать тебе основу, только потому что сидеть тут становится скучно, а мои накама не из быстрых, - послышался скрип табурета.       Энни стояла, ошарашенно смотря на противоположную стену, будто стараясь понять, почему камни здесь отличаются цветом от соседних. Почему его слова обидны? Что она чувствует? В груди сдавило, муха попала в мухоловку. Вот и всё. Она услышит его историю, а дальше пойдёт своей дорогой, ведущую не в светлое будущее, а в тот дремучий родной лес, только там не будет указателей, а рой из одинаковых стволов и невиданное из-под кромок деревьев неба. Возможно, если она пойдёт по тому плану, чтобы сбежать от капитанам когда вздумается, тогда что-нибудь станет понятней. Податься в Морской Дозор, служит во благо правительства. Участь пирата не её. Услышав, что те дозорные с родных краёв лишь самозванцы, закралось сомнение: так ли плохи дозорные? Пираты грабят, не следуют правилам, убивают даже невиновных, лишь бы достичь своей цели.       - Ты когда-нибудь слышала про Дофламинго? - голос раздался слишком резко, отчего девушка слегка дёрнулась, но списала всё на холод.       - Нет.       - Этот остров в его власти, по сути небольшой росток. И чтобы этот росток уничтожить, надо напитать его ядовитой водой или отрезать всё водоснабжение, чтобы он завял. Именно этим я и занимаюсь сейчас.       - Он твой враг? - девушка слегка повернула голову.       - Какая разница?       - Сейчас-то ты что делаешь? Сидишь в камере, скованный кайросекой. Твои накама давно ушли в неизвестном направл... - резко прогремел взрыв и потолок в конце коридора обрушился, явив собой отверстие наружу, откуда высунулась голова в смешной шапке, что тут же спала на пол от того, что владелец заглянул вниз. Энн обернулась, увидев завал и неколыхнувшегося Трафальгара.       - Капитан, мы не смогли по-тихому, но старались тихо нести динамит! Это бабуля придумала!       - Н-да, а ключи вы раздобыли? - Ло, казалось, вообще не удивился происходящему.       - Никак нет, но у нас есть то, что в сто раз лучше ключа! - Пенгвин и Шати спрыгнули вниз, помогая кому-то сверху также спрыгнуть в коридор подземной тюрьмы.       - Боюсь представить, - Энн не видела в темноте, но чётко ощутила, что на этой фразе Ло изогнул бровь.       - Бабуля-взломщик, пиратка в прошлом. Вы же заказывали женщину на ночь, мы ночью и привели её. В таверне никого лучше не было. Да сорвёт эта прекрасная леди оковы нашего капитана, - мелодично протянул Пенгвин.       - Боже... - Ло прикрыл глаза рукой.       - Подставляй руки, милашка, - бабуля, подойдя к камере капитана, кокетливо подмигнула.       Дела от неё ждали больше, чем зазывательных к непристойностям слов, поэтому пару раз получив жёсткий отказ капитана, наконец, открыла клетку одной из своих шпилек, также быстро освободив ему руки. Он потёр их, а после, не посмотрев на Энн, направился к дыре в потолке.       - А, это та из таверны? - Шати сузил глаза, стараясь разглядеть девушку в темноте.       - Неважно, - отмахнулся капитан. - Идём за Кикоку, подрываем склад с камнями и на подлодку. Там Бепо.       - А девушку берём? - спросил Пенгвин, указывая на Энн, что смотрела на них, сжимая руками прутья решётки.       - Я могу быть поваром, музыкантом, матросом, любовницей тоже, - бабуля мечтательно закрыла глаза.       - Бабка-я, а где у короля находится такая комната, где хранятся все игрушки? - Ло настолько близко наклонился к невысокой женщине, что Энн, молчаливо наблюдая за компанией, смутилась и забегала глазами по всему пространству.       - В башне, где дочка живёт. Он часто приносит ей трофеи от разных бандюганов, давая понять, насколько внешний мир опасен.       - Отблагодарю вас потом. Идёмте, а вы можете вернуться обратно в таверну, бабка-я.       - Жду не дождусь, - бабуля быстро выбралась наружу, хотя ещё до этого ей помогали два здоровых парня.       Бросил. Он бросил её. Она никто ему, звать её никак, не способна ни на что. Лишь инструмент в руках хирурга.       Послышался лязг доспехов. Быстрые «переговоры» жестами между охранниками закончились тем, что одна группа отправилась через дыру в потолка вслед за беглецами, а вторая осталась рядом с камерой девушки. «Нечего тут охранять, за мной не придут».       В голове было столько вопросов, что от их постоянного копошения в ушах ощущались чьи-то маленькие лапки, скребущиеся в глубине ушного канала. От наручников в теле чувствовалась слабость, колени уже подкашивались. Энн подошла к ближайшей стенке и сползла по ней на пол, укутываясь в куртку, что мало спасала от холодного каменного пола и стены.       Сколько прошло времени? В реальности пять минут, а по ощущениям целый день. На улице всё также было темно, охрана стояла всё на том же месте.       Вдруг в противоположной стороне коридора от дыры в потолке послышался шум, будто кто-то споткнулся о камень. Один из рыцарей дал сигнал второму, что сам всё проверит.       - Папочка сказал вам немедленно явится к нему! - звонкий голос резко прозвучал эхом по всему коридору темницы.       Стража мигом отдала честь юной леди и поспешила к лестнице наверх. Энн на четвереньках подползла к решётке камеры, за которой уже увидела улыбающееся лицо дочки Короля.       - Привет! - маленькая ручка в перчатке помахала Энн.       - Зачем ты пришла, Ора? - Энн села в позе лотоса, смотря вверх на лицо девочки сквозь толстые решётки своей темницы.       Она, полностью здоровая и взрослая с измученным видом, смотрела на неё, улыбающуюся и испытывающую постоянную боль девчушку. Ребёнок, что не знает о жестокости мира благодаря отцу, сейчас так искренне улыбается, будто откроет эту дверцу, поведёт снова через кусты на выход из этой клетки.       - О, ты знаешь моё имя, Энни-чан. Я была у дяди Боррачо. Я здесь, чтобы помочь тебе. Он сказал, что ты знаешь про выход, поэтому я тебя освобожу.       - Зачем? - Энн опустила взгляд, натыкаясь на грязные коленки у колготок девочки. Она не могла сказать, была ли это засохшая кровь или обычная земля.       - Просто так. Хотя, можешь рассказать, что происходит между мужчиной и женщиной, когда они любят друг друга? - девочка резко оживилась.       - Ч... Чего? - Энн покраснела. Такое спрашивать у неё, да и ещё услышать данный вопрос от любопытного ребёнка было чем-то смущающим.       Девушка не заметила, как открылась решётка. Появился выход, а дальше только от её решений зависит, что будет дальше происходить в её истории. Будет ли этот шаг через клетку лёгким или тяжёлым для неё? Спадут ли оковы и тяжесть ответственности данного обещания тому владельцу таверны, как те наручники, что снимает сейчас с неё хрупкий ребёнок.       - К твоей башне направляются сейчас мои... Мои накама, так сказать. Они ищут большую катану, принадлежащую моему капитану.       Ора протянула Энн руку. Было в этом жесте что-то символичное. Будто сейчас ей помогает встать не обычная девочка, а всё то, чего так не хватает в жизни. Радоваться каждому дню, несмотря на боль, даже если для этого «радоваться» нет повода. Верить в лучшее, даже если этого «лучшее» нет на горизонте, но корабль всё равно когда-нибудь достигнет берега. Девушка склонила голову и медленно встала с холодного мокрого пола.       - Там нет большой катаны, - ухмыльнулась девочка.       - А где же она?       - Не скажу! А знаешь, пойдем лучше ко мне в башенку?

