Много раз и ещё один

      — Вот список продуктов, которые нужно успеть купить до Рождества, — Фил ткнул в руки Броку листок, исписанный ровным почерком.       Оглянувшись на любовника, тот только усмехнулся, заметив его растрёпанность. В наполовину застёгнутой рубашке, со свитером, с принтом смешного однорогого оленя, висящим на согнутой руке, тот метался по дому, пытаясь собраться на работу. Просыпали вместе они очень редко, но метко, по мнению самого Рамлоу. Сегодня его спасало то, что он был во вторую смену.       — Да, и не забудь утку и яблоки. И, главное, купи конфет. Если Роллинс опять притащит свою детвору, фруктами не обойтись, — наконец поправив рукава рубашки и воротник, спокойнее сказал Фил, снова появившись на кухне.       Отхлебнув из чашки Брока кофе, он поморщился, но, поцеловав подставленные для прощания губы, обнял его и замолчал буквально на пару секунд.       — Жаль, что сегодня не выходной. Можно было бы провалятся весь день в гостиной на диване. Или поставить ёлку… Кстати, о ней. Ты обещал съездить со мной на рождественскую ярмарку, — встрепенулся Коулсон.       — Я помню, — притянув его обратно к своей груди, прохрипел Брок. — Вернёшься с работы и съездим. У меня как раз останется ещё два часа до ночной.       — Нет. Завтра. Тебе нужно отдохнуть. Не хочу, чтобы к утру на пороге лежал твой хладный труп. Джек меня и так не особо любит, а если вдруг ты пострадаешь от усталости и рассеянности по моей вине — вообще возненавидит. Всё, я ушёл, — клюнув Брока в щеку в последний раз, мужчина натянул куртку, подхватил портфель и, хлопнув дверью, скрылся в снежных сугробах.       Декабрь выдался на удивление зимним. Сугробы били рекорды по уровню выпавших осадков за последние лет десять. Хотя, самому Броку нравилось. Дополнительная нагрузка никогда не помешает. Тихое мурчанье отвлекло от разглядывания череды легковушек за окном.       — Что, чертяка, пошли, погуляем? — почесав чёрного мэйнкуна за ушком, мужчина встал, но, подумав, решил ещё часик поваляться на диване.       Закутавшись в плед, он с удовольствием вдохнул запах одеколона Фила, оставшийся едва уловимым шлейфом на шерстяной ткани. Прикрыв глаза, мужчина попытался вспомнить, когда же они стали настолько близки, что решили быть вместе несмотря на разницу в статусах. Он — обычный, чуть грубоватый (хотя кого он обманывает?), более активный, и совершенная его противоположность — Коулсон. Профессор истории в университете. Всегда сдержанный, педантичный, чересчур скрупулезный. Его занудство до чёртиков бесило Джека, да и остальных ребят, работающих с ним.       Одна-единственная встреча, и всё полетело кувырком. Этот человек, казалось, заменил собой полмира. Даже то, что он спокойно променял посиделки в пабе по пятницам на тихие выходные с ним, о многом сказало его команде. Прежде ветреный, меняющий партнёров как перчатки, он вдруг остепенился. И ему было срать, что об этом шушукаются в части. Ну, да, у него любовник — мужик. И что? Главное — это его тихая гавань, которую, как оказалось, он искал всё это время.       Ходики на высоких старинных часах в коридоре качнулись, и глухое «Бом» разнеслось по всему дому. Вздохнув с сожалением, Брок понял, что вставать всё-таки придётся, иначе вечером Фил просто не сможет заехать в гараж. Натянув толстый свитер, куртку и шапку, он принялся искать перчатки. Те пропали бесследно. Мяукнув, кот спрыгнул со стола в гостиной и с интересом смотрел на вспотевшего хозяина, перевернувшего вверх дном первый этаж.       — Мряу…       — Отстать, не до тебя сейчас!       — Мряу-мяу…       — Я тебя кормил, отстань, проглот!       — Мряу-мяу-мур…       — Что не так?! — воскликнул Брок, посмотрев на кота.       Чихнув, тот демонстративно поднял зад и просеменил к своему лежаку, оставив на своём месте искомое.       — Ах ты ехидная морда! Шапка с ногами! — бросил он в след уходящему животному.       Приглушённое «мявк» было ему ответом. Стоило поторопиться, если он собирался попасть в маркет и приготовить ужин.

