Слишком много болтаем

Тэхён весь извёлся, сердце за прошедший час не прекращало биться, как ненормальное. Мысли поглотили его, шестьдесят минут переросли в вечность. Его не отпускает чувство волнения и нервозности, будто что-то страшное произойдёт скоро. Он не присел ни разу за это время, постоянно ходит по своей небольшой квартирке, переставляя вещи, занимает чем-то руки, пытаясь этим отвлечься от настырных мыслей, что не прекращают поступать в его мозг. Всё думает о том, что их встреча днём была последней такой: с жаром, с его нераскрытыми чувствами, с недавно зародившейся между ними страстью. Тэхён уверен, что Чонгук придёт, чтобы разорвать с ним непонятную для обоих связь. Он уверен, но боится, что это в действительности совсем скоро произойдёт. Ему кажется, что он потеряет смысл во всём. Он удивлён, что так внезапно и буквально в один миг его поглотили чувства с первой настоящей влюблённостью, но отказываться от этого он не намерен. Чувствует себя ещё большим трусом и эгоистом. Винит самого себя за то, что раньше не признался, не раскрыл в полном объёме свои эмоции. В голове представляет, как всё сейчас было, если бы он просто раскрыл свой рот и произнёс заветные слова. Так мало букв, для которых нужно так много сил. Тэхён пытается смирится, что больше не будет Чонгука, его касаний, его поцелуев в жизни. В мыслях он старается закрепить это, уложить то, что он не будет больше близок с младшим. Но внутри него бушует океан волнения и страха. Страшится, что Чонгук никогда уже не покажет себя другого ему. Тэхён смотрит ещё дальше и демонстрирует себе в голове будущее Чонгука с кем-то другим. Видит, как тот будет счастлив, видит его бесконечно светящуюся улыбку, видит искрящийся взгляд, не адресованный ему. Он видит Чонгука, но не видит себя. Не с ним, не без него. Из-за этих мыслей и фантазии сердце сжимается, а дыра в груди не перестаёт расти. Он уже размышляет о том, чтобы позвонить Чонгуку и отказаться от встречи. В любой другой момент он бы, наверное, смог выслушать его и принять всё, что он скажет. Однако сейчас Тэхён находится в дикой панике. Не знает, как будет реагировать и что делать. Из-за чего ещё сильнее раззадоривает себя. Тэхён вышел из своей небольшой спальни, где пытался угомонить себя и свои мысли, и направился на кухню. Идя по недлинному коридору, он положил руку на стену и начал вести по ней до самого дверного проёма, чтобы как-то забыться. Встав напротив круглого кухонного столика, он замер, услышав трель в дверь квартиры. На звонок не прекращают нажимать, а Тэхён будто провалился в глубокий сон, из которого невозможно выйти. Его глаза широко раскрыты, словно ему поведали самую ужасную тайну, а рот распахнут, точно воздух закончился. Он машинально поставил обе руки на стол, оперся на них, перенеся вес тела, и поник головой. Его подбородок почти касался его груди, пальцы напряглись и согнулись, как будто током ударило. Тэхён напряг челюсти, обдумывая что-то крайне важное, и резко запрокинул голову назад, слегка отталкиваясь от стола. Он медленно начал выпрямляться и разворачиваться к выходу. С другого конца квартиры не переставали доносится звуки. Тэхёна это совсем не волновало, его взгляд был отстранённым и немного напуганным, он словно не понимал, где находится и что происходит. Не спеша подошёл к входной двери, слыша переодически доносящийся звонок. Тэхён уверен, что там стоял Чонгук, но не рвался побыстрее открыть ему и пустить внутрь. Он уткнулся лбом в прохладный металл и переместил одну ладонь на ручку. Прикрыв глаза, Ким представил размеренное дыхание младшего и его спокойный взгляд, встречающийся с его собственным. Внутри неприятно что-то скребло, приказывало, скорее впустить Чонгука в квартиру. А Тэхён только время тянул, ничего не понимая и сильнее напрягаясь от изводящих его мыслей. Кажется, что прошло не меньше часа, пока он не решился наконец открыть дверь. Тэхён аккуратно повернул ключ в скважине, так же медленно опустил ручку до упора и раскрыл дверь. Он не поднимал головы, лишь отошёл подальше от порога, ближе к стенке, безмолвно разрешая Чону войти. Чонгук беспокойно стоял и следил за вялыми движениями хёна, что ни разу не глянул на него. Несмело шагнув внутрь, он закрыл за собой