Сны о кристальных бабочках

      В тот день Люмин была необычно печальной. Не такой, какой она бывала, целый день бегая по поручениям и устав до невозможности: тогда она ещё находила в себе силы улыбнуться чашке какао и узнать последние новости. Не такой, какой она иногда возвращалась после встречи со вчерашними незнакомцами, в чьих историях она случайно становилась участницей: им она сочувствовала и с горечью пересказывала ему то, что её расстроило. Не такой, какой она становилась от тоски по брату: тогда она смотрела на звёзды, будто пытаясь найти среди них свет той, что давным-давно уже погасла.       Теперь же она сидела на бортике террасы и задумчиво качала одной ногой, разглядывая что-то внизу. Вряд ли она действительно обращала внимание на что-то вокруг, да и смотрела скорее на что-то из собственных воспоминаний, но он остановился рядом и проследил за её взглядом. Люди гуляли по дорожкам около отеля, откуда-то долетал голос повара, снова на что-то ругавшегося, ветер шевелил кусты шелковицы и временами доносил их аромат до самой террасы. Люмин заговорила раньше, чем он ожидал:       — Боялся, что я упаду?       Всё-таки она ушла в себя не настолько глубоко, как ему показалось. А значит, совсем не было причин опасаться, что она может упасть. Да и с чего было? Он всегда может её поймать.       — С чего ты решила?       — Ты шёл громче, чем всегда. Обычно тебя вообще не слышно.       Он даже не заметил. Нет, не так: он заметил, но всё равно не хотел подвергать её даже призрачной возможности падения. Даже с учётом того, что у неё есть планер и сам Сяо рядом и может помочь. К счастью, ответа от него не требовали.       — Сяо, что бы ты делал, если бы Моракс оказался на другой стороне?       Он отвел взгляд от содранного ветром лепестка, по какой-то причуде судьбы долетевшего до самой террасы, и повернулся к Люмин:       — На другой стороне?       — Допустим, если бы он помогал Осиалу уничтожить Ли Юэ.       Она не стала бы сейчас задавать вопрос из простого любопытства, но ответа у него всё равно не было. Всё просто…       — Такого бы не произошло.       — И всё-таки… Если бы с ним что-то случилось и его цель стала совсем другой? Если бы он вдруг решил разрушить Ли Юэ?       — Властелин камня в здравом уме никогда этого не сделает. Но если он пойдёт на такое… — Сяо замолк. Он всё-таки думал об этом иногда, в тех случаях, когда тени мертвых богов отказывались уходить, а бывшие товарищи теряли себя во тьме: — Я буду делать то, что обещал ему: защищать Ли Юэ. Даже если для этого придётся пойти против него самого. Это то, чего он хотел бы и то, ради чего призвал меня.       Люмин кивнула и медленно продолжила:       — Сяо, я… Видела Итера. Но он… — она замолчала, закрыла глаза и покачала головой. — Хотя нет, неважно.       Наверняка это было важно для неё, но он не стал расспрашивать её о том, чего она явно не хотела говорить. Не сейчас. Если она захочет — он выслушает в любое время, а пока он только придвинулся ближе: ветер стал сильнее, а слезать с перил она не собиралась.       Но больше об этом она не заговаривала.       В тот вечер она была непривычно злой. Он видел её недовольной или сердитой, теряющей слова от возмущения и раздражённой до смеха. Теперь она обхватила колени руками и сжимала кулаки так, что костяшки белели, а плечи дрожали от внутреннего напряжения. Она долго молчала, но когда заговорила, слова полились нескончаемым потоком. Шумные волны около гавани заглушали половину из её яростного шёпота, она глотала воздух и обрывала фразы на половине, но он не переспрашивал: ей и не надо было, чтобы её слушали.       — Как они могут… Я их не понимаю, совсем… И вообще почему… А он даже…       Так же неожиданно, как начала, она замолчала и сжала кулаки ещё крепче, зажмурилась и опустила голову. Сяо осторожно взял её за руку — Люмин дернулась и повернулась, отвлекаясь от своих мыслей — и насколько мог аккуратно разжал пальцы. Они мелко подрагивали, на ладони остались постепенно краснеющие лунки. Люмин смотрела на них, как будто не могла поверить в их реальность, но второй кулак разжала сама.       — Сяо, а если я буду сражаться против тебя… Не на тренировке, а всерьёз… Ты меня остановишь?       Он мог сказать, что всегда останется на её стороне. Мог сказать, что ему никогда не придётся её останавливать. Кажется, именно это люди обычно хотят услышать — ложь, которая их успокоит. Но он не хотел ей лгать и слишком хорошо знал, насколько непредсказуемой бывает судьба.       — Если возможно, я вообще не хотел бы сражаться с тобой. Но если ты будешь причинять вред Ли Юэ — я тебя остановлю. Это мой долг.       Люмин не стала обвинять его, наоборот, облегченно выдохнула и наконец расслабилась.       — Спасибо.       Остатки злости, уходя, забрали с собой остатки сил, и он прижал её ближе, чтобы она не прислонялась к холодным камням. Дыхание её щекотало шею, но он был совсем не против.       По крайней мере она больше не дрожала.       В ту ночь она была неправильно опустошённой. Когда бы он ни встречал её раньше, Люмин всегда казалась полной жизни. Теперь из неё будто вынули ту искру, что поддерживала её всё это время. Даже голос её казался тусклым.       — Я так устала от всеобщего вранья. Они никогда не врут в лицо, но столько утаивают. Не дают ответов. Не исправляют ошибок. Используют, пока могут. Могу я ожидать хоть каплю честности? Если сейчас так, то что будет потом?       Он всегда давал ей высказаться, не перебивая и не задавая ненужных вопросов. Это то, что было ей нужно больше всего, и то, что он мог ей дать. Он мог оставаться рядом, когда нужен ей. Они оба знали, что он не станет останавливать её, если она решит уйти: не потому, что не ценит, а потому что понимает даже то, что она не может рассказать. Он не собирается становиться для неё цепями, и за это она благодарна сильнее всего.       К счастью, пока что она была с ним — пусть даже всего на одну ночь.       — Сяо… Если мы всё-таки встретимся, когда будем на разных сторонах…       — Я всё равно остановлю тебя.       — Спасибо за твою честность.       Она вдохнула поглубже и крепче прижалась к нему.       Он знал, что она не останется.       В то утро она молчала.