Мой знак — близнецы. Первый курс

      После происшествия с драконом, которое принесло декану Слизерина и компании шеду неплохую прибыль и отчего-то осталось секретом для большинства жителей старого замка, жизнь, казалось, вернулась в спокойное русло. Её размеренного течения не нарушали ни проделки близнецов, притихших под строгим вниманием декана, ни стычки квиддичных фанатов, ни война Малфоя с Поттером. Первый после наказания от декана ходил словно в воду опущенный, а из компании второго на время исчез шестой Уизли, который был катализатором большей части приключений Золотого Трио.       Для Танис настали дни тоски и страданий. Из развлечений осталось лишь наблюдение за Поттером и Грейнджер, которых открыто бойкотировал их собственный факультет за потерю огромного количества баллов, тренировки подопечной да регулярный сбор школьных сплетен. В Запретный Лес шеду ходить перестала — вечная весенняя слякоть действовала ей на нервы. Со скуки она решила заняться более подробным исследованием замка.       В первый месяц учёбы Херби успела изучить все главные помещения и маршруты, а также возможные пути эвакуации и тайные ходы, значительно сокращающие расстояние между классами. Но в Хогвартсе, помимо них, было множество заброшенных коридоров и залов, которые до этого Танис не считала необходимым посещать. Теперь же скука подогрела её исследовательский интерес, и девочка не стала себе отказывать в маленьком развлечении.       Хогвартс внезапно предстал пред маленькой слизеринкой в совершенно ином виде. Если раньше она предпочитала добираться из пункта А в пункт Б, не обращая особого внимания на обстановку и интерьер, то теперь ночные прогулки открыли для неё совершенно новую сторону старого замка. Первые пару ночей она лишь бродила по залитым лунном светом коридорам, несмотря на то, что планировала сразу отправиться на исследования подземелий.       Ночной Хогвартс преображался, казался чем-то по-настоящему сказочным и таинственным. Непривычная тишина прерывалась лишь потрескиванием вечных факелов на стенах, редкими криками ночных птиц за окнами да похрапыванием портретов в золочёных рамах. Здесь не хотелось спешить, разбивая безмолвие каменных стен, не хотелось беспокоить звенящий холодом воздух. Каждый раз, выскальзывая из тайного хода неподалёку от гостиной Слизерина, Танис окутывалась куполом скрывающих чар, вливаясь в танец прозрачных теней под тёплым светом факелов и холодными взглядами звёзд.       Вскоре очарование ночного замка слегка утихло, и шеду вернулась к уже составленному плану его исследования. Каждую ночь она тратила по три-четыре часа на тщательное изучение заранее намеченных участков замка, после чего вызывала одного из домовиков, чтобы понять, чего не заметила. С каждым днём пропущенных залов, ходов, тайников, заклинаний и чар становилось всё меньше и меньше. Но тут возникла другая проблема — Хогвартс любил меняться.       На месте уже исследованных пустых классов внезапно возникали совершенно другие помещения, коридор, раньше заканчивающийся тупиком, мог теперь вести к перекрёстку, а неподвижная винтовая лестница одной из маленьких башенок приобрела пренеприятную привычку совершенно неожиданно распрямляться и переезжать на соседний этаж. Это нисколько не угасило исследовательского пыла Танис, которая считала свои ночные прогулки прекрасной тренировкой во взломе и проникновении на условно вражескую территорию, но теперь она уже не могла полностью полагаться на свои наблюдения и знания относительно планировки Хогвартса.       Помочь ей, пожалуй, мог разве что ментальный контакт с самим замком или какой-нибудь артефакт, включённый в структуру школы. Как раз раздумывая над возможностью создания такой интересной вещицы, шеду бесшумно шагала по квадратам света на полу, струящегося сквозь большие оконные проёмы. Того, что случилось в следующий момент, Танис никак не ожидала — её самым бессовестным образом сбили с ног. Благо на реакцию шеду никогда не жаловалась, так что в коридор тут же устремилась невидимая сеть невербально брошенного заклинания, а вокруг отпрыгнувшей далеко в сторону девочки с тихим шорохом активировались щиты нескольких артефактов.       Как ни странно, модифицированный локатор не дал никакого результата, показывая, что в коридоре кроме Танис нет ни души. Однако девочка и не подумала расстраиваться. Спустя мгновенье пространство вокруг заполнили клубы пара, который тут же услужливо сконденсировался, осыпав сверкающими капельками воды скрючившуюся фигурку под самым потолком коридора.       — Поттер, — одними губами прошептала шеду и поморщилась.       Она знала, что Золотой Мальчик частенько покидает пределы гриффиндорской башни по ночам, но не ожидала наткнуться на него сейчас. Мальчик-со-шрамом предпочитал бродить по замку в районе полуночи, шеду же для прогулок выбирала самые тёмные часы перед рассветом. Впрочем, она не придерживалась какого-либо расписания в этом вопросе — чем предсказуемее и пунктуальнее человек, тем легче заманить его в ловушку или подстроить засаду, уж это правило каждый телохранитель клана знал назубок. Поттер же отличался завидным постоянством, каждый раз выбираясь из гостиной около одиннадцати и возвращаясь туда около часа ночи.       Встреча с ним оказалась не единственной неприятной неожиданностью. Практически полная необнаружимость Поттера тоже нехорошо удивила Танис. В отличие от той ночи на Астрономической башне, сейчас гриффиндорец передвигался абсолютно бесшумно и не оставлял запахов, а от взглядов и поисковых чар его надёжно защищала мантия-невидимка. Можно было ещё проверить вибрацию и тепловой след, но и их, как подозревала Херби, древний артефакт скрывал.       Не став дожидаться, пока мальчишка придёт в себя и ещё слиняет чего доброго, Танис взмахнула палочкой, посылая вверх Финиту Максима. С коротким испуганным вскриком Поттер сорвался со своего насеста и рухнул вниз — как и полагала шеду, за потолочную балку он цеплялся отнюдь не пальцами, а заклинанием. Мантия-невидимка сползла, открыв встрёпанную макушку и часть плеча гриффиндорца, который сейчас слепо шарил вокруг себя руками в тщетной попытке найти очки.       С сомнением оглядев полученную композицию, слизеринка прицельно отправила Репаро в сторону поблёскивающих окуляров и подвинула их к Поттеру. Тот судорожно нацепил очки на нос и огляделся. Шеду со вздохом скинула с себя часть маскировочных чар и, прищурившись, оглядела однокурсника.       — Память тебе, что ли, стереть? — задумчиво пробормотала она, ловя растерянный взор изумрудных глаз.       — Н-не надо, — прошептал в ответ гриффиндорец. — Я не знал, что волшебники так умеют.       — Они и не такое умеют. Кстати, можешь не притворяться луговой ромашкой, всё равно не поверю.       — Даже так? — Взгляд Поттера неуловимо изменился, из растерянного стал острым и оценивающим, но шеду лишь усмехнулась в ответ на эту метаморфозу. Ребёнок, жаждущий внимания и в то же время страшащийся его же, — презабавнейшее сочетание. — Откуда узнала?       — С чего бы это я отчитываться перед тобой должна?       Танис демонстративно вздёрнула бровь и красноречиво обвела всё ещё сидящего на полу гриффиндорца взглядом. Тот медленно поднялся, не спеша отвечать. Шеду только раздражённо вздохнула. Ей, конечно, было интересно, как пацан собирается аргументировать своё требование, но поспать лишние минуты хотелось больше.       — И это тот самый знаменитый слизеринский подход? Ты — мне, я — тебе?       — Нет, уж лучше гриффиндорский: ты должен всем вокруг, а тебе не должен никто.       Слизеринка не собиралась чего-то объяснять предателю крови, стоящему перед ней, тем более он и сам многое понимал, слова были лишь провокацией.       — Это называется взаимовыручка, нет?       — За взаимовыручкой — это тебе надо было на Пуффендуй. Тут недалеко — два этажа вниз, из холла третий коридор по правую руку, а потом два поворота налево. Проводить, или сам дойдёшь?       — А ты язва. — Парень криво ухмыльнулся. — Не боишься, что я расскажу профессорам, что ты гуляешь по ночам?       Понятно было, что Поттер не собирался ничего рассказывать, только прощупывал почву, но и спускать такое было не с руки, поэтому Танис оскалилась в ответ, да так, что гриффиндорец вздрогнул, и насмешливо ответила:       — Во-первых, для этого тебе придётся признаться, что ты и сам был не в постели после отбоя. Во-вторых, после такого мне не составит большого труда приклеить тебе на лоб ярлык ябеды и стукача. Со своей лохматой подружкой вы составите изумительную пару.       — Зачем ты вообще показалась мне тогда?       