дверь и встал в метре от Тэхёна. Вокруг них витало противное напряжение, от которого хотелось сморщится и поскорее избавится. Чонгук не понимал, что произошло со стоянием Кима, почему тот такой отрешённый. Желание начинать разговор резко испарилось и появилось другое – просто подойти и обнять хёна, спросить, что стряслось и чем можно помочь. Но Чонгук не решался, в груди сердце окутал страх, непонятная боязнь к таким простым, на первый взгляд, действиям. Он тянется рукой к Тэхёну и за секунду до прикосновения одёргивает себя, шумно выдыхая и привлекая этим взор Кима. Тот смотрит на него большими блестящими глазами, губы его расслаблены, а лицо выглядит взволнованным. От этого вида Чонгук начинает спешно хлопать веками, облизывая губы. — Тэхён… — подаёт он, наконец, свой голос, — ты… что-то случилось? — тихо, но, собравшись, уверенно спрашивает он, выпрямляясь в спине и делая небольшой шаг к старшему. Тэхён сглатывает, стоит ему услышать беспокойство в голосе Чонгука, он поджимает губы, пальцы сами переплетаются между собой, взгляд его становится более искрящимся, но не от радости, как обычно это случается, а от вот-вот образовавшихся слёз. — Тэхён? — громче зовёт Чонгук. — Я… ты… ты о чём-то хотел поговорить? — выдавливает из себя, отворачивая голову. — Да, но если ты не можешь или что-то произошло, то я могу ещё повременить… — Нет, — резко отвечает Тэхён, кинув короткий взгляд на Чона. — Давай пройдём на кухню, — тише и спокойнее произносит он. Чонгук, кивнув, проходит следом за Кимом, который сразу же двинулся с места. Они недолго идут по небольшому коридору в тишине. Тэхён сразу же садится за стол, не обращая свой взор на Чонгука, который остался стоять в проходе. — Можешь начинать, — почти шёпотом говорит Тэхён. Чонгук молчит, смотрит, анализирует парня, сидящего за небольшим столом, пытается понять, что могло произойти, что тот так поник и начал безучастно глядеть на всё вокруг. От этого его смелость на предстоящий диалог медленно исчезает, из-за чего он сильно прикусывает нижнюю губу, не зная, как начать. — Я хотел поговорить о нас, — издалека всё-таки начинает он. Тэхён сжимает челюсти, внятно кивая головой, разрешая тем самым продолжать. В голове потихоньку он складывает все свои предполагаемые мысли насчёт этого разговора, ещё больше разочаровываясь. — Всё произошло так быстро. За период нашего знакомства мы не были никогда слишком близки. И тут неожиданно начали не просто быть лучшими друзьями, а… — он резко остановился в незнании, как назвать их связь. Тэхён поднял на него не мигающий взгляд, распахнув рот. Чонгук, поймав его глаза своими, уже не в силах что-то вымолвить. Не выдержав зрительного контакта, он отводит взгляд, собираясь продолжить. — Наши с тобой отношения начались неожиданно, и мы также не оглашали их. Я даже не знаю есть ли они. Мы просто дрочили друг другу после пар или у меня дома. Прошло не так много времени, как всё это началось, но и не так много, чтобы это вообще начиналось… Чонгук понимает, что говорит далеко не то, что планировал. Он лижет свои губы, во рту стало сухо, а на лбу появилась испарина. Ему некомфортно стоять на пороге, ощущая на себе взгляд Тэхёна. Ему неприятно осознавать всё, что выходит из его уст. Но обратно некуда идти, думает он. — До тебя у меня никогда не было такого. Я не знаю, как себя вести. Но понимаю: то, что именно происходит между нами, – не то, что мне хочется, — он заостряет своё внимание на окне, за которым всё не может угомонится ветер, и щурит глаза в надежде, что верно выразился. — Мне недавно исполнилось девятнадцать, и я совсем не спец во всех этих делах. Но, думаю, я точно не хотел, чтобы первые мои отношения были такими, — его глаза защипали, словно песок насыпали, он опустил голову, начиная тереть закрытые веки и шумно вздыхая. — Я понимаю, — вдруг говорит Тэхён, следя за всеми действиями Чона и за тем, как тот замирает в неподвижной позе, убирая, но не опуская руку и открывая широко глаза. — Понимаешь? — переспросил он, а сердце забилось быстрее нужного. Он повернул голову к Тэхёну, что, кажется, не переставал смотреть на него. — Да. Я ведь ненамного старше тебя, мне тоже ещё девятнадцать. И… — он отвёл взгляд, — я тоже не мыслю во всём