Sweet Flavor

Восьмая комната — Юнги и Чимин. Юнги явно не нравится такая перспектива, а Чимин кажется спокойно готов переночевать с "бетой". Он спокоен и расслаблен. Альфа не видит повода для паники, пока сам Юнги нервно сглатывает и смотрит на дверь комнаты. Чимин осторожно берет омегу за руку и заводит в комнату, но долго пробыть наедине не получается. — Парни!!!! — зовет всех папа Чонов, и все выглядывают из комнат. — Хочу предупредить, растить двух любопытных альф было сложно, поэтому этот дом оборудован звуконепроницаемыми спальнями, в которых вы сегодня спите, — и подмигивает своим сыновьям. Большая часть присутствующих смутилась от данной информации, но каждый запомнил эту вещь. — Приятной ночи всем! — И вам, господин Чон, — отвечают все хором и запираются в своих комнатах, чтобы наконец-то отдохнуть наедине с собой. Чонгук хихикает на данную информацию, потому что с братом они давно знают о такой особенности стен их дома. Альфа тянет мужа за собой и прикрывает дверь их спальни, прижимая к себе своего мужа и смотря ему в глаза. — Теперь ты Чон Тэхён, — улыбается альфа и нежно целует омегу в лоб, мысленно радуясь тому, что всё вот так складывается. — Ага, — Тэхён улыбается и сам целует альфу в губы, после чего решая отойти и снять пиджак, потому что хочется надеть что-то свободное. Чонгук спокойно наблюдает за мужем и слышит шаги и голоса за дверью, так как та не закрыта до конца. По разговорам можно понять, что некоторые гости не могут найти ванную. И в итоге кто-то подходит к двери их спальни, решая спросить у Чонгука. — Я сейчас, объясню, куда надо идти и вернусь к тебе, Ви, — улыбается своей милой улыбочкой Чон и идет объяснять друзьям, которые чуть-чуть под алкоголем, где находятся в этом доме три ванные, а после тихонько возвращается к омеге, вновь прикрывая за собой дверь. — Вот и я. На чем мы остановились? — Мы вроде... — хочет что-то сказать Тэхён, как его затягивают в страстный и пылкий поцелуй, спустя несколько минут омега отстраняется от альфы. Губы у обоих припухают, дыхание сбивается. Чонгук издает смешок, слыша опасения омеги. — Чонгук, нам нельзя. Я беременный. — Тшш... можно, мы можем доставить друг другу удовольствие и без проникновения. Я помню, что ты беспокоишься, родной, — говорит альфа и целует в шею, заваливая полураздетого, потому что тот успевает снять рубашку, на кровать. Тэ готов застонать от действий альфы, ведь тот выцеловывает его шею. — Тэ, ты же не хочешь, чтобы нас услышали? Нужно дверь закрыть. И только Чон хочет встать, как возле открытой двери слышатся шаги. И им обоим понятно, что это Джин. Только вот сейчас не стоит закрывать дверь. Тот похоже не планирует надолго отвлекать пару. — Тэхён, ты здесь? — слышно, что Джин тоже пьян. Это возможно станет плюсом. Когда Сокджин пьян, то мало замечает, что происходит вокруг. — Ты один? — Не входи, да я один. Я тут переодеваюсь, пожалуйста, давай поговорим так, — Тэ знает, что тут лучше всего ответить именно так. Джин пьян и явно не надолго тут с ними. Да и Тэхёна слегка смущает такая ситуация, зная, что собирается сделать Гук. А ведь тот прислушивается, слышит, что Джин спокойно садится на пол у двери. И это дает Гуку шанс устроить маленькую месть. Он опускается медленно ниже, давая понять своему мужу, что тормозить не намерен. — Хорошо. Я хотел сказать, что люблю тебя. Я одобряю твой выбор и хоть мне сначала Чонгук не нравился. Сейчас я думаю, он достойная для тебя пара. Ведь он явно заботится о тебе. Я надеюсь, что он любит тебя также сильно, как и ты его, — Джин опирается спиной на стену, поэтому не видит, как с его брата стягивают брюки. Тэхен же шепчет Чону, что их могут услышать. Но видя ухмылку, Ким понимает, что