Уральский панцирь

Виток истории незаметно отослал героев вновь к предпраздничным зимним каникулам. Снег в этом году запаздывал. Постоянная серая слякоть и промозглая сырость сменялась плотными туманами и шквальными ветрами. Но в любую погоду непрерывно бушевали страсти.

***

У Леонардо жизнь протекала по прежнему руслу: медитация, тренировки, патруль, бои, увлечения и сон. Если не считать важнейшей корректировки в ежедневном графике. Старший помешался на общении с Аленой так, что никогда не выпускал приросший к нему че-фон из рук. День за днем, час за часом они вместе держали связь друг с другом. Как помешанные, умудрялись при этом справляться с текущими делами, на ходу закидывая сообщениями чат. Донателло перепрограммировал их смарты на скрытый канал и смастерил для Бесстрашного беспроводную гарнитуру, благодаря которой разговаривать стало проще, попутно проще решая задачи по режиму дня. Со стороны черепашкам казалось, что оба зависимых собеседника вовсе не спали, а только и делали, что переписывались, звонили или засиживались в видеочате. Сладкая парочка, что, впрочем, ни разу еще не произносила фразы из трех важных слов, устраивала совместные ужины, киномарафоны, спортивные занятия и прочие мероприятия. Вместе удаленно отмечали праздники и дни рождения. Хвала техническому прогрессу! К слову, все их задумки воплощались к тому же с учетом разницы во времени. Вечно болтающий Леонардо, коего уже невозможно было заткнуть, даже немного достал всех, включая шумного, говорливого Майка. Временами он очень беспокоил отца значительным отрывом от реальности. Но все же семья была счастлива, оттого что старший всегда теперь пребывал в хорошем расположении духа, избегая тягомотины. А кое-кто временами пользовался его отвлечением на мост между странами. Тогда любая просьба и констатация факта наподобие «Ухожу на ночные уличные гонки, буду к утру или через два дня!», «Окей, бро, если мы освободим полку из-под овощей для ящика газировки?», «Упс, кажется, горячая вода на сегодня отменяется» оставалась удовлетворена коротким «Ага», «Добро», «Принято». Пропуская мимо ушей или не вникая в подробности, Леонардо с вечно торчащим хэндс-фри на голове чаще кивал на все что угодно утвердительно. Бывало, пробуждался слишком поздно и смиренно выдыхал. Зона ответственности лидера ослабла во благо всем. Получив чуть больше свободы, чем обычно, шкодники постепенно потеряли всякий интерес к излишним проказам, нарочитым или стихийным. Микеланджело реже громил логово ездой на реактивном скейте и не доводил жесткими розыгрышами до истерики. Донателло проводил более безопасные опыты и перестал с концами закрываться в лаборатории. Рафаэль вовсе обленился и чаще залипал в плазму, незаметно набирая в весе. Мастер Сплинтер глядел на сыновей с трепетным благоговением и с содроганием страшась конца гармонии. Бесстрашный невольно зеркалил настроение Алены. Если та была в печали, чем-то расстроена или на что-то зла, чем-то разочарована, впитывал эмоцию, как губка, как и она — его. Тогда тяжело становилось всей команде, что не должна отыгрываться из-за неудач в личной жизни лидера. Что уж говорить о расставании с ненаглядной? Отец молил богов пощадить сына от подобных испытаний, чьи плечи и без того давил постоянный груз, а сердце впервые источало настоящий огонь, оплавив лед души.

