Непростой ученик

      Райлим не любил одиночные миссии: очень быстро им овладевал синдром самозванца («Что я здесь забыл? Это я, что ли, тут главный?»), да и ответственностью он тяготился. Понимание, что от него зависят сотни, а то и тысячи чужих жизней, нехило так било по мозгам. А ещё приходилось изображать из себя образцового командира и грозного ситха — иного подчинённые просто не понимали. Знали бы солдаты, какие рожи порой корчил их командующий-ситх под шлемом, скрывая от всех сарказм, раздражение, усталость, а порой и страх.       Вот коллективные задания — иное дело! Но только такие, где все свои. Их Райлим называл семейным подрядом. Благодаря тесным связям отца, повелителя Айгена и Дарта Митагара, Райлиму довольно часто удавалось попадать под командование или кузена Эвира, или названного брата Гервена. Если совсем везло, то их обоих одновременно. Тогда ему обычно доставалось командование небольшим отрядом, а ответственность за судьбу кампании ложилась на плечи старших. Разумеется, Райлим никогда не отлынивал и всегда серьёзно относился к своим обязанностям, просто с небольшой группой ему было комфортнее.       Учитель порой ворчал, что ученик должен не бояться ответственности, но Райлим пока отбрыкивался. Он же ещё совсем молод! Успеет ещё! Ну да, дед уже в двадцать лет руководил крупными операциями, так то дед! Не все могли учиться у Дарта Марра! И сам повелитель Айген что-то не горел желанием перенимать методы того же Дарта Митагара, который уже не уступал Дарту Марру. А он просто Райлим… Ситх, конечно, но не как они. И свою инаковость начал понимать уже давно.       В этот раз их семейная команда пополнилась новым участником — младшим учеником отца Ригоном Салларом. Парнишка совсем недавно прошёл испытания и сейчас только учился быть ситхом на поле боя. Отец разумно решил, что новому ученику не помешает увидеть в деле старших ситхов, причём таких, которые не спустят с него три шкуры просто потому что. Ригону уже приходилось служить под началом Гервена, и, кажется, он буквально благоговел перед замкнутым и суровым с виду старшим учеником лорда Юргена.       Ригон нравился Райлиму, хотя иногда и раздражал своей правильностью. Нет, это была не та правильность, что у традиционалистов вроде семьи Такор. Просто Ригон оказался первым ситхом в своей семье и очень боялся напортачить. А ещё подвести Учителя, как же иначе! Поэтому он часто задавал идиотские с точки зрения Райлима вопросы, например, как правильно что-то сделать или повести себя. Нашёл у кого спрашивать! Пусть воспитанием младшего занимаются отец или Гервен. А он лучше поможет этому умнице, ровному и стабильному во всех отношениях, освоиться в их странной семейке. Кажется, Райлим даже преуспел — Ригон уже перестал шугаться, боясь показаться непочтительным по любому малейшему поводу.       Но сейчас Ригону впервые придётся познакомиться с командиром по имени Эвир Айген. Точнее, с лордом Эвиром Айгеном. Они уже были представлены друг другу отцом и немного общались, но то дома, на Дромунд Каасе, а сейчас перед ними стояла сложная боевая задача.       Впрочем, Райлим не унывал (унывал он в принципе крайне редко). Эв был хорошим, ответственным и понимающим командиром. А ещё любимым кузеном. Этот идеальный гибрид Такоров и Айгенов порой мог раздражать своей правильностью и занудством, но Райлим знал и другого Эвира — весёлого, заботливого, любящего. Эв до сих пор не прибил Райлима за раздолбайство, хотя грозился не раз. А уж как он умилялся, когда Райлим возился с племяшками — серьёзным рыжиком Эннией и почти копиями друг друга Соллом и Роланом. Эв тогда махал на них рукой и беззлобно ворчал, что детей здесь четверо, а не трое.       Райлиму пришлось вырваться из воспоминаний и сосредоточиться на здесь и сейчас. «Фурия» Эвира заходила на посадку — их командир наконец-то прибыл.       