ему надо быть тише. Ким слышит ещё шаги, он узнает их из тысячи. Это Юнги. И возможно, он снова поможет им и прикроет перед Джином, который не замечает странных вздохов и звуков. — Ммм... я рад, что ты полюбил Гука, — говорит омега, явно сдерживая свои стоны, так как альфа решил сделать первоклассный минет, от которого у Тэ уже звездочки перед глазами. — Я... мхг... спасибо тебе Джин... м-мне правда важно твоё мнение. Ведь ты бы не позволил мне быть... быть с Гуком, если бы видел... в нем угрозу, — тихие маты слышит в этой ситуации только Юн, пока сам Тэхен вжимает голову в подушку, сжимая в руке волосы мужа. Тэхёну сейчас очень хорошо. — Спасибо тебе Тэ, я дам пару наставлений Гуку, чтобы не обижал тебя, — усмехается омега, аккуратно поднимаясь на ноги и смотря на Юнги, который помогает встать с пола. — Джин, слушай, там Джун спустился в ванную на первом этаже и, кажется, не может нормально вернуться. Он, видимо, перебрал, помоги ему, — говорит Юнги, понимая, чего Тэ так взвывает и еле сдерживается. Мин проклинает свой хороший слух, так как хлюпанье и маты он слышит прекрасно. — Да, хорошо. Спокойной ночи, Тэ, — говорит Джин и уходит помогать Джуну, который действительно еле поднимается по лестнице. — Ах, Гуки, — стонет Тэхён, когда понимает, что брат уже не сидит под дверью. — Из-за тебя...ах...нас чуть не спалили.... — Вы мне должны будете, — говорит блондин, закрывая дверь. — Мгх, ах, Чон, — стонет громче омега, когда чувствует, как альфа ускоряется. — Я сейчас, ах, Чон! — Чонгук на это лишь ещё быстрее двигает головой, доведя любимого почти до оргазма. Через пару минут альфа слышит, как протяжно стонет омега, надавливая на голову, чтобы тот заглотнул до основания. И ведь Гук послушно заглатывает, позволяя мужу получить удовольствие. А потом чувствует, как Ви кончает ему в рот. Так как Чон случайно делает вздох в этот момент, сейчас он откашливается и смотрит на любимого, который пошло улыбается, и валит Гука на кровать. — Решил поиграть, Чонгуки? Я тебе покажу, что такое игры/, — говорит Тэ и спускается ниже, чтобы теперь помучить мужа. — Сдаюсь, любимый, — усмехается Чон, а после давится своим смешком, когда омега начинает посасывать головку члена. За стенкой тем временем Чонин, сразу закрывает дверь и расстилает постель, так как чувствует усталость. Омега спокойно думает о своем, пока его муж достает одежду и полотенца. — Хе-хе, слушай, я тут подумал, — начинает омега, садясь на расправленную кровать. — Если бы нас тогда не поженили без нашей воли, мы бы, наверное, никогда не встретились. — Ты прав, — говорит Кенсу и садится рядом, смотря на мужа, вспоминая начало их отношений. Кенсу запускает руку в волосы любимого и перебирает прядки на голове. — Я бы не узнал, что могу любить. Да, тогда я сомневался даже в том, что умею что-то чувствовать. — Между прочим в первый же день ты наорал на меня, — ворчит омега, кладя голову на плечо мужа. — А потом, насмехаясь, своровал мой первый поцелуй. Я был тогда так зол. — Ты же мне отомстил, на важном вечере вылил мне на голову розовую краску, — Кенсу издает смешок, вспоминая те перепалки. Сколько было ссор, сколько угроз и подстав. Они прошли огромный путь, чтобы хоть немного узнать друг друга. — Ну, а потом ты меня запер в доме и не выпускал три дня. А потом пришёл и снова накричал, — тихо шепчет Чонин заваливая их обоих на кровать, укладываясь удобнее на груди мужа. — Ну это цветочки, мы с тобой так ссорились, что вся прислуга на уши вставала. А вот когда у тебя течка началась, я чуть с ума не сошёл, — говорит Кенсу и смеется, ведь тогда было и правда сложно держаться. Они тогда были в старшей школе, гормоны дурили голову. Но всё же Кенсу поступил тогда правильно, уехав и оставив омегу временно одного с слугой бетой. — И не говори, я как вспомню, когда ты зашёл ко мне в комнату. Я думал, что ты меня изнасилуешь. — А я тогда тебе таблетки принес, чтобы тебе легче стало. — Хехе, помню, — улыбается омега и вырисовывает узоры на груди альфы. — Знаешь, я уже тогда тебя любил, просто злился .