***

      - Эй, капитан. Нам обязательно красться по этому лабиринту? Нам бы следовало спросить у той милой женщины, где этот склад вообще, - прошептал Шати, выглядывая из-за зарослей огромной стены лабиринта, по которому они шли, не разбирая дороги, но точно следовали за капитаном.       - Вы можете встать, никого нет, - Ло шагал в полный рост. Его совершенно не беспокоило, что их могут заметить или поднять тревогу, заметив маячащую среди зарослей белую шапку с чёрными точками.       - Вы уверены, что знаете путь? - сзади всех крался Пенгвин. От тяжести рюкзака, наполненного динамитом, ломило спину, а от позы страдали ещё и ноги.       - Склад где-то за замком. Он должен находится около моря или под ним, ибо морской камень нуждается в морской сырости, - Трафальгар по привычке поправил на плече отсутствующий меч. Его местонахождение для капитана оставалось загадкой, от чего он приходил в бешенство. Его и так посадили за решётку, от чего он был не в восторге, да ещё и любимый меч отобрали.       - Тот толстяк же говорил, что камень для изготовления стекла, - Шати и Пенгвин, наконец, встали на ноги и вопросительно уставились на капитана.       - Соврал, чтобы мы поскорее убрались. Он сотрудничает с Дофламинго, поставляя тому камень для того учёного, что прислуживает Дозору, - в голове на миг появился образ натруженных женских рук конкретной особы, но наваждение сразу удалось вытряхнуть из головы.       - Как же мы тогда этот камень уничтожим? Он крепче его башки, - Пенгвин пальцем тыкнул в лоб Шати, от чего товарищ уже был готов накинутся на обидчика.       - Утопим. Снаряжение у них нет. Бепо хорошо поработал над механизмами других подлодок на том острове, так что для завоза нового оборудования потребуется уйма времени.       - Капитан, почему бы просто не убить толстяка? Он же корень проблем, - сказал Шати, выкручивая палец накама в обратную сторону, от чего тот шипел от боли.       - Не в моих интересах, - Ло направился вдоль каменных стен, направляясь в сторону заднего двора замка, скрытого от глаз посторонних. Задний двор был ближе всего к морю, что давало надежду на единственное предположение, пришедшее к Трафальгару, пока он сидел в тюремной камере.       - Н-да, у нас ничего так не выйдет. Кикоку мы не нашли, ночную бабочку тоже. Такими темпами, идея Пенгвина податься в уличных торгашей капусты не кажется безумной.       - Тише. Гляньте туда, - Ло указал в сторону небольшого здания, стоящего возле забора. Задний двор был пустым, лишь некоторые кустики каких-то растений, рассаженные возле стен замка, давали понять, что это место не пустынно. В конце забора стояло небольшое каменное сооружение, похожее на склад для садовых инструментов. Узкая деревянная дверь была закрыта на большой металлический замок.       - Скальпель, - скомандовал капитан. Пенгвин сразу достал из ботинка заветный инструмент, что всегда был под рукой, умело спрятанный от стражи.       Замок не являлся препятствием. Использовав свою способность, Трафальгар умело разрубил металлическое препятствие острым инструментом и отворил дверь. Конечно, это был склад разных лопат и леек для поливки, но под завалом пахнущих землей и грязью вещей, четко выделялся деревянный люк на полу. Накама тут же подсобили капитану и открыли дверцу, за которой располагалась ведущая вниз лестница.       - Капитан, у нас только спички, - Пенгвин достал из бокового кармашка коробок спичек, в котором одиноко лежало всего семь спичек.       Все трое огляделись. В крохотной каморке было трудно что-то разглядеть, но Пенгвин, облокотившись об одну из стен от усталости и тяжести рюкзака, нащупал что-то тканевое.       - Капитан, садовые плащи! - вскликнул тот, вскакивая, будто гора с плеч тут же рухнула, хотя то было не так.       Сделав самодельные факелы из черенков и ткани, они подожгли их. Пламя не сразу схватилось за ткань, от чего Шати начал сокрушаться, что в приключенческих романах, когда принц спасает принцессу, то факелы даже из мокрых тканей загораются в угоду сюжета.       Троица спустилась в найденный подвал, который встретил их сразу длинным туннелем. Трафальгар с каждым шагом ощущал, что силы постепенно покидают его. Это не было похоже на длинный путь, ведущий к эшафоту, скорее, в конце пути тебя ждёт некое облегчение, что ты ближе к цели. Будто можно будет расслабится хоть на миг, увидеть не бесконечные мысли о том, что ты хочешь сделать, а увидеть, наконец, конечный результат своих действий, но до него ещё такой же длинный путь.       В конце тёмного коридора их ожидал целый склад с деревянными ящиками, подписанных как «Васо», но в них лежала далеко не та порода, что предназначалась для изготовления стекла.       - Раскладываем шашки, затем поджигаем. Берег сбросовый. Если подорвётся эта часть, то тут же вся эта каменная канитель полетит вниз, обратно в воду, - Трафальгар обошёл вдоль ящиков.       - Всё-то вы знаете, капитан, - Пенгвин скинул рюкзак с плеч, облегчённо вздохнув.       - Видел с высоты башни. За работу, потом найдём Кикоку.

