Сохрани мою душу

В тесном кабинете, несмотря на жаркий день, было прохладно. Там, за толстыми армированными стенами, кипела жизнь, полная перебранок, звуков выстрелов, шума машин. Здесь же было тихо. Настолько тихо, как может быть в офисе Арасака-тауэр в разгар рабочего дня. Гарри не было с утра. Наверное, занимался этим провальным делом с «Биотехникой». Внедренный в корпорацию агент чувствовал, что его вот-вот раскроют и был не далек от истины. Вернее, его уже раскрыли. Ви заплатили кругленькую сумму за информацию, и корпорат утешал себя тем, что жизни агента ничего не угрожает. Убийства не были стилем «Биотехники». Наверное, Гарри был занят отчетом для Ви, на основании которого тот примет решение – вытаскивать агента или нет. Однако в отчете необходимости не было. Пусть работает, риски были компенсированы, а Дженкинс… С ним Ви разберется сам. Тишину в кабинете нарушали только мерный гул работающих системных блоков и негромкий шелест компрессоров кондиционера, от которого по ногам шел холод. Ви этого не замечал. Он смотрел невидящим взглядом сквозь монитор – ни таблицы, ни отчеты не занимали его внимание. В голове крутилась лишь одна мысль – почему Дженкинс вызвал его? Может, он догадывается о работе Ви на стороне? Или – Ви тяжело сглотнул – ему известно, кто сливал информацию об агентах «Арасаки»? Биомон вывел предупреждение о сбоях, и Ви вспомнил слова инструктора о пользе упражнений для нейрорелаксации. – В пизду, – негромко выругался Ви и, открыв ящик, бросил взгляд на лежащие в нем когнитивный стимулятор и карту Траумы с премиальным пакетом. – Если так пойдет и дальше, – усмехнулся Ви, – то скоро я смогу оценить качество предлагаемых услуг… Ящик с грохотом закрылся, и Ви вдохнул стимулятор, прикрывая глаза в предвкушении долгожданного облегчения. – Так-то лучше, – выдохнул корпорат и, разлогинившись, вышел из кабинета. Дженкинс ждал его, и сейчас, пожалуй, Ви был готов встретиться с ним и выдержать… Беседу? Допрос? Будь что будет. В мрачном лобби, темный хром и холодный красный цвет, то тут, то там стояли агенты. Обостренный стимулятором слух уловил обрывки чужих завистливых фраз. Говорили о нем, о его назначении, о протекторате Дженкинса. Лоб Ви покрылся испариной. Зайдя в просторный лифт, корпорат неожиданно ощутил что-то похожее на приступ клаустрофобии. Стало нечем дышать, все сузилось, уменьшилось, истончилось. Биомон выдал предупреждение. Когда дверь распахнулась, Ви, оттолкнув стоящего впереди агента плечом, поторопился выйти из этой клетки. – Эй, – кто-то возмутился за его спиной, но Ви не обернулся. Он направился к администратору-секретарю Дженкинса, прикидывая, нужно ли объяснять свое опоздание, когда его внезапно окликнули. – Привет, Ви! – мужчина явно рад был его видеть. – Давно не виделись. Это был Фрэнк. Агент, с которым они пересекались во время операции «Вьюга». – Привет, Фрэнк, – ответил Ви, подходя ближе. – Не знал, что ты в Найт-Сити. Как твои дела? Стандартный вопрос, не более чем проявление вежливости, но Ви из какого-то мрачного злорадства надеялся, что дела у него, если не хуже, чем у Ви, то идут так же хреново. Ожидания отчасти оправдались. – Да сам понимаешь как… – уклончиво ответил Фрэнк, и, черт возьми, Ви понимал. – Неделю назад еще был в Кейптауне. Операция «Груз», оружие для повстанцев в Африке. Серьезное задание, и Ви был крайне удивлен, что Фрэнка в нем задействовали. – Слышал, ты теперь в контрразведке. Уголок губ Ви едва заметно дернулся. Похоже, вся «Арасака» обсуждает его новое назначение. Наверное, стоило быть предусмотрительнее, тише. Зачем только он ввязался в эти дела с «Биотехникой»?.. – У вас там, наверное, сейчас аврал из-за Франкфурта? – тем временем продолжил Фрэнк. – Ты же у Дженкинса, да? Он правда такой, как все говорят? Отлично, он и Дженкинс – самая обсуждаемая пара Найт-Сити. Куда там Лиззи Уиззи и ее очередному бойфренду! – А что все говорят о Дженкинсе? – как можно нейтральнее спросил Ви. «Кроме того, что я его протеже». – Что он успешен. Как любой психопат. Психопат? Это явное преувеличение. Автократ, вот это уже вероятнее. – Последнее время якобы начал сходить с ума. Если постоянное недовольство Дженкинса заметили в других отделах, то дело приняло опасный поворот. – Ну, ему сейчас тяжело. Начальница должна была помочь ему с повышением, когда приехали японцы, а вместо этого его подставила. Едва мысли облеклись в слова, Ви словно обожгло. Неужели Дженкинс теперь хочет подставить его? Что он вообще может с этого поиметь? Просто из бессильной злобы? И откуда вообще Фрэнк все это знает? – А ты? У кого работаешь? – Ви наконец задал вопрос, который крутился у него на языке. – У Абернати. Она правда классная. Это она придумала, как провести операцию в Кейптауне. Ну конечно же, начальница Дженкинса, из-за которой тот не стал директором по особым операциям. Блядь, Дженкинс! – Прости, друг, у меня сейчас нет времени. Поговорим в другой раз, ладно? – бросил Ви и, уже разворачиваясь, чтобы подойти к администратору, услышал: – Да, конечно. Рад был тебя видеть. Был ли он рад увидеть Фрэнка? Может быть, сначала да. Знакомое дружественное лицо, маячившая перспектива немного забыться в легкой беседе. Хера с два! Теперь из-за мыслей о Дженкинсе дорогая красная рубашка из поливолокна прилипла к спине, и Ви, шумно выдохнув, расстегнул форменный черный пиджак. Где он мог проколоться? Кто мог его сдать? Последнее звучало наиболее возможным – сам Ви не раз закладывал своих коллег, если это могло принести ему выгоду. Он шел к своей цели – стать начальником отдела, а потом… Нет смысла думать, что будет потом. Нужно решать проблемы сейчас. Ви повел плечами, чувствуя, как неприятно и влажно рубашка отлипает от спины, и подошел к администратору. – Мистера Дженкинса нет на месте, – вежливый голос. – Срочный вызов. Будет завтра с утра. Облегчение накрыло Ви прохладной и освежающей волной. Хоть в реальности он только лишь отсрочил неотвратимый разговор, сейчас слова «мистера Дженкинса нет на месте» прозвучали как спасение. У него есть еще один день. Один день, чтобы собраться, чтобы подготовиться, чтобы спланировать разговор, чтобы… пожить. Решение пришло внезапно. Многие корпораты расслаблялись, принимая участие в нелегальных гонках, принимая нелегальные препараты, и, черт возьми, гонщиком Ви не был. * Клуб «Тотентанц» встретил Ви громкой электронной музыкой и пьяными криками мальстремовцев. Ви многое повидал за время службы, но жуткое красное свечение оптики этих хромированных психов каждый раз вызывало внутреннюю дрожь. Киберпсихи и фанатики, но, сука, знают толк в музыке и дури. Сейчас в Ви никто бы не узнал корпората, сотрудника контрразведки «Арасаки», промышлявшего торговлей информацией. Он был одет в любимые удобные штаны и любимую футболку, принт которой – закинувшийся колесами, обдолбавшийся смайл – всегда поднимал настроение. А сегодня еще и немного предсказывал будущее. – Мне нужно что-то, что мозги прочистит, – перекрикивая