RV

      30 числа, в понедельник, Хванун в своём шкафчике ничего не находит. Это его слегка удивляет, ведь он привык к еженедельными запискам, даже вкусняшки не так важны. Блондин оставляет в шкафу свой подарок для RV в новогоднем пакетике и закрывает его на ключ.       Ёнджо нет ни на тренировке, ни на уроках. Хванун, честно говоря, немного переживает, всё ли у него хорошо, но спросить ему не у кого, так что приходится надеяться, что его нет по каким-то некриминальным причинам.       31 числа Хванун сидит на уроке, а вот Ёнджо опять нет. Это перестаёт казаться ему чем-то нормальным: Ёнджо ни разу не прогуливал целыми днями, разве что один урок, и то, пару раз. Погрузившись в свои мысли о том, куда мог деться старший, он не замечает, как дверь в кабинет открывается и в неё заходит некто в костюме Санты. Из-за накладных длинных волос и искусственной бороды он не сразу узнает в нём Ёнджо. Теперь понятно, куда он пропадал – он просто готовился к этой роли и уже вовсю отыгрывал её.       Ёнджо вымученно делает "хо-хо-хо" и открывает свой мешок с подарками. Доставая их, он по очереди читает вслух имена получателей и раздаёт презенты ребятам в классе. Глаза Хвануна начинают гореть. Ему дико хочется узнать, что подарит ему RV.       Дончжу свой уже получил – Гонхак решил подарить ему свитер с принтом щенка на груди.       Мешок постепенно пустеет, а интерес Хвануна всё растёт и растёт. Он внимательно следит за всеми действиями Ёнджо и вслушивается в каждое его слово. Казалось, что вот сейчас точно его пакетик, но каждый раз имя Ё Хванун не звучит.       – Кажется, это всё, – Ёнджо ещё раз проверяет свой мешок, – всех ещё раз с Новым годом и всего хорошего в 2020 году!       Он уходит, закрыв за собой дверь. Внутри Хвануна будто что-то умирает. В голове тысяча и одна причина, почему он не получил свой подарок: может, его имя перепутали, или положили в мешок другого класса, или не разобрали почерк, или.. Или он просто забыл.       Слёзы подступают, но Хванун старается их сдержать. Он просится выйти у преподавателя, чтобы не расплакаться перед всем классом, и почти выбегает из кабинета. Подойдя к своему шкафчику, чтобы достать оттуда бумажные платочки, он открывает его и почти падает на месте: в шкафчике стоит пакетик, уже другой, не его, и лежит записка. Он берёт подарок в руки, освобождает от пакета и не может поверить собственным глазам – снежный шар с двумя обнимающимися ангелами внутри. Хванун оставляет шар на шкафчике и берёт записку.       «31.12.19.       Надеюсь, это моя последняя записка. Как тебе мой подарок? Мне многое хочется тебе сказать и пожелать, но, думаю, я лучше сделаю это лично, а пока трёх слов будет вполне достаточно: я. тебя. люблю. Вот такой новогодний подарок. Как к тебе подойти я пока точно не знаю, но обещаю, что завтра сделаю это, можешь не сомневаться.       P.S. Ты же не подумал, что про тебя забыли?       RV»       Кажется, Хванун сейчас запищит, как маленькая девочка. Он ещё раз перечитывает письмо и особенно внимательно всматривается в признание. Ему ни разу никто не говорил, что любит его (родственники и Дончжу не в счёт, само собой), и это кажется не более, чем проказами его разыгравшейся фантазии. Он снова берёт снежный шар в руки и осматривает уже получше. На подставке, к которой он прикреплён, чёрным маркером выведены всё те же инициалы – RV.       И тут до Хвануна доходит. Он слышит запах. Слишком чёткий, будто RV был здесь совсем недавно, и слишком знакомый, будто Хванун его недавно слышал не от подарков, а где-то ещё. Он не может ничего понять, пододвигает лицо ближе к шкафчику и замечает ещё кое-что. Белые длинные волосы, зацепившиеся за замок. "Что за чёрт", думает он, "у кого из школы настолько белоснежные волосы?"       