Семь бед

Все завороженно слушали, как ребята, добравшись до коридора на третьем этаже, миновали Пушка и устремились в люк. И как Рона с Гарри схватили дьявольские силки, а Гермиона успела от них ускользнуть. — Да, разумеется, но что мне поджечь? Я нигде не вижу ничего деревянного, честное слово! — В голосе Гермионы слышалось отчаяние, она нервно заламывала руки. — ТЫ С УМА СОШЛА? — проревел Гарри. — ТЫ ВОЛШЕБНИЦА ИЛИ НЕТ? Драко уже собирался в очередной раз подытожить, почему магглорожденные хуже чистокровных или полукровок, но его отвлекла мысль о том, как бы он сам поступил в этой ситуации. С силками он бы, конечно, разделался в два счёта. Но постойте, он бы просто туда не полез. Малфой заключил, что шляпа не ошиблась, распределив Грейнджер на Гриффиндор. Он подумал об этом ещё тогда, когда она побежала поджигать Снейпу мантию. Слепая храбрость и вспыльчивость. Для рейвенкловки у неё напрочь отсутствует рассудительность. — Ага, — поддакнул Рон. — И как хорошо, что Гарри не потерял голову в минуту опасности. «Но что мне поджечь? Я не вижу ничего деревянного…» — передразнил он Гермиону. А вот в Поттере, безусловно, было что-то и от слизеринца. Нет, Драко всё ещё был убеждён, что тому не место на змеином факультете. Поттер не мог держать язык за зубами и вёл себя как последний тупица. Но хитрость, изворотливость и целеустремлённость с которыми он порой выходил сухим из воды… Малфой сжал губы, с презрением пялясь на шрамоголового придурка, который сейчас о чём-то спорил с Грейнджер. За дьявольскими силками последовала комната с крылатыми ключами, а за ними шахматная доска. — Но это шахматы! — крикнул в ответ Рон. — Здесь приходится идти на жертвы! Я сделаю один шаг вперёд, и она меня заберёт, и тогда ты, Гарри, сможешь объявить королю шах и мат! На этом моменте Макгонагалл выдохнула, хорошо хоть ей не пришло в голову добавить чего-то более опасного напоследок. Она была горда тем, что один из её на тот момент первокурсников провёл отличную шахматную партию. Но вместе с тем её возмущала беззаботность Дамблдора. — Ты хочешь остановить Снейпа или нет? — голос Рона был твёрдым и уверенным. — Это наш братишка, — Джордж и Фред потрепали Рона по волосам, разлохматив их до такой степени, что тот стал похожим на распушившуюся рыжую сову. — Со Спраут мы разобрались, я хотела сказать, с её «дьявольскими силками». С Флитвиком тоже: наверняка это он заколдовал ключи. Макгонагалл оживила шахматные фигуры, это её работа. Остается Квиррелл… и затем Снейп… — Профессор, но почему все испытания такие простые? — спросил Джордж. — Я думаю, большинство семикурсников нашли бы способ их обойти, неужели профессор Дамблдор действительно считал, что они остановят того, кто смог пробраться в Гринготтс? — Альбус посчитал, что чему-то действительно опасному и тёмному не место в школе, — Макгонагалл покачала головой. — Не убить так покалечить… — задумался Фред. — Не убить… Но в чём тогда смысл… — протянул Джордж. — Неужели… — Это ловушка? Минерва изучающе посмотрела на них и медленно кивнула. Иногда им действительно не стоило недооценивать своих учеников. С троллем ребятам, слава Мерлину, сражаться не пришлось, потому как к тому моменту он уже был обезврежен, а дальше была комната с зельями. — Гениально, — произнесла Гермиона. — Это не магия — это логика. Логическая задача. Между прочим, многие величайшие волшебники были не в ладах с логикой, и, попади они сюда, они остались бы здесь навечно. — Да что ты? — оскалился Драко. — Не думаю, что кого-то вроде Гриндевальда остановил бы огонь. Или стены. Гермиона сложила руки на груди, она не подразумевала кого-то вроде Гриндевальда, и, вообще-то, ей было одиннадцать. — Гарри, ты великий волшебник — прошептала Гермиона ему на ухо. — Но я не так