***
Min Yoongi: День за днем ты все так же повсюду, и все так же рядом, а я - бегу от тебя, едва завидев, бегу и прячусь всеми силами: от тепла – в самый холод, от красоты – туда, где нет ни то что красоты, а нет вообще ничего. Как пережить? Как забыть мне?.. Ты любил других, ты влюблялся в них, пока я тебя любил тоже. Любил, больше всего на свете любил тебя, любил сильнее, чем кого-либо, кажется я жил для того, чтобы тебя любить. Но теперь-то все иначе. И ты сам так захотел. Где бы ты не был – Здесь тебя нету Каждый раз, когда встречаемся взглядами, я вмиг вспоминаю все то, что когда-то было. Так давно. И так, в то же время, недавно… как будто смотрю кино, как будто какая-то чужая прошлая жизнь мелькает перед глазами. А по ночам… …мне снятся сны. С тобой в главной роли. Где бы я ни был Мысли мои - вода Я же прав,скажи им Все было правильно Убиты - ранены Мы же все пережили …Едва ли не каждую ночь целуешь меня, обнимая, как никогда не позволял себе; теперь уже ты боишься причинить боль, боишься сломать, хочешь любить – но боишься все испортить… Ты уже все и так испортил. Теперь ты снова – всего лишь очередная моя блядь. Я даже не смотрю на тебя. Я даже толком не отвечаю на твой поцелуй… Я только стискиваю твою талию в своих пальцах крепче, вцепляюсь едва ли не ногтями, любя и ненавидя от всего сердца – и единственный человек, которого я ненавижу и презираю сильнее чем тебя за все это, это я сам. Сквозь мои пальцы…Где бы ты не был -
Здесь тебя нету.
Иногда ты приходишь сам. Но это стал позволять себе не так давно. Иногда – с этого все и началось, с этого и началось все это безумие, - иногда я прихожу сам. Ложусь рядом, не говоря ничего, и просто прижимаю лоб к твоему жесткому плечу; закрываю глаза – и просто вдыхаю твой запах, запах твоей одежды. Чувствую твое тепло. И то, как бьется твое сердце. Мне нужно знать, мне нужно чувствовать, что ты все еще существуешь. Что же ты наделал?.. Я ведь… Я тебя все еще. О нет, нет, только не гладь меня по голове! Я не выдержу. Не надо. Не надо так.***
ParkJimin: Он все еще меня любит. Но все еще не может смириться. Всегда прощал секс, закрывал глаза на измены, предпочитал не говорить и не расспрашивать о том, чем я занимался накануне и с кем и почему вернулся так поздно, перебудив всех по соседству. Хотя он имел права знать обо всем… но просто не хотел. - Прости, прости, - целую я легко его в макушку, обнимая за плечи, - ты самое дорогое, что у меня есть. Не уходи. Юнги не уходит. Вздрагивает только как-то коротко и странно на словах «самое дорогое», – и прижимает лицо ко мне крепче, прячется – от меня – во мне же. Потому что я – его убийца, но и только я могу спасти его. Защитить. Защитить от себя. - Не уходи… пожалуйста. Мои пальцы дрожат, я боюсь спугнуть сам этот момент. Прошло несколько месяцев с тех пор, как все рухнуло, а он, Юнги, впервые пришел ко мне в комнату сам только сейчас – не для того, чтобы поговорить, не для того, чтобы заняться тем, чем мы занимались здесь раньше, - чтобы просто оказаться рядом. Чтобы просто… ощутить… меня?.. Где бы я ни был, В мыслях моих – вода - С кем ты сейчас, - бурчит он едва слышно в темноте, нарушая долгую и теплую тишину и ее покой. Все так же не отпуская. - Сейчас… ни с кем. Сейчас я с тобой. …Водит кончиком носа по моей скуле – и в перерывах целует все мое лицо, вы-це-ло-вы-ва-ет, касается тонко и бережно губами кожи щек, края брови, края губ… задирает подбородок вверх, лишь бы достать дальше, и как можно больше, все время перебирается где-то по краям, где-то на гранях. Глаза все так же не открывает, не смотрит на меня, - просто любит меня, водит ладонями по спине и бокам сверху вниз и обратно; я готов подарить ему все слезы, все раскаяние, что у меня есть, но знаю, что он не примет их. Он не знает, как. И не знает, как разлюбить. Встретимся там же Только не опаздывай***
Ему секс со мной и не нужен. Хотя я все шире раздвигаю ноги, сидя на его бедрах верхом… Едва сдерживаюсь, чтобы не начать постанывать в его руках. Его любовь ко мне… невыносима, невыносима. Ему нужен я. Просто… просто я. Запах и ощущение меня рядом, близко-близко. Дышать моей кожей, даже не глядя, изредка задевать мои ресницы своими, оставлять печати-поцелуи на щеках – и стирать с них чужие следы, чужие губы. Он не целует, он как будто обрабатывает раны. Я никогда прежде не чувствовал себя таким грязным, пока сейчас Юнги не начал любить меня так чисто. - Не н-надо… - всхлипываю я, зажмуриваясь, - я не стою этого, не… - Замолчи, - и слегка подбрасывает меня на себе, придвигая ближе, оставляя руки и широко расставленные пальцы на моих ягодицах. Он имеет право на меня больше, чем кто-либо другой. Я искалечил его. А он все равно все еще меня любит. И не может… жить, не простив, а как простить – не знает. До меня только сейчас докатывается ощущение, осознание всего того, что я сделал. И мне больше не весело. Внутри трясутся резаные стеклянные слезы, кривые и острые, которые я не могу выплакать уже давно, они звенят - с того самого дня, когда Как давно? Ты пиздишь мне, что не спишь больше с другими. Юнги выдыхает медленно и тихо, и прижимает мои плечи к своей груди, заставляя лечь сверху: - Не надо. Не плачь. Только не плачь… Все ведь… Я ведь здесь. Я здесь. Забираю права На твои чувства, Чувства