этом, — вновь посмотрел на Чонгука, у которого взгляд начал гореть в предверии какой-то радости. — Но я не противник твоих слов и желаний. Наоборот, я поддержу… тебя. Соглашусь, что всё произошло чересчур быстро, и я понимаю, что я отнюдь не тот, с которым ты мог бы что-то начинать. Я принимаю это… и тоже соглашусь с этим. Поэтому, если на этом… — Что? — шокировано задаёт вопрос Чонгук, прерывая монолог Тэхёна. — Что ты сказал? Тэхён в неясности смотрит на него, не понимая, какие слова так изменили выражение лица парня. — Я говорю, что… принимаю это, поэтому… — Нет. До этого что ты сказал? Тэхён сглатывает, большими глазами глядя на Чонгука. — Далеко не тот, с которым ты мог бы что-то начи… — Почему? — Чон, сделав один шаг, корпусом встаёт перед Тэхёном, смотря на него сверху вниз. — Откуда ты взял это? — грубовато спрашивает он. — Что? — тихо задаёт Тэхён, непонимающе раскрыв веки. — Что ты не тот? — уверенно уточняет тот. — Я пришёл сюда, переборов все внутренние переживания и боязнь того, что ты не примешь мои чувства. Постоянно, когда мы с тобой оставались наедине, на протяжении этих дней я пытался дать понять, что ты не просто не безразличен мне. Постоянно, когда ты ко мне прикасался, я хотел во всём признаться. Постоянно, когда я тебя целовал, я желал большего и тебя я тоже сильнее желал. Я считал себя до последнего трусом, потому что не мог произнести какие-то слова. Я боялся, что может произойти, после этого разговора, ведь мне казалось, что я просто не переживу твоей невзаимности, — тише произносит он, не переставая вглядываться в Тэхёна. — Чонгук… — Ким встаёт со стула, медленно приближаясь к Чону, не прерывая зрительного контакта. Он облизывает свой искусанный губы, хлопая мокрыми ресницами. — Я… — Ты нравишься мне, Тэхён, — не даёт сказать Чонгук, самостоятельно идя к хёну. — Нет, — вертит он головой. — Я влюблён в тебя, Тэхён. Ким становится в полушаге от него, пытаясь уложить всё сказанное в голове. Он уже поверил, что Чонгук хотел разорвать непонятные отношения, поверил, что тот не видит в нём своего партнёра, и поверил в это сам, что не он должен стоять вместе с ним за руку. А сейчас, когда Чонгук признался, первым признался в чувствах, ему становится стыдно за все свои мысли, он больше начинает себя винить, что сам сразу не рассказал о своей влюблённости. — Тэхён, если бы я не видел твои взгляды, направленные на меня, я бы молчал. Если бы я не чувствовал не просто твои касания, а теплоту и чувства в них, я бы тоже молчал. Если бы я не ощущал не просто твои губы на своих, а нераскрытые эмоции, я бы тоже молчал. И я бы не пришёл сегодня к тебе, если бы не испытывал то же, — он на миг замолкает, поджимая губы, видимо, решая, что говорить дальше. — Когда ты открыл дверь, когда я увидел твоё непонятное состояние, когда ты на меня ни разу не посмотрел, мне захотелось развернуться и уйти, я подумал, что принял твоё отношение ко мне за ошибку. Потом я подумал, что у тебя что-то случилось, но это мне уверенности не предавало, потому что наверняка это признание тебе бы ничего не облегчило, что бы там не произошло, — вновь прерывается, исследует лицо напротив, на одной щеке которого медленно стекает одинокая слеза. — Тэхён… — Прости, — хрипло просит тот, — я знаю, я настоящий трус. Мне правда жаль, что так всё обернулось. Наверное, если бы не моя неуверенность, всё было по-другому. Но… — он опускает голову, проглатывая слюну и ком в горле. — ты тоже мне нравишься, — Тэхён поднимает взгляд на Чонгука, со всей серьёзностью в голосе произнося слова. — И да, не так, — повторяет он за Чоном и вертит головой. — Я влюблён в тебя, Чонгук. Чонгук быстро приближается к его лицу, сталкиваясь с ним губами. Он осторожно обхватывает сначала нижнюю, потом верхнюю губу Тэхёна, слабо сжимая их между своими. Тэхён кладёт свои ладони на лопатки младшего, плотнее прижимаясь свои телом к его. Он мягко ведёт руками по спине, активно отвечая на движения губ Чонгука. Тот одну опускает на пояс хёна, а вторую оставляет на щеке, которая недавно стёрла солёную слезу. Они недолго продолжают поцелуй, после чего Чонгук разрывает его. Он всматривается в глаза напротив, видя в них такие же огоньки безмолвной радости, как и в своих. — Я так рад, Тэ, — говорит