музыку, сказал Ви бармену и положил на стол стопку эдди. – И пиво. Через пару минут Ви развалился в лаунже с видом на залитый красными и оранжевыми лучами танцпол. Обдолбанные мужчины и такие же обдолбанные женщины, чокнутые мальстремовцы – отбросы общества утопали в этих лучах и вязкой духоте клуба. От разнообразия запахов кружилась голова – пахло машинным маслом, приторно-сладким наркотиком, который вдыхали посетители перед тем, как выйти на танцпол и погрузиться в вихрь света и цвета. От часто мигающего стробоскопа их движения казались дерганными, нереальными, словно сбоила оптика. Ви понимал, что это игры света, ведь корпоративные импланты были лучшими на рынке. Поддержка 24/7, контроллеры биохимии – лучшее для лучших. Ви усмехнулся. Здесь, среди низов общества, он чувствовал себя, как в кино – главный персонаж среди массовки, или как будто отыгрывает чуждую ему роль в РПГ. Повеселиться и забыть. Сейчас же время веселиться! На стеклянном столике перед диваном только полупустая бутылка темного пива и ингалятор, обещающий Ви, что он отлично проведет время. Давненько он уже не употреблял, но сейчас ему просто нужно забыться, почувствовать себя счастливым, живым. Откинувшись на мягкую спинку, Ви поднес ко рту ингалятор. С-кан или «Черная дурь», как представил его бармен. «Чистый, – заверил его мужчина, – как слеза гребаной целки!» Что ж, мгновение, чтобы собраться, приготовиться к встрече с чистым кайфом и энергией, и Ви сделал вдох. – С-с-сука, – протяжно, на выдохе. Биомон выдал сообщение о резком скачке адреналина и повышении эндорфина. Это хорошо? Хер его знает, но ощущается это безумно хорошо. Тело вибрирует от бешеных ритмов, и Ви на автопилоте встает и идет на танцпол. Все его тело сливается с россыпью красных, оранжевых, желтых всполохов. Ему жарко, ему тесно внутри, ему хочется быть сразу везде. На танцполе он занимает как можно больше места. Поднимает руки, купает их в разноцветных лучах. Корпус постоянно в движении, может быть, от этого так кружится голова? «Как хорошо…» Было удушающе жарко, хотелось пить. В поле зрения появилась бутылка, и Ви потянулся за ней, не обращая внимание ни на ее содержимое, ни на ее обладателя. Неизвестная жидкость обожгла внутренности. Ви горячо выдохнул и посмотрел на стоящую перед ним женщину. Мальстрем, тут и гадать нечего. Красный гребаный хромовый легион. – Ты охуел? – спросила она, режа его красными лазерами оптики. Ви казалось, что он буквально чувствует, как расходится кожа на лице от ее острого взгляда. – Чика, – насмешливо выдохнул он, подражая хейвудским мелким сошкам. Ви казалось, что он видит недоумение, отразившееся в алых имплантах, и, коротко и пьяно хохотнув, притянул ее к себе, чтобы поцеловать. На вкус она была, как и ее напиток, такая же обжигающая и горячая. Вокруг шеи обвились механизированные руки, и Ви с восторгом поприветствовал холод чужого хрома. «Как же хорошо…» Теперь они танцевали вдвоем. Места было еще меньше, было еще теснее и жарче, но Ви бешено скалился и то притягивал женщину к себе, то возводил руки к потолку, собирая в ладони красный свет. Такой же красный цвет тек из ее глаз, когда она прижималась к нему и тянулась за новым поцелуем. Басы на повторе «бум – бум – бум – бум». Горячо, тесно, горячо, тесно. Хромированная ладонь скользнула по телу и прижалась к его паху. – Давай, чико, – усмехнулась она, подначивая Ви. Расстегнула молнию и освободила его член, тут же сжимая его стальной хваткой. Мгновение паники