Фиктивный брак.

— Успокойся, Гермиона, — произнес Гарри Поттер и обнял подругу-омегу, — и расскажи все по порядку… Гарри Поттер и Гермиона Грейнджер воспитывались до восемнадцати лет в приюте Вула для омег, который являлся и институтом для сирот. Он находится в Лондоне, в самом центре города. Так уж получилось, что они и попали в приют вместе, и выросли в нем тоже вместе. В этом приюте, надо сказать, было приличное институтское образование. После 8 класса дети распределялись по факультетам и образование становилось высшим уже, а не только общеобразовательным. Обучение в приюте начиналось с пяти лет. С этого возраста до пятнадцати лет дети учились просто, как в школе, с шестнадцати начиналось высшее образование до двадцатилетнего возраста, а потом студенты сдавали государственные экзамены и получали дипломы об окончании института при приюте Вула. Так вот, Гарри Поттер выбрал профессию юриста, а Гермиона Грейнджер — журналиста. Вот уже два года, как они выпустились из института. Парень устроился на работу в службу спасения, а девушка стала журналистом, и у неё это неплохо получалось, пока она не встретила на своем пути Люциуса Абраксаса Малфоя — миллиардера, крупного нефтяного магната, человека весьма незаурядного. Холеный и красивый, опасный и надёжный, он просто околдовал юную девочку, влюбил в себя и разбил ей сердце. Их роман продлился полгода. Бурный, потрясающий и огненный роман между блестящим богачом и маленькой омежкой без собственного угла в Лондоне. Гермиона с Гарри поселились в общежитии службы спасения, где работал Поттер. Люциус после бурного романа уехал «по неотложным делам» куда-то за океан, бросив Грейнджер на третьем месяце беременности. Прошло ещё почти полгода и вот, за две недели перед Рождеством этот нефтяной магнат вернулся. Естественно, девушка позвонила Малфою, попросив о встрече. Альфа приехал в ресторан «Сиреневая астра», и сам увидел плод его бурного романа с безродной девчонкой. — Ты скоро станешь отцом, любимый, — произнесла омежка. — Мне через три недели рожать. — А где гарантия, что этот плод — мой? — произнес спокойно и как-то равнодушно-холодно альфа. — Я знаю, что ты дружила и с каким-то полицейским. Как там его звали?.. — Рональд Уизли, — ответила Грейнджер. — Но он для меня всегда был и остаётся другом, моим любовником был лишь ты один. Им принесли заказ, и блондин пожелал поужинать молча, пообещав, что после трапезы они с девушкой поговорят, но уже не в ресторане, где много лишних ушей. Гермиона кивнула и приступила к еде. Возобновили они разговор в машине, Люциус согласился подвести девушку до общежития, так как на улице было морозно. — У меня лишь ты один был, Малфой, — проговорила омега, — ты один, всегда лишь ты. Я не смогла бы подпустить к себе кого-то ещё, ведь ты — мой истинный альфа, любовь всей моей жизни. -- Надо сделать тест на ДНК, так как я не собираюсь воспитывать и содержать чужую кровь — это во-первых. Я совсем скоро женюсь на благородной пассии — это во-вторых. Неужели ты подумала, залетев, что я расчувствуюсь и, видя тебя с пузом, возьму замуж? Наивная. — Он провел рукой по шелковистым волосам и задумался. Гермиона побледнела, она была унижена и опозорена. В их мире омега с животом и без мужа считается опозоренным, с клеймом на всю жизнь. Слезы полились у девушки из глаз. Мужчина продожил: — Я могу дать тебе деньги, много денег на анонимный аборт и на санаторий для восстановления организма после извлечения плода. Вот, возьми. Он вынул из кейса кошелёк, достал конверт с деньгами и протянул Гермионе. Они как раз проезжали по мосту над рекой Темзой. Грейнджер разозлилась, стала упрекать Малфоя в безответственности, в бесчувствии и безжалостности, ведь в ней зреет его плод, его дитя. В «Мерседесе» они с Люциусом начали спорить, Гермиона потянулась, чтобы ударить альфу, кинув в его лицо предложенные деньги на аборт. Малфой отвлекся, потерял управление на скользкой дороге и машина съехала с моста, снесла бордюр и полетела вниз. Тонкий лёд пробился легко, так как река Темза почти никогда основательно не промерзает, если только зима не суровая. «Мерседес» моментально пошёл ко дну вместе с альфой и омегой. Но Гермиона успела открыть дверцу машины и всплыла, а ногу у Люциуса свело судорогой, он выплыть не смог. Бригада спасателей приехала через десять минут. Ребятам удалось быстро поднять из воды девушку, её моментально отвезли в больницу, а вот мужчина утонул, ушел на дно Темзы и его протащило в машине течением. Его нашли дальше того места, куда упал «Мерседес». Когда Гарри приехал в больницу, спасти удалось лишь ребёнка, Гермиона умерла. Сын Люциуса Абраксаса Малфоя, Драко, приехал на опознание тела отца через час после поднятия машины из реки. Мир альф, омег и бет отличается от мира людей. Если у нас чёрный ящик имеется в самолете, и называется он «бортовой самописец», то в параллельном нашему мире в каждой машине, а не только в самолете имеется такой самописец. Из него-то Драко и узнал, что произошло с его отцом. Естественно, он стал наводить справки, кто была такая эта Гермиона Джин Грейнджер, и что их связывало? Наследник приехал на похороны этой самой омеги, и там впервые увидел омегу Гарри Поттера, который был другом этой Грейнджер. Гарри сквозь слезы и не разобрал сначала, кто стоит перед ним и врезал