хорош, как ты, — произнёс Гарри, когда Гермиона разжала объятия. Он чувствовал себя смущённым. — О, это так мило, — перекривил их Малфой. — Так может Поттера действительно сразу в Министры? А Грейнджер — Верховной судьёй. — А тебя главной задницей, Малфой, — рыкнул Гарри. — Но постой, ты и так та ещё задница. — Мистер Поттер! — охнула Макгонагалл, Драко дёрнулся за палочкой. — Главная… — протянул Фред. — Главная задница Министерства… — Пха-ха-ха, — Джордж подавился и закашлялся. — Чего покраснел, Малфой? Считай за комплимент. — Фу, — выразительно заключила Гермиона, скривившись. Гарри и Рону тоже было не смешно, сейчас им очень хотелось швырнуть парочку проклятий в лицо напротив. — Будьте добры, избавьте нас от подробностей, — закатил глаза Снейп. — Однако тут уже кто-то был. И это был не Снейп. И не Волдеморт. Это был тот, кого Гарри меньше всего рассчитывал здесь увидеть. — И-и, — выдохнули близнецы в одночасье, подпрыгивая на своих местах. — Посреди комнаты стоял профессор Квиррелл. — У-у, — протянули они. — Десять очков Рейвенкло, Луна. Лавгуд улыбнулась, слегка наклоняя голову к плечу. — Но я думал… — ошеломлённо пробормотал Гарри. — Я думал… что Снейп… — Северус? — Квиррелл расхохотался, и это было не его обычное дрожащее хихиканье, но ледяной, пронзительный смех. — Да, Северус выглядит подозрительно, не правда ли? — Да уж, — шепнул Фред Рону. — Время идёт, а он всё ещё выглядит подозрительно. — Но Снейп пытался убить меня! — воскликнул он, ухватившись за спасительную нить. — Нет, нет и нет. — Квиррелл категорично замотал головой. — Это я пытался убить тебя, Поттер. Твоя подруга мисс Грейнджер случайно сбила меня с ног, когда бежала к Снейпу, чтобы подпалить его мантию. Я упал, и зрительный контакт прервался. Мне не хватило нескольких секунд, чтобы сбросить тебя с метлы. Конечно, ты бы давно был мёртв, если бы Снейп не пытался спасти тебя. Ведь это именно он бормотал себе под нос контрзаклятие. — Спасибо, сэр, — прошипел сквозь сжатые зубы Гарри. — Что? — С-спасибо, сэр, — чуть громче повторил он, лицо Северуса приобрело абсолютно нечитаемое выражение. Гарри уже пожалел, что сказал это, ещё не хватало, чтобы Снейп при каждом удобном случае припоминал ему это. С другой стороны, он заключил, что за всю книгу Снейп достаточно выслушал, и, возможно, ему стоило извиниться, но сказать «спасибо» казалось проще. Гарри, конечно, помнил причину, но какой бы она ни была, это не отменяло того факта, что Снейп помог ему. Макгонагалл посмотрела на Гарри с явным одобрением, а у Снейпа меж бровей залегла морщина. Рон, кажется, благодарности не оценил, а Гермиона и вовсе не заметила. Она была увлечена тем, что книжному Гарри удалось заполучить камень, заглянув в зеркало Еиналеж. — Гарри готов был завопить от ужаса, но не смог выдавить из себя ни звука. Там, где должен был находиться затылок Квиррелла, было лицо, самое страшное лицо, которое Гарри когда-либо видел. Оно было мертвенно-белым, вместо ноздрей — узкие щели, как у змеи. Но страшнее всего были глаза — ярко-красные и свирепые. — Гарри Поттер, — прошептало лицо. — Твою ж… — выдохнул Джордж. — Грёбанный… — закончил Фред, и Макгонагалл даже не сделала ему замечание. — Это мы получается… — Закидали Сами-Знаете-Кого… снежками? — оба сглотнули. И на мгновение воцарилась тишина. — Поздравляю, Уизли, — елейно протянул Снейп. — Что ж, это действительно самая смелая наша шутка, — выдохнул Фред. — Видишь, чем я стал? — спросило лицо. — Всего лишь тенью, химерой… Я обретаю форму, только вселяясь в чужое тело… Всегда находятся те, кто готов впустить меня в свой мозг и свое сердце… Кровь единорога сделала меня сильнее… Ты видел, как мой верный Квиррелл пил её в лесу… И как только я завладею эликсиром жизни, я смогу создать