он, сжимая в своих объятиях парня. — Я тоже, — отвечает он, кладя подбородок ему на плечо и прикрывая глаза, — бесконечно рад и счастлив, — тише добавляет он. Молчание между ними больше не ощущается каким-то напряженным и неприятным, им комфортно просто без слов находится в обществе друг друга. Кажется, что другие совсем и не нужны им, только бы у Тэхёна был Чонгук, а у Чонгука – Тэхён. — Но, — вдруг начинает Тэхён, немного отстраняясь и заглядывая в глаза Чонгука, — ты больше не будешь меня называть хёном? — его голос звучит наигранно обиженным, а сам он пытается скрыть улыбку. Чонгук немного расширяет глаза, а потом расплывается в улыбке, выдавая усмешку, что превращается потом в тихий смех. — Хён, — сквозь рвущуюся улыбку говорит он. — Буду. С чего ты так решил? — За время, что ты находишься у меня в квартире, ты ни разу не произнёс «хён». — А ты так любишь, когда тебя называют хёном? — М-м, — словно задумываясь, тянет Тэхён. — Нет, люблю, когда ты так делаешь, — скромнее отвечает он. — Это звучит для меня почему-то по-особенному, — признаётся он, уже тише добавляя: — с недавних пор. — Всё, что угодно, хён, — размерено говорит Чонгук. — Сделаю всё, что вызовет твою улыбку и осчастливит тебя, — поцелуй в щёку. — Всё, — шёпотом вторит он, вновь примыкая к губам.

***

Три недели. Три безумные и совершенно не схожие с другими недели. Двадцать один день прошёл, а Тэхён помнит каждый, словно был вчера. Помнит каждый момент, проведённый с Чонгуком, каждый его поцелуй, каждую минуту, что они посвятили друг другу. Это время он не может ни с чем сравнить. Он никогда не был так счастлив, никогда не просыпался по утрам с таким стимулом в жизни. Чонгук стал для его существования незаменимым органом, лишится которого сродни кончине. На протяжении этого периода они пытались как можно чаще быть вместе и в лучшем случае наедине. Но скрываться от учёбы и общих друзей оказалось довольно непростой задачей. Находится рядом, но никак не взаимодействовать казалось чем-то невозможно. Тэхён еле сдерживал себя, чтобы не взять руку Чонгука в свою, крепко обнять и поцеловать куда-нибудь. Сидеть и лишь смотреть на него было не в его силах. Он был на грани, когда младший в ответ глядел на него, а его единственным желанием являлось поскорее остаться только вдвоём с Тэхёном, впрочем, как и у того самого. Конечно, их обоих волновало то, что они молчат о своих отношениях и никому о них не разглашают. Но признаться друг другу оказалось для них немножко проще, чем сказать это своим близким. Они осознают, что их поддержат и поймут. Однако отчего-то не хочется говорить и рассказывать кому-то как и когда они пришли к этому. И с каждым днём время идёт, а желание сказать или намекнуть не загорается. Но именно Чонгук постоянно начинал тему о том, что нужно поведать друзьям правду, в отличие Тэхёна, который, словом, в любой подходящий момент жаловался на то, как ему плохо, потому что приходится держать расстояние на людях, даже при близких. Однако признаться им в их отношениях он не хотел и причину этому он толком не называл, ссылаясь на то, что всё равно скоро всё раскроется. Чонгук думал о разговоре хотя бы с Чимин-хёном, Тэхён верил, что известно станет каким-нибудь естественным путём. Каким? Он и сам не знает. Тэхён направляется быстрым шагом к выходу из университета, где его должен ждать Чонгук, с кем наконец получилось вместе и только вдвоём пойти домой, точнее, на квартиру к последнему. После признания друг другу у них резко стало мало времени, когда бы они могли побыть лишь друг с другом. Подходящий случай, чтобы Тэхён смог пойти к Чонгуку домой, предоставлялся ему не так часто, как ему хотелось, что было ещё одной причиной его негодования. Время, в большинстве своём, они проводили вместе, сидя за проектом в университете или в квартире Чонгука. Понятное дело, часы тратились на подготовку работы, при сдаче которой они рассчитывали на высший бал. Но буквально три дня назад они благополучно всё закончили, решив, что будут скрывать это от друзей, дабы у них был повод их встречам наедине. Но болтливость Чонгука подло подшутила над ними. Чон на следующий же день проговорится о проекте, о том, что они, наконец, всё сделали и у них появилось больше