Мой знак — близнецы. Первый курс

      В Хогвартс-экспрессе, направляющемся к Лондону, было слишком шумно, пожалуй, даже для этого ко всему привыкшего поезда. Все — от первокурсников до старост — обсуждали невероятный конец года, потрясший не только школу чародейства и волшебства, но и всю магическую Британию.       Началось всё с торжественного явления в Хогвартс попечительского совета, который на протяжении нескольких часов выносил мозг Дамблдору. Адаре посчастливилось наблюдать часть этих дебатов, проходящих в директорском кабинете, и зрелище девочку заворожило. Взрослые волшебники действовали словно единое целое, подхватывая фразы друг друга, сплетая в сложные логические конструкции, нападая на Дамблдора и стремясь поймать его в словесную западню. Но не менее завораживающим был сам директор, который успешно отражал все обвинения, направленные в его сторону, изящно выскальзывая из ловушек, разбивая в пух и прах все аргументы волшебников и выдвигая в ответ собственные, зачастую даже вполне обоснованные претензии.       Адара не до конца понимала всех тонкостей этой, очевидно, привычной для взрослых магов словесной дуэли, но блестящие академическим интересом глаза Танис подсказывали, что зрелище действительно стоит внимания. Блэк оставалось только радоваться, что школу не почтили своим присутствием её старшие родственники, ибо в этом случае на место словесного поединка пришло бы обыкновенное побоище, наполненное фамильными проклятиями, которые так любил дедушка, и стихийными сглазами, которыми славилась бабушка.       Так или иначе, но не успела Адара полностью насладиться происходящим, как её и Танис вызвали для «дачи показаний», во время которой волшебницы непритворно охали, а волшебники настороженно переглядывались — большинство не ожидало, что дело и впрямь окажется настолько серьёзным. Судя по всему, полностью в курсе происходящего был только Люциус Малфой, но и он не забывал показательно удивляться и качать головой.       После рассказа слизеринок на ковёр пригласили уже гриффиндорскую троицу, и их сбивчивый рассказ умудрился затмить все выверенные логические построения и умозаключения, которые предоставили на суд взрослых Блэк и Блэр. Исключительно за счёт шокирующего содержания и той обыденности, с которой дети воспринимали все свои приключения.       Как-то неожиданно к стихийному собранию присоединились несколько авроров, капитанские значки которых позволяли предположить, что сейчас по Хогвартсу разгуливает не менее трёх десятков служителей закона. Судя по всему, в кои-то веки Попечительский совет пришёл к согласию и привлёк авроров. Ну не директор же это сделал, в конце-то концов…       Адаре и Аманде пришлось повторить свой рассказ, после чего первокурсников уже было собирались переместить в их гостиные, как Танис внезапно вздрогнула, запнулась на полуслове и протянула:       — Пивз возродился… — Далее был проглочен весьма красноречивый эпитет в адрес полтергейста, который Адара прекрасно услышала благодаря ментальной связи. — Не думала, что он так быстро из эктоплазмы соберётся…       Второй раз громыхнуло. Авроры горохом рассыпались по замку, полные служебного рвения и готовые найти и допросить школьного шутника, получившего максимальный уровень опасности личным указом главы аврората, которым оказался один из прибывших командиров. К этому времени слизеринок и Золотое Трио уже конвоировали по гостиным, однако некоторая благосклонность со стороны домовиков позволила змейкам быть в курсе всех событий, так сказать, в режиме реального времени.       Вести, принесённые Милли, вызвали фурор, который едва не выплеснулся за стены подземелий. И в самом деле, новости о том, что и Квиррела, и Пивза, оказывается, захватил дух Того-кого-нельзя-называть, не могли никого оставить равнодушным. Причём заика-профессор подцепил соседа в собственную голову где-то в районе Албании, о существовании которой не все студенты вообще знали, а вот Пивз обзавёлся господином куда ближе к телу, так сказать, — в Выручай-комнате.       