***

За год Алена выполнила многое из задуманного. Получила права на вождение автомобилем, о чем мечтала с детства. Подтвердила сертификат парикмахера, чтобы всегда иметь возможность подработать. Практически завершила диплом наперед, дабы не отдуваться весной к лету перед защитой. С рвением вернулась к усиленным тренировкам по плаванию. Благодаря поддержке и вере от Леонардо преодолевать тернии к успеху было легко. Парень всегда находился в курсе буквально всего, чем охотно делилась девушка. Никогда не тащил клещами ни слова, если она не желала. Сменял серьезные темы на простое пустословие ни о чем, необходимое для разгрузки мозга, когда чувствовал, что это необходимо. Но одну задумку на подходе к осуществлению держать в секрете было сложнее всего прежде всего от негласного инициатора, реальной причины ее планирования. Однако Лене удалось добиться своего в тихую. Не щадя себя ни на минуту, как заведенная, она усердно трудилась, чтобы накопить достаточно на визу в США и билеты на рейс «Москва–Нью-Йорк» в обе стороны. Капитал для, собственно, временного проживания за заокеанской границей был собран. Не без помощи родителей, остававшихся в святом неведении об увлечении дочери. И заботливого брата, как бы ему не нравилось из вредности безумие, творящееся между двух сердец. Да и Каролины, прознавшей лишь о том, что подруга общается с американцем. Та тоже внесла лепту и подключилась к общему сбору на путешествие в качестве подарка для Алены на Новый год. Совсем чуток завидовала, незло подкалывала. Но и безмерно радовалась сама не ведала какому заграничному принцу, чье лицо так тщательно скрывала любовная тайна. Все братья, кроме одного, и даже старый крыс, Эйприл и Кейси накануне были осведомлены о прилете. Все плотно держали языки за зубами, как бы они не чесались выпалить Леонардо приятнейшее известие. Старший быстро ощутил, что друзья что-то затевали, по многозначительным хитрым взглядам, перемигиваниям, хихиканью и резким прерыванием обсуждений о чем-то шепотом. Заговор списал на подготовку к Рождеству, выбору подарков или что-то около этой тематики. А вот Лена стоически не прокололась абсолютно ни в чем: ни тексте, ни голосе, ни мимике. Тем не менее и Лео припрятал сюрприз, о котором переводчица также не догадывалась. Парень проходил онлайн курсы русского, оставив в стороне совершенствование японского. Под бой курантов в Новый год намеревался поздравить девушку на ее родном языке и продолжить практику в дальнейших беседах.

***

— Боишься? – участливо спросила Эйприл перед спуском в стоки. Алена, три дня назад сильно впечатленная столицей Родины, теперь не могла оторвать глаз от красот и уродств Большого Яблока. Челюсть так и отвисала на каждом шагу, и девушка едва успевала подбирать слюни восторга от захватывающих видов. — Если честно, – призналась она, мандражируя, – то я предпочла бы обойтись без этого. Но, как говорится, и в лед, и в пламя за любимым, да?! Ой! – Лена густо покраснела, ведь до сих пор не именовала так избранника ни перед кем. Только наедине с собой, предаваясь жарким фантазиям. – В смысле, за боевого товарища, – исправила себя переводчица. — Вы друг друга стоите, – расплылась в доброй и теплой улыбке рыжая, как мать, восторженная подросшими детьми. – Не хотите называть вещи своими именами. Но нам же всем со стороны лучше видно, как это называется. Кстати, очень предусмотрительно было надеть трекинговые ботинки, молодец. Я и не заметила сразу. И хорошенькие. Так мило, розовенькие. — Да, спасибо. Подумала, скользко же будет. Еще и зима. Я очень боюсь упасть и сломаться, – пояснила Алена и воинственно, храбро выдохнула: — Готова. — Главное, лучше не смотри на пол и по сторонам. Для первого раза, – инструктировала новая подруга, а туристка махала головой. – Мы же не хотим, чтобы ты вдруг потеряла сознание? С ароматами, конечно, ничего не поделать. Но постарайся вдыхать и выдыхать медленно. Шарф не поможет, но если так легче морально, то пусть остается на носу. Только не хватай жадно воздух! Дон и так сделал все, что было в его силах, чтобы путь домой проходил наиболее приятно. Раньше было гораздо, во много раз плачевнее. Доверься мне. Давай руку, я помогу. Отсюда идти особо не далеко, – успокоила Эйприл. – Поверь, скоро ты окажешься в совсем другом мире!

