В Майами всегда солнечно

      — Подъём, — сорвав одеяло со спящего Майами, произнёс Рик.       Морти поморщился и на автомате начал искать предмет для укрывания. Севший на угол большой кровати Санчез толкнул внука и, когда тот, борясь со сном, открыл один глаз, включил со своих часов перед ним голограмму его расписания.       — Понятия не имею, что ты там сделал, но я хочу, чтобы ты продолжал.       — Ты о чём? — не понимая, что от него хочет мужчина, протёр глаза Майами.       Нажав на один из блоков записей, Рик открыл заметку с картой, отражающей адрес гостя:       — Помнишь того богатея из безвкусного витиеватого дома с позолоченными окнами? — Морти бросил взгляд на блестящие часы фиолетового цвета и хмыкнул. Кто бы ещё говорил об отсутствии вкуса.       — Не помню, — Морти соврал. Он прекрасно помнил его. Рик, предложивший ему содержание.       Не то, чтобы такие предложения были редкостью в жизни сотрудников эскорта. Но сумма, предложенная мужчиной, не выходила у него из головы. Этой оплаты хватило бы на самостоятельную жизнь с лихвой. Более того, ему бы даже не пришлось менять образ жизни.       — Чиновник, снимал тебя две недели назад на всю ночь, — цыкнув, протараторил Рик.       — Всё ещё ничего не говорит, — вставая с кровати, вновь соврал Морти.       "Проснулся всего 5 минут назад, а уже напиздел дважды, — пронеслось в голове. — Возможно, развивается патологическая ложь?"       — Собирайся, через 4 часа за тобой заедет водитель. Вернёшься завтра утром.       Кивнув, Морти отправился в ванную комнату. Ему предстояла долгая подготовка. Чем дороже был клиент, тем дольше Майами приходилось торчать в ванной комнате перед выходом. Ради обычных клиентов Рик не заставлял Морти особо напрягаться. "Они все, скажу тебе так, Морти, они все не имеют значения. Имеешь значение только ты, моя звезда, и твой комфорт", — отмахивался от переживаний Майами, когда какой-то обычный Рик, заплативший минимальную ставку, хотел снять неподготовленного Морти. "Ну повоняет немного, знают, на что идут, ступай, работай и принеси дедушке немного денюжек, — пожимал плечами Санчез и, подумав, всегда добавлял, — и повеселись". Но если дело касалось дорогих клиентов, Рик первоначально проверял каждый сантиметр тела Майами. "Это что, родинка? — тыкнул он на коричневую еле заметную точку на заднице Морти. - Иди замажь пока, завтра удалим". "Что с твоими волосами? Новый шампунь? Ужасно. Перемой со старым". "Пиздюк, это что за ногти? Я понимаю, что для тебя эта роль неестественна, но в брони русским языком написано... да-да, не закатывай глаза. Иди, стриги. Завтра сделаешь новые."       Майами проскользнул во входную дверь. Подходя к машине, он прищурился, приподняв очки. За рулём сидел очередной совершенно типичный Рик, ничем не отличавшийся от прошлого водителя.       — Добрый день, мистер Мортимер, — произнёс мужчина, когда Майами закрыл за собой дверь и пристегнул ремень безопасности.       Взглянув на запястье заводящего машину Рика, Майами увидел уже знакомую татуировку с номером измерения. Кровь застыла, а дыхание спёрло. Пытаясь освободиться от ремня безопасности как можно быстрее, мальчик, заикаясь, произнёс нечто не несущее никакой информации:       — Сто... подожд... оставил дома... сейчас, сейчас вернусь.       Ничего не отвечая, водитель заглушил двигатель. Практически вывалившись из машины, Майами пулей пролетел в дом и, не сбавляя темпов, через несколько секунд уже открывал дверь в кабинет Рика.       — И что это за хуйня, пиздюк? — оторвавшись от бумаг, спросил мужчина. — С каких пор мы заходим без стука?       — Я же попросил, блять, поменять мне водителя! — Майами чувствовал, как воздух заканчивается, а новая доза предательски не хотела проходить через сжатую гортань. — Почему там тот же?       — А, — понимающе кивнул мужчина, — забыл тебе сказать. Извини.       Даже извинения звучали из его уст с таким особым тоном, показывающим собеседнику, насколько мало он сожалеет на самом деле.       — Мы поговорили с ним, и он пообещал, что больше такого не повторится, — продолжил Санчез. — Мог бы просто ему отказать.       — Но ты же говорил... — вспоминая обещания деда о лёгкости замены водителя, в груди неприятно закололо. С чего Майами вообще решил, что Санчез не заберет назад свои слова и в этот раз?       — Слушай, — его голос заметно изменился, заставляя Морти вздрогнуть, — ты думаешь, что найти хорошего водителя так легко? Ты знаешь, сколько из уродов отбивают наши пороги, рассказывая о своих качествах и желании работать, на самом деле лишь мечтая подобраться к тебе, чтобы вывезти куда-нибудь подальше?       Морти вздрогнул вновь.       — А может и не вывезти. Может просто трахнуть где-то между домами, а потом выкинуть твоё хладное тельце в мусорный бак, — мужчина вновь надел очки, показывая желание вернуться к расчётам. — Он пообещал, что больше не будет к тебе подкатывать. Тоже мне, цаца нашлась. Дорогущий билет подарили и сделали комплимент, велика проблема.       Подавляя в себе слёзы, которые вполне могли разрушить макияж, Майами, ничего не ответив, направился к выходу из кабинета.       — Да многие Морти убили бы, чтобы оказаться на твоём месте. За всё это внимание и любовь, что он получает. А ему ещё не нравится, — больше себе, нежели внуку, произнёс Санчез. Морти усмехнулся и закрыл за собой дверь в кабинет.       — Видимо, я — не многие, — себе, нежели деду, прошептал Майами.       Гнетущая тишина в машине заставляла Морти вжиматься в сидение всё глубже и глубже.       — Приехали, мистер Мортимер, — нарочито холодно произнёс водитель.       Ничего не ответив, Майами отстегнул ремень безопасности и попытался открыть дверь, только чтобы понять, что та закрыта.       — Спасибо, Ричард, — изменённым голосом произнёс мужчина, выжидающе посмотрев на Морти.       — Спасибо, Ричард, — сглотнув подступающий ком, повторил Майами.       Характерный щелчок оповестил Морти, что он свободен. На столько, на сколько может быть свободен сотрудник эскорт-услуг. Поспешно выйдя из машины, Майами засеменил в сторону уже знакомого дома, понятия не имея, как завтра ему возвращаться к провожающему его взглядом через опускающееся стекло мужчине.       — Открой, — мужчина надавил пальцем на подбородок Майами, на что тот послушно раскрыл рот, вытащив язык. Спустя несколько секунд его лицо было покрыто белесым семенем клиента.       — Подожди, сейчас, — пытаясь отдышаться, откинулся Рик. Лениво перевернувшись, он протянул руку и выдернул из коробки бумажную салфетку. — Держи.       Всё это время послушно сидевший перед ним на коленях Морти, будучи не в состоянии открыть глаза, практически на звук определил местоположение руки и, взяв предложенную салфетку, вытер лицо.       — Благодарю вас.       — По-моему, мы договорились, что общаемся на ты, нет? — укладываясь на кровать, спросил Санчез.       — Да, всё верно, извини, — кивнул Майами, забираясь под одеяло рядом.       — Не надо извиняться, не за что, — отмахнулся мужчина. — Ну, разве что...       Его лицо озарила лукавая улыбка. Морти напрягся, вопросительно уставившись на собеседника.       — Разве что за то, что держишь меня так долго в ожидании, — полностью повернувшись к Майами, сказал Рик. — Мог бы сказать сразу, но я решил дать тебе поиграть в твою игру.       