В Майами всегда солнечно

      Майами, наверное, так и простоял бы день, облокотившись на холодную дверь, если бы голос его истинной причины нелюбви к Рикам не заставил его вздрогнуть.       — Морти? — донеслось из рабочего кабинета.       "А кто же ещё это может быть?" — подумал про себя Майами, искренне не понимая, кого Рик ожидает увидеть в своём громадном коттедже, оборудованном несколькими этапами охраны, словно Зона 51 в день её предполагаемого штурма. Но в ответ Майами лишь крикнул:       — Да, я, — и направился к лестнице с чётким намерением встать под душ и смыть с себя всё произошедшее.       — Подойди сюда, пиздюк, — доносящиеся слова вынудили его развернуться и зайти в злополучный кабинет.       Сидевший за письменным столом Санчез, как обычно, перебирал какие-то бумажки. Для многих его бизнес выглядит как весёлое времяпрепровождение в окружении Морти и бескрайних морей выпивки. Но на самом деле непозволительно большую часть времени он проводил в компании расчётов, таблиц и документов, при этом уделяя развлечению вопиюще малую для Рика часть жизни. Майами пришёл к умозаключению, что, когда все страдания, через которые проходят он и другие Морти, представлены для тебя лишь в виде цифр в огромной череде таблиц, ты волей не волей перестаёшь воспринимать происходящее как нечто реальное и травмирующее, а больше думаешь об этом как о чем-то виртуальном и бюрократическом. Насколько была верна такая логика, Майами наверняка не знал, но такие мысли помогали ему подавить в себе пугающие его самого желания и положить кухонный нож, который он использовал для нарезки сэндвичей в ночи, на место.       — Что такое? — Морти прислонился к дверному косяку двери.       — Завтра у тебя выходной, — произнёс мужчина, оторвавшись на секунду от бумаг, чтобы устремить свой взор на стоявшего в дверном проёме внука.       — Спасибо, — отрешённо сказал Майами, всё ещё мысленно находясь в той машине.       Убедившись, что Рик наверняка уехал в клуб, перед этим неловко встретившись с приехавшим за ним водителем, смущенно отведшим взгляд, когда Морти отважился мимолетом посмотреть на него, Майами поднялся в свою комнату и достал из-под подушки прототип портал-пушки. Собравший её по украденным у дедушки запискам Умный Морти, как его называли остальные, Мо - для Майами и Очкарик для Риков, раздал её знакомым Морти и время от времени давал разлитую в маленькие баночки для Сычуаньского соуса, на синтезирование которой скинулись всей Цитаделью, портальную жидкость. В их положении заветная зелёная жижа была на вес золота — возможность передать её выпадала крайне редко, а расходы при неэкономном использовании были просто ужасающие. В первые разы, выросший в семье среднего класса, а после занявший положение высшего класса в Цитадели, Майами умудрялся тратить выделенную на 4 месяца баночку за неделю, абсолютно не понимая базовые принципы экономии. Поначалу ограничивать себя было достаточно сложно, но после Смит привык и даже составил расписание миролюбивых путешествий, которые всё же иногда нарушались из-за неожиданно появившихся дорогих клиентов.       Набрав родное сочетание букв и цифр, Майами открыл портал и, шагнув в него, оказался у входа в собственный дом. Окружавшие его пальмы и висевший на окне комнаты Саммер сине-фиолетовый флаг подтверждали верность введённого измерения.       Если бы Морти платили каждый раз, когда он попадал не в те измерения, он бы, наверное, уже давно стал миллионером.