Что самое интересное, доступ туда полтергейст получил только благодаря неугомонному Поттеру, который взамен на молчание относительно его ночных прогулок открыл Пивзу дверь в «место, где всё спрятано». Платой за такую неосторожность стали несколько кривых попыток убийства Золотого Гриффиндорца, которые срывались то из-за нездоровой любви полтергейста к розыгрышам и театральным эффектам, то из-за его нежелания серьёзно вредить ученику Хогвартса. Как оказалось, капкан, в который угодил Снейп, был его рук делом. Эту железяку Пивз тоже нашёл в Выручай-комнате, как и флакончик с хорошо сохранившимся ядом гу.       Всё это аврорам и прибывшим к шапочному разбору невыразимцам поведал сам полтергейст, оперативно упакованный в ловушку для духов и моментальной лишённый тёмного артефакта в виде диадемы. Авроры сработали великолепно, но, ко всеобщему сожалению, Пивз знал слишком мало. Впрочем, и этого хватило, чтобы вой поднялся до небес.       Лицо Лорда Малфоя, который наконец потерял свою широко известную ледяную маску, пару раз даже заставило Адару злорадно захихикать. Впрочем, она прекрасно понимала, что у сиятельного Лорда были все основания, чтобы начать переживать. Да что там, даже если бы волшебник начал носиться по замку и рвать на голове знаменитые платиновые волосы, девочка бы и слова не сказала. Она и сама была бы не прочь устроить истерику, особенно при воспоминании о том, кем был её отец и как он кончил. Судя по всему, весомая часть слизеринцев разделяла опасение Блэк.       А вот Танис, судя по всему, было совершенно наплевать, кто там что пытался сделать и куда возродиться. Тёмный Лорд её интересовал куда меньше, чем происходящее в директорском кабинете. Там Дамблдор под шумок изящно перевёл стрелки со своего злоупотребления занимаемой должностью на последователей Тёмного Лорда, которые, как известно, не бывают бывшими, и разбирательство завертелось по новому кругу. Адара где-то в глубине души даже восхитилась ловкостью старого мага, а Танис восхищения и не скрывала.       К неудовольствию Блэк, её напарница в споре не принимала ни одной из сторон, одинаково критикуя и директора, и Попечительский совет. Херби откровенно упивалась творящимся вокруг бедламом, через слово поминая своего Локи, и была так показательно довольна ходом событий, что у Блэк кулаки чесались. Впрочем, пара часов непрекращающейся дуэли вернули обеим слизеринкам душевное равновесие, и на обед они вышли уже в приличествующих юным леди виде и настроении.       Впрочем, спокойно насладиться пиршеством им не было суждено. Взвинченные взрослые предпочли отправить детей по домам как можно быстрее. Вещи всем спешно собрали домовики, и уже через час Хогвартс-экспресс отошёл от платформы Хогсмида, чтобы направиться к Лондону.       Посреди всеобщей суеты купе, которое заняли Блэк и Блэр, казалось островком спокойствия с болотцем уныния по центру. Уныние генерировала Танис, которую ждал подробнейший отчёт сначала перед Лордом и Леди Блэк, а затем и перед собственным отцом. И вроде всё делала правильно, нигде контракт не нарушила, но на душе шеду было неспокойно, Адара чувствовала это. Что характерно, страха не ощущалось, только глухая тоска от предстоящих разбирательств со старыми Блэками. Собственного отца Херби нисколько не опасалась — судя по всему, тот давно был привычен к её выходкам.       Самой Адаре тоже стоило озаботиться поиском подходящих оправданий, пусть бабушка сейчас наверняка слишком зла и взвинчена, чтобы их выслушивать, зато в разговоре с дедом они очень даже могли пригодиться. Орион Блэк был на вид куда холоднее своей супруги и предпочитал держать чувства в узде, но его гнева страшились куда больше, чем проявления эмоций Вальпурги. За годы жизни в Блэк-хаусе Адара прекрасно научилась их предсказывать и частично нейтрализовывать, перенаправляя в другое русло, а вот с дедом такой трюк не проходил.       Так, в задумчивости, девочки и доехали до Лондона. С платформы девять и три четверти они ушли камином, переместившись в особняк Блэков. Как ни странно, их встречал только Кричер, наряженный в парадную наволочку. Ужинать Адаре и Танис тоже пришлось исключительно в компании друг друга. Судя по всему, пребывание Херби в гостях у Блэков затягивалось на неопределённый срок. Впрочем, пока шеду и не думала переживать по этому поводу. По контракту ей следовало сопровождать подопечную до конца учебного года, а до него оставалось ещё не менее трёх дней, которые, если бы не поднявшаяся суматоха, они бы провели в Хогвартсе.       