себе свое собственное тело… — Но как так вышло, что профессор Квиррелл… — пришёл в себя Фред. — М-м… пошёл на это? Носить Сами-знаете-кого на затылке? — Профессор Дамблдор полагал, что Квиринус сознательно отправился на поиски того, что осталось от… Волдеморта, — ответила Минерва. — Вероятно, он жаждал славы и признания. — Глупец посчитал, что Тёмный лорд снизойдёт до того, чтобы поведать тайны могущества и секреты особенно чёрной магии. Но вот незадача, Тёмный лорд не прощает ошибок, не терпит проявление слабости. И… — Снейп сделал паузу, — не делится своими секретами. Малфой покачал головой, так случилось с Квирреллом потому что он был слаб и глуп. Тёмный лорд ценит преданность и силу. Ничего такого не произошло бы с его отцом, например. От схватки Гарри с Квирреллом у Гермионы поднялся ком в горле, она огляделась, подмечая панический ужас в глазах Рона и настороженность Малфоя, близнецы выглядели ошеломлённо и даже Луна поморщилась, прикрывая рот рукой. Странно, что Гарри после этого каждую ночь не мучили кошмары. Она прикусила губу, и всё-таки Гарри был очень сильным и смелым. Когда всё закончилось, и Гарри очнулся в больничном крыле, Гермиона невольно улыбнулась. — Кстати, я полагаю, что именно твои друзья, Фред и Джордж Уизли, попытались передать тебе в подарок сиденье от унитаза. Не сомневаюсь, они полагали, что тебя это развлечет. Однако мадам Помфри сочла это несколько негигиеничным и конфисковала сиденье. — Вообще-то, это было обидно, — кивнул явно довольный Джордж. — Ага, мы знали, что тебе понравится, Гарри. — Спасибо, — улыбнулся Поттер, радуясь тому, что первая книга почти закончилась. — Я прибыл вовремя и успел стащить с тебя Квиррелла… — Да, вы чуть не опоздали, — согласился Гарри. — Я еще немного, и он бы вырвал у меня камень… — Я боялся не за камень, — мягко поправил его Дамблдор, — а за тебя. Схватка отняла у тебя все силы, и ты едва не погиб. В какой-то момент я даже подумал, что это произошло. А что касается камня, то он был уничтожен. Минерва, что ей несвойственно, поёрзала на месте. Альбус не посвящал её во многие планы, но она знала о пророчестве и о том, что Поттера, вероятнее всего, ждёт. По коже пробежали мурашки, Гарри этого не заслуживал. Да этого никто не заслуживал. — Волдеморт сказал, что убил мою мать просто потому, что она пыталась не дать ему убить меня. Но я не могу понять, зачем ему вообще понадобилось убивать меня? На сей раз Дамблдор вздохнул куда глубже. — Увы, Гарри, на этот вопрос я не могу ответить. По крайней мере сегодня и сейчас. Однажды ты узнаешь… а пока забудь об этом. Когда ты будешь старше… Я понимаю — наверное, это звучит неприятно. Когда ты будешь готов, ты все узнаешь. Северус подумал о том, что причина вероятно откроется в этих книгах, и он даже не надеялся, что его причастность обойдут мимо. Снейп посмотрел в сторону Поттера, по левую сторону Грейнджер усиленно записывала факты в блокнот, а он сам покусывал губу, задумчиво вытаскивая нитки из пледа. — А затем твой отец сделал кое-что, чего Снейп так и не смог ему простить. Северус вздрогнул, сверля испепеляющим взглядом книгу. — Что? — выдохнул Гарри. — Он спас ему жизнь. — Что? — Гарри не верил своим ушам. — Да-а-а… — мечтательно протянул Дамблдор. — Меня всегда забавляло то, какими странными путями порой следуют человеческие мысли. Профессор Снейп не мог смириться с тем, что остался в долгу перед твоим отцом… Я думаю, что именно поэтому он приложил столько усилий к тому, чтобы спасти тебя. Профессор Снейп верил, что таким образом он вернёт долг твоему отцу. И спокойно сможет продолжать ненавидеть память о нём… Снейп так сильно сжал подлокотник, что тот затрещал, и все уставились на него. Воздух потяжелел, и странно, что не искрился. «Ага, — подумал