уступило место сумасшедшему ликованию. – Блядь, – выдохнул Ви, подаваясь вперед. Сила, с которой женщина сжимала его плоть, не ослабевала, но Ви это даже нравилось. Да, так он лучше чувствует… ее… себя… живым. Подаваясь в кольцо хромированных пальцев, Ви гладил ее тело, то мягкое, то стальное. Когда все стало слишком: слишком тесно, слишком жарко, слишком много, он резко развернул ее и, задрав короткую юбку, быстро и грубо вошел в нее. Тонкая ниточка белых латексных стрингов не стала преградой и теперь приковывала расфокусированный взгляд Ви. Ослепительная белизна, отливающая синевой в ультрафиолете посреди этого адского красного безумия. Женщина вздрогнула, удовольствие прошло по ее телу, как электричество по туго натянутому проводу, и тут же обмякла в крепко держащих ее руках. Сам же Ви был далек от финиша. Удовольствие нарастало, но словно не могло перейти определенную черту. Доходило до отметки «вот-вот, еще чуть-чуть», чтобы тут же схлынуть. – Долго еще? – скучающе-раздраженный вопрос словно вывел Ви из сладкой эйфории. Толчок, и перед глазами разлилась чернота. * Ви тошнило. Биомон выдавал предупреждения одно за другим, но корпорат не мог сосредоточиться ни на одном. Да и не хотел. Он зашел с утра в офисный туалет, чтобы освежиться, а в итоге заблевал раковину. Очень не вовремя раздался звонок от старого знакомого, хейвудского бандита Джеки Уэллса. Глотнув воды, Ви принял звонок. – Ви… Ты тут? Голос Джеки звучал… встревоженно? – Да, – Ви не узнал собственный скрипучий голос и, откашлявшись, добавил, – да, я здесь. – Все в порядке? Порядок даже рядом не стоял с тем, что сейчас творилось в голове и в жизни. – Да, – солгал Ви. – Просто немного отвлекся. Конечно, Джеки все понял. Ви готов был поставить на то, что Уэллс сам частенько оказывался в подобных ситуациях. «Я о похмелье, – мысленно исправил себя Ви, – не о подозрениях в шпионаже…» Ви коротко ввел Уэллса в суть проблемы: утечка инфы, босс недоволен, вынуждены разгребать. Кто стоит за утечкой осталось за кадром. Оно и к лучшему. Однако Джеки удивил его неожиданной для хейвудского бандита проницательностью. – Но ты же ни при чем, правильно? Ты просто разгребаешь чужое дерьмо. С ним явно нужно держать ухо востро. Ви быстро нашелся с ответом, и по-видимому бандит купился. Или?.. Не важно. Сейчас нужно было встретиться с Дженкинсом. Час назад он снова звонил, вызывая Ви в кабинет, и только сейчас корпорат чувствовал себя более-менее способным функционировать. Проходя по лобби, Ви встретился взглядом с коллегой, сидящей под сосной в зоне отдыха. Рядом с ней сидело еще несколько человек, и они, кажется, были полностью погружены в беседу. Однако ее радушное «Эй, Ви, доброе утро!» отвлекло их от разговора и заставило перевести взгляд на корпората. Ничего не оставалось делать, как отдать дань вежливости. – Доброе утро, Айрин, – Ви вежливо поклонился, подходя ближе. – Господа. Айрин была явно возбуждена. Она сидела слишком прямо и ровно, а все ее тело словно звенело от неразделенного напряжения. – Ви! – только что по новостям рассказывали о программе «Сохрани свою душу»! Ты слышал о ней? Реклама этой революционной программы кричала со всех экранов и плоскостей Найт-Сити, и Ви не до конца понимал возбуждения Айрин. – Слышал, Айрин, но пока она доступна только миллиардерам. Корпоратка только досадливо отмахнулась от его слов и с прежним пылом продолжила: – Да ты представь возможности, Ви! Вечная жизнь! Сабуро-сан работает над доступностью