Monster

      Нил хранит молчание не потому, что боится, а потому, что не знает, кто конкретно стоит перед ним и какая у этого незнакомца цель. Он пытается понять, как здесь оказался и как отсюда можно выбраться. Успев оглядеться, Нил заметил лишь одну широкую железную дверь. Здесь даже не было ни одного окна, что наводило на самые страшные мысли. Они в подвале? От этой мысли дрожь пробрала тело Джостена до костей. Воспоминания били тяжёлым гаечным ключом по его голове.       Незнакомец упорно смотрел на него, выражение лица не менялось, оставалось каменным и пустым, как у Эндрю. Такой же безэмоциональный, равнодушный ко всему. Парень с его внешностью упёрся ладонями в пол, делая это слишком медленно, как черепаха, и стал по-тихоньку подниматься. С его стороны раздавались кряхтения и бульканье льющейся бордовой крови. Нил осмотрел его тело: продольные раны на предплечьях, исцарапанные кисти рук, разорванные подушечки пальцев с торчащим мясом и выглядывающими косточками; сквозь порванную одежду были видны ещё глубокие, смертельные раны, из которых так и сочилась, хлестала ручьём красная жидкость, заливая всё вокруг; ярко-красные ожоги со вздувшейся пузырями кожей, в некоторых местах повреждения гнили, покрываясь желтизной. Только лицо его оставалось целым, хотя на щеке распласталось огромное красное пятно крови.       Этот вид явно не обещал ничего хорошего. И эта чёртова комната.       Кости захрустели, словно кто-то перегрыз твёрдую корку, что-то болезненно щёлкнуло, но, видимо, незнакомца это нисколько не смущало. Ни единого грамма боли не проскользнуло на его лице, он остался таким же безмятежным и спокойным.       С усилием поднявшись, парень сжал пальцы, отчего кожа сильнее потрескалась, и кровь фонтаном брызнула наружу. Ноги его подкосились от тяжести веса, и он еле удержал равновесие, согнувшись в коленях и в спине. Нил наблюдал за ним, затаив дыхание, будто бы это могло его спасти. В голове проносились разные мысли, но все они упирались в одну — дверь позади него. Джостен даже не был привязан к стулу, он был абсолютно свободен, поэтому ничто не мешало ему подняться и просто уйти, учитывая, что этот незнакомец даже встать толком не может. Нил даже пешком быстрее до выхода дойдёт, не придётся и бежать. Но всё равно какое-то странное ощущение пригвоздило его к стулу, накинув цепи на тело и мешая сдвинуться с места. Это отвратительное чувство, словно тебя кто-то обхватывает обеими руками и не даёт сделать хоть малейший шаг, невыносимо раздражает Джостена. Он по-тихоньку закипает внутри, постепенно готовясь к рывку или неожиданному повороту. Жизнь научила его ожидать чего угодно, даже от таких калек. Может, у него был пистолет?       Глаза Нила забегали по пространству вокруг парня, но не наткнулись на какое-либо оружие. На что-либо хоть отдалённо напоминающее опасность. Этот незнакомец перед ним был чист, если не считать огромное количество пролитой крови и его раны. — Хватит уже меня сканировать, — хриплый голос отчеканил слова. Они прорвались в мозг Нила, отдавшись странным эхом. Будто он стоял внутри колокола, и мысли били по нему изнутри. Джостен осознанно уставился на незнакомца, весь подобравшись. В случае чего, он знает, куда нужно бить и как это надо делать. Мать научила его некоторым самым простым основам ближнего боя, пока они были в бегах. Не могли же они всё время выживать на быстро кончающихся патронах, теряющихся в пылу борьбы пистолетах и отупляющихся ножах. Тем более иногда ситуации принимали действительно плохие обороты, и им приходилось подходить ближе, чем это нужно было.       Парень закатил глаза, явно ощущая дискомфорт от лишних действий. — Я не собираюсь вредить… — голос подвёл его и дрогнул, сорвавшись на немой сиплый хрип. Незнакомец скорчил гримасу, открыл рот, оскалившись, и вновь понапрягал язык, вдобавок помассировав горло пальцами. — Кошмар.       Нил подобрался, сжав пальцы в кулаки. Страх оцепенял его, просовывал тонкие, ветвистые пальцы в его волосы и впивался до мозга, парализуя. Однако время не согласовывалось с эмоциями и шло своим чередом. Поэтому необходимо было выходить из этого состояния и действовать. Иначе никак. Иначе он может и умереть здесь. — Кто ты такой? — в его глазах блестит недоверие, вся его поза кричит об этом. Он готов замахнуться, готов подняться с места и защищаться. Незнакомец сощурил глаза, явно это подмечая. — Где мы и что тебе надо?       