Ведь меня продали для сделки, никому такое не понравится. Ты мне тогда нравился внешне, но гордость не позволяла мне вести себя спокойно. Хотелось доказать всем, что я не игрушка. — А я долго не мог понять, что чувствую к тебе, но когда я в гневе наорал на тебя и кинул стакан в стену, а после застал тебя на крыше, — вспоминает альфа. — Я перепугался и понял, что поступил как идиот, ведь ты был мне дорог. Мы с тобой тогда уже три года жили вместе. — Мдааа, я ведь тогда реально хотел с крыши сигануть. Гормоны творят с тобой ужасы. — Ага, — говорит альфа. — Пс, знаешь что? — Что? — понимает глаза на любимого омега. — Я люблю тебя, — улыбается альфа. — Господи, Кенсу, ты такой милый, когда говоришь это. Кто бы мог подумать, что этот серьёзный и непреступный альфа умеет быть таким лапочкой, — говорит Кай и целует альфу в губы, после отстраняясь. — Я тебя тоже люблю, Кенсу. Парни ещё долго разговаривают перед тем, как пойти мыться и лечь спать. Они оба сильно хотят спать и наконец-то отдохнуть в тишине. Пока в следующей комнате молодожёны решают отдохнуть по-своему. — Ты слышал,что сказал папа, — говорит Хо и приближается к омеге. Минсок улыбается в ответ и идёт спиной к кровати, осторожно касаясь рукой груди любимого, который не останавливается. — Стены звуконепроницаемые, а у нас впереди вся ночь. — Чон Хосок, да вы извращенец, — падая на кровать и по-детски обвиняя альфу, говорит брюнет. — Но ты ведь это любишь, — говорит Хосок и расстегивает свою рубашку, наклоняясь к мужу. Хосок смотрит на своего омегу, как на приз, который он выиграл у жизни. Он определённо спас вселённую в прошлой жизни, раз ему так повезло в этой. — Люблю, — улыбается омега, обнимая Чона за шею. — Слишком плохо, но это слишком сладко, это слишком сладко, слишком сладко, — пропевает омега, притягивая мужа за воротник рубашки и смотря в глаза. Минсок точно также смотрит на Хосока. Они оба ждали друг друга слишком долго, оба изголодадлись. И оба сейчас восполнят то утраченные время. Сейчас они могут показать друг другу, как сильно любят, как дорожат и как желают. — Слишком плохо, но это слишком сладко, это слишком сладко, слишком сладко, — так же поет Хосок и затягивает омегу в поцелуй. Хосок просто чувствует, как этот омега улыбается. Они оба улыбаются, потому что теперь они есть друг у друга. Минсок углубляет поцелуй, зарываясь одной рукой в волосы любимого. Обоим хочется больше, чем просто поцелуи. Оба прекрасно понимают, что изголодались друг по другу. Возможно поэтому они стараются сейчас параллельно как можно быстрее раздеться, чтобы наконец-то приступить к прелюдии. Минсок даёт мужу стянуть с себя штаны и после устроится между раздвинутыз ног. Такая поза обоих устраивает, поэтому они снова целуются, касаясь друг друга везде, до куда только дотягиваются. Минсок чувствует руки альфы у себя на бёдрах, животе и талии, пока сам трогает грудь и шею. Они настолько сильно хотят касаться друг друга, что тратят на это большую часть времени. Они оба словно не могут поверить, что всё это правда. Что они действительно мужья. Что они есть теперь друг у друга. Поцелуи становятся более беспорядочными. Потому что Хосок целует шею омеги, целует скулы, целует губы. Пока сам Минсок целует плечи, целует уши, целует губы. — Мгх, Хоби, остановись, — говорит Минсок, чем сильно удивляет альфу. Чон поднимает свои глаза на мужа и