***

На че-фон Дона пришло сообщение. Умник, сплюнув пасту в раковину, отписался, живо улыбаясь. Не успел целиком выйти из ванной, как Леонардо, следующий по очереди в санузел, пулей влетел в санузел, протащив туда умника за собой. Бледное выражение паники старшего говорило само за себя. Взволнованный парень с гримасой ужаса положил руки на плечи профессора и затряс, лепеча: — Донни, кажется, я допрыгался с гаджетами! У меня галлюцинации! Я только что услышал, а потом увидел Алену в прихожей, как наяву! А ее здесь по определению не может быть! Что мне делать?! — Во-первых, соберитесь, капитан! – мягко прикрикнул на старшего младший, цитируя фразу из любимого сериала Бесстрашного. – Во-вторых, невозможное возможно. Это я, между прочим, как ученый заявляю, богохульствуя памятью Эйнштейна. А, в-третьих, одинаковые воображаемые образы не могут видеть разные субъекты. Так что я выгляну проверить, и ты убедишься, что все с тобой в порядке. Выглянув из ванной с Донателло, Леонардо вернулся обратно и прижался к стене, стукнув плитку панцирем. Медленно сползал вниз, схватившись за голову. Терять рассудок даже на почве любви не входило в его планы. Когда протекает крыша, ничего хорошего в этом нет ни для кого. На нем столько задач в клане возложено! Кто их станет выполнять? — Да, определенно Эйприл не только с новой гирляндой пришла, – задумчиво взялся Донателло за подбородок. – А Майки-то как рад, аж в пляс пошел! — Что это значит?! – сипло всполошился лидер, туго соображая, хватая брата за локоть. — А то, – ученый присел на корточки напротив, – что ты тратишь драгоценное время, вместо того, чтобы встретить даму сердца! Или ты не рад? — А… ле...на… здесь?! – молнией вскочил старший и засеменил в помещении, закудахтал. – Но как?! Почему я не в курсе?! В смысле?! Мы же обо всем договариваемся заранее! Конечно, я рад, безумно! Но как это осознать за одну секунду?! Я ведь не подготовился совсем! Не начистил амуницию, не купил цветов! У меня ничего нет для нее достойного в радостное долгожданное приветствие! Она, что, хотела, чтобы у меня случился сердечный приступ?! — По крайней мере у нас он не случился бы, – случайно выдал секрет Дон со смешком. – Так что команда поддержки на подхвате! — Ну, конечно. Вы все знали, – разочарованно процедил Лео. – Вы понятно... А Лена… Вот же… разведчица! – лидера одновременно разозлило и восхитило умение подруги не палить контору. Хоть в куноичи бери. – И что мне прикажете делать, м? Я не почистил зубы и не принял душ. Самое страшное, что у меня даже нет дешевого одеколона! А я только после тренировки! И времени нет совсем! Донни, ну, что ты молчишь?! Ответь мне! Леонардо вновь потряс брата за плечи, и получил легкую оплеуху. — Просто успокойся, Лео, – по-доброму, сочувственно попросил брат. – Почему-то тебя не смущало чесночное амбре или заспанная помятая рожа по утрам, когда вы зависали по видеочату. — Ну, это немного другое, – посчитал старший, совладав с эмоциями. — Вовсе нет. Ты это ты. Везде. Оставайся собой, Лео. Ты же дома. Так покажи, кто здесь хозяин! – поднимал боевой дух ботан. – И лидер! Не мне объяснять такие банальные прописные истины. — Ты прав, Донни. Спасибо, брат, – Бесстрашный приобнял любимую шпалу и интригующе добавил: — Но рот я все же сполосну. — Не за что. Валяй, – подтолкнул брата ученый, подпихнув в панцирь, и вышел из ванной. – Удачи! Перед тем как закрыть дверь, предупредил: — Поторопись! А то Раф, кажется, в живую нашел общий язык с Леной гораздо быстрее, чем за год по Интер… Донни не успел договорить, сбитый с ног собравшемся вмиг Леонардо. За черепахой тянулся резкий шлейф от туалетной воды для настоящих мужчин, кто всегда на коне или рояле. — Он что, вылил весь флакон Рафа на себя, чтобы наверняка?! – механически прокомментировал Дон, сморщившись, помахивая перед носом ладонью.