Именно сейчас Нил жалел, что у него нет под рукой телефона. Отвлекая похитителя, он мог незаметно напечатать сообщение или позвонить, убавив громкость, чтобы в случае чего кто-то непременно мог знать, что происходит. По сути своей, стать свидетелем. А если ситуация ухудшится, то с помощью правоохранительных органов (Джостен не любил слово «полицейские») мог отследить его местоположение.       Незнакомец нахмурился и приложил ладонь к лицу, коснувшись средним и большим пальцами своих висков, потерев их. — Слишком много вопросов за раз. — теперь нахмурился Нил. Если бы этот человек был действительно намерен его похитить и что-то сделать с ним, он бы не вёл себя так безмятежно и спокойно. А вообще начнём с того, что он тут истекает кровью. — Давай по порядку.       Джостен вздохнул. Не было смысла как-то перечить и выводить незнакомца на эмоции. Тем более, кажется, тот готов идти на контакт. — Где мы?       Парень широко растянул губы в улыбке, и дрожь неожиданно проскочила по телу Нила. Это было так похоже на улыбку его отца. Хорошо. Хорошо. Это уже нехорошо. — Есть догадки? — незнакомец говорил мало, словно ещё не был готов к общению. Видно было, как ему тяжело было выговаривать буквы. От непривычки он даже проглатывал некоторые звуки, отчего Нилу приходилось додумывать. — Мы здесь не на викторине, чтобы высказывать свои догадки.       По комнате разнёсся громкий гортанный смех, похожий на пластик, и Нила обдало холодком. Господи. Это копия его ненавистного отца, лежавшего сейчас в могиле.       Кажется, он уверовал. — Ладно, не то чтобы меня вообще волновал ответ, — незнакомец замолчал, готовясь к своей следующей фразе. Ему нужно было время, чтобы спокойно говорить. Пока он молчал, он обвёл руками комнату, его взгляд забегал по углам, в конце остановившись на Ниле. Кап, кап, кап — Это моя комната. — Оригинальный ответ.       Снова этот смех. Только в этот раз больше похожий на короткий, неестественный смешок. Незнакомец щёлкнул пальцами, указав на Джостена. Ухмылка растянулась на его потрёпанном лице. — Ты мне всегда нравился, Нил. Кто ещё может с таким напущенным равнодушием отвечать кому-то подозрительному?       Не то что бы он был равнодушным. Скорее больше было похоже на защитный механизм — он бросается едкими комментариями, хотя внутри дрожит от шока и ужаса. У него нет никаких догадок, кто это и что он собирается делать. По его виду нельзя сказать, что можно ожидать чего-то хорошего. То есть… Он точно не подарит Нилу конфету и скажет топать на все четыре стороны. Кап       Взгляд Джостена уцепился за струи крови, льющейся из открытых ран. Все они были отвратительно обезображены, будто бы кто-то выковыривал из него мясо. Или выжигал.       Он проигнорировал вопрос. Незнакомец вздохнул, опустив руку. — Отвечаю на твой вопрос. — он подошёл ближе к Нилу, нарушая его личное пространство, из-за чего Джостен лишь сильнее напрягся, впиваясь ногтями в ладонь и поднимая на подходящего острый взгляд. Парень остановился в нескольких сантиметрах от стула, чуть ли не прикасаясь ногой с сиденьем. Он наклонился. Кап — Мы в твоей голове, Нил.       Джостен нахмурился. Что за бред? Стоп. Нет, что за бред? Он действительно считает, что Нил ему поверит? Вот в это?       Нил рассмеялся.       Нил подметил, что его смех почти такой же, как и у того незнакомца. — В этом нет ничего смешного, учитывая, что мы оба находимся на грани. — Да неужели? — Нил хмыкнул, явно не веря ни единому слову парня. Такой чуши он давно не слышал. Эта версия похожа на рассказы про маленьких фей и пони.       Незнакомец пронзил его тяжёлым взглядом. Он выглядел прямо как хищник на цепи. Сорвётся ошейник — все умрут от его кровожадных, загребущих лап. Казалось, будто аура сгустилась вокруг него, образуя чёрную вязкую жижу, давящую на Нила. Заглянув ему в глаза, Джостен увидел уверенность и необъяснимую жестокость. И заметил отсутствие каких-либо бликов. — Я Натаниэль, думаю, мне прекрасно известно, что происходит. — раньше Нил считал, что никакие слова не смогут так сильно поразить его. Обычно люди называют это «гром средь бела дня», однако он бы назвал это инсультом медузы. — Что за бред? Натаниэль давно мёртв. Я похоронил его рядом со своим отцом.       Парень вздохнул, прикладывая для этого массу усилий. — Нил, ты можешь менять имена, личности, постоянно убегать. Можешь сколько угодно начинать жизнь с чистого листа. — взгляд напряжённый, без доли сарказма, шутки или обмана. Он не сводил глаз с Нила, пристально наблюдая за его лицом. Словно сканировал, изучал. — Однако ничего не изменится. Твой почерк будет прежним, сколько ни старайся. И от меня ты не убежишь, спрятавшись за маской Нила Джостена.       