ждет, пока тот продолжит. — Ты ведь не забыл про презики ? — Фух, я уж думал что-то серьёзное, — выдыхает альфа и аккуратно целует омегу в губки, после чего встаёт и идёт к камоду у двери. Достаёт пачку презервативов и возвращается к любимому, доставая из под подушки ещё и смазку. — Вообще-то, это серьёзно, — ворчание омеги довольно забавно, это Хосок любит слушать. Минсок поворачивается на живот и ползет ближе к подушкам, обнимая одну из них, чувствуя после, как проминается кровать рядом. — Любимый, я запомнил ещё с твоей течки, что ты у нас пока родителем не готов становиться. Так что не переживай, против твоей воли я ничего делать не буду, или ты мне не доверяешь? — Хосок осторожно целует мужа в макушку и в шею, как бы показывая, что сейчас он рядом. — Доверяю, — выдыхает омега, когда Хосок идет дорожкой поцелуев вниз, оставляя небольшой укус на пояснице. Минсок на это хихикает и устраивается удобнее. — Тогда не переживай, переставай переживать и наслаждайся, — говорит альфа, ведя рукой по спине любимого, почти коснувшись ягодиц — Хорошо, — соглашается Минсок, но не надолго, чем вызывает после у альфы слегка жалобных вздох. — Стой. — Что ещё? — Хосок не напрягается в этом плане, он спокоен и расслаблен. Он понимает, что Минсок волнуется, поэтому спокойно целует любимого в плечико, прекращая свои действия. — Давай без растяжки? — спрашивает Мин и крепче обнимает свою подушку, смущаясь от собственных слов. Глаза Хосока стали ещё чернее, он не ожидал такого предложения от омеги, что не давал ему две с половиной недели, готовясь к свадьбе. Хосок не озабоченный, но Чон даже поцелуев не получал за все это время. — Тебе ведь будет больно, — опомнившись говорить Хосок, прекрасно Понимая последствия. Как-то не хочется, чтобы весь процесс представлял собой адскую боль для Минсока. — Я хочу попробовать жёстче, — мямлит омега, закрывая лицо руками. Он готов сгореть от смущения. Минсок не может спокойно предлагать такое. Он не тот, кто любит что-то новое. Его вполне устраивает секс, который у них есть. Но после общения с Ким, уже Чон, Тэхеном, становиться интересно, как будет реагировать тело на другой темп. Немного другой настрой. Кто Хосок такой, чтобы не пойти на поводу у мужа? Чон нежно целует мужа в плечо, садится рядом удобнее и касается анального отверстия, понимая, что муж уже возбужден. Альфа тратит довольно много времени на то, чтобы растянуть любимого. Жёсткий секс не означает дикую боль. Нельзя в любом случае входить без рястяжки. Иначе можно причинить дикую боль, которая перебьет все возбуждение. Чон всячески отвлекает мужа и расслабляет, после чего аккуратно приподнимает его бедра и медленно входит, слыша протяжный стон. Неужели, он теперь будет каждый раз слышать именно этот голос? Хосок не может сдержать своего восторга, поэтому покрывает спину омеги поцелуями, плавно заменяя их на укусы и начиная двигаться. Вот сейчас Хосок показывает любимому, что такое жёсткий темп. Что такое, когда шлепки явно слышнее, чем обычно. Естественно, никто не забывает про контрацепцию. Это не мешает им обоим получать удовольствие. Минсок принимает всю лёгкую боль, как должное. Ему нравится. Ему нравится особенно, когда он лежит на спине и видит взгляд альфы. Как тот восхищён но смотрит на своего мужа. Голос Минсока же иногда скачет от высоких нот до низких. Он прогибается в спине, целует Чона и двигается, когда это возможно. Им обоим хорошо. В соседнюю комнату тем временем добирается постепенно двое выпивших. Причём омега осторожно доводит альфу до кровати, сажает, а после спокойно закрывает дверь. Вся эта ситуация вызывает смешок у старшего, но следом он начинает возмущаться — Джун, тебе нельзя пить. Ты тяжёлый, а сам идти