Майами игриво улыбнулся, прекрасно понимая, о чём говорит Санчез. На самом деле, не было никакой игры. И не было плана держать клиента в неведении. Правда в том, что он сам понятия не имел, что ему говорить. Прошлый опыт научил Майами не мечтать о возможности избавиться от своего Рика, а вместе с ним и от своей незавидной участи.       — Вижу сомнения на прекрасном личике, — Морти осознал, что молчал слишком долго и, пытаясь скрыть смущение, вновь улыбнулся. — Ну же, не надо стесняться. Я же всё понимаю. Страшно менять что-то в жизни и уходить в неизвестность.       — Конечно, вы всё правильно говорите, и... — поняв, что вновь обратился на вы, Майами остановил себя.       — Не нужно этой шлюшьей дипломатии, Майами, — закатил глаза Рик. — Ну же, подумай сам. У меня нет никаких скрытых мотивов, обещаю. Мне просто хочется, чтобы ты был доступен всегда, когда мне это будет нужно. Можешь жить здесь, хочешь, могу снять тебе свою квартиру. Будешь звать туда друзей, жить самостоятельно, а когда ты будешь мне нужен, я буду посылать за тобой водителя. Нормального.       Морти взглянул на мужчину и, увидев его пристальный взгляд, как можно менее заметно сжал в руках одеяло. Не позволяя себе расслабиться, Майами было спросил:       —ьЧто значит норма...       — То и значит, пиздюк, — прервал его собеседник. — Нормального. Который не будет покупать тебе дорогие билеты и закрывать в тачке.       — Но откуда вы...       — Хочешь, наймём Рику? Или абсолютного гетеросексуала? А можем нанять Рику-лесбиянку, таких пруд пруди. — начал сыпать предложениями Санчез, как менеджер по продажам за день до закрытия квартала.       Всё ещё ошарашенный, Майами не мог выдавить из себя ни слова. Если бы его дедушка увидел, как легко клиент вывел его из равновесия, то наверняка дал бы размашистую двойную пощёчину, предварительно поправив свои перстни.       — Не надо так на меня смотреть, — видимо, глаза Майами округлились ещё больше. — Я чиновник, Смит. Знать всё, что мне нужно знать — плюс моей работы.       Морти отвёл взгляд от мужчины. Мозг упорно прокручивал последнюю попытку побега и настоятельно рекомендовал дать традиционно заученный отказ. Но необходимость возвращаться в машину к водителю словно не позволяла высказать то, что крутилось на языке.       — Я в душ, — видимо, устав ожидать, сказал мужчина. — Когда вернусь, хочу, чтобы ты дал мне ответ.       Оставшись наедине со своими мыслями, Майами чувствовал, как сомневается всё больше и больше. Возможность изменить свою жизнь грела душу и одновременно пугала, поскольку не все изменения были хорошими. Вообще, всё то время, что Морти прожил на этой и других планетах, ясно его научило: хорошее - это вообще не про него. Видимо, он не заслуживает хорошего. Не заслуживает спокойной жизни. Не заслуживает, чтобы всё хоть иногда было так, как хочет он. Не заслуживает хоть изредка видеться с друзьями вместо постоянных неловких отмен. Не заслуживает полноценных выходных. Не заслуживает нормального водителя. И не заслуживает, чтобы его мнение и чувства хотя бы изредка учитывались.

***

      — Пропусти меня, недо-Рик, — пытаясь пробиться к двери, огрызнулся водитель. — Время уже закончилось несколько часов назад. Морти пора домой.       — Настоятельно прошу вас покинуть территорию, — спокойно, всё ещё не пропуская взбудораженного мужчину, повторила заученную мантру охраница.       — Ты хоть знаешь, кто его босс? — будучи не уверенным, кто важнее — мистер Майами или пресловутый чиновник со здоровенным особняком, всё же пошёл на риск Санчез.       — Не интересуюсь Морти, — ответила Рика. Мужчина заметил появившийся в её руке шокер. — Так или иначе, он больше не работает на вашего начальника, и вам придётся уйти.