Happiness is a butterfly

На улице очень ветрено. Толпящиеся у ворот придерживали шляпы и убирали с лиц волосы. Еще в глаза бросалось обилие красного цвета. Красные шляпы, красные юбки, красные флаги, длинными лентами полощущиеся на ветру. Гулкий удар часов эхом раскатился по площади. Мостовая заходила ходуном. Затыкая уши, перепуганные дети начали плакать. Часы пробили снова. Я посмотрела в другую сторону и увидела кого то. Неподвижный, словно статуя, он стоял буквально в метре от площади. Глаза закрыты, ладони разжаты, тонкие пальцы расслаблены. Лицо безмятежное, будто он спит и видит хороший сон. Грудь обнажена: белая футболка брошена на мостовую, и проникающий с площади свет дарит бледной коже неяркое сияние. Никогда не видела ничего красивее! Часы пробили снова, и он шагнул к залитой солнцем площади. — Нет! — кажется из последних сил молила какая та девушка. В этот момент мне показалось что я её где то уже видела. На его губах улыбка, нога уже поднялась, чтобы сделать шаг, который вынесет его на солнце. Та девушка которая казалась мне знакомой врезалась в него с такой силой, что она упала бы на мостовую, не поймай он её. Я не слышала что они говорили но кажется, что он был потрясен до глубины души и не замечал, что она толкала его назад. И только сейчас я поняла что это была моя кузина… Что она здесь делает? Я быстро подошла к ним и сказала . — Беллс? — Она тут же повернулась. В её глазах был страх который перемещался с удивлением. — Аврора? Что ты здесь делаешь? — увидев вопросительный взгляд того парня — Это моя кузина, Эдвард. — От кого он её прячет? Она выглянула из-за его плеча, мы заметила две темные, выдвинувшиеся из мрака фигуры. — Приветствую вас, господа! — вкрадчиво начал Эдвард, кажется. — Сегодня вряд ли понадобятся ваши услуги, однако буду очень признателен, если вы передадите хозяевам мою искреннюю благодарность. — Может, продолжим разговор в более подходящем месте? — угрожающе зашипели из темноты. — Не вижу необходимости. — В голосе парня Беллс зазвенел металл. — Феликс, мне известен круг ваших обязанностей, а еще то, что никаких правил я не нарушал. — Феликс просто намекает на опасную близость солнца, — примирительно заметила вторая тень. Длинные пепельно-серые накидки незнакомцев колыхались на ветру и полностью скрывали их тела. — Давайте перейдем туда, где спокойнее! — Готов следовать за вами, — сухо отозвался Эдвард . — Белла, возвращайся со своей кузиной на площадь, праздник в самом разгаре! — Нет, девушки с нами! — заявила первая тень, в шепоте которой невероятным образом слышалась похоть. — Как бы не так! — Натужная любезность исчезла, Эдвард говорил с неприкрытым вызовом. Он чуть заметно подался вперед, и мне показалось что он, готовится дать бой. — Нет! — чуть слышно пролепетала моя кузина. — Тш-ш! — зашипел её парень. — Феликс, только не здесь! — предостерегла вторая, более рассудительная тень и повернулась к Эдварду: — Аро просто хочет еще раз с тобой поговорить, на случай, если ты все-таки решил не провоцировать нас на крайности. — Согласен, — кивнул Эдвард, — но девушек отпустим. — Боюсь, это невозможно, — с сожалением вздохнула вежливая тень. — Мы должны соблюдать правила. — Деметрий, тогда, к сожалению, я не смогу принять приглашение Аро. — Никаких проблем. — Привыкнув к густому сумраку, я рассмотрела, что этот Феликс — высокий, широкоплечий и плотный. — Мне, пожалуй, придется прервать вашу беседу леди и джентльмены, но что здесь происходит? — подала голос я. — Аро расстроится, — супер меня успешно проигнорировали. — Ничего, как-нибудь переживет, — буркнул Эдвард. Феликс с Деметрием незаметно пробирались к площади, рассредоточиваясь, чтобы при необходимости броситься на несговорчивого гостя с разных сторон. Понятно, им хотелось оттеснить его как можно глубже в сумрак. Их кожа надежно скрыта под накидками. Эдвард даже не пошевелился: похоже, решил защищать нас любой ценой. Вдруг он развернулся, будто вглядываясь в тень проулка, и Феликс с Деметрием сделали то же самое, вероятно реагируя на неуловимые для меня звук и движение. — Может, попробуете обойтись без сцен? — предложил мелодичный, как звон серебряных колокольчиков, голос. — Вы же все-таки при дамах! Пританцовывая, девушка подошла к Эдварду. В каждом движении легкость, пластичность, ни малейшего напряжения. Рядом с мужчинами она выглядела маленькой и хрупкой, ручки тонкие, как у ребенка… Феликс