не хотел, — садится рядом Джин и смотрит на друга, который смеётся с таких заявлений. — Прости, Джин. Ноги просто заплетается, — смеётся Джун и заваливается на спину, расслабляясь и понимая, что в душ пойдёт явно завтра утром. — Эх, на то я друг, чтобы помочь. Но в следующий раз не пей так много, — улыбается Джин, смотря на альфу. — Джин, — обращается альфа и видит, как омега поднял глаза. Джин смотрел на позу Джуна, а сейчас смотрит в глаза. — Я всё ещё люблю тебя и жду твоего ответа. — Я знаю, — звучит на грани шепота. Джин знает, что тот ждёт. Знает о его чувствах к себе, но не может разобраться в себе. — Джин, я не железный. Если ты не готов, так и скажи. Я правда не знаю, могу ли продолжать ухаживать за тобой. Или мы только друзья. Я не хочу давить на тебя. Просто хочу быть честен. Мне немного сложно понять, как себя вести с тобой. Могу ли я пригласить тебя ещё раз на свидание или же мы не сможем даже попробовать, — Джун смотрит в ответ и тяжело вздыхает. — Джун, тебе вообще пить нельзя, — смеется Джин, стараясь уйти от ответа. Ему стыдно говорить, что только из-за своих страхов, он не может быть также честен с ним. — Джин, ты ведь так не ответил. Значит ли это, что у меня всё ещё есть шанс? — смотрит на омегу Нам. — Не знаю, дай мне ещё время, — говорит Джин, поджимая слегка губы и опуская взгляд на свою руку, которой опирается на кровать. — Могу я попросить? —спрашивает альфа, аккуратно касаясь руки старшего. — Что? — омега смотрит прямо в глаза парню. — Поцелуй, — отвечает Ким и смотрит прямо в глаза омеге. Тишина, они просто смотрят друг на друга и никто ничего не говорит. Может они оба настолько напились, что мало чего соображают. Джин садится на против альфы, который приподнимается, и не сводит взгляда с глаз напротив. — Можно, — шепчет Джин и сам тянется к альфе. Джун подхватывает его за лицо и прижимается губами, поцелуй получается нежный и невинный. Джун не отпускает, боясь, что Джин после уйдёт. Они сидят и смотрят другу в глаза, не отрываясь. Но оба понимают, что придется прерваться, так как воздух заканчивается. А увы пьяными они забывают, что существует такой орган, как нос. Джун отстраняется от омеги и проводит по его губам большим пальцем, а тот смотрит завороженно. У Джина мурашки по коже от такого поцелуя. У них по пьяни бывали поцелуи, был один раз и секс, который они оба окрестили "поторопились". — Спасибо, —говорит Джун и отпускает омегу, но Джин кажется пьян не меньше, потому что садится на бедра альфы и снова целует сам. За стенкой же двое спокойно готовятся ко сну, так как не планируют чем-то маяться всю ночь. — Как думаешь, что сейчас делают остальные?—спрашивает Чен, наблюдая как его парень переодевается. — Ну Тэ и Гук явно дрочат друг другу, Хо и Мин занимаются сексом, родители Чонов спят, Джун и Джин как всегда творят фигню, за которую им будет стыдно. А Чимин с Юнги скорее всего срутся, они ведь не могут жить спокойно. Они оба явно не ровно дышат, поэтому будут придраться по всякой фигне. Кенсу и Чонин сладко спят, так как устали, — говорит Сехун. — Бэк и Чанёль сосутся. — С чего это всё так точно? — интересуется бэта. — Я прогулялся по коридору и прикрыл двери, — смеется Сехун. — Ясно, — тоже теперь смеется Чондэ. — Слушай, помнишь ты год назад невзначай сказал, что завидуешь тем, у кого скоро появятся дети? — серьёзно спрашивает бэта. — Помню, — говорит Чен, спокойно ложась в кровать и расслабляясь, после горячей ванной. — Я думаю, что мы могли бы попытаться, — шепчет парень. — Ты серьёзно? — бэта аж подскакивает и берет парня за плечи. — Ну, мы с тобой вместе уже много, да и вроде ты не против, — говорит бэта, смотря прямо в глаза. — Я люблю тебя, и хочу растить малыша, который будет похож на тебя. Улыбаться твоей чеширской улыбкой и звать нас папой и отцом. И пусть он будет бетой, зато здоровый и любимый. — Сехун, ты точно этого хочешь? Это не алкоголь?