***

      — Клинт, если ты не против, я заскочу в одно местечко, а потом-таки довезу тебя до метро? — Повернув голову, к уткнувшемуся в изучаемые лекции аспиранту, спросил Коулсон.       — Да-да, конечно, — кивнул тот, не отвлекаясь.       Остановив машину, Фил вытащил эскизы, припрятанные в бардачке, и направился к небольшой ювелирной лавке. Неприметная дверь с тускло подсвеченной витриной скорее отпугивали покупателей, чем привлекали. Насколько помнил мужчина, мастер не особо жаловал незваных гостей, но старым клиентам всегда был рад.       Противно звякнул колокольчик на двери. Звук корабельной рынды бил по нервам больше, чем привычные для таких мест музыка ветра или китайские колокольчики. Скрипнула половица на ступенях, и Фил оказался в сумраке магазинчика, набитого до отказа всяким добром.       — Рад видеть, что вы определились с эскизом, — усмехнулся старик с пушистыми усами.       Глядя на него, Коулсон всегда вспоминал моржей, вот только вместо усов те имели шикарные бивни.       — Да, вот, — замялся он, но рисунок протянул, сожалея, что решился-таки на эту авантюру.       Ему хотелось сделать какой-то необычный, но интересный подарок Броку на Рождество. Всё, что было придумано, отметалось мгновенно. Или не практично, или банально, а некоторые ему казались слишком вычурным. Так и теперь. Фил хотел подарить кольцо. С виду простое, но с секретом. Чтобы те, кто видел его, не могли сказать точно, что оно значит.       — Почему-то я о чем-то таком и подозревал, — усмехнулся в усы мастер, рассматривая рисунок. — Валькнут обязателен?       — Да, — посмотрев ему в глаза, решительно ответил Коулсон.       Когда идея с кольцом осталась единственной из, кажется, сотни. Фил решился на отчаянный шаг: выбрать идеальное кольцо для Брока. Всё пересмотренные им варианты были слишком нарядные, с украшениями, которые подходили больше женщинам. Ему же хотелось чтобы вещь была со смыслом, понятным только им. Тонкое плетение из листьев плюща соединяло две ладони держащие небольшой знак Валькнут. Сама структура рисунка была позаимствована у кладахских колец, несла почти тот же смысл: партнёрство, дружба, любовь, вечность. Всё что они чувствовали друг к другу в одной небольшой вещице. По крайней мере, он надеялся на это. Главная же проблема состояла в том, что этот узор нужно было сделать с внутренней стороны. Сохранить в тайне значение кольца.       — Как скоро я смогу забрать их? — спросил Фил, посмотрев на часы.       Если не поторопиться, то домой он попадёт, когда Брок уже соберётся уходить. Подняв голову, он увидел странный блеск в глазах мастера. Тот хотел сказать что-то, но не решался. Улыбнувшись в пышные усы, тот пожал плечами:       — Две недели. Сможете забрать сами, либо пришлёте кого-нибудь.       — Скорее всего сам. Хотя. Запишите фамилию Рамлоу. Если что, то он заберёт.       — Без проблем, мистер. Половина оплаты сейчас, вторая — когда надумаете забрать.       Расплатившись с хозяином лавки, Фил с облегчением сел в машину. Слишком скользким казался этот ювелир, но лучшего мастера, тем более в таком деле, ему было не найти.       — Ну что? Поехали? — Спросил он парня, так и не поднявшего голову от распечаток.       — А? Да. Высадите меня у станции, — вскинулся тот, оглядываясь.       До дома Фил летел, как на крыльях. Подарки готовы, списки того, что нужно купить в первую очередь, составлены. Теперь бы ещё ёлку купить. С этим они справятся довольно легко, главное, чтобы Брок был дома. Иначе Джек Роллинс, который был главным смены, три шкуры с него спустит. Не очень-то он его жаловал, особенно когда Брок приходил в ночную уставшим. Становился из-за этого рассеянным, невнимательным, менее эффективным. Это было слишком опасно с их-то профессией.       Открыв входную дверь, он прислушался к тишине, царившей в доме. На хлопок закрывающейся двери выскочил Демон и, довольно урча, потёрся о ноги Фила. В воздухе витали ароматы свежеприготовленной выпечки. Улыбнувшись, Коулсон прошел в гостиную и не смог сдержать вздох умиления. Зарывшись носом в подушки, Брок дремал, натянув плед до подбородка.       Присев на корточки, мужчина, не сдержавшись, провел кончиками пальцев по высокому лбу, огладил щёки и, поцеловав любовника в кончик носа, отправился на кухню. Демон, крутившийся под ногами, мяукал, требуя его покормить.       — Ну ты и проглот, — пожурил его Филипп, отдавая кусочек мяса, который хотел съесть сам.       — Он и так сожрал индюшиную ногу, — хриплым со сна голосом сказал Брок, прислонившись плечом к косяку.       Посмотрев на жадно пожирающего еду кота, Коулсон пожал плечами:       — А он сказал, что ты его бессовестно обделил.       — Врёт и не краснеет, — хмыкнул Рамлоу.       Подойдя ближе, он притянул Фила к себе, жадно целуя:       — Чувство, что не видел тебя целую вечность, — прошептал Брок, заглядывая в глаза любимого.       — Врет и не краснеет, — кивнул он в сторону Брока, посмотрев на кота.       Согласно мяукнув, мэйнкун принялся вылизывать лапки, наводя лоск. Улыбнувшись уголками губ, Фил снова посмотрел на Брока.       — Я тоже соскучился, но если ты не поторопишься, Джек снова будет бухтеть, — покрывая лицо поцелуями констатировал он.       — Угу, — недовольно пропыхтел Рамлоу, отлепившись от него. — Кто придумал эту работу?       — Если бы не она, ты бы очень быстро заскучал, сидя дома, — заметил Коулсон, направившись к холодильнику.       — В духовке лазанья, в шкафу булочки. Я собираться. Тебе завтра когда на работу? С утра съездим на ёлочный базар или уже вечером?       — Может лучше вечером? И ты отдохнёшь, и я не буду переживать, что могу опоздать, — ответил Фил, достав из духовки заветный противень.       — Вечером, так вечером, — кивнул Брок и скрылся за поворотом.       Устроившись за столом, Фил подумал о том, что ситуация, в которой они оказались, была слишком ироничной, что-ли? Они оба всю жизнь стремились к независимости, а погрязнув друг в друге, как в болоте, барахтались, пытаясь не утонуть. Было хорошо, но слишком многое вокруг них имело большое значение. Стоило свернуть чуть не туда, и окружающей их люди начинали показывать, куда им всё же стоит вернуться.       Хотя, когда Брока останавливало мнение общественности? Да и Фил никогда не отдаст никому того, кто стал его. И это правда.