***

      Комната в башне была обставлена как подобает принцессе. Розовые круглые стены, мягкие игрушки, рисунки на полу. С антресоли открывался вид на весь город, погружённый в ночь. В такой тьме даже купол был почти не виден, что создавало образ обычного городка на острове с совершенно обычными людьми, не знающих бед. Прозрачная белая тюль развивалась на прохладном ночном ветру, мягко скользя по вдоль, отдавая запахом мыла. В одной части комнаты располагался алтарь из разных диковинок, собранных с гостей этого острова: копья, мечи, шляпы, картины и разные бытовые вещи, которых Энн никогда не видела.       Большая мягкая кровать была застелена очень мягким шёлком, тумбочки рядом были уставлены бинтами и склянками с неизвестными мазями и лекарствами. Рядом стояло ведро, выполняющее роль мусорки, где уплотнённо лежали использованные грязные бинты.       Ора закрыла дверь на засов, подошла к кровати и сняла перчатки. На маленьких ручках отсутствовали ногти, кожа была повреждена и напоминала наждачную бумагу, маленькие ранки начали кровоточить, но девочка быстро намазала их чём-то пахучим из баночек с тумбы и ловко забинтовала.       - Как ты справляешься с такой болью? - Энн осторожно подошла к кровати, опускаясь возле неё на колени.       - Я даже не знаю, что это. Я болею давно. Папочка говорит, что я очень сильная, и он гордится мной!       «Она настолько привыкла к ней, что не отличает, когда ей больно от пореза или от обычных рутинных дел» - девушка прокручивала варианты в голове, как помочь заточённому в этом теле ребёнку. Ло спас её с острова, Ора - из тюрьмы, а она даже не может ничем помочь. Выходит, её обещания в духе: «Я спасу всех и каждого!» - пустой трёп. Тюль резво зашелестила по полу, намекая, что так оно и есть.       - Дядя Дофлопменга рассказал, что твой фрукт - это мечта, - начала своё повествование девочка, присаживаясь на кровать.       - Что? - где-то Энн уже слышала это имя, но в исковерканном варианте ребёнка звучало оно куда приятнее.       - Моя кожа, как «крыло бабочки». Мне это главный-главный врач показал! Твой фрукт, как мне сказали, и есть бабочки. Во~от, а дядя-розовая шуба дал мне это! - Ора соскочила с кровати и подобрала с пола небольшую книжку в коричневом мягком переплёте, передавая её девушке.       - Погоди, какой дядя? - спросила Энн, принимая в руки книжку.       - Дядя Дофлопенка. Он носит забавную розовую шубку, словно принцесса. Он как-то был у нас в гостях по делам и сказал, где лежит фрукт, а он узнал это от другого дяди-дозорного.       Девушка опешила. Получается, что этот дозорный - Гарп. А может, не он? Гарп - предатель? Или же у него были свои обстоятельства, которые одному богу известны. Что за нить идёт от них? Почему всё сводится к Гарпу?       Энн открыла книжку и начала читать вслух:       - «Фрукт Юме-Юме обладает способностью возрождения и трансформации, так как бабочки приходят в мир уродливой гусеницей и покидают его прекрасным созданием. Данные характеристики распространяются на носителя. Фрукт также способен излечить болезнь. Если Фрукт съест изначально больной человек, то восстановление займёт до двух дней. Magna Mater - удивительное явление, но есть куда более значимое - эффект бабочки. Дальнейшие исследования будут проходить после съедения Фрукта дочерью Короля острова Толкинг. С уважением, Вегапанк»       Энн закрыла глаза, её начало трясти. Нет, не от холода ночи, что пробивалась сквозь открытую балконную дверь, а от злости. От бушующей ярости, что нарастала с каждой мыслью о том, что все вокруг что-то знают, а она сидит здесь, в неведении о том, что происходит и кто дёргает за эту нить. Что значит это описание? Она может лечить? Или это просто описание процесса, что она может запустить в своём организме, так как она непосредственно тот носитель. Трафальгар явно в курсе, что за дела у Дофламинго с дозорными и кто стоит за всеми делами, творящимися на этом острове.       