Когда Эвир наконец-то спустился по трапу, Райлим им невольно залюбовался. Кузен у него всё же красавчик! Под два метра ростом, могучий и широкоплечий — весь в деда и дядю по материнской линии. Но при этом с яркими голубыми, совсем не злыми глазами, рыже-каштановой шевелюрой и открытым лицом — это уже в Айгенов и родную мать, тётю Арну.       Сейчас Эвир выглядел строгим и собранным, уже вошедшим в образ идеального ситха. Райлим невольно усмехнулся и хлопнул Ригона по плечу:       — Нам кирдык. Командование Герва — это цветочки, вот увидишь. Готовься к нудежу, муштре и позиции «я лорд, а ты дебил».       Гервен тут же прожёг его сердитым взглядом. Вот уж точно ещё один идеальный ситх, пусть и закуулец.       — Начнём с того, что он лорд, а ты обсуждать его методы не должен. И ему, в отличие от тебя, действительно виднее будет, что и как делать. Закончим тем, что он твой старший брат. И ты должен почитать и уважать его в любом случае. Не слушай Райлима, Ригон. С лордом Айгеном проблем не будет. Он не самодур.       Райлим тут же закатил глаза:       — Сказал один самодур о другом.       Ригон ошалело глянул на Райлима, а Гервен спокойно, но с нажимом произнёс:       — Заткнись, Райлим. Нашёл место и время.       Райлим вздохнул:       — Два зануды… Эв обещал меня молнией приложить, если ему моё поведение не понравится. Набрался у своего Учителя…       — Ты не волнуйся, я ему ещё и помогу в этом. В последнее время ты особенно нарываешься.       Райлим с деланно-несчастным видом обратился к Ригону:       — Видишь, с кем мне приходится общаться? Вот тебе и братья.       Гервен со вздохом покачал головой:       — Непрошибаемый. А ведь когда-нибудь этот балбес, возможно, станет лордом. Кошмар. Мне заранее страшно. Райлим, я серьёзно, угомонись.       Глянув на Герва, Райлим счёл, что на этот раз и правда достаточно — старший начинал закипать. Не хватало ещё, чтобы к нему и Эвир присоединился. Поэтому он просто учтиво поклонился и беззаботно, но всё же вежливо ответил:       — Слушаюсь, милорд.       Гервен снова вздохнул, но промолчал.

***

      К чести Эвира, он действительно действовал чётко и оперативно. Ещё в детстве кузен отличался тем, что мог часами играть в разные стратегические игры, с видом взрослого хмуря брови и обдумывая следующий ход. Постепенно эти безобидные детские игры переросли в нечто большее под руководством Дарта Митагара: тётя Арна рассказывала, что он постоянно таскал Эвира на боевые симуляции и давал вполне взрослые задачи ещё до испытаний. А Эвир только рад был. Иногда Райлиму казалось, что вместо головыы у кузена тактический боевой компьютер — так умело он анализировал ситуацию и предугадывал действия противника. Брат был хорош не только с мечом в руке, но и за разработкой плана боевых действий. А уж когда Эву помогал второй гипермозг в лице Гервена, тоже без пяти минут лорда, Райлим, искренне считал, что у республиканцев нет шансов.       Сейчас боевые действия проходили именно так, как запланировал Эвир. И именно поэтому имперские части под командованием своих молодых ситхов имели шанс на отдых и спокойную перегруппировку. Райлим очень любил моменты тишины после боя, когда устанавливался полевой лагерь, солдаты разбредались по своим палаткам или сидели кучками, болтая, играя в дежарик и сабакк. Тогда же могли выдохнуть и командиры. Сняв с себя доспехи, шлемы и… маски непоколебимых, суровых ситхов. Естественно, между собой. Ну, насколько каждый был в состоянии.       Райлим, например, снова превращался в… Райлима. То есть шутил, веселился, пил лум или вино, стрелял глазами в симпатичных солдат-девчонок, а то и проводил с кем-то ночь. Он прекрасно знал, что пользуется популярностью у противоположного пола, и беззастенчиво этим пользовался. Ну а почему нет, если желающих переспать с красивым ситхом было хоть отбавляй? Вот только Гервен и Эвир его мнение никогда не разделяли и вечно зудели на тему, что ситх во время боевых действий так вести себя не должен. Это, дескать подрывает авторитет командира. Райлим никак не мог понять, каким это образом, и постоянно фыркал. Ну пристали! Вот чего они? Ладно бы он один ситх тут был, ещё и главный. Так ведь нет. Да и солдатам никто не запрещал развлекаться в перерывах между боями. Они не люди, что ли?       