***

На сей раз Алена подготовила презенты поинтереснее. Матрешки, хохлома, магниты и прочая приятная тематическая дребедень. Майки запищал от восторга, получив шапку-ушанку с красной звездой во лбу. Сказал, что всегда хотел такую, и в присядке завел саундтрек из небезызвестной игры: — Наш Совьетский Союз покараьет вес мир от Европи к Ньиеве на востокь. Надь Земилеой вьездье будуть пьеть: стольица, водка, Совьетский медьвьедь наш! Впрочем, головные уборы нашлись для всех. Но оценил их сильнее озорник, продемонстрировав ловкий казачок, невиданный Леной раньше. В принципе народные танцы ее никогда не увлекали, но в исполнении черепахи вышло здорово. Гостья прикольнулась представлением и раздала одноименный шоколад с девочкой в косынке, пояснив за легендарность подарка. Поблагодарив, Майки с Эйприл удалились разгрузить коробку с новой гирляндой и мишурой, обещая скоро вернуться. — Намек понял, сладкая, – пробасил Рафаэль, рассматривая обертку с непонятными буквами. – Так и буду тебя звать. Чоко, – и хищно улыбнулся. — Пай, – добавила девушка деловито. – Люблю эти печеньки с суфле. — Как скажешь, Чоко Пай, – беззлобно ощерился Рафаэль. – А ты можешь меня звать просто Крутой Парень Номер Один, – указав на себя большим пальцев, здоровяк стал в геройскую позу. — Это звание уже занято другим, – хихикнула Алена, покраснев. — Ой ли, и это кем же? – деланно удивился Раф, смотря через плечо подруги на горделивого старшего, получившего тысячу очков к поднятию ЧСВ. Алена не услышала шагов, но по взгляду сорвиголовы поняла, что за спиной возлюбленный. Тот, ради кого она примчалась за тридевять земель. Бунтарь, подмигнув брату, удалился. А девушка медленно обернулась. — Э-э-эм. Привет, Лео, – робко помахала она рукой. – Сюрприз! — Кхем! – кашлянул парень, как в старые добрые. Голосовые связки из-за нервов натянулись. – Привьет, Альенущка! Рад вьидьеть! Как ти, цвьетьик? — Лучше не бывает! – ответила переводчица, не очень удивляясь русской речи. Предчувствовала, что лидер захотел бы вникнуть в язык, чтобы лучше понимать менталитет и чисто из уважения к ее семье. Кинулась на шею, ощутив прильнувший к нутру жар. – Ты такой теплый. Все повторяется. Снова горишь? — Жьеланьийм цьеловать, – игриво произнес мутант. Парочка не разлей вода слилась во влажном, страстном поцелуе под взрывы салюта в голове. Или это была не фигура речи? — Майки, дуралей, кто же оставляет петарды у включенной плиты?! – кричал Дон, войдя на кухню. — Упс! Виноват, Ди! – извинился Микеланджело. — Плиту прощением не восстановить! Ох, бестолочь. Можем забыть о горячей пище дня на два, – оценил ущерб мастер на все руки. Ноги и голову. — О, нет! – запаниковал младший. — Неси инструменты скорее! – скомандовал тому умник. — Есть, сэр! – понесся прочь в лабораторию балагур. Девушка с парнем, отстранившись, поглядели друг на друга и засмеялись. — Кажется, с духами ты немного переборщил, – призналась Лена, почесывая нос из-за легкой аллергической реакции на состав в одеколоне. — Борщ? – вычленил из неизвестного слова знакомую часть лидер и никак не мог связать с духами. — Оу, ясно. Нас с тобой ждут долгие практические занятия, – промурлыкала гостья, подразумевая, очевидно, не только филологические вечера с полным погружением в языковую среду. Леонардо ощутил прилив сил, почувствовав, что каждую секунду вместе готов всецело отдавать ошеломительно своей принцессе. Эти ощущения точно абсолютно взаимны, но они не скреплены завершающим связующим души. У Алены сердце провалилось куда-то в бездну наслаждения. На языке заезженной пластинкой вертелось одно и то же, чему пришла пора озвучиться. В голос обе стороны одного целого произнесли: — Я льюблью тьебья! — Я люблю тебя!