Девушка швырнула книжку куда-то в угол и устало потёрла глаза. Может, если она поможет этой девочке, то её отец расскажет, как найти этого Дофламинго, чтобы уж точно расспросить того, откуда он узнал о фрукте, хранящимся раньше у дедушки Мокузо. В груди неприятно кольнуло.       - Ладно, давай попробуем кое-что, - Энн, будто натянутая струна, встала с пола и повернулась к сидящей всё это время на кровати девочке.       - Думаешь, сработает?       - Конечно, ведь в книжке написано, что фрукт может излечить, но не сказано, кого именно, - Энни натянуто улыбнулась. Она сама не верила в то, что говорит. А если не сработает, то как она посмотрит в глаза этому ребёнку? Был вариант побега с этой башни, чтобы оставить незавершённое дело на самотёк. Сбежать и больше не вспоминать об этом месте. Цель есть, значит есть и другие пути её достижения. Конечно, они были всегда, просто сейчас на, казалось, прямом пути её путешествия встречаются подводные камни, что не делают корабль сильнее, а лишь оставляют в нём пробоины, но ведь их можно починить и сделать крепче, продолжив путь, где подводные каратели уже не смогут навредить?       Девушка села рядом с Орой, сосредоточено копошась в своих ощущениях. До сегодняшнего часа она абсолютно не знала, как именно работает её сила и как она проявляется. Нужно только сказать слова или прикоснуться? Для начала Энн взяла за руки Ору, стараясь не смотреть той в лицо, а только сосредоточиться на виде её забинтованных рук.       Взрыв. Земля затряслась так, будто мимо пробегало целое стадо диких слонов. Две девушки мигом кинулись к балкону, около которого уже виднелся клубень чёрного дыма, поднимающийся вверх, но не нашедший выход, ибо под куполом было трудновато провернуть такое. Послышался крик выбегающих слуг, лязг доспехов и стремительные шаги вверх по лестнице в высокую башню.       - Скорее, - Энн схватила девочку за руки, от чего та болезненно шмыгнула. «Давай, работай!» - только и билось в голове. Напряжение росло, топот ног становился всё громче. Вот-вот и всё кончится. На лбу выступила испарина, руки дрожали. Глаза начали болеть от напряжения. Вид маленьких ручек в бинтах стоял перед глазами, сосредоточится в таких условиях было непосильной задачей.       Вдруг Энни ощутила что-то трепещущее в груди. Что-то пыталось найти выход, но так отчаянно билось о стены грудной клетки. «Сердце?» - пронеслось в голове. В дверь кто-то стал настойчиво стучать, сейчас её снесут с петель.       - Работай! - и тут в голове сразу возникла ясность, белый свет окутал её разум. Стало тепло, так знакомо, будто некто родной гладит тебя по голове, ограждая от всех забот и бед этого мира. С губ сорвалось лишь:       - Юме-Юме. Magna Mater...       Дверь выбили с петель. В комнату ворвался сам Король и пару стражников, но тут же были вынуждены закрыть глаза от яркого света, что окутал двух девушек.       - Ты, поганый щенок! - закричал Король во всё горло, когда к нему вернулось зрение и надоедливый свет пропал. Его волосы были растрёпаны, где-то закручены на бигуди, а на лице красовалась маска из какой-то зелёной жижи.       - Энни-чан? - Ора смотрела на, как она уже считала, подругу. Она стояла с закрытыми глазами, опустив голову. Затем взгляд девочки упал на её руки. Быстро избавившись от бинтов, она поднесла руку к лунному света. Обычная здоровая ручка.       - Энни-чан, твои волосы... - принцесса прикоснулась чистой рукой к прядке волос девушки. - Они побелели.       - Кто ты? - спросила Энн, поднимая взгляд зелёных глаз на незнакомку, что продолжала держать её за руку.       - Убирайтесь с моего острова, псы позорные! Вы разрушили весь устой этого города. Вы и ваша пиратская компашка! Я так долго укреплял свой титул короля, даже назвал себя Король, чтобы никакой щенок не сомневался в моей власти. И благодаря этому заключил контракт с этим Дофламинго, пусть провалиться он под землю. Всё ради моей доченьки! - кричал Король, гневно подходя к дочери.       - Папочка! Энни-чан меня излечила, смотри же! - девочка тут же сунула руку отцу, демонстрируя чистую кожу без единого волдыря.       - Это ты сделала? - ошарашенный Король смотрел на уже беловолосую девушку, что направила взгляд на него.       - Я. Никогда больше не возите людей для сбора камня на Кайро, прошу. Расскажите мне, где найти Дофламинго, - Ора непонимающе уставилась на подругу.       - Этот пиратик спрашивал меня то же самое. Дофламинго больше не будет сотрудничать с этим островом, ведь твои дружки уничтожили склад с морским камнем. Теперь остаётся только бежать, ибо этот человек не знает пощады.       - Недалеко от Кайро есть остров, куда мы свезли выживших. Можете туда и переселяться, только примут ли туда лично Вас? - Энн устало потёрла переносицу. - Погоди-те, морской камень?       - Это пёс плешивый, Дофламинго, дал нам технологии для добычи этого камня. Они были разработаны Вегапанком - передовой учёный Дозора, что специализируется на изучении Дьявольских фруктов и кайросеки, вступившим в сотрудничество с этим индюком. Не знаю, какую цель этот фламинго преследует, но он обещал взамен на морской камень лекарство от болезни дочки, но ты...       - У вас есть дочь? - Энн, наконец, взглянула на уже плачущую девочку, что жалась к отцу и смотрела на неё с опаской. От этого взгляда стало как-то горько в горле, будто она чудище, что намеревалось выкрасть малышку из башни.       - Ты что, забыла её? - Король глянул на дочь, прикрывая ту рукой.       - Возрождение, - пискнула девочка из-под папиного крыла.       - Да, - Энни улыбнулась. - Я помню, зачем использовала силу фрукта, но не помню для кого. Возможно, смысл не в лечении, а в перерождении человека, которого лечили. Поэтому я тебя не помню, - сказала девушка, смотря на свою ладонь.       - Убирайтесь и никогда более не возвращайтесь, - Король взял на руки дочку, что тут же обняла его за широкую шею. Лицо его смотрело с такой злобой на Энн, но в глазах читалась некая доля благодарности, что он испытывал сейчас к девушке.       - Мой капитан там? - девушка головой указала на уже растворяющийся в воздухе дым.       - Да, этот щенок там, - он развернулся к выходу, вздёрнуть нос к небу, как полагается знатной особе, а затем быстро и коротко сказал: «Спасибо».       - Энни-чан, меч пиратика там, где лазейка в заборе, - сказала на прощание незнакомая ей девочка.       Энн взяла в руки прядь волос. Белые, как снег. Как тот свет, возникший в голове. Сейчас она чувствовала радость и усталость. Хочется просто лечь и уснуть, будто никаких забот в мире не существует. С груди и плеч спал какой-то тяжеловесный груз, и только желание спать тянуло её вниз.       - Возрождение, да? Эх, как же я устала, - потянувшись, она направилась вниз по винтовой лестнице. Там её ждёт серьезный разговор с капитаном, что поставит все точки над i. Несмотря на враньё и предательство, он всё же дал ей возможность сбежать. Дал путь, дал ту малую долю нужности в мире, где у неё никого не осталось, кто бы помнил, что она была маленькой девочкой. Может, капитан возьмёт её с собой? Ей некуда идти, ей нечем защищаться. Злости больше не было, будто она заново может легко и свободно дышать.