Вот как? Интересно. Упорный, проглотил издёвку и даже не поморщился — далеко пойдёт, с таким-то стремлением добиваться своего. Впрочем, это не её дело. Разговор пора было закруглять, большего ничего интересного он принести не мог, а тратить время зря шеду не любила. От золотого гриффиндорца ей ничего не было нужно, а вот в её знаниях Поттер, очевидно, нуждался, и сам хорошо отдавал себе в этом отчёт. Нет уж, от этой ходячей проблемы стоило держаться подальше.       — Интересно было взглянуть на тебя в естественной среде обитания. Ариведерчи, юноша.       Натянув на лицо улыбку Чеширского кота, Танис помахала собеседнику и вновь наложила на себя скрывающие чары, растворяясь в воздухе.       Следующие дни показали, что Херби сильно недооценила Поттера. Его внимательный и задумчивый взгляд словно приклеился к её спине, заставляя понемногу раздражаться и постепенно выходить из себя. Никаких активных действий гриффиндорец не предпринимал, только смотрел, буравя взглядом. Во время ужина на третий день даже Грейнджер начала интересоваться странным поведением товарища, поэтому Танис предпочла как можно быстрее покинуть Большой зал. Впрочем, спустя пару мгновений ей резко стало не до Поттера.       Непонятно, что вдруг стукнуло в голову Пивзу, который и близко не подходил к Блэр и Блэк с тех пор, как шеду пообещала ему бесславный конец в ловушке для душ в случае чего. Может, привлекательность очередной идеи заскучавших близнецов Уизли оказалась сильнее страха перед небытием, или Малфою удалось подкупить главного проказника Хогвартса — не важно, факт остаётся фактом. Стоило двум первокурсницам выйти в холл, как полтергейст ни с того, ни с сего швырнул в них флакон из тёмного стекла с непонятным содержимым.       Отчего-то ни один из щитов, выставленных мгновенно среагировавшей шеду, не остановил его полёта, так что Танис пришлось в последний момент хватать Адару в охапку и отпрыгивать как можно дальше в сторону, закрывая её своим телом — надежды на щиты уже не было. Разбился флакон с неприятным хрустом, похожим на треск сломанных костей.       Поспешно активируя дополнительную защиту для кожи и дыхательных путей, Херби обернулась и сквозь поднявшееся над осколками грязно-жёлтое облачко увидела удивлённое лицо Поттера, который, очевидно, последовал за ними. Впрочем, за его спиной уже маячили фигуры Флитвика и Спраут, так что Танис переключила своё внимание на подопечную. На первый взгляд с Адарой всё было в порядке, но недобрый блеск глаз выдавал, что девочка далеко не так спокойна, как может показаться.       — Не трогай его, я сама, — решительно потребовала она, и шеду не смогла возразить, чувствуя давление вассальной клятвы. — Иммобилюс! — Парализующее заклятие заставило замереть захлёбывающегося издевательским кудахтаньем Пивза, но только на миг. Впрочем, на этом Блэк останавливаться не собиралась. — Инане Интус!       Тягучий стон вакуумного взрыва прозвучал неожиданно громко даже в поднявшейся суматохе. Образовавшийся внутри полуматериального тела полтергейста вакуум втянул в себя не только окружающий воздух, но и непонятную взвесь из разбитого флакона. Пивз в последний раз изумлённо кудахнул и с треском разлетелся белёсыми ошмётками.       — Ч-что это было? — Мадам Спраут схватилась за грудь, растерянно оглядывая «поле боя». — Мисс Блэк! Вы использовали… Это же опаснейшее боевое заклятие!       — Оно не относится к тёмной магии, — спокойно отозвалась Адара, но Танис видела, как дорого это спокойствие ей даётся, — и не запрещено.       — Это так, Помона, — подтвердил непривычно серьёзный Флитвик, внимательно изучающий потёки эктоплазмы на стенах. — К тому же, на мой взгляд, мисс Блэк имела полное право использовать его. С моральной точки зрения, я имею в виду.       — Что ты такое говоришь, Филиус?       — Насколько я могу судить, во флаконе был яд гу, считающийся самым сильным из всех отрав Китая. Северус может рассказать больше, но это дело будущего. Суть одна — девочки чудом избежали смертельной опасности, поэтому всем, кто оказался близко к месту распространения яда, следует немедленно отправиться в больничное крыло. И вам, мистер Поттер, в том числе!       — А вам, мисс Блэк, я назначаю отработку! Подумать только, разбрасываться в школе боевыми чарами! Нет, Филиус, я не собираюсь её отменять! Хватит, это не обсуждается!       Мало кто до этого видел мадам Спраут такой рассерженной, даже Флитвик счёл бессмысленным перечить ей, только махнул рукой и вернулся к эктоплазме. А тройка первокурсников, хмуро переглянувшись, отправилась в больничное крыло.