— Чондэ в шоке такого предложения от мужа, хотя несказанно рад. — Если хочешь, я могу повторить завтра утром, когда протрезвею, — говорит Сехун. — Я верю тебе, но давай и правда поговорим об этом, когда оба будем в здравом уме? — Хорошо, —улыбается бэта. — Пожалуйста, донеси меня до кроватки, я знаю что тут всего шаг,но... Сехун не успевает договорить, как его подхватывают на руки и бережно кладут на кровать, укрывая одеялом. Потом Чен быстро переодевается и ложится рядом,обнимая любимого. — Спокойной ночи, — хором шепчут парни, пока за стенкой разворачивается небольшая драма. Как только эти двое оказываютсч в одной комнате, то просто стоят минут десять, смотря друг другу в глаза и ничего не говоря. Первым сдается Чанёль. — Бэкхен, что происходит? — спрашивает альфа. — Я люблю тебя, — улыбается своей очаровательной улыбочкой омега. — Не делай так! — говорит Чан и приближается к омеге. — Как? — спрашивает Бэкхен и облизывает свои губы. — Так, — говорит альфа и целует омегу. Господи, как они любят так целоваться. Дарить друг другу нежные поцелуи,при этом ещё и провоцируя друг друга. Бэкхён сегодня почти весь день привлекал внимание альфы, облизывая свои губы. У них это был знак, что один нуждается в поцелуе, но Бэкхен хитрая попа, он без конца облизывался и убегал, мучая альфу. Чанёль тоже решил поиздеваться, он знал, как его омега любит, когда Чан сидит с полурасстегнутой рубашкой, хватало трех верхних пуговиц, чтобы омега не мог оторвать взляда. Отгадайте что же сделал Чанёль? Я думаю вы и так поняли. И вот такие провокации весь день, а когда алкоголь в голову ударил,то в ход пошли легкие прикосновения, которые пускали море мурашек. Чанёль знал, что у любимого чувствительная шея,поэтому специально подходил сзади и дул на шею и на уши, заставляя тем самым томно вздыхать каждый раз. Бэкхен же решил действовать чуть по другому, он развязал свой галстук открыл вид на свои ключицы, расстегнув рубашку и списав это на духоту. Вот такие у них игры в провокации, а потом самые нежные и ласковые поцелуи. Сейчас они оторваться друг от друга не могут, наслаждаясь моментом уединения. Из-за того что они работают в разных компаниях, редко видятся. Тем более Бэкхен психолог, его могут в любой момент вытащить из дома. Так что такие моменты это редкость. — Бэкхен, я люблю тебя, — отстранившись от омеги, говорит альфа и берет его на руки, укладывая заботливо на кровать. — Я вижу как ты устал, давай спать? — Я не усну, если тебя не будет рядом, — говорит омега и тянет парня на кровать, укладывая рядом и обнимая. — Я тоже тебя люблю, Чанёль. Вот так в объятиях друг друга они засыпают. Пока в последней комнате нарастает постепенно напряжение. — Чего ты себе позволяешь? — ворчит Юн, когда его затаскивают в комнату. Чимин хочет что-то сказать, но не успевает, всех парней зовут. Блондин и рыжий выглядывают и слышат информацию, которая смущает их обоих. Комнаты звуконепроницаемые. А после Чимин снова тянет омегу бету обратно в комнату. И только Чимин хочет начать диалог, чтобы выяснить, почему "бета" его избегает, как парень его перебивает: — Я в душ, — и выбегает из комнаты с полотенцем. Чимин обреченно вздыхает. "Да что я делаю не так? Я вроде никуда не тороплюсь, ухаживаю, а он бегает от меня весь месяц! Он ведь мне позволил себя поцеловать , ему ведь тоже понравилось? Я запутался", — думает про себя Чимин. Юнги же в это время в душе стоит и обдумывает то, что он чувствует к рыжему альфе, и, как ни странно, они оба вспоминают весь прошедший месяц.