с Деметрием напряглись; серые накидки затрепетали в порыве влетевшего в узкий проулок ветерка. Феликс заметно поскучнел: равный расклад сил ему не по нраву. — Мы не одни, — напомнила девушка. Деметрий оглянулся. Неподалеку, у самого выхода на площадь, за нами, не отрываясь, следила, семья с девочками в красных платьях. Женщина что-то шептала на ухо мужу, но, перехватив взгляд Деметрия, тут же опустила глаза. Мужчина вышел на солнцепек и дернул за рукав охранника в красном блейзере. Деметрий покачал головой: — Пожалуйста, Эдвард, давай вести себя разумно. — Давай, — согласился он. — Разойдемся миром и не будем играть мускулами. — Может, хоть поговорим в более подходящей обстановке? — разочарованно вздохнул Деметрий. В проулок вошли шестеро мужчин в красном и настороженно следили за происходящим. Понятно: их встревожило, что Эдвард фактически заслонил Беллу собой. Меня так и подмывало закричать: «Бегите, глупцы, бегите!» — Нет! — клацнул зубами Эдвард, а Феликс криво улыбнулся. — Довольно! — из густого сумрака послышался высокий хрипловатый голос. Выглянув, я увидела: к нам приближается маленькая темная фигурка. Сначала показалось, что это паренек: подошедший был миниатюрным, как та девушка, с коротко стриженными каштановыми волосами. Накидка почти черная — куда темнее, чем у Деметрия с Феликсом, а скрытое под ней тело — тонкое и как будто бесполое. Но лицо для парня слишком миловидное. Широко расставленные глаза, пухлые губы — по сравнению с ним лица ангелов Боттичелли покажутся уродливыми, пусть даже у ангела в темной накидке малиновая радужка. Незнакомка была необыкновенно хрупкой, и реакция на ее появление поразила. Деметрий с Феликсом тотчас успокоились и, перестав теснить Эдварда с той девушкой, слились с тенью высоких стен. Эдвард опустил руки и тоже успокоился, признавая поражение. — Джейн… — вздохнул он, будто смирившись с безнадежностью ситуации. — Следуйте за мной! — В детском голосе Джейн не было ни торжества, ни угроз. Отвернувшись, она беззвучно погрузилась во мрак. «После вас!» — жестом показал Феликс и ухмыльнулся. Не дожидаясь особого приглашения, девушка пошла за миниатюрной Джейн и взяла меня за руку, она была как лёд. — Я Элис, сестра Эдварда. Идём за мной. — сказала Элис мелодичным, как звон серебряных колокольчиков, голос. Я посмотрела на Беллу обеспокоенным взглядом. Она была напугана. Конвоиров наших слышно не было, но я не сомневалась: они идут следом. — Ну, Элис, — как ни в чем не бывало сказал Эдвард, — наверное, не стоит удивляться нашей встрече. — Я совершила ошибку, — столь же непринужденно отозвалась его сестра, — а потом решила ее исправить. — Что случилось? — подчеркнуто вежливо поинтересовался Эдвард, будто ему было совершенно неинтересно. — Долго рассказывать. — Темные глаза Элис метнулись в мою сторону. — Если коротко, Белла прыгнула со скалы, однако сводить счеты с жизнью не собиралась, просто экстремальными видами спорта увлеклась. — Ты что спрыгнула со скалы? — Воскликнула я, — Не волнуйся, это было ради адреналина. — Спокойным голосам сказала Беллс. — Хм, — недовольно хмыкнул Эдвард, тотчас отбросив напускное безразличие. Плавно спускаясь под горку, проулок чуть изгибался, и по-военному укрепленный тупик я увидела, лишь наткнувшись на глухую кирпичную стену. Малышки Джейн уже и след простыл. Без малейших промедлений Элис шагнула к стене, а затем с той же непринужденной грацией скользнула в зияющую на мостовой яму. Канализационный люк? Пока Элис не исчезла, я его даже не видела, хотя решетку наполовину вытащили на мостовую. Отверстие такое маленькое и темное… Мы с Беллс замерли в нерешительности. — Не бойтесь! — тихо сказал Каллен. — Элис вас поймает. Чего? Я с сомнением посмотрела на канаву. Думаю, Эдвард залез бы первым, если бы в спину не дышали Деметрий с Феликсом, молчаливые и страшно довольные. Присев, Беллс свесила ноги в узкое отверстие и дрожащим шепотом позвала: — Элис! — Белла, я здесь! — ободряюще ответила она. Ее голос прозвучал издалека, и я не успокоилась, а, наоборот, испугалась еще сильнее. Взяв за руки — тонкие сильные пальцы были холоднее обледеневшего камня, — Каллен стал опускать её во мрак. — Готова? — спросил он. — Да, — отозвалась его сестра, — отпускай! — Теперь ты. — Все посмотрели на меня… Я делаю это ради Беллс… Глаза нужно закрыть да покрепче зажмуриться, чтобы не видеть жуткую тьму, а рот зажать — не дай бог, закричу!