***

      — Какого... — неизвестный Морти замер, увидев в своей комнате свою выкрашенную в блондинистый цвет копию.       — Ой, я ошибся измерением? — Майами посмотрел на экран портал-пушки. С-96. — Блять, извиняюсь, ха-ха, боже, хорошо, что я не застал тебя ни за чем, да?       Попытка разрядить обстановку не увенчалась успехом, и словно замороженный от испуга житель измерения, наконец, смог выдавить из себя:       — Р-и-и-и-к, — в конце его голос сорвался на неестественно-высокий писк, и он продолжил сидеть, испуганно уставившись на Майами.       — Прости, у тебя какая-то тяжёлая история? Я ничего тебе не сделаю, я про...— начал успокаивать его Морти, пытаясь перебить номер измерения, в то время как пушка продолжала сбрасывать номер Цитадели, как неверно введённый.       С пистолетом в руках в комнату вбежал Рик и, бросив взгляд на своего Морти и убедившись в его сохранности, перевёл внимание на незваного гостя.       — Какого хуя, Рик? — наконец спросил начатое Морти, забежав за появившегося спасителя.       — Забей, пёс, — рявкнул тот и направил пушку на Майами.       — Да блять, — разочарованно закричал Майами, когда у него под ногами наконец появился портал, и он, провалившись в него, избежал предназначавшейся для него пули.       Оказавшись в своей комнате, он почувствовал ложное ощущение безопасности, которое было разбито успевшим запрыгнуть в портал Риком.       — И нах-э-уй ты, жёлто-футболочный, припёрся к нам? — спросил тот, направив на Морти пистолет.       — Я-я просто перепутал измерения, вы в измерении C-96, а я... — в этот момент Майами остановил себя, вспомнив главное правило его дедушки.       — И-и хули мне теперь прикажешь делать? — Санчез отпустил оружие, но всё ещё не убрал палец с курка, не позволяя Майами предпринять попытки к бегству. — Мой Морти нихуя про это всё не знает.       Он обвёл рукой комнату. "И нахуй он тогда тебе нужен?" — подумал про себя Морти, поймав себя на мысли, что со временем начал думать, как Рик.       — Хочешь спросить, нахуй он тогда мне нужен? — дословно процитировал его мужчина, довольно улыбнувшись, увидев удивление на лице мальчика. — Вы все задаете один и тот же вопрос. Мне нужен напарник и послушный инструмент на долгие времена, а не социопат с переломанной психикой, который не протянет и до восемнадцати, либо наложив на себя руки, либо померев в очередной перестрелке. С тем, как большинство считающих себя гениями идиотов себя ведут, психически здоровые Морти станут на вес золота и будут продаваться на аукционах.       "Звучит как что-то, на чём начал бы зарабатывать Рик", — отметил про себя Майами и, чувствуя явное снижение напряжённости ситуации, решил начать переговоры.       — Слушай, я правда не знал, и...       — Ладно, — отмахнулся Санчез, — подотру ему память. А теперь открой своему альте-э-э-рнативному дедушке портал.       Майами начал набирать номер измерения на портал-пушке, которая, как и любая подделка, не отличалась надёжностью, то и дело глюча в процессе введения измерения.       — Блять, дай я сам, — выхватил у него пушку мужчина, — блять, что это за дерьмо, ни один Рик не сделал бы тако...       К сожалению, прийти к логическому умозаключению этому Рику было не суждено, поскольку ворвавшийся в комнату С-69, в отличии от его зеркального сородича, стреляет без предупреждения и проверки своего Морти.       Мёртвое тело упало, и Майами, пытаясь совладать с эмоциями, наигранно безразлично произнёс:       — Мне теперь нужен новый ковёр, — вероятность, что Рик догадается о происхождении пушки и причине появления левого Санчеза в его комнате, была столь же высока, сколь вероятность избалованной дочки бизнесмена вырасти инфантильной дурочкой с комплексом принцессы.       — Ты жив, звезда моя? — он использовал это характерное только для их пары прозвище в минуты пика заботы и переживания о Майами.       Тот беззвучно кивнул.       — С-супер, б-береги себя, пиздюк.       Почему-то не ставший задавать вопросы Рик покинул комнату, оставив Морти один на один с бездыханным телом. Колба с жидкостью была пустой.

***

      — И потом твоя мать говорит, — Джерри С-69 выпрямил спину, приготовившись пародировать жену, — "Либо этот отдых был для нас бесплатным, либо тот, кто нужно, узнает о происходящем".       Майами залился смехом и, посмотрев на маму, уточнил:       — А что значит "тот, кто нужно"?       — А мне почем знать, — отмахнулась женщина, придавая своим ответом ещё больше комичности ситуации.       Наконец, встав из-за стола после длительного ужина, члены семьи начали относить приборы на кухню.       — Возвращайся, придурок, — выпалила Саммер, как только они остались одни, собирая оставшиеся тарелки.       — С чего такая забота? — недоверчиво спросил Майами, улыбнувшись. О возвращении и речи быть не могло. Он не имел право ставить свою семью под потенциальный риск быть убитыми вместе с ним в припадке Санчезского гнева.       Если бы Морти затерялся в Цитадели — он бы не стал его искать. Если бы тот отказался работать — он, бросив его в подвал, всё ещё приносил бы ему еду. Но если Майами сбежит от него к семье, то Джерри был бы первым, чью голову нашли в мусорном контейнере недалеко от дешёвой забегаловки, в котором, в силу локации, бывали вещи и похуже.       — Родители очень скучают, а ещё я стала пиздато-чуткой в этих отношениях, — пояснила Саммер, а после, поняв, что её брат никогда не купится на это, продолжила, — а ещё они перенаправляют всю свою опеку на меня. А я не хочу отчитываться, куда я иду, я хочу ходить в лесбийские клубы и танцевать под Girl in Blue.       — А вот это больше похоже на мою сучку-сестру, — улыбнулся Майами, получив улыбку в ответ, — я не могу, Саммер. Мне нужно быть с Риком.       — Ты не можешь всю жизнь прогибаться под него, — с шумом поставив собранные тарелки на стол, ответила девушка, наклонившись к Майами и