Нил молчал, внимая каждому слову стоящего напротив. В каком-то смысле… В каком-то смысле он был прав, но почему это происходит спустя столько времени? Почему ничего не случалось, пока он был бегах с матерью? И погодите, он ему поверил? — Я не знаю кто ты. Но единственное знаю точно — ты хочешь запутать меня, внушить что-то. Может, заполучить моё шаткое к тебе доверие. — Нил мог видеть, как во взгляде парня мелькнуло разочарование. — И могу сказать тебе, что у тебя не вышло. Лучше сразу выкладывай, что тебе действительно нужно. И где мы находимся? — Думаешь, будь я настоящим преступником, я бы позволил тебе свободно сидеть и так разговаривать со мной?       Джостен хмыкнул. — Мог специально так сделать для такого аргумента. Неплохой тактический ход. Уверен, что дверь позади меня прочно закрыта. — Ну так проверь.       Нил ни в коем случае ему не доверял. И не собирался. Но всё же боялся, что у этого парня есть козыри в рукаве, поэтому поворачиваться спиной к нему было бы опрометчивым решением. Однако деваться ему некуда. — Отойди.       Парень послушно сделал пару шагов назад, не отводя взгляда. Руки расслабленно висели по бокам. Нил подозрительно посмотрел на него и всё же поднялся. Тот не сделал ни малейшего движения, не показывал, что собирается взять его под прицел и выстрелить, пока Нил будет идти к двери. И это напрягало ещё больше.       Джостен сделал шаг вбок и назад, отходя к двери спиной. Ему нужно наблюдать за этой подозрительной личностью, выдающей себя за Натаниэля. Какой-то цирк психа.       Он дошёл до двери и стал шарить руками позади, намереваясь найти чёртову дверную ручку. Она была железная, как и сама дверь, поэтому пришлось протыкать на кнопки, чтобы открыть себе выход. Дёрнув на себя, к удивлению Нила, он спокойно её открыл. — Убедился? — голос холодный, твёрдый. Кажется, он ожидал другого разговора.       Джостен прикусил губу, начиная сомневаться. Что-то тут действительно не так. Одна его часть кричала, что это всё обман и манипуляции, другая говорила прислушаться и хотя бы прояснить ситуацию. И он разрывался меж двух огней, пока не решил заглянуть в проход за дверью. И ужаснулся. Там было абсолютное ничего. — Знаешь, люди часто говорят другим прислушаться к их внутреннему ребёнку. Мол, так ты будешь счастливее. — Натаниэль беспечно пожал плечами, и гримаса боли исказила его лицо. — Но мы оба знаем, что всё это чушь, когда твой внутренний ребёнок — порождение ужаса. Верно?       Нил захлопнул дверь, нарушив внезапно возникшую тишину. Кап       Ухмылка красовалась на лице Натаниэля — довольная, самоуверенная и в то же время ехидная. Джостен выровнял дыхание, унял трясущиеся руки и собрался с мыслями. Он сделал пару шагов навстречу парню. — Что тебе, чёрт возьми, надо? К чему эти разговоры? Чтобы усыпить мою бдительность?       Натаниэль вскинул руки в защитном жесте. — Нет, ни в коем случае. Я просто хочу поговорить. Мы, знаешь ли, находимся в просто дерьмовом состоянии. — Я в порядке. — Нил скрестил руки на груди. Натаниэль усмехнулся, отчего Джостен еле заметно вздрогнул. — Твоя кричащая от боли душа сказала бы другое. Иногда я думаю, дай ты себе волю, и ты сорвёшь свой голос. — Веснински шагнул вперёд, приближаясь к Нилу. Джостен не сдвинулся с места. — Интересно, сколько бы ты держался, прежде чем наконец сорвался? Месяц? Нет, думаю, это слишком много. Я дал бы тебе пару дней. — И что потом? — неуверенность сквозила в словах и взгляде Нила. Он всё ещё не мог верить Натаниэлю до конца. Если он вообще являлся таковым. Да и цели этого разговора ему всё ещё были неясны. — Потом? — Натаниэль сделал вид, будто задумался. — Потом смерть.       Джостен нахмурился и хмыкнул. — Знаешь ли, звучит как угроза. — Это не угроза, а предупреждение. Видишь эти трещины? — Натаниэль указал на потрескавшиеся стены. Разрезы были очень глубокими, широкими, а за ними — сплошная пустота. Нил проследил за жестом парня и уставился на трещины, погружаясь в свои мысли. Только спустя минуту он сдержанно кивнул. — Это твоя психика идёт по швам. Когда эта комната треснет, от тебя не останется ничего, поверь мне. И никакие новые личности не спасут тебя от неизбежного падения.       И всё же, зачем Натаниэль тут распинается? Кап       Чего он хочет добиться? — И что ты предлагаешь?       Натаниэль перевёл на него пустой, убитый взгляд. Толстая струя крови прокатилась от его лба по лицу вниз. Капля повисла на краю щеки и сорвалась вниз. Кап — Простое взаимодействие.

