Мой знак — близнецы. Первый курс

      — Ну что там?       Стоило первокурсникам Слизерина занять свои места в большом зале, их взгляды тут же обратились к Блэр. Снейп сидел за преподавательским столом мрачнее тучи, остальные деканы тоже не выглядели довольными. Только Дамблдор сверкал добродушной улыбкой, но его острые голубые глаза за стёклами очков внимательно бегали по лицам учеников, словно в попытке выяснить, кто стал виновником недавнего происшествия. Очевидно было, что поиски не увенчались успехом, но вот подробностей первокурсники не знали, поэтому и буравили взглядами спокойно завтракающую Аманду.       К слову, её и Адары особое меню уже давно перестало быть эксклюзивом. Большая часть слизеринцев не пожалела галеонов, чтобы не потерять статуса и идти в ногу с модными тенденциями, так что стол наполняли самые разнообразные угощения, на которые только хватило фантазии у аристократов. Эта «эпидемия» переползла и на столы других факультетов — знатные чистокровные с Когтеврана и большая часть Пуффендуйцев присоединились к «великой кухонной революции», как её обозвали близнецы Уизли. Сами Гриффиндорцы подобное считали признаком изнеженности и избалованности (что, впрочем, было не так уж и далеко от правды) и продолжали давиться селёдкой, овсянкой и тыквенным соком.       — Ну так что?       На нетерпеливый вопрос Забини Блэр только глянула на него устало. Во взгляде читалось «хрен там вы оторвёте меня от тарелки, пока я не доем». Однокурсники вняли, но то и дело бросать жадные взгляды не прекратили, так что в этот раз даже непробиваемая Танис завершила завтрак на семь минут раньше обычного.       — Очевидно же, что ничего не нашли, так что вам ещё надо? — недовольно проворчала она, отложив приборы.       — А подробности?       — Да какие там подробности? Профессора всю ночь коридоры проверяли, но так ничего и не нашли. Домовики ничего не знают, портреты и привидения ничего не видели, найти владельца капкана невозможно за отсутствием улик.       — И всё? — Многие были разочарованы.       — И всё, — отрезала Танис и взялась за десерт.       Хоть её короткий ответ и разочаровал первокурсников, долго расстраиваться они не могли и вскоре уже с энтузиазмом принялись за обсуждение приближающегося квиддичного матча. Впрочем, беседа за слизеринским столом и рядом не стояла с горячими спорами за столом Гриффиндора. Восторженные выкрики оттуда то и дело заглушали любые другие разговоры в большом зале. Наконец это привлекло внимание Макгонагалл, и она разогнала стихийное собрание, отправив Поттера готовиться к матчу.       Устраиваясь на слизеринской части трибун, Танис, в отличие от большинства однокурсников, восторга не испытывала. Неподалёку от замка Херби тоже было квиддичное поле, многие бойцы в свободное время соревновались друг с другом и устраивали дружеские матчи. Девочка сама не раз участвовала в воздушных сражениях против других команд, собранных из несовершеннолетних шеду разных возрастов, и сейчас Танис вполне обоснованно сомневалась в том, что школьный квиддич хотя бы частично приблизится по зрелищности к их матчам.       Так поначалу и было — студенты играли на гораздо меньших скоростях, чем девочка привыкла, но была на поле пара игроков, которая приковала к себе её внимание. Близнецы Уизли огненно-рыжими бладжерами метались по полю, и даже шеду не всегда могла уследить за их виражами. Они действовали как единое целое, понимая друг друга без слов, успевая оберегать от бладжеров всех членов гриффиндорской команды.       — Я в детстве мечтала о близнеце, — внезапно послышался в голове шеду голос Блэк. Адара тоже не отрывала глаз от Уизли, со странной тоской глядя на них. — Или хотя бы о брате или сестре.       — Может, это не так уж и невыполнимо?       — Мои родители мертвы. — Мысли девочки звучали сухо и ломко, словно хруст осенней листвы. — Я всё ждала, когда ты спросишь.       — Значит, Регулус.       — Да.       Повисло долгое молчание, во время которого слизеринки, уйдя в себя, равнодушно следили за мельканием алых и изумрудных мантий над полем.       — Перед смертью отец женился на моей матери, чистокровной волшебнице из французского рода. Дедушка говорит, она была хорошей, слишком хорошей, чтобы быть Блэк. Она умерла, когда мне было пять лет, и я почти не помню её. Дедушка говорит — это потому, что я не хочу вспоминать.       — Так бывает. Особенно когда вспоминать слишком больно. — Танис помолчала пару секунд и совершенно неожиданно для себя продолжила: — Моя мать умерла сразу после моего рождения.       — Может, это проклятие? — продолжая следить за близнецами, тоскливо отозвалась Адара. — Дедушка думает, что папа умер за него, а мама — за бабушку. Должно было случиться наоборот, но из-за чего-то всё пошло неправильно.       — Вряд ли у меня проклятие. Мою мать убили.       — Кто?       Девочки прервались на вежливые аплодисменты первому забитому Слизерином мячу, прежде чем Танис ответила:       — Отец, кто ж ещё. Он до дрожи в коленках боялся её, а теперь боится меня. Если б не дар артефактора, будь уверена, я последовала бы за матушкой при первом удобном случае.       Танис не опасалась рассказывать такое Адаре. Контракт не даст ей разглашать личные подробности о телохранительнице, а эта история однозначно подпадает под этот пункт. Блэк, кажется, даже собиралась ответить что-то сочувствующее, но тут её взгляд наконец нашарил фигурку гриффиндорского ловца, который судорожно пытался не сорваться со взбесившейся метлы.       — Что он творит? — Адара от неожиданности выкрикнула это вслух, и все взгляды устремились вслед за её вытянутой рукой, указывающей на ловца гриффиндорской команды.       — Минут пять уже пытается избежать участи отбивной, — отозвалась Танис. — Судя по всему, нам представился случай наблюдать направленное проклятие, и весьма неслабое, стоит отметить.       — Кто мог наложить такое?       — Кто-нибудь из преподавателей, думаю. Но отсюда не разберёшь, сейчас все на Поттера пялятся и пытаются подобрать контрзаклятие.       — Смотри!       Блэк напряжённо следила за забегом гриффиндорской зануды по направлению к профессорской трибуне. Ту некому было остановить — все преподаватели напряжённо следили за беспомощными метаниями хрупкой фигурки над безбрежным воздушным пространством.       — Квиррелл? — прошептала Адара, округлив глаза.       Ей было чему удивляться — лишь только Грейнджер сбила с ног профессора ЗОТИ, как метла Поттера прекратила брыкаться и он смог вновь забраться на неё. Вокруг стоял такой шум, что Блэк не сразу заметила, что Танис отвлеклась от происходящего на поле и бормочет что-то в переговорный амулет с самым озабоченным видом.       — …держитесь подальше. Особое внимание к сглазам и проклятиям. По возможности исключить контакты…       Шёпот шеду окончательно заглушил дружный рёв гриффиндорских болельщиков — Гарри Поттер поймал снитч.       — Флинт теперь должен мне десять галеонов, — Танис довольно усмехнулась, пряча амулет. — Гарри Поттер просто не мог проиграть.       «Это шикарно, заноза! Даже знать не хочу, где ты в старом добром Хогвартсе эттинов нашла. Покупателя я уже подобрал, даёт цену на 10% больше, чем другие скупщики. Твою долю отправлю в сейф, налог заплачу, всё честь по чести будет. Кстати, тебе больше ничего интересного не попадалось?»