Сейчас Райлим как раз собирался слинять из штабной палатки. Сержант Орра ещё в прошлый раз дала понять, что вовсе не против познакомиться с Райлимом поближе. Так что он хотел проверить, не передумала ли она. Разбор полётов после боя закончился — теперь можно и о себе любимом подумать.       Но Райлима остановил Эвир.       — Куда это ты собрался? Мы же хотели все вместе поужинать.       — Так ведь есть ещё время. Час почти.       Эвир нахмурился:       — Будто я тебя не знаю. Опять пошёл приключений искать? А потом тебя по всему лагерю разыскивать, потому что на ужин ты не явился и в своей палатке не ночевал. Нет уж, в этот раз сиди здесь, с нами. Найдём чем заняться.       Райлим отмахнулся:       — Я правда успею, обещаю.       — Нет. — Голос Эвира почему-то был похож на карбонит. — Я тебе уже всё сказал, повторять не буду. Считай, это приказ.       — Ну Эв…       — Хватит!       Кажется, вздрогнул даже Гервен, который до этого и не думал вмешиваться. Но не успел Райлим высказать недоумение странным поведением кузена, случилось вообще непредвиденное — с пальцев Эвира сорвалась голубая молния и долбанула Райлима прямо в грудь. Не ожидая такой подлости, Райлим отшатнулся и впечатался спиной в дверь. Охнув от боли и обиды одновременно, он зашипел:       — За что?..       Ригон с видом «меня тут нет» опустил глаза и отвернулся. Гервен хмурился и смотрел на него с видом «ну ты идиот!» А Эвир… Его лицо исказилось от ярости, постепенно переходящей во что-то другое… Презрение? Разочарование? Но… Почему? Ведь ничего такого не случилось! Чего он взбесился?       Испепелив Райлима взглядом, Эвир вдруг успокоился и холодно произнёс:       — Когда мы вернёмся, у меня с отцом и дядей Каримом будет серьёзный разговор насчёт тебя. С меня довольно.       Райлим помотал головой и умоляюще посмотрел на кузена:       — Эв… Да что я такого сделал?!       — Сейчас я для тебя лорд Айген! Ты вообще не знаешь, что такое субординация? Если старшие велят тебе заткнуться и выполнять приказ, ты должен заткнуться и выполнять приказ!       — Так вот в чём дело? В том, что решил в свободное время личными делами заняться и решил, что в это время мы уже как-то без приказов обходиться можем? Прошу прощения, лорд Айген, — ядовито выдавил Райлим.       Ригон тихо дёрнул его за руку и прошептал:       — Я бы на твоём месте уже реально замолчал и не отсвечивал. Зачем ты его злишь?       Эвир продолжал смотреть холодно. Так, словно перед ним стоял нашкодивший послушник.       — Уже лучше. И лицо попроще, Райлим. Нет, не поэтому. Жаль, что ты даже сейчас не понял.       Ах, вот так, да? Райлим изобразил максимально скучное и почтительное выражение:       — Вот так, милорд?       Гервен изобразил театральным жестом «секир башка», а Эвир, не поведя бровью, кивнул:       — Почти. Тренируйся, у тебя непременно получится. — Кузен повернулся к Ригону: — Выйди, пожалуйста. Мне нужно поговорить с братом. Потом я тебя позову.       Ригон, кто бы сомневался, почтительно поклонился и вышел, не проронив ни слова. А Эвир, явно обращаясь к Гервену, пробурчал:       — Такое ощущение, что его воспитала Рания. Не в упрёк дяде Кариму и тёте Рике, но я правда не понимаю, в кого Райлим такой. Уж не в своих родителей точно.       Гервен фыркнул:       — Тоже не в обиду, но больше его воспитывала госпожа Айген, твоя мать.       — Да… Влияние мамы налицо. А она до сих пор обижается, что я не допускаю её до воспитания внуков. Только меня ведь тоже воспитывала она. И почему-то я так себя не веду.       — А это уже нужно благодарить повелителя Айгена и повелителя Митагара. Ну и сам ты всегда был с головой на плечах.       