Гарри, — каково ему теперь, когда все узнали и его тайну…» Но вслух говорить ничего не стал. Северус же был настолько в ярости, что находись он в комнате один, вероятно, от подлокотника остались бы только щепки. Конечно, Дамблдор поклялся не рассказывать правду. Но кто, Мордред и Моргана, кто давал ему право всё переиначивать и лить в уши мальчишке этот полубред? Никакой лжи, директор. Как же. Лишь мастерская манипуляция и жонглирование фактами. Ложь ведь перестаёт казаться такой страшной, если основана на правде? Северус сглотнул, проблема заключалась лишь в том, что с какой-то стороны лучше уж было бы так, нежели… правда. — Ты думаешь, он специально так все подстроил? Может, он хотел, чтобы именно ты это сделал? — задумчиво спросил Рон. — Раз это он прислал тебе мантию-невидимку и все такое… — Ну, знаете! — взорвалась Гермиона. — Если это он… Я хочу сказать, это ужасно, ведь тебя могли убить… — Да нет, все было правильно, — после паузы ответил Гарри. — Он странный человек — Дамблдор. Я думаю, что он просто хотел дать мне шанс. И что он, в общем, знает обо всем, что здесь происходит. Так что Дамблдор был в курсе того, что мы задумали. Однако вместо того чтобы остановить нас, он меня кое-чему научил, подготовил меня к тому, что должно было случиться. Не думаю, что я случайно нашел зеркало Еиналеж, — это он подталкивал меня к тому, чтобы я его нашел, и сам объяснил мне, как оно действует. Мне даже кажется, это он решал, есть ли у меня право встретиться один на один с Волдемортом. И я доказал, что готов к этому… Глаза Малфоя становились всё круглее и круглее. Какую игру вёл Дамблдор? Неужели он на самом деле ещё на первом курсе считал, что чёртов Поттер явится для всех мессией и избавит мир от Тёмного лорда. Тогда он был ещё более сумасшедшим, чем Драко предполагал. Всё всегда крутилось вокруг Поттера, и он… Нет, кажется, Драко окончательно запутался. Тёмный лорд рано или поздно избавится от него и завершит то, что начал пятнадцать лет назад. Но зачем Тёмному лорду понадобилось убивать ребёнка? Отец упоминал о пророчестве, но Драко, по правде говоря, считал это выдумкой. Что было в этом чёртовом Поттере, если он, до одиннадцати лет не имевший понятия о существовании магии, кинулся спасать философский камень? «Долбанный комплекс героя, и недостаток внимания», — заключил Драко прикусывая губу. Это раздражало и выводило из себя. — Да, да, вы прекрасно потрудились, — произнес Дамблдор, обращаясь к сидевшим за столом Слизерина. — Однако мы не учли последних событий. — Зал затих за столом Малфоя улыбались уже не так радостно. — Ну да, мы так-то всего лишь весь год зарабатывали оценки знаниями, — цыкнул он. — Ага, знаниями, — закатил глаза Рон. — Без хитрости в войне делать нечего, — ответила Луна очень тихо. Малфой уставился на неё. Лавгуд же говорила сейчас о слизеринцах, верно? Минерва вздохнула. Этим Альбус буквально поощрил нарушение правил и риск собственной жизнью. Она могла бы дать и пятьдесят баллов за устранение тролля в Хэллоуин, но никогда бы этого не сделала. — Гарри с Роном надеялись, что Гойл — который был настолько же туп, насколько и злобен — будет отчислен. Но и он каким-то образом умудрился сдать экзамены. Это было обидно, но, как справедливо заметил Рон, нельзя получить сразу все. — Конечно сдал, мне пришлось убить на это уйму времени, — хмыкнул Малфой, словив заинтересованный взгляд Гермионы. — О, не сомневайтесь! — воскликнул Гарри. Рон и Гермиона с удивлением заметили, что он широко ухмыляется: «Мои родственники ведь не знают, что на каникулах нам запрещено прибегать к волшебству. А значит, этим летом я хорошенько повеселюсь с Дадли…» — Конец, — сообщил голос, и книга спланировала на столик, оставляя у каждого в голове дюжину вопросов.