Их история

      — Ты точно-точно не хочешь познакомиться с Чжун Ли? — в десятый раз спрашивает Паймон, подлетая к самому лицу и вновь получая отрицательный ответ. — Ну, как знаешь. Мы сегодня встречаемся, могли бы и тебя взять.       Итэр с доброй улыбкой машет на прощание рукой и, наконец, уходит, забирая шумную летающую фею с собой. На балконе воцаряется привычная приятная тишина, и я, наконец, позволяю себе прикрыть глаза и прислушаться к пустоте. Пускай всего на мгновение, но чужие голоса замолкают, уступая место природным шорохам и пению птиц. Где-то между строк мир играет свою беззвучную мелодию, и я выхватываю её на секунду, но тут же теряю. Неприятный шёпот в голове усиливается, когда чувствует мою расслабленность, однако даже он вынужден отступить перед ещё более громким голосом.       — Почему не пошёл? — за спиной скрипят половицы под тяжёлыми шагами. Я задерживаю дыхание, пытаясь придумать достойное оправдание, но всё равно не успеваю. Он подходит сбоку, облокачивается о перила, устремляет свой взгляд, полный плавленного кипящего золота, на меня, отчего кожа покрывается мурашками, а мысли путаются окончательно. Но оставлять вопрос господина в таком состоянии нельзя. Нужно ответить хоть что-то.       — Не люблю город, — хозяин хмурится, а я грустно смотрю на его разочарованное лицо, пытаясь, возможно, вызвать жалость и получить прощение за глупость и дерзость. Он слишком благороден, чтобы не простить, но непременно потребует что-то взамен в качестве наказания.       — Кто такой Чжун Ли? — снова вопрос, на который не хочется отвечать. От отчаяния в голову лезут мысли о возможных попытках догнать Итэра или о спуске к мадам Голдет, тогда не придётся позорится перед хозяином. Господин считывает их даже раньше, чем мозг успевает сформировать. Это понятно по Его властной улыбке.       — Не хочешь отвечать? — Он играет, не желая отдавать приказы напрямую. Делает вид, будто я могу отказать Ему.       — Это то, кем Вы стали, отказавшись от звания Архонта, — процеживаю сквозь зубы, лишь бы удовлетворить Его любопытство. Моракс кажется удивлённым, будто впервые слышит о подобном, но Он знает. Знает с самого начала.       — И почему ты не хочешь пообщаться? — господин наклоняется к моему лицу, шепчет в самое ухо, обжигая дыханием дракона. — Сможешь даже дотронуться до меня…       Я замираю, выжидая, когда он вернёт мне хрупкое личное пространство. Веер Голдет неожиданно окликает меня и заставляет Властелина отдалиться и замолкнуть. Хозяйка Ван Шу интересуется моим состоянием. Мне достаточно просто кивнуть, чтобы она успокоилась и ушла. И снова наедине с повелителем, и снова в его полной власти.       — Иди! — Его глаза снова переливаются жидким металлом, и остаётся только подчиниться.       Я легко нахожу Итэра в городе, но не подхожу близко, только наблюдаю с крыши. Путешественник сидит за одним из столиков рядом с каким-то рестораном. Наблюдение за ним утомляет, и я снова прикрываю глаза, пытаясь сосредоточиться на пустой песне мира, слабо улавливаемой какой-то малой долей сознания. Моракс молча сидит рядом, периодически касаясь тканей моей одежды, ленты, перчаток… Ему нравится трогать меня, снова и снова демонстрируя свою бесконечную власть. Это отвлекает, но невозможно не получать удовольствие от подобного внимания господина. Могу ли я думать, о чём-то кроме своего прекрасного Властелина?       — Это же Сяо! Хэ-э-эй, привет! — Паймон иногда оказывается безумно внимательной, даже замечает меня и начинает активно махать руками, подпрыгивая в воздухе, как мячик. Итэр тоже поворачивается и улыбается своей тёплой улыбкой. Мне ничего не остаётся, приходится спуститься.       — Ты всё-таки передумал! — фея радуется и хлопает в ладоши из-за такой глупости. Если бы она знала, что причиной моего прихода был приказ, была бы она так же счастлива?       — Точный, как часы, — вдруг выдаёт Итэр и указывает на высокого сдержанного мужчину, медленно приближающемуся к нам. Сердцебиение учащается, когда знакомые медовые глаза устремляются на меня. В них читается лёгкое удивление.       — Приветствую, дорогой друг, — Чжун Ли говорит с путешественником, но не отводит взгляда от меня. Кажется, что мои внутренности горят, но я не подаю вида. Златовласый быстро представляет нас друг другу, будто каких-то незнакомцев. Становится даже чуточку обидно, но ещё хуже то, что мужчина поддерживает эту комедию:       — Значит, Вы тот самый Адепт, защищавший Ли Юэ столько веков? — он аккуратен во всём, но каждое слово отзывается болью в моём теле. — Сейчас, когда все обязанности на себя взяли Цисин, у Вас есть возможность отдохнуть.       Я на мгновение теряюсь, не понимая, отдал ли он мне приказ или задал вопрос. Должен ли я подчиниться и прекратить борьбу? Или дать отрицательный ответ, демонстрируя верность? Что следует ответить?       Кожа на плече начинает гореть, когда Моракс касается её. Мозг медленно плавится, когда Он обжигает ухо своим дыханием. Архонт стоял рядом всё это время, молча наблюдая. Как я мог забыть о господине?!       — Какая жалость… Похоже жизнь среди людей не лучшим образом сказывается на здравомыслии, — вторая рука опускается на мою талию, полностью очищая разум от ненужных мыслей, вызванных смертным, так похожим на хозяина. Неловкое молчание нарушается Итэром. Несмотря на желание уйти, приходится оставаться до конца. Я безмолвно слушаю разговоры людей; наблюдаю за их трапезой; следую по вечерним улицам, выжидая момента. Господин тоже скучает: перебирает мои волосы, стоя за спиной; поправляет украшение; иногда комментирует услышанное. Его присутствие успокаивает, подбадривает. Я стараюсь не смотреть на Него, чтобы не привлекать внимание, но иногда не могу устоять.       Наконец, мы выходим из города. Итэр рвётся проводить, но я отказываюсь, сообщая, что отправляюсь сразу на охоту, минуя Ван Шу. Путешественник расстраивается, но сказать ничего не успевает, потому что его отвлекает кто-то из многочисленных знакомых. Пока юноша общается, мы с Чжун Ли остаёмся наедине. Мне почти всё равно. Ждать больше нет смысла, поэтому я разворачиваюсь и собираюсь уйти, но не успеваю отойти далеко.       — Скажи, Сяо, — голос мужчины серьёзен. — У тебя случайно нет навязчивых галлюцинаций?       Приходится обернуться.       — Нет… — Лжец.       Чжун Ли долго вглядывается в моё лицо, пытаясь отыскать правду, но этот человек никогда не сможет сделать подобного. Только Моракс мог… Признав поражение, он кивает и оставляет меня в покое. Неприятное чувство, преследующее весь вечер, наконец, пропадает. Я быстро перемещаюсь на ближайшую возвышенность, подальше от обеспокоенных взглядов, и с упоением внимаю шёпоту властного Властелина камня…