Райлиму стало ещё обиднее. Ну нормально!       — А меня здесь нет, что ли? И вы считаете, что обсуждать меня вот так — прилично? И это вы мне про манеры и правильное поведение говорите!       Эвир нахмурился:       — А тебе слова не давали.       — Ага, я его сам взял. Можно мне уже узнать, какая муха тебя укусила? И что плохого, если меня воспитал не твой любимый Дарт Митагар?       Эвир, явно расстроенный, покачал головой.       — Райлим, ты не понимаешь, что своим безобразным поведением кидаешь тень и на своего отца, и на моего? Подрываешь их авторитет. Мой тоже, поскольку я сейчас твой командир. Ты прошёл испытания уже четыре года назад, а вести себя не научился и мозг отрастить забыл.       Райлим тут же огрызнулся:       — Почему безобразное?! Нормально я себя веду!       — Нормально? Хамишь, дерзишь, отпускаешь глупые шутки, оспариваешь приказы, ведёшь себя непристойно. Это даже дома ненормально, хотя я и могу стерпеть. Но на задании, при посторонних? Почему ты считаешь себя вправе так неуважительно относиться к нам на людях? При младших по статусу?       — Твоя репутация настолько хрупкая, что её может разрушить пара шуток младшего брата?       — Да не в этом дело! Почему ты вообще позволяешь себе это при посторонних? Ты показываешь им: «Смотрите, я со старшими на короткой ноге. Я могу всё, а мне за это ничего не будет». Это никто из нас больше не станет терпеть, Райлим. Ты нас не уважаешь, но хочешь, чтобы мы уважали и понимали тебя.       — Кажется, ты путаешь уважение и раболепие, Эв. Вы — моя семья. А внутри семьи у нас всегда было просто, разве нет? Что вдруг изменилось?       — Не путаю. Я просто хочу, чтобы на людях всё было прилично. Я разве прошу тебя дома о таком? Дома ты хоть на ушах стой. Но неужели ты совсем не видишь разницу? Как можно дома, и как — в обществе? Или на задании?       — В обществе я и веду себя не так, если ты не заметил!       — По-всякому бывало. Я много случаев могу вспомнить, когда за тебя краснеть приходилось. А боевое задание — это тем более субординация и ответственность. Но ты как клоун, честное слово! Мне обидно за отца и за дядю Карима. По тебе о них судят.       — На войне мы подохнуть в любую минуту можем! Вот уж когда не до всякой ерунды! Почему даже на отдыхе нельзя расслабиться?       — Это не ерунда! Не верю, что отец не объяснял тебе, зачем в армии и вообще в боевой обстановке дисциплина нужна. И почему здесь панибратство неуместно. Райлим, объясни мне. Почему мне и другим должно нравиться, что ты хамишь и ведёшь себя некультурно? Неужели никогда тебя не посещает мысль: «А может, сейчас Эвиру или Гервену обидно было? Может, я глупость сказал? И некрасиво пошутил? Не вовремя?» Совсем не бывает, да?       — Я всегда шучу нормально! Выставляешь меня непонятно кем. И вообще, сейчас посторонних не было!       Эвир, кажется, едва не зарычал.       — Не было? Ригон — хороший парень, я не спорю. И, несмотря на то, что младше тебя, знает, как следует себя вести! Но он остаётся младшим учеником твоего отца. Он мне не друг, не член семьи. И он знает своё место. Так кто он для меня, Райлим? Мне неприятно, что ты пытался вертеть и крутить мной, как хотел, при младшем ученике. Ставить мой авторитет лорда под сомнение. Показывать Ригону, на какой ты короткой ноге с лордом. И я бы слова против не сказал, если бы это было корректно. Я же сделал тебе недвусмысленное предупреждение. И Гервен. Даже сам Ригон. И другой бы на твоём месте внял. Но только не ты! С отцом ты вроде как научился понимать разницу, когда он дед, а когда Учитель. Со мной теперь тоже будешь учиться. И не только со мной. Учись понимать, когда что уместно с окружающими. На фронте мы с Гервом — старшие ситхи и твои командиры. Дома — братья. Уяснил хоть немного?       — Уяснил… — буркнул Райлим.       — Вот и прекрасно. А теперь посиди и остынь немного. Я ссориться не хочу.       Райлим хотел было сказать, что они уже поссорились, но промолчал.