Так сошлись звёзды

×××

Дилюк странно улыбается ему уже который час, а Венти все никак не может взять в толк, почему. Парень наряжает ёлку вместе с Кэйей и Моной, но болтовня этих двоих воспринимается не более чем фоновым шумом. Глазами же он то и дело косит в сторону красноволосого, о чём-то тихо переговаривающегося с Розарией и Эолой. Иногда их взгляды пересекаются. И всякий раз, как это происходит, губы Люка растягиваются в хитрой улыбке. Любимой улыбке. Эти короткие переглядки длятся секунду, не более, но и этого вполне достаточно, чтобы смутить Венти. Ему понадобилось не мало времени, чтобы окончательно принять свои чувства к Дилюку. Что, к слову, не мешало Барду благополучно его избегать. — Эй, Альберих, Барбатос и Мегистус, вы там скоро закончите? Нам помощь нужна! — С хера ли по фамилиям? — Кэйа украсил верхушку ёлки огромной золотой звездой и ловко спрыгнул со стремянки на пол. — А вы иначе не слышите, третий раз уже зову. — Фыркнула Эола, уперев руки в бока, — Заканчивайте со всей этой мишурой и идите помогать с салатами. Мы с Розой и Люком одни не справимся. Предновогодняя суета никогда не обходилась без бесконечных ссор и перепалок. Вот и сейчас все суматошно готовились к празднику, параллельно успев по сотню раз друг с другом переругаться. — Венти, Кэйа, вы со мной, надо ещё выпивку из машины перетащить. Я один всё пакеты не унесу. — Вспомнил вдруг Дилюк, отвлекаясь от нарезания очередного кулинарного шедевра, под названием «Оливье». — Класс, погнали. Девчонки, не скучайте, мы скоро будем. И отсалютовав одноклассникам, Альберих поспешил ретироваться из комнаты, утаскивая за собой и недоумевающего Венти. Рагнвиндр выходит за ними, продолжая как-то странно ухмыляться в пространство.

×××

Чжун Ли никогда не думал, что когда-то сможет встретить по настоящему «своего» человека. Того, у кого можно просто спокойно, ни о чем не думая, полежать на коленях, пока поезд везёт их в прекрасную страну вечной зимы — Снежную. Но он встретил Чайльда. Того самого рыжего парня, к которому пообещал себе ни за что на свете не привязываться. Весьма иронично, учитывая то, что последние пару месяцев Чжун Ли всё более остро ощущал внутри себя потребность постоянно находиться рядом с Аяксом. Моракс не верил в судьбу. Не верил и в звёзды, астрологию, гадания. Словом, во всё, чем занималась его однокласница Мона Мегистус. Однако, возможно, именно в этот раз она действительно оказалась права. Может Тарталья и впрямь «его человек». — У тебя хорошие родители. — Замечает вскользь, пока они с Чайльдом курят на балконе, болтая о всякой ерунде. Точнее, курит то как раз Аякс, а Чжун Ли, стоя рядом, то и дело заходится кашлем от попадающего в горло дыма. — Ну, это да, семья у меня крутая, хоть и немного с ебанцой. Но ты тему не переводи и давай-ка пиздуй отсюда, зай. А то кашляешь уже, как дед старый. Тарталья, улыбнувшись, аккуратно выпихивает возлюбленного обратно в квартиру. — Пассивные курильщики тоже страдают от рака лёгких, так что не выёбывайся мне тут. — Кричит вслед недовольно бурчащему брюнету, закрывая балконную дверь. Этот новый год обещает быть запоминающимся для них обоих. Нет, он просто «обязан» таким стать. А вот в хорошем, или же плохом смысле, пусть уже решают звёзды.

×××

— Внимание, вопрос: как намекнуть человеку на секс, не намекая ему на секс? Скарамучча прыснул смехом, слегка недоумевающе глядя на Кэйю. — Нашёл у кого спросить. Мы с Мучачей тут тебе не гуру секса. А если и так, то он это очень тщательно скрывает. Мона пожала плечами, загадочно улыбнувшись Альбериху и отпила немного шампанского из бокала. — Да блять, вы же три года вместе! Неужели Скарик тебе так и не дал? — Кэйа понял, что тут ему совета точно не дадут, однако возможности подколоть Сказителя упустить не мог. — А вы часом не охуели, черти?! — Взорвался Скарамучча, недовольно скрестив руки на груди и нахмурив брови. И если к постоянным "шуточкам" Моны он уже успел привыкнуть, то Кэйе подобную наглость с рук спускать не собирался. — Не злись, мы любя, мышонок. Мегистус приобняла злого, как стая голодных собак, парня за талию, лишая того последней возможности набить Альбериху морду. — Шутки шутками, а вопрос то никуда не делся. — Напомнил возлюбленным о своём присутствии Кэйа, лениво потягивая принесённый на кухню виски. — Просто возьми и скажи ему это прямым текстом, а не намекай миллион лет. Ответ всегда лежит на поверхности, проблема только в том, что ты его не видишь. — А ты, я смотрю, превращаешься в философа, когда выпьешь. — Ухмыльнулся было Кэйа, однако Мона быстро его осадила. — Нет, просто я смотрю в будущее, чтобы строить свои отношения долгими и крепкими, а ты даже, банально, поговорить со своим хахалем о сексе не можешь. Кэйа хочет ответить ей что-то грубое и резкое, хочет доказать, что Мегистус глубоко заблуждается на его счёт, но всё же молчит. Потому что в глубине души сам понимает: она права. И какой бы странной и чудаковатой он её не считал, всё же, стоит признать: Мона восхитительно читает людей. То ли дело в этой её астрологии, то ли в том, что она просто тонко чувствует чужие эмоции, знает психологию и умело этим пользуется, однако подобные замашки девушки действительно производили впечатление. — Эй, ребята, вы случайно не видели Венти и Дилюка? Уже пол часа найти их не могу. В комнату вихрем залетает Эола, прерывая их неловкую беседу. Однако Кэйю её слова волнуют мало. Дилюк часто куда-то внезапно пропадает и так же внезапно возвращается, как ни в чём не бывало — не стоит за него волноваться. Да и Мона только что подкинула ему куда более интересную пищу для размышлений.

×××

— Поебёмся? Его голос звучит так спокойно и тихо, что по коже табуном бегут мурашки. Оказывается, Дилюк может быть весьма соблазнительным, если выпьет. Лицо Венти заливает густой румянец, а дыхание становится чаще, когда чужие руки обвивают тонкую талию. Он и подумать не мог, что все может обернуться именно так. Нет, этого определённо не должно было случиться...