свободного времени. Был бы способ возвращаться назад в прошлое, он бы обязательно воспользовался им, дабы не слышать недовольные ворчания Тэхёна, который не переставал на протяжение этих дней негодовать. Но сегодня у них, дескать, маленькая годовщина — три недели, как они признались и официально начали встречаться. Из-за чего Тэхён конечно же светился и улыбался с самого пробуждения, он даже приготовил небольшой сюрприз Чонгуку в честь этого события. Они оба были безумно рады тому, что им выпал шанс побыть вдвоём, не придумывая какие-то глупые причины своим встречам. Тэхён чуть ли не подпрыгнул от радости, когда осознал это. Его радость увеличилась в разы, как только он понял, что это выпало в такой, кажется, немаловажный день. Но сумел вчера сдержать выбивающуюся улыбку на лице, когда Юнги сказал, что им с Намджуном придётся уехать на два дня в Тэгу. Тэхён был настолько ослеплён этой новость, что не стал вникать в причины их отъезда. И только на следующий день Чонгук, который более сдержаннее отпарировал, рассказал, что Юнги нужно забрать старый ноутбук и некоторые книги, которые смогут чем-то помочь им в общем проекте, из родительского дома. А Намджун, по его словам, решил поехать за компанию и за одно не идти на пары. Сегодня сразу после занятий оба мигом упорхнули на поезд, оставив Тэхёна и Чонгука одних. Киму пришлось задержаться у их куратора из-за какого-то предстоящего конкурса, в котором Тэхён обязан поучаствовать, потому что он слишком неактивный первокурсник. А как он сейчас может быть активным, когда в голове лишь глаза да улыбка одного человека, что заставляет светится его? И с кем, словом, не получается нормально провести время, которого и так не хватает, а от него ещё и какое-то участие просят непонятно в чём. Ему пришлось быстро согласиться, ведь время не резиновое, ребята завтра вернуться, а он ещё нормально не успел насладиться уединением со своим парнем. Между делом, у Чимина кто-то появился. Все поняли это почти сразу, когда он начал пропадать на парах, постоянно сидеть в телефоне и, словно новогодняя ёлка, сверкать, ослепляя всех и вся вокруг. Обычное, в общем-то, его поведение в отношениях. Поэтому никто — ни Чонгук, ни Тэхён — не волнуются, что Пак может неожиданно позвонить и пригласить погулять, позвать к себе или вообще приехать. За последние две недели он появлялся у Юнги, у которого они по-прежнему все собираются, пять раз, в трёх из которых почти сразу уходил, нелепо оправдываясь. Абсолютно каждый привык к такому поведению Пака, не расспрашивая его не о чём; заранее понимая, что тот всё, в конец концов, обязательно расскажет. Чонгук был рад за хёна, открыто показывая эту радость всем вокруг, особенно Тэхён часто смотрел на искреннюю улыбку младшего, когда в разговоре просто мелькал Чимин. На самом деле, Ким тоже, естественно, был счастлив за старого друга. Когда они начали замечать все признаки новых отношений Пака, Тэхён просто выдохнул, будто камень с груди спал, позволив полноценно задышать. Ему было стыдно и крайне неловко осознавать, что глупо ревновал Чонгука к Чимину. В момент, когда Тэхен был ни в чём неуверен, он словно ничего, кроме Чона, не видел и не замечал, все эмоции и чувства обострились, а мозг будто насмехался над его влюблённым сердцем, рисуя то, чего в реальности не было. И все те взгляды, прикосновения, тайные разговоры Чонгука с Чимином для него тогда казались чем-то большим. Конечно, сейчас он с глупостью на лице усмехается тем мыслям, понимая, что ничего глубоко в их отношениях никогда не было. И не будет. Ведь Чонгук сейчас с ним. А Тэхёну кажется, что это уже навсегда. — Тэхён! — Ким оборачивается, наблюдая, как улыбающийся Чонгук отстраняется от стены и спешным шагом подходит к нему. — Что тебе сказали? Ты отказался? Так быстро справился, что я даже не успел заскучать, — он легонько касается руки Тэхёна, не переставая дарить ему свою сияющую улыбку. — А я вот соскучился, стоило только мне отойти от тебя, — он смело берёт ладонь Чонгука в свою, слабо сжимая и ближе встав к нему. — Пришлось на всё согласится, чтоб побыстрее отпустили. Я даже не запомнил, что мне нужно будет делать и какие там условия, — смеётся он, почти касаясь собственным носом нос младшего. Тот