программы. Скоро любой корпорат сможет принять в ней участие. Ты понимаешь? Ви понимал. Понимал, что корпораты делают только то, что им выгодно, а не преследуют цель добиться для всех «вечной жизни». Однако спорить не было ни сил, ни времени. – Извини, Айрин, я спешу. Айрин проводила его неодобрительным, разочарованным взглядом, который Ви, конечно, не видел, но буквально чувствовал спиной. Однако время идти вперед. Уже в лифте Ви принял звонок от Дженкинса. – Ви, где ты? Я попросил тебя зайти еще час назад! Надо было не отвечать. И так понятно, что Дженкинс скажет. Что еще? В офисе он ждет… От сканирования ИИ на предмет допуска Ви всегда пробирал мороз по коже. Синий треск оптических помех и нервы словно оголены. Бей или беги. Все в порядке или система выдаст сообщение «нарушение прав доступа», включатся турели и прошибут насквозь. – Подтверждаю авторизацию гостя, – механический голос принес облегчение, и Ви зашел в кабинет, в глубине которого стоял Дженкинс и наблюдал за совещанием Европейского космического совета через смарт-экран. Короткий приказ неизвестному по телефону, и члены совета умирают от сбоя имплантов. Ви вздрогнул. Наемник. Нетраннер. Тут же вновь зазвонил телефон. В этот раз на связи была Абернати. Она требовала объяснений, она их собственно и получила. «Уборка говна», – сказал Дженкинс. Так просто… Совсем некстати в памяти всплыли слова Джеки Уэллса: «Ты сдохнешь на этой работе». Погруженный в собственные мысли, Ви услышал только конец разговора. – Мы еще об этом поговорим, – резюмировала Абернати. Хера с два они вернутся к этой теме. С ее молчаливого согласия все и произошло. Так устроена жизнь. Особенно в корпорациях. Однако того, что произошло дальше, Ви никак не ожидал. Лучше бы он держал язык за зубами! Лучше бы не спрашивал про чертову Абернати. Лучше бы не лез со своим мнением! Смолчал и, может быть, пронесло бы. Могло же?.. Но не в этой жизни. Дженкинс протягивает щепку, и Ви сразу понимает, к чему все это ведет. На щепке компромат на Абернати, на столе пачка наличных – ни отследить, ни найти заказчика. Дело выглядит легким. Не подкопаться. Однако Ви нутром чувствует, что все очень плохо. Ебал он в рот такое доверие… Отказаться, однако, не получится. Это не просьба, и Ви это понимает. И Дженкинс понимает, что Ви понимает. Делать нечего. Теперь Ви нужны люди. Люди, которым он может доверять. Только один человек приходит в голову – Джеки Уэллс, старый знакомый. Он не подвел его тогда в Мексике, на границе, не подведет и сейчас. Старине Джеки Уэллсу можно довериться. От раздумий Ви отвлек его подчиненный, Картер, со своими гребанными отчетами. – Я просил сделать их еще вчера, – раздраженно сказал Ви, повышая голос. Нелепые оправдания только подлили масла в огонь зарождающейся ярости. «Только сейчас собрал… Меньше надо было хуи пинать вчера!» – Пришли их на почту, – резкий ответ. – Мы с тобой потом поговорим. Если бы не задание Дженкинса, Ви не стал бы откладывать на потом. Злость плескалась в нем, билась, обжигала. Хотелось дать ей выход, излить на этого недотепу в нелепом, дешевом голубом пиджаке. Времени, однако, не было. Раздался звонок голофона – Джеки Уэллс. Как раз он-то и нужен Ви. Через час они договорились встретиться в «Лиззис», куда Ви легко доберется на любезно предложенном ему для этого дела ави Дженкинса. В ави было легко забыть о проблемах. С высоты движения транспорта все казалось маленьким, незначительным, в том числе и проблемы Ви. Откинувшись