На следующее утро завтракали девочки опять в компании Кричера. Приятным дополнением к чаю стали свежие газеты, наполненные священным ужасом и гневом, а поверх приправленные ядом персонально от Риты Скитер. Ничего нового ни Блэр, ни Блэк оттуда не узнали, зато от души развлеклись, горячо обсуждая самые удачные эпитеты и метафоры репортёров, дорвавшихся до по-настоящему шокирующего материала.       Милым бонусом стало письмо от Милли, написанное по-детски аккуратным округлым почерком, в котором домовушка отчитывалась о последних событиях, произошедших в замке. Танис, разумеется, предпочла бы письму допрос, но вызывать чужого домовика в Блэк-хаус было бы откровенно невежливо.       Впрочем, и так информации было достаточно. Подтвердилась вина Квиррелла и его соседа по голове в нападении эттинов. Несчастный заика попросту потерял контроль над чудовищами, и вместо организованного нападения на большой зал они разбрелись по замку. Хотя с самого начала было ясно, что для отвлекающего манёвра эта мера откровенно избыточна. Впрочем, Тёмный Лорд славился масштабностью своих решений, так что девочки удивлены не были.       Более необычной стала весть о том, что и отработку в Запретном Лесу для группки первокурсников организовал всё тот же Квиррелл, основательно прикрутив критичность мышления у Филча и наградив мощнейшим Конфундусом Хагрида. Слизеринки сошлись на том, что основной задачей духа Того-кого-нельзя-называть было выманить Поттера подальше от замка. Видимо, клятва профессора, которую Квиррелл дал задолго до встречи с Тёмным Лордом, как-то действовала и на подселенца, из-за чего убийство ученика на территории Хогвартса и прилегающих к нему земель было чревато серьёзным откатом. Не зря же первое прямое нападение на гриффиндорца произошло на квиддичном матче — вдалеке от стен замка, а финальное — в расширении пространства, которое формально к Хогвартсу не относилось.       Обсудив свои размышления так и этак, девочки заключили, что Поттер — дракклов везунчик, как ни крути. Выжить после нескольких столкновений с Тёмным Лордом — это надо умудриться. А поскольку в магическом мире мало кто верил в чудеса, стоило подозревать действие непонятного рода защиты.       — Получается, вся эта чушь про материнскую любовь — не такая уж и чушь? — нахмурившись, уточнила Адара.       — Кто его знает, — задумчиво пожала плечами Танис, — может и так. Вот только я бы поставила на какой-нибудь жутко тёмный ритуал.       — Если ты всё же решишься нянчиться с этим предателем крови, то сможешь узнать.       — Если всё же решу, — повела плечом шеду. Она сама ещё не могла сказать, возмётся ли за дрессировку ещё одной личинки мага. — Глянь лучше последний абзац письма. Наша затея удалась!       Триумфально переглянувшись, девочки расплылись в одинаковых довольных улыбках. Бинс всё же получил всё причитающееся. Благодаря организованной работе всех шеду Хогвартса в классе истории магии ещё во время экзаменов был оставлен набор весьма специфических шаманских амулетов. По одиночке они были очень слабы и оттого не засекались проверяющими чарами профессоров, зато в комплексе преобразовывались в мощный поглотитель магии, направленный исключительно на энергетические сущности, не имеющие материальной оболочки.       Обычно их использовали, чтобы очищать старые дома от паразитов, но вот правильно составленный набор вполне мог изгнать и привидение, на что шеду и рассчитывали. Отправляясь на экзамен, каждый из них нёс с собой по амулету, чтобы аккуратно прикрепить его под столешницу своей парты. Благодаря тому, что на каждом курсе училось не менее одного воспитанника клана Херби, набор был собран, и спустя три дня после последнего экзамена Бинс тихо-мирно истаял, а амулеты сгорели от переполнившей их энергии, уничтожив улики.       Разумеется, на шеду никто и думать не стал, всё списал дух Тёмного Лорда, чему Танис сейчас была очень рада. Адара энтузиазм подруги полностью поддерживала — лишних проблем не хотелось, а занудное привидение уже успело достать её до невозможности.       