***

— Господь Бог, Нил! — Ники отчаянно тряс Джостена за плечи, который не шевелился и еле-еле дышал. Лёжа на кровати на спине, он выглядел как бледный мертвец. Лишь слабое дыхание напоминало, что он ещё жив. Или пока жив, никому не хотелось об этом думать.       Кевин оторвал Ники от Нила, приложив массу усилий для этого. Хэммик был до жути испуган, его руки тряслись, и он поистине волновался и боялся. Нил всегда вставал раньше всех. Когда Ники просыпался, а просыпался он самым последним, Нил уже давно успел сходить на пробежку и позавтракать. И доделать домашнюю работу. И посидеть с Эндрю на крыше. И сходить в душ. И собраться на тренировку. А сейчас он даже не открыл глаза. — Хватит орать, он просто спит! — кричал Кевин, пытаясь хоть как-то угомонить перепуганного Ники. — Нужно разбудить его, иначе мы не успеем на тренировку.       Хэммик вырвался из хватки Дэя и бросил на него испепеляющий взгляд. Кевин нахмурился. — Ты прикалываешься? Ты думаешь, что всё нормально? Что типа… Да ладно, Кевин, ты серьёзно?       Дэй пожал плечами. — Он давно не мог нормально поспать. Наверное, выпил снотворное. Но за это он будет выполнять дополнительные упражнения. Поступил он глупо.       Ники приложил ладонь ко лбу, уставившись куда-то в пол. Он был явно поражён словами Кевина, однако головой понимал, что Дэй такой человек. Он не эмоциональный, как Ники, и его волнуют тренировки больше, чем что бы то ни было. — Ты же сам говорил ему заботиться о себе. — Я говорил о физических травмах, Ники. На поле он хорошо играет, даже когда мало спит. — Я в ахуе, — выдал Ники, глядя на Кевина. — У меня даже слов нет.       Эндрю стоял в стороне и пристально разглядывал Джостена. Всё это время, пока Эндрю бодрствовал, Нил не сменил позу во сне, не сдвинулся ни на миллиметр. У него даже не бегали глаза под веками, что показало бы, что он видит сон. Он действительно выглядел как труп. И это настораживало. Что его удерживало на месте, так это ровное, спокойное дыхание. Эндрю ни на грамм не верил в предположение Кевина о снотворном, потому что Миньярд прекрасно знал Нила. И он знал, что Нил будет страдать, нежели примет таблетку. Мученик.       Ники опять начал что-то кричать, слишком эмоционально реагируя на спящего Нила. Если так подумать, Хэммик ни разу нормально не видел, как Нил спал: он либо уже проснулся, либо было настолько темно, что хоть глаз выколи. Ни черта не увидишь. Эндрю первое время мог выдержать эти возгласы, ведь он жил с ним какое-то время да ещё и впридачу с Аароном, у которого каждое утро что-то обязательно случалось, но вскоре не выдержал, сказав резкое: «Заткнись». И Ники действительно замолчал, наверное, излишне театрально закрыв рот.       Миньярд подошёл к кровати, останавливаясь на достаточном расстоянии, чтобы не нарушать личные границы Джостена, и присел на корточки. Он уставился на безмятежное лицо Нила, изучая каждую деталь, каждый изгиб, хотя со стороны могло показаться, будто он собирается вгрызться ему в глотку, пока он безоружен.       Кевин вышел из комнаты, что-то бурча себе под нос. Ники бросил на двоих странный взгляд, сощурил глаза и последовал за Дэем, прикрывая за собой дверь относительно тихо для него. Эндрю проигнорировал, продолжая наблюдать.       