на спинку кожаного кресла, Ви взял бокал шампанского и залпом осушил его. Прохладный напиток немного успокоил его. Все хорошо. В «Лиззис» он встретится с Джеки, и все будет хорошо. * Ничего не было хорошо. Джеки Уэллс отказался ему помочь. – Это заказ на убийство, – сказал Джеки, и Ви призвал все свое красноречие, чтобы убедить его. Ему был нужен именно Уэллс, никому другому он просто не мог доверять. Но мог ли он доверять самому Уэллсу? – Это не то предложение, от которого отказываются, – последний довод. – Я тут ни при чем, – спокойно ответил Джеки. – Поэтому отказываюсь. И тебе советую. Да как он может так говорить? Наемник не слушал его?! Это. Не то предложение. От которого. Отказываются! Официантка принесла коктейли – двойная текила с гренадином и лаймом. Джеки сказал, что напиток помогает от нервов. И правда, Ви как-то сразу успокоился, собрался. Сейчас они выпьют с Джеки, и он сможет его убедить. Не откажет же Уэллс старому знакомому. Тем более за такую пачку эдди. – Ну, будем, – лаконичный тост, который не понял Джеки. Наемник привык пить за здоровье мамы и сестры, за симпатичную девчонку. Они были из разных миров. Сейчас они провернут это дело, и Ви сможет, он пойдет по головам и добьется своей цели. Будет так высоко, что никто не сможет его шантажировать, поручать ему такие «не просьбы». А пока – будем! Здоровы, богаты, успешны, живы! Залпом проглотив текилу, Ви поморщился. – Ты продал душу чертям из «Арасаки», – сказал Джеки, и Ви внутренне рассмеялся. «Зато я получу то, чего у тебя никогда не будет, Джеки». – Сегодня они приказали тебе кого-то обнулить, а завтра кому-то скажут обнулить тебя. «Таковы правила игры». Внезапно его накрыло. Стало так плохо, словно все внутренности сжались. Было тяжело дышать. На мгновение Ви подумал, что Уэллсу все же не стоило доверять. Кто-то заплатил ему, и он что-то подмешал в напиток, поэтому так плохо. И только потом Ви заметил агентов «Арасаки». Форменная одежда. Люди Дженкинса? Это было фиаско, полный провал. Они знали о поручении Дженкинса, знали, кто его дал. Неужели Дженкинс все же подставил его? Или нет? Ви собирался вызвать начальника по голофону, когда понял, что доступ к корпоративной сети был отключен. Так плохо ему еще никогда не было. Синдром отмены, как самый жесткий отходняк, мать его! Агенты забрали щепку с данными, и следующей была его жизнь, если бы не Джеки. Старина Джеки Уэллс блефовал. Что сделает кучка бандитов против агентов «Арасаки»? Однако его харизма и дар убеждения сделали свое дело – агенты оставили их. В глазах потемнело, и в следующий момент Джеки уже сидел рядом, участливо глядя на Ви: – Ты как, Ви? Где-то болит? Болело все тело. Ви не мог дышать и едва говорил, но это скоро пройдет. Не страшно. Хуже то, что жизнь его кончена. Он потерял все – работу, с ней и корпоративную страховку, квартиру, деньги, карьеру… Все, что делало Ви собой, осталось в прошлом. Кто он теперь? Джеки обещал ему будущее, обещал, что все изменится, а Ви лишь качал головой, не веря, силясь отдышаться. – Начнешь все сначала. Так что не боись, ese. Выше нос. В ушах зазвенело, и мир сузился до тонкой полосы, обрамленной чернотой. Ви чувствовал, что падает на дно самой глубокой расщелины, прямиком в ад, туда, где он подписал договор с Дьяволом в лице «Арасаки». Он потянулся к Джеки, чтобы удержаться, спастись, и перед глазами появилось его спокойное лицо. – Эй, hermano. У тебя теперь… начнется новая жизнь. Рукопожатие. Тьма. Перезагрузка.