лишь расслабленно улыбается и аккуратно отстраняется. — Тэхён, — предупреждающе, но спокойно обращается он. Ким поджимает губы в улыбке, отходя на шаг и смотря в лицо напротив так очарованно и восхищённо, словно его околдовали. — Я хочу поскорее остаться наедине, пошли уже, — неожиданно произносит Чонгук, а Тэхёну кажется, что тот и правда какой-нибудь колдун, завладевший им и читающий его мысли. — А как ты смог залезть ко мне в голову? — наигранно удивляется он. — Практика, хён, практика, — повторяет смеющимся тоном он, намекая, что уже изучил и многое узнал о нём. Он хватает старшего за руку, ускоряясь и вскоре оказываясь за пределами университета. — Зайдём в магазин? Может купим чего-нибудь? — после недолго молчания предлагает Чонгук, внимательно рассматривая профиль Тэхёна. — К примеру? — М-м-м, — на мгновения задумывается он, отводя взгляд и затем вновь повернув голову к Киму, загадочно проговорив: — Вино? — Вино? — приподнимает брови Тэхён, в ответ смотря на Чона. Он остановился и мягко улыбнулся, словно о чём-то догадался. — Это потому, что сегодня ровно три недели… — Ага, — кивает с улыбкой Чонгук, не дождавшись окончания предположения Тэхёна. — Просто тогда через неделю никто из нас сильно не обратил внимание на это, и на две недели тоже. Не сказать бы, что я так упорно слежу за этими маленькими, на первый взгляд, малозначительными датами, но сейчас почему-то захотелось как-то отметить это небольшое событие, — тихо смеётся он. — Я тоже не увлекаюсь и в какой-то степени не понимаю всей это возни в не сильно важные дни, однако… да, мне так захотелось как-то обозначить почему-то именно этот день, что я приготовил тебе… — он замолкает, закусывая нижнюю губу и опуская подбородок, но не переставая смотреть на Чонгука, — небольшой подарок. — Правда? — Тэхён видит, как загораются глаза младшего в удивлении, и он счастливо кивает ему, пытаясь скрыть улыбку. — Честно говоря, — Чонгук ближе подходит к нему, переходя на шёпот и кидая взгляд на его губы. — Я тоже тебе кое-что подготовил. Тэхён застывает, когда чувствует дыхание на своей щеке, он старается не обращать на расплывающееся внизу легкое возбуждение и делает короткий шаг назад. Приоткрыв рот, он всматривается в лицо Чонгука, выражение которого он не может понять. Какое-то завораживающе-очаровывающее оно у него. В нём вдруг появилось слишком много тайн, раскрыть которые в невозможностях Тэхёна. — Ладно, скорее пойдём, а то время утекает и уже завтра у нас не будет случая уединиться, — говорит Чонгук, разворачиваясь боком к Тэхёну и ища глазами магазин, что находился недалеко от его дома. — Что? Почему? — Завтра ведь уже вернуться Намджун-хён и Юнги-хён, — будничным голосом отвечает он и тянет старшего к супермаркету. — Забыл уже? — Ах, да, точно. У меня в голове только мысли о том, что мы наконец сможем побыть только вдвоём, не пугаясь неожиданных встреч или визитов. — Я тоже безумно рад, что выпал такой шанс, давай быстрее купим всё нужное и пойдём ко мне, — торопливо произносит Чонгук, заходя в магазин и держа под локоть Тэхёна.

***

Дома у Чонгука постоянно царит уют и комфорт. Тэхён не имел, к его сожалению, случая часто появляться здесь, но, как только ему выдавалась такая возможность, он кидался в объятия Чонгука и, не выпуская его из рук, просто наслаждался этими моментами. Просто сидеть и смотреть в глаза, горящие нежностью и влюблённостью, стало обыденным и самым любимым делом Тэхёна. Им не нужно слов, чтобы выразить то, что они чувствуют, они видят это в действиях и искрящемся взгляде, адресованном лишь одному человеку. Прошло не так много времени, но никто — ни Чонгук, ни Тэхён — не понимают, как смогут прожить без друг друга и не понимают себя в прошлом, когда жили и просто не обращали внимание друг на друга. Немного пугает такая внезапная привязанность, развиваемая со скоростью света. Но мысль о том, чтобы отказаться от этого, ещё сильнее пугает. Поэтому никто не задумывается, что бы было, не начни они эти отношения. Они есть, и они делают каждого из них счастливым. Присутствие Тэхёна для Чонгука стало неотъемлемой частью в его жизни, без которой её не будет. Собственно, Тэхён сам не может не думать о Чонгуке, перестать восхищаться и радоваться