***

С прилетом Алены даже погода переменила настроение, и в Нью-Йорк пришла зима. Девочка с Севера будто привезла с собой чуточку Сибири. Морозы ударили знатные, которые заголовки газет именовали рождественским чудом. Зимний ночной мегаполис еще пуще впечатлил героиню предпраздничной красотой, и она ощущала себя в сказке. Снегу очень обрадовались друзья и не теряли даром время. Девушка каталась с парнями на санках, играла в снежки, лепила снежную черепаху, делала ангела. Пила какао с зефирками, попробовала леденцы-трости. И, конечно же, отъедалась пиццей, столькими видами, сколько не снилось. В общем, на белоснежном покрове и на колком воздухе чувствовала себя в родной стихии, почти как дома. Вот только в разу лучше. Любимый парень каждую минуту находился физически подле, к чему так быстро привыкла, словно так было всю жизнь. Канун Рождества одновременно вызывал и радость, и грусть, ведь дата на билете в обратный путь неизбежно близилась. Алена, сидя на диване в гостиной Эйприл, отрешенно всматривалась в ненавистные числа на клочке бумаги и вздыхала. Диктор из новостей лепетал о чем-то несущественном вроде не то падения, не то поднятия цен на акции крупной фармакологической компании. Хозяйка квартиры приобняла подругу и, погладив по голове, приободряла: — Не кисни. Тебе всего-то полгода осталось доучиться. Когда соберешь вещички и подуешь в Штаты, всегда можешь рассчитывать на мою помощь. Мягкую постель и теплый ужин я обеспечу безвозмездно. Или ты сразу в спальню Лео? – хитренько выясняла Эйприл. — Эйп! – одернула Алена, смущаясь до бурого помидора. – Любопытной Варваре на базаре нос оторвали. — Так у вас было уже, а? – выпытывала рыжая. — Прости, Эйприл, но я тебя еще не на столько близко знаю, чтобы говорить на интимные темы, – аккуратно отказала переводчица. – И вообще. Я бы в любом случае оставила при себе настолько личное. — Ладно, как знаешь, – немного обиделась любопытная Эйприл, но зла не затаила. С дурным предчувствием выставила уровень звука громче: из динамиков раздалась тревожная музыка чрезвычайных новостей. Ведущий монотонно оповещал: — … по словам ученых, на сегодня, к счастью, относительно безопасна по первичной оценке данных, но требуются дальнейшие детальные исследования. В связи со стремительным распространением данной плесени Нью-Йорк закрывается до середины января на карантин. Жителям соседних штатов также рекомендуется провести все противоэпидемические мероприятия. Призываем граждан не поддаваться панике и выполнять следующие… Девушки не слушали дальше, тупо смотря друг на друга. Стало не по себе. Находиться в зоне карантина страшно. Но при этом Алена еле сдерживала улыбку, не глядя на кучу возможных проблем и последствий. Сглотнув, выдавила хрипло: — Похоже, меня ожидает «Бесконечная история» в Большом Яблоке. 05.09.-10.12.21, 18-00