***

      - Отступайте! Приказ Короля! - на задний двор выбежал запыхавшийся слуга. Вся стража, что окружила троицу, последовала за ним. Склад, что скрывал за собой тайник, был разрушен, а берег за куполом обвалился вниз, явив собой уже разрушенный подземный туннель. На поверхности моря плавали обломки деревянных ящиков с тем самым лживым названием.       - Мы победили! - крикнул обрадованный Шати, победно подняв кулак. Запыхавшийся рядом Пенгвин лишь тяжело вздохнул. Только капитан был в напряжении от отсутствия катаны на плече.       - Не это ищешь? - из-за угла замка вышла девушка, держа в руках заветную нодати.       - Это та девушка? - спросил Пенгвин у вмиг оживившегося Шати.       - У неё волосы белые, дурак, а у той были другого цвета.       Энн передала капитану Кикоку. Тот вмиг смягчился в лице, будто лезвие этого оружия отрезало нить напряжения. Девушка слегка улыбнулась. Улыбка стала таким лёгким делом, хотелось подарить радость всему, что дышит.       - Я поняла, что тут происходит, поэтому я хочу продолжить путешествия под твоим флагом, - девушка посмотрела в глаза Трафальгару, не сомневаясь, что тот может лишь хмыкнуть на её слова.       - С чего вдруг? - Ло поставил одну руку на бедро, смотря на девушку будто с вызовом.       - Просто так, - Энн широко улыбнулась. Трафальгар на секунду завис, никак не ожидая такого ответа. Или луна такая яркая сегодня, или кто-то окончательно сошёл с ума, что аж светится от счастья.       - Ладно, все на подлодку, - Ло поправил нодати на плече, что легла как родная. Шати и Пенгвин изумлённо уставились на этих двоих, будто между этими же двумя только что произошёл немой диалог, где все всё друг другу высказали, а кто прав, кто виноват - неважно.       Все четверо вышли через открытые главные ворота. Вдоль улиц уже собрались обеспокоенные граждане в ночных рубахах, но всё с теми же куполами на голове. Возле закоулка, где располагался вход в таверну, стоял Боррачо в окружении других приезжих пиратов. Он увидел Энн, идущую позади всех. По взгляду он сразу понял, что та выполнила своё обещание. По его щеке тут же покатились слёзы, что он старательно пытался вытереть полотенцем.       Жители тут же стали активно жестикулировать. Кто-то был в полном ужасе от наличия в городе неверных, что не носят на голове куполки, а кто-то возмущался по поводу взрыва.       Четвёрка вышла к главной площади. Последний раз бросив взгляд на фонтан и огромный купол, девушка направилась к выходу за своими новыми накама. Наконец, она может дышать даже в запертом городе, будто заново родилась.

***

      - Бепо! - Шати и Пенгвин бросились в объятья белому медведю, что вышел встретить их, увидев приближающихся товарищей через бинокль подлодки.       - Я так счастлив. Простите, - медведь тут же залился слезами радости вслед за товарищами.       Энн укуталась в куртку. Ночь была прохладной, а воспоминания о тюрьме и холодном сыром полу были свежими, но это не пугало. Девушку сильно клонило в сон, от чего та клевала носом прямо на ходу к подлодке. Капитан изредка на неё поглядывал, видимо, ожидая подвоха, но она продолжала улыбаться каким-то своим мыслям.       Все четверо сидели за столом подлодки. Бепо сидел в управляющей, плывя по неизвестному всем маршруту, лишь бы подальше от того острова.       - Какие дальнейшие действия, капитан? И что это за ночная бабочка, которую вы требовали? - Шати начал активно жестикулировать, намереваясь получить этот ответ от Трафальгара.       - Энн. Шати. Пенгвин, - кратко представил он всех друг другу. - Она съела фрукт, отчего иногда становится стаей бабочек. Её вы и должны были найти, чтобы она дел не натворила.       - Энн-чан, вы такая красивая, - сказал Шати, целуя женскую руку, от чего мигом получил по голове от Пенгвина.       - Не смущай её, дурак. У нас появилась на корабле девушка, понимаешь? Её надо беречь от таких, как ты.       - Энн, за мной, - Ло встал из-за стола, поправил нодати и направился к винтовой лестнице, ведущей на нижний этаж с койками. Девушка тут же последовала за ним.       - Ты же знаешь, что морской камень добывали на Кайро? - Энн утвердительно кивнула. - В твоём организме, как я думаю, есть частички пыли этого камня. Всё-таки они дробили его, ты могла дышать этой пылью всю жизнь. Она осела в твоём организме и, думаю, блокирует твою силу. Я попробую найти способ очистить твой организм от этой грязи.       - Хорошо, капитан, - Энн в шутку отдала честь с улыбкой и тут же, плашмя, рухнула на кровать, вмиг заснув.       - Ты стала слишком странной. Красивый цвет, - бросил через плечо уходящий Ло, взглянув на спящее лицо девушки.

***

      - Луффи, ты опять бьешь меня во сне! - крикнул Эйс, проснувшись от мощного удара ногой в лицо. Удивительно, но злости, что обычно бывает в такие моменты, не было. Он даже обрадовался восходящему солнцу за окном. Эйс выглянул в окно и, взглянув на морской горизонт, улыбнулся.