Глаза Нила открылись, и он содрогнулся, будто только что вылез из жуткого кошмара, сжимавшего его конечности и не дававшего двигаться. Он задышал часто, словно наконец смог вылезти из воды и вдохнуть полной грудью, и сел на кровати, уставившись куда-то перед собой. Нил сразу не заметил Эндрю, сидевшего сравнительно рядом и не издававшего ни звука с момента пробуждения. Нил стиснул зубы и сразу же прикрыл рот рукой. И застыл.       Эндрю сощурился, но промолчал, ожидая, пока Джостен придёт в себя. На это нужно было время, и Миньярд прекрасно это осознавал, поэтому не торопил с вопросами.       Нил медленно отлепил ладонь от своих губ и уставился на неё, как на что-то мистическое. Глаза распахнулись, зрачки расширились, а уголки губ нервно дрогнули. — Вау, — голос его хрипел, однако тон не изменился. Прозвучал слишком апатично и стеклянно. Взгляд метался с одной стороны в другую. Нил сжал ладонь, впиваясь ногтями и оставляя следы из полумесяцев. Он прикусил губу и поднял взгляд.       Джостен повернул голову в сторону, встречаясь с внимательными глазами Эндрю. Всё это время он следил за его поведением, прислушивался, и это заставило его напрячься конкретно. Что-то здесь было не чисто. Вроде как перед ним был Нил — яркие рыжие вьющиеся волосы, сверкающие голубые глаза, выраженные черты лица, ресницы — но в то же время это был кто-то другой, совершенно незнакомый Миньярду. Чужой. — Утро, — заговорил с ним Нил, и Эндрю молча поднялся, отряхивая штаны от невидимых пылинок. Джостен зевнул, прикрыв рот ладонью, после чего опустил ноги на пол и вылез из кровати, вставая рядом с Миньярдом. Эндрю бросил на него безучастный взгляд, коротко кивнул и вышел из комнаты, оставляя Нила наедине. Несмотря на то, что оба доверяли друг другу и что Эндрю видел шрамы Нила, даже трогал их, Джостену всё равно было необходимо переодеваться в одиночестве, без лишних глаз.       Дверь закрылась, и Нил бесшумно выдохнул. Мышцы лица ещё больше расслабились, будто до этого он их вообще напрягал, и теперь он стал больше похож на безэмоционального Миньярда. Нил потупил взгляд, ставший пустым, неотражающим стеклом. Что-то трескалось в мыслях, как дрова в огне. Руки начинали дрожать, и ему показалось, будто он сам захотел, чтобы они дрожали. Чтобы почувствовать хоть что-нибудь, отдалённо напоминающее эмоцию. Может, он и поспал сегодня дольше обычного, но ситуация от этого явно не стала лучше. Его тело казалось слишком тяжёлым, все мышцы болели, как будто он пробежал два марафона. Двигаться было тяжело. Нервный тик пронзил его лицо, задев уголки губ в очередной раз.       Медленно, выходя из транса, он сделал короткий шаг, пытаясь осознать реальность. Он тихо промычал, сам не зная зачем, и продолжил движение, подходя к шкафу и доставая оттуда вещи. Он бросил на мгновение взгляд на часы и не испытал ничего при виде времени. Было поздно, ну и что? Переживёт.       Он выудил пару вещей, которые, по его мнению, были достаточно комфортными этим утром, то есть не сильно обтягивающими, и стал переодеваться, прикладывая усилия, чтобы стащить с себя пижаму. Отвратительно. Как же его тело болит, что же он такого делал? Ему казалось, что он сейчас потрескается и рассыпется.       Закончив с переодеванием, он поправил футболку, чуть сильнее натянул повязки, кинул короткий взгляд в зеркало, вздохнул и вышел из комнаты. Только он закрыл дверь, как его сразу прижали к ней, упираясь всем предплечьем ему в грудь и придавливая к горлу сверкающий при утреннем свете небольшой, но острый нож. Однако он лишь равнодушно посмотрел на нападавшего и не сдвинулся с места. — Пора заканчивать спектакль идиотов.