тому, что они есть друг у друга, у него есть Чонгук, другого не надо. Они сидят в небольшой гостиной у Чонгука, разлив по бокалам вино. В комнате царит приятная, такая домашняя атмосфера, что Тэхён не может перестать глупо улыбаться, слушая при этом Чона. Он смотрит в темные глаза, видя не своё отражения, а смысл своего существования. Такие мысли его страшат, он никогда не думал, что может испытывать такие сильные чувства к чужому человеку. Но он нисколько не жалеет, что чувствует всё это, даже, наверное, боится перестать их испытывать. Он смотрит на Чонгука и вспоминает, что забыл про подарок. Он резко меняется в лице, когда приходит это осознание, что не остаётся не замеченным у Чонгука, поэтому он останавливается и вопросительно смотрит на Тэхёна. — Что-то случилось? — Я забыл, — начинает Ким, потирая лоб пальцами, — забыл подарить тебе… Тэхён вскакивает с дивана и быстрым шагом направляется к выходу, где оставил свой рюкзак с небольшим подарком. Так же быстро он возвращается, смотря на коробочку в руках и медленно ступая к дивану, на котором сидит Чонгук, следящий за приближением Тэхёна. Чон удобнее садится и следит, как старший протягивает ему нелепо запакованную коробку, смущённо отводя взгляд. Чонгук робко глядит на него, беря в руки подарок и кладя рядом с собой. Он встаёт и обнимает Тэхёна, не ожидавшего такого действия. — Спасибо, — тихо говорит Чонгук, крепче сжимая тело Тэхёна, который кладёт руки на его спину, прижимаясь щекой к шеи. — Ты ведь ещё не открыл его. — Не важно, что там. Это от тебя и для меня это уже очень ценно, — улыбаясь произносит он. Тэхён целует его в шею и выпускает из хватки, беря в руки коробку и вновь передавая её Чонгуку. Тот аккуратно берёт и присаживается обратно на диван. Он отрывает небольшой бантик с упаковочной бумаги, умиленно улыбаясь, раскрывает упаковку и, наконец, открывает подарок. Его глаза расширяются, загораются счастьем и бесконечной любовью к рядом стоящему человек, который слушает, замечает, запоминает. Всё запоминает. Даже такие незначительные вещи, о которых может говорит Чонгук. — Ты правда запомнил, — тихим голосом говорит Чонгук, переводя искрящийся взгляд на Тэхёна. — Бесконечное спасибо, не думаю, что смог бы сам его приобрести себе, — он притягивает к себе Кима и крепко-крепко обнимает его. — Это ведь дорого… — Только не об этом, — серьезно предупреждает Тэхён, немного отстраняясь и смотря в глаза напротив. — Я хотел тебе сделать приятно, поэтому вот… — он опускает взгляд на колени Чонгука, где лежал фотоаппарат, о котором мимолётно упоминал Чонгук. Он много не рассказал о нём, но его голос так мечтательно звучал, словно появись у него этот фотоаппарат, он будет самым счастливым. — Спасибо, — повторяет он и целует Тэхёна. Чонгук убирает в сторону камеру, корпусом разворачиваясь к Киму, и углубляет поцелуй, проталкивая язык между губ Тэхёна. Тот обнимает его за пояс, притягивая ближе к себе и не отставая в ответах на поцелуи. Он нажимает на плечи младшего, заставляя его лечь на спину, не разрывая поцелуя. Чонгук обнимает его за шею, шарит ладонями по спине, опускает их к паху, чувствуя возбуждение у парня. Тэхён тоже опускает руку на ширинку Чона, в которую уже упирается полувставший член. Чонгук перемещает обе руки на бёдра старшего, начиная гладить их, переходя на ягодицы. Тэхён расстёгивает пуговицу и молнию, вскоре запуская ладонь в чужие боксеры, и слышит первый хриплый стон. Чонгук в ту же секунду толкается в кольцо пальцев, что плотно обхватили его член, начав медленно надрачивать. Он вновь опускает руки на грубую джинсу, намереваясь скорее избавить Тэхёна от неё. Чонгук судорожно расстёгивает ширинку, сразу опуская до колен джинсы с бельём, и берёт в ладонь чужой член, сразу делая несколько быстрых движений, отчего почувствовал глубокое и громкое дыхание в свою шею, к которой мгновенье назад перешли с поцелуями. Тэхён уже хотел ускорится и позволить кончить Чонгуку и себе, но его остановили, заглянув внимательно в глаза, словно желая в чём-то убедится. — Хён, — хрипло начинает Чонгук, — давай сегодня позволим чуть больше себе, — шепчет он. Ким немного удивлённо смотрит на него, облизывая губы. — Но… — Я подготовился, хён. Глаза загорелись, он