Первое апреля или Ад на айаконском судне

      Проул вышел в онлайн рано. Рядом с ним тихо посапывал Джаз. Улыбнувшись, тактик попытался выбраться из его объятий, но не получилось. Диверсант включил оптику и присёк побег. — Проул, всё хорошо? — спросил он сонно. — Да. Я работать пойду, — просипел тактик.       Кивнув, лейтенант отключился, но через секунду он снова прижал стратега к платформе. Время на хронометра его не устраивало. — С ума что ли сошёл? Сейчас же только четыре утра, а подъём в семь. Ещё есть время перезарядится, — сказал Джаз смотря на любимого с недовольством. — Или ты решил брать пример с Гитлера? — Ну не то что бы. — снова попытка встать с треском провалилась. — Это же у вас, солдат, все по расписанию. Встаёте в семь, завтракаете, тренируетесь… — начал перечислять экс-полицейский, — Ну а у меня куча бумажной волокиты. Нужно много времени для этого. Да и я уже привык вставать в это время и сделать хотя бы часть всего того дурдома  — возразил тактик и закашлял. Горло нещадно болело.       Диверсант приподнял стратега, чтобы тот не задохнулся в приступе. Проул вздрогнул, восстанавливая вентсистему, и прижался к корпусу лейтенанта. Желание вставать резко куда-то пропало. Уложив любимого, он поцеловал его в лоб и заметил, что он горит. Однако дрожь партнёра показывала, что ему холодно. Вздохнув, Джаз вынес вердикт — заболело его сокровище. Внизу возле грудной меломана, слышалось сопение. Спит уже. Взяв изолетик, он укутал его и тоже погрузился в офлайн, пометив себе зайти к доку за инструкциями.

***

      В семь прозвучал сигнал подъёма и сразу всем офицерам приказали придти в зал для совещаний. Меломан осторожно выпутался из рук партнёра, под очень недовольные возгласы.       Уже в зале Джаз сел на своё место, но всех удивило, что вечно пунктуального Проула до сих пор нету. Тогда Оптимус спросил: — Кто-нибудь сегодня видел Проула? — Он заболел, — ответил Джаз со своего места. — Какие симптомы? — сразу же оживился Ретчет. — Кашель, боль в горле, температура и сонливость, — коротко отрапортовал диверсант.       Ничего больше не сказав, Ретчет покинул зал для совещания. Дальше всё прошло гладко, для всех главной задачей было не шуметь, чтобы дать тактику нормально отдохнуть. Эфир выключили все. Вот только диверсант заметил, что близнецы переглянувшись ухмыльнулись. Это ему не понравилось и в конце совещания он сказал: — Сайдсвайп, Санстикер останетесь у меня. Есть разговор.       Когда все ушли Сайдс спросил: — Что случилось, Джаз? — А то и случилось. Что это вы вчера довели Проула до состояния в котором он находится. Поэтому, до тех пор пока он не вылечится, вы оба будете, либо сидеть на гауптвахте, либо исправлять то что натворили. И так, ваш выбор? — Джаз честно хотел их пристрелить, но то что он предложил было намного лучше с его точки зрения.       Жёлто-красный дуэт стоял с выпучеными глазами. Это что же получается, если раньше Джаз их поддерживал, то сейчас сам же их ругает. Переглянувшись близнецы стартонули, но дверь не открылась и они впечатались в неё. — Ну раз так, тогда думаю рэкеры будут рады видеть вас на гауптвахте, — с долей злорадства сказал Джаз.

***

      Тем временем Проул, не смотря на указания Ретчета, сел за стол и принялся проверять отчёты. Он ещё не знал, что придумал его любимый. Но поймал себя на том, что уже скучает по нему.

***

      Джаз же, доставив двух ламборгини на гауптвахту, передал их Капу: — Привет, Джаз. Зачем ты этих сюда притащил? — поинтересовался командир рэкерского отряда. — Я подумал, что ты будешь не против провести им воспитательную беседу. Просто Проул заболел, а я в этом не сильно шарю, — объяснил диверсант.       Кивнув, Кап открыл одну из камер и помог впихнуть двух брыкающихся юнлингов во внутрь. — Спасибо Кап, — поблагодарил Джаз и посмотрел на предплечье, на котором Сайдс во время протеста сцарапал краску с метала. — Не за что, — ответил капитан и похлопал товарища по плечу.       На том и разошлись. Джаз пошёл к Проулу, интуиция подсказывала, что что-то опять не так да и волновался за его состояния. Как же он разозлился, когда увидел стратега сидящем за столом и проверяющим очередной отчёт. Подойдя, он бесцеремонно вытащил тактика из-за стола. — Проул, ты что с резисторов слететь хочешь или сразу коллапс словить? Так я могу это устроить! — он был в ярости от того, что Проул постоянно забивает на себя.       Услышав угрозу диверсанта, стратег замер, а посмотрев в оптику понял, что Джаз не шутит и может это сделать. Было страшно, как тогда в спаркстве. Его тогда тоже грозились убить, если не будет работать. А тут все на оборот. Сам Джаз будто протрезвел, заметив в линзах сокомандника не поддельный страх. Притянув его ближе, он обнял Проула. — Прости. Я не хотел тебя пугать. Но как по-другому реагировать, если ты в больном состоянии сидишь за отчётами. Ты медленно гробишь себя. Ты же умный бот зачем так поступать? — Джаз не понимал и не хотел этого понимать. — А кто если не я? Кроме меня никто не будет этим заниматься, — ответил Проул, прислушиваясь к биению искры лейтенанта. Она успокаивала. Она была родной.       Джаз взял любимого на манипуляторы и уложил на платформу, укутывая в изолетик. Проул хотел возмутиться, но Джаз прервал его нежным поцелуем. Тактик ответил. В этом поцелуе смешалось всё: любовь, нежность и страсть. Отстранившись, диверсант сказал: — Отдыхай, а насчёт твоего вопроса, так тут всё просто. Пусть этим занимается аналитический отдел. Они тут, знаешь ли, не для красоты сидят.       Ответ лейтенанта заставил тактика хихикнуть. Но стоило Джазу отойти, как Проул позвал: — Джаз, не уходи. Пожалуйста.       Меломан улыбнулся и лёг рядом с ним, обнимая. Но тут же строго посмотрел на партнёра: — Что-то случилось? — Мне холодно и я соскучился, — сказал стратег не скрывая.       Чмокнув любимого в лоб, Джаз заметил, что Проул спит, так что он последовал его примеру.

***

      Через неделю Проул полностью восстановился. Конечно, за это время близнецы не раз поклялись отомстить ему и Джазу, за то что предал их. Но мести не случилось, так как, когда их выпустили, им прочитали ещё и лекцию до кучи. Перенесли они месть до момента, когда все забудут. Но и здесь их ждал провал. Дело в том, что забыли эту историю только через два месяца, а в день намеченной мести на базе появилась новость: Проул заискрён и не абы кем, а Джазом. В общем, мстители решили подождать, а уже через три недели их ждал сюрприз, у монохромных появились близнецы и оба мальчика. Назвали малышей Фаер и Сторм. Месть так и не состоялась. За то на базе появился ещё один аналитик — Сторм и ещё один нарушитель спокойствия — Фаер. А старшие близнецы стали просто идеальными няньками и братьями для малюток. И весело и энергию молодежь жевала не в пустую.