Малфою в его аристократическую морду. — Тварь! — воскликнул брюнет после того, как гроб опустили в землю и могильщики стали засыпать яму. — Ты обрюхатил мою подругу, пользовался ею, а потом и погубил. Что, пришёл полюбоваться на Гермиону? А ты знаешь, ублюдок, что теперь мне не отдают её ребёнка? Я — одинокий омега, у меня нет дома, я живу в служебном общежитии от мой работы. Ну как тебе новость о ребёнке? Совесть не проснулась помочь малышке, ведь девочка — твоя дочь? Аристократичный ублюдок! Сукин сын, ты... Малфой затряс Гарри за плечи, чтобы тот перестал нести бред. Поттер открыл глаза, и увидел молодую версию Люциуса. Брюнет помнил фотографию альфача, которую ему показывала Гермиона. — Мой отец мёртв по вине Грейнджер, — ответил Малфой-младший. -- Так ребёнок выжил? — Девочка очень красивая, такая крошечная и хорошая! -- зарыдал Поттер. — В службе опеки дети не задерживаются, их разбирают бесплодные пары через неделю после поступления малюток в дом ребёнка. Если у тебя есть душа и ты не такой, как Люциус, то не дай своей младшей сестренке попасть в чужие руки. Всеми богами заклинаю тебя. Тебе не обязательно заниматься воспитанием девочки, я сам смогу это делать, только помоги вырвать её оттуда. Драко никогда не был сентиментален, но позволить крови рода Малфой попасть в чужие руки, этого он не мог допустить. Он набрал номер Блейза Забини и попросил того помочь, рассказав вкратце об отце и безродной омеге. Друг детства работал в министерстве и он мог все, в отличие от самого Драко, который теперь стал нефтяным магнатом вместо отца, да и банк «Империале» был его. Этот банк являлся детищем Малфоя-младшего, который он создал пять лет назад после окончания университета в Америке. Сам Драко не был таким гуленой, как его покойный отец, но имел пару омежек, с которыми проводил свободное время. С Дафной Гринграсс он зависал чаще всего. Блондин не понимал, что особенного Люциус нашёл в этой безродной Грейнджер? Полгода, долгих шесть месяцев длился их роман. Обычно очередной роман отца не затягивался более недели, а тут аж полгода? — Драко, — ответил итальянец другу, — просто так забрать ребёнка из лап службы опеки не возможно, я в этом деле бессилен. — Чего они хотят? — закричал Малфой. — У них всегда одно условие — семья. У ребёнка должна быть полноценная семья: альфа и его омега, плюс финансовое обеспечение малыша. — Ты же знаешь моё отношение к браку, Забини? — возразил блондин. — Женись, если хочешь, чтобы твоя кровь не оказалась в чужих руках Драко, — ответил Забини. — Дафна Гринграсс — подруга нашего детства, она любит тебя. Возьми её… — Ни я, ни Дафна не думаем о семейной жизни, нас устраивает просто секс, Блейз. Что ещё я могу сделать? — Жениться! — твёрдо ответил Забини. Мужчина сбросил вызов и обернулся. Увидев «серого мышонка», как он назвал про себя Поттера, Малфой вздохнул. — У нас с тобой один выход, — произнес блондин. — Через год служба опеки отстанет от нас. На этот год ради девочки ты сможешь побыть моим мужем, Поттер? Мой дом будет в полном распоряжении у вас с девочкой, лучшие няни, кормилица и все прочее. Через год я куплю вам дом и мы разойдемся. Я буду платить тебе зарплату, ты будешь считаться на работе у меня. В семнадцать лет девочка станет совершеннолетней и её судьбой дальше займусь я, ведь она по крови — Малфой. — Отдав ей все свои лучшие годы, Малфой, я не смогу с девочкой расстаться, — сказал брюнет. — Ты можешь через несколько лет уйти, я найму гувернантку, если что, не заниматься же ею мне самому? На мне ведь теперь много дел. — Ещё чего? — фыркнул Гарри. — Девочкой я займусь. На том они и порешили. После похорон Драко с Гарри отправились в мэрию, где подали заявление на бракосочетание. Малфой заплатил хорошо, и их пообещали расписать уже завтра днем. Поттер стал вызывать такси, когда Малфой его остановил: — Поехали, надо купить кольца на свадьбу и костюмы. Ты же не собираешься завтра предстать перед прессой и людьми вот в этом? Если тебе все пофиг, то мне далеко не все равно, как выглядеть. Блондин взял за руку омегу и повел того в свою машину. Руку Гарри обожгло от прикосновения к руке альфы, но он не подал вида, ведь ради дочери его подруги он выдержит все. — Как мы назовём девочку? — спросил омега, когда они купили одежду и кольца, а сейчас Драко вез парня в общежитие службы спасения. — Элизабет. Элли? — предложил блондин. — Красивое имя, как у самой королевы. Как тебе это имя? Завтра после бракосочетания поедем в службу опеки и подадим документы, чтобы они отдали нам девочку. — Ты прав, Малфой, — ответил омежка, — надо поскорее это сделать. Драко с минуту смотрел вслед уходящему к зданию общежития Гарри. Надо же, какой смелый мальчик. Он бы в свои двадцать лет не смог бы пожертвовать своей молодостью и свободой ради чужого ребёнка. Драко под тридцать лет, но он и сейчас в полном раздрае из-за того, что ради сводной сестренки вынужден пойти на этот шаг. Элли — Малфой, а ради своей семьи Драко на все пойдет. Но этот мальчишка с огромными зелеными глазами, он шокировал аристократа тем, что идёт на этот шаг добровольно и с охотой. — Поехали, Жан! — произнес альфа, приказав шоферу выезжать из узкого, невзрачного дворика. — Куда вас отвезти, мой лорд? — поинтересовался пожилой бета. — В особняк Гринграссов, — ответил Драко.