сглотнул, но смелее на Чона посмотреть не может. — Ты уверен? — Да, — кивнул, — я чист. Тэхёну слов не нужно. Если Чонгук хочет, отказать он в не силах. Его только удивила готовность младшего, приятно удивила. Он примыкает к губам Чонгука, запуская одну руку под его футболку, а другой продолжая опираться в диван. — Только смазка, — прерывисто дыша, разрывает поцелуй Чонгук, — у меня в спальне. Тэхён ничего не отвечает отрывается от тела Чона, опуская на мягкую поверхность, и быстро снимает с себя штаны с боксерами. Он берёт за руку Чонгука и тянет на себя, быстрым шагом идя к выходу из гостиной. В комнате младшего ещё атмосфернее: книги, старые и новые, плакаты на стенах с героями «Марвел», тетрадки, небрежно, но так правильно лежащие на столе, на котором стоит настольная лампа, которую включил, сразу же войдя, Чонгук. В ящике того же стола он взял тюбик смазки с презервативами. Тэхён, подойдя к нему, был притянут к уже обнажённому телу. Не заметно для себя, они оказались на кровати, продолжая обниматься. Тэхён гладил живот Чонгука, целуя его шею, поднимаясь к его губам и уже глубоко целуя их. Он взял в руки смазку и быстро выдавил на указательный и средний пальцы, растирая её большим. Протолкнув язык ещё глубже в рот Чона, он толкнул один палец на две фаланги внутрь, получив приятное мычание в поцелуй. Просунув палец глубже, Тэхён вдруг осознал, что это не только у него все впервые, но и Чонгука, у человека, в которого он впервые по-настоящему влюбился, у человека, который впервые влюбился именно в него. Чонгук отрывается от губ старшего, загнанно дыша и немного опьянённо глядя на него. — Давай второй, — хрипло шепчет он. Тэхён слушает, проталкивая сразу два пальца, наклонившись к Чонгуку, он лбом опирается в матрас между шеей и плечом младшего. Он не спеша растягивает его, желая найти простату, чтоб скорее услышать полноценный стон удовольствия из уст Чона. Чонгук вновь берёт в руку член Тэхёна, почувствовав неловкость за то, что ему желают сделать приятно, а сам он лежит, никак не способствуя расслаблению Кима. Он поглаживает сначала головку, затем ведя по всей длине, до самых яиц, цепляя их пальцами. Тэхён громко выдыхает, добавляя третий палец и ускоряясь. Младший тянет его на себя, влажно и горячо целуя его. Язык глубоко проникает, изучает раннее изученное, приходясь по кромке зубов и переплетаясь с чужим. — Хочу, чтобы ты вошёл, — внезапно произносит Чонгук, сверкающими глазами смотря на Тэхёна, не перестающего растягивать его. — Ты уверен? — Я очень хочу, пожалуйста, — он примыкает к шеи Кима, покрывая её поцелуями. Тэхён вынимает влажные пальцы, ища глазами презервативы. — Поможешь? — спрашивает он, держа в чистой руке квадратик. Чонгук забирает его, быстрым движением раскрывает его и раскатывает латекс на тэхёновом члене, берёт смазку, выдавливает ее и наспех распределяет по всему стволу. — Давай, — шепчет он, хватаясь за плечи Тэхёна, который опускается к нему, удобнее ставя его ноги, согнув в коленях. Тэхён оставляет нежный поцелуй на губах Чонгука и медленно толкается в растянутый анус, не сдержав стона. Он слышит, как дыхание Чона учащается, поэтому вновь его целует. Он входит на всю длину, так же медленно выходя и опять толкаясь. Через пару толчков он слышит стон Чонгука, из-за чего начинает ускоряться, продолжая двигаться под одним углом. — Глубже, хён, — просит с закрытыми глазами Чон. Тэхён входит по самые яйца, соприкасаясь своими бёдрами с чужими и создавая шлепки, которые слишком громкие для этой комнаты. Он берёт в ладонь член Чонгука, подстраиваясь под ритм толчков, начинает быстро надрачивать ему, отчего младший громче стонет, крепче обнимая. — Быстрее, хён, — с очередным стоном выдыхает он. Тэхён ускоряется, в голос простонав с Чонгуком. Он чувствует, как член плотно обхватывают мягкие стенки, тело под ним напрягается, сам Чон оставляет красные пятна на коже от пальцев, сильно сжимающих её. Он сжимается, изливаясь в руку Кима, громко простонав. — Люблю тебя, — произносит шёпотом Тэхён, кончив следом за ним в презерватив. Он падает на бок рядом с Чонгуком, обнимая того поперёк талии и тяжело дыша. Чон медленно разворачивается к нему лицом, касаясь его шеи и устало улыбаясь. — Я тоже люблю тебя, хён.