Последние два письма домовик принёс, когда девочки уже собирались разойтись по своим комнатам. Оба плотных конверта были подписаны изумрудными чернилами, так знакомыми любому, кто учился в Хогвартсе. На первых листах красовались оценки за годовые экзамены. Все «Превосходно», но иного никто и не ожидал. Другое дело, что подобная оценка шла только в официальный аттестат, а в неофициальном же рейтинге учитывалось количество баллов, набранных за каждый экзамен.       Например, все интересующиеся были в курсе, что Блэк показала лучший результат по астрономии за последние десять лет, Шеду побила ещё более давний рекорд по ЗОТИ, Грейнджер выделилась на чарах, Забини блеснул на зельеварении, а в травологии безусловно лидировал Лонгботтом. В то же время обе слизеринки прекрасно понимали, что «Превосходно» у мадам Спраут они выскребли буквально зубами, пройдясь по нижней грани, а Блэк ещё и по трансфигурации чуть «Выше ожидаемого» не влепили.       В любом случае своими результатами девочки были довольны — такое не стыдно и родственникам предъявить, и на стену в рамочку повесить. А вот остальное содержание писем маленьких волшебниц совершенно не обрадовало. Следующие листы содержали в себе запоздалое подведение итогов межфакультетского соревнования, в котором — как, Мерлин, как?! — победил Гриффиндор.       — «Однако, принимая во внимание последние события…» — Адара гневно смяла пергамент. — Они все там что ли с ума посходили? С каких это пор нарушение школьных правил награждается баллами? Тем более таким количеством баллов! Да Дамблдор же все те очки, что Снейп и Макгонагалл сняли с Гриффиндора за ночную прогулку Золотого Трио, вернул одним махом! И за что! За нарушение…       — Да ладно тебе. — Шеду равнодушно пожала плечами. — Очевидно же было, что иначе и быть не может.       — Может, тебе и было, — злобно буркнула Блэк, — а я вот наивно надеялась хотя бы на видимость справедливости и порядочности. Скажи честно, сколько ты у Флинта выиграла на этот раз?       — Всего ничего, жалкий десяток галеонов, — недовольно отозвалась Танис. — После квиддичных матчей он большие суммы в спорах со мной ставить отказывается.       — Какое огорчение! — ядовито протянула Адара, но мысль свою не закончила — вспыхнул изумрудным камин, и из пламени чинно вышли Лорд и Леди Блэк.       На первый взгляд выглядели они как всегда великолепно, но внимательные глаза могли уловить едва заметное подрагивание пальцев и уставшие отяжелевшие веки, что говорило о серьёзной вымотанности магов. Так что Танис ничуть не удивилась, когда после всех положенных поклонов и приветствий старшие Блэки удалились в свои покои. Вновь девочки увидели их только за ужином, где волшебники выглядели уже вполне отдохнувшими.       К удивлению Херби, её особо даже не расспрашивали, лишь оценили действия по защите подопечной. Причём оценили в исключительно положительном ключе. Напрасный, как сама его оценивала Танис, риск при поисках приключений, который по-хорошему следовало бы пресечь, тоже порицанию не подвергся — Блэки, скорее, даже рады были, что внучка начинает проявлять фамильные черты характера, да ещё и при этом столь аккуратно, не ломая рамок и не эпатируя общественность.       Как оценила сама шеду, напарница сейчас представляла собой нечто среднее между отцом и дядей, каждый из которых ушёл в свою крайность — Сириус в проявлениях буйного и бунтарского характера, а Регулус в его сдерживании. Адара же постепенно приобретала Блэковские привычки, при этом не теряя контроля над собой и не чувствуя от этого какого-либо неудобства, что Танис считала исключительно своей заслугой, к роли Лорда и Леди в воспитании внучки относясь весьма непочтительно.       После ужина шеду было объявлено, что в замок Херби она может отправиться уже на следующее утро, чему девочка была откровенно рада. Последний раз дом она видела зимой, но тех двух недель ей откровенно не хватило, чтобы насладиться ранее привычной, а теперь такой сладкой свободой. Так что следующим утром, крепко обняв неожиданно загрустившую Адару, Танис шагнула в камин и вышла оттуда уже во владениях своего клана. Лето началось.