Он оставляет подарки, закрывает замок и бежит в класс, чтобы у преподавателя не возникло вопросов, где он так долго пропадает. Надо обязательно рассказать об этом Дончжу. Что-то пошло не так.       Пробегая мимо лестничного пролёта, он замечает сидящего на ступеньках Ёнджо, уже без его костюма Санты, но с бородой на коленях и со снежным шаром в руках. С шаром, который Хванун оставлял для RV.       – Ты совсем обнаглел?! – Хванун в секунду оказывается рядом с ним и отбирает подарок.       – Ты что здесь делаешь?       На лице Ёнджо – очевидная паника, он встаёт и ошарашенно смотрит на Хвануна.       – Какого чёрта ты воруешь чужие подарки?! Ты реально залез ко мне в шкаф и забрал его? А почему тогда второй не забрал, а?! Если воровать, то всё! Ещё и улики оставил, кусок ты идиота! Хоть бы убрал волосы со своей бороды! – Хванун кричит так громко, что, кажется, сюда скоро сбежится вся школа.       – Хванун, тише..       – Не затыкай мне рот, ты, бессовестная свинья! Я ненавижу тебя, слышишь?! Как ты вообще посмел рыскать по чужим шкафам и забирать личные вещи других?!       – Тогда почему RV это можно, а мне нет?       Хванун мигом замолкает. Он пристально смотрит на Ёнджо, который, кажется, до сих пор не отошёл от шока, и гораздо тише говорит:       – Откуда ты знаешь про RV?       – RV – это я.       Младший смотрит на него и внезапно заходится истеричным смехом.       – Конечно, как я сразу не понял. Это всё была игра, да? Вы с Гонхи решили меня разыграть? Мол, коротышка Ё Хванун, – первая слеза скатывается по щеке, – будет думать, что кому-то понравился, а вы понаблюдаете за ним и посмеётесь от души. Что ж, – он пару раз хлопает в ладоши, – поздравляю, вам это удалось. Я действительно поверил, что кому-то нужен.       – Да подожди ты, Хванун, дай я объясню.       – Засунь себе свои извинения туда же, где сидит твоя совесть.       Хванун бросает ему снежный шар, разворачивается и уже собирается уходить, но Ёнджо перехватывает его и становится перед ним.       – Хванун, пожалуйста, – его голос дрожит, – дай я все объясню.       Знакомый запах духов бьёт Хвануну в нос.       – У тебя есть ровно минута, чтобы всё мне рассказать, иначе я разобью тебе этот шар об голову.       – Хорошо, – Ёнджо аккуратно берёт его за руку. – Когда ты перешёл в эту школу, я, честно, просто утонул в тебе. Я места себе не находил, думая, что делать. Как привлечь твоё внимание. Ты казался таким милым и необычным, а я был таким тупым и трусливым. До сих пор не понимаю, с чего вдруг мне приписали образ опасного и крутого парня..       – Минута почти прошла.       – Тогда подари мне ещё одну, пожалуйста? В честь Нового года?       Хванун задумывается, только сейчас понимает, что его рука всё ещё в руке Ёнджо, и молча кивает.       – Тогда я почти год ходил и не знал, что делать. А летом я встретился со знакомым, который и посоветовал мне устроить такие прятки. Он так завоевал свою девушку. Честно, мне просто хотелось сделать для тебя что-нибудь приятное, потому что что-то подсказывало мне, что такие, как я, не в твоём вкусе.       Хванун лишь молча смотрит ему в глаза, глубоко втягивая носом чертовски вкусный парфюм и не смея перебивать.       – Так всё и началось. Я спросил у Киа, твоего соседа, что ты любишь и что обычно покупаешь. Само собой, где-то наблюдал самостоятельно, как с перчатками. Я был очень рад, когда увидел, что ты носишь их.       – Откуда ты знаешь Киа?       – Мы не общались до этого, но, когда я узнал, что он твой сосед, понял, что он – мой счастливый билет. Взамен я пообещал помочь ему с его делами. Как думаешь, где он так много пропадал?       Хванун лишь пожимает плечами.       – Он был либо со мной, либо в студии. Я подарил ему абонемент в качестве благодарности и уверил, что мой отец поможет ему с поступлением. Он, кстати, очень талантливый парень.       Хванун на это всё также молча хлопает глазами.       – Я даже близко не представлял, к чему в итоге это приведёт. Когда ты оставил записку, что хочешь встретиться, я не спал всю ночь, – он тяжело сглатывает. – Я даже в теории не мог придумать, как это произойдёт и что я тебе скажу. Кажется, сегодня случился один из худших вариантов моего признания.       – Как ты открывал мой шкафчик? – Хванун старается держать интонацию ровно, но получается, откровенно говоря, не очень.       – В подсобке висят запасные ключи.       – Они под замком.       – А у меня влиятельный папа, – он усмехается.       Паззл потихоньку начинает складываться.       – Так вот почему ты тогда пришёл.       – Да. И я очень испугался, увидев тебя там. Я совсем не ожидал такого поворота событий, поэтому пришлось, как идиоту, делать вид, что я ищу что-то другое. А что делал в подсобке ты?       – Я.. хотел выследить RV.       – Надо же, – Ёнджо смеётся, – я почти попался.       – Но.. как же та жопастая?       – О боже, – он обречённо стонет, – да забудь ты про неё. Прицепилась ко мне, как идиотка. Я раз десять сказал, что ей ничего не светит, но, сам понимаешь, если человек тугой – до него и доходит туго.       – А тот засос? – Хванун не уверен, что хочет знать это, но раз уж пошли откровенные разговоры, то он обязан спросить.       – Я был пьян. Помнишь Хэллоуин? Я отвёз тебя домой и вернулся. Как ты её называешь, жопастая, позвала после окончания школьной вечеринки на другую, более взрослую. Там мы выпили, я перебрал, и эта пиявка присосалась ко мне. Благо, я всё ещё соображал, хоть и не сильно, отцепил её от себя и удрал оттуда как можно скорее.       – Слабо верится, что ты не воспользовался шансом.       – Когда я увидел тебя, свернувшегося калачиком и спящего у меня в машине, я твёрдо решил, что сейчас мне никто, кроме тебя, не нужен.       – Господи, – Хванун вспоминает ту вечеринку, – допустим, я тебе поверил. Это же ты написал ту смс-ку? Откуда у тебя мой номер?       – Ещё раз спасибо Киа. Он хорошо поработал.       Хванун поговорит с Киа позже.       – Что.. что мы будем делать теперь?       – Не знаю, всё зависит от тебя, Ё Хванун. Кстати, у меня для тебя ещё один подарок, ну, кроме этого, – он возвращает шар хозяину в руки, берёт его за щеку и тянет к себе. Хванун зажмуривает глаза, думая о том, что сейчас всё испортит, ведь он совершенно не умеет целоваться, но Ёнджо целомудренно и почти невесомо чмокает его в щёку.       – Я не хочу на тебя давить. Всё будет, только если ты сам этого захочешь. Вместо ответа Хванун прижимается к нему, обвивая руки вокруг талии старшего. Ёнджо, если честно, не ожидал такого поворота событий. Он был готов абсолютно к другому: что Хванун уйдёт, что Хванун ударит его, что Хванун не примет его признание. Реальность оказалась куда лучше – сейчас он стоял и обнимал его в ответ.       – Пошли в класс.       – Да. Но мы ещё не договорили.       Лица одноклассников, когда Ёнджо и Хванун вернулись вместе, надо было видеть. Особенно лицо Гонхи – его выражение не сможет описать ни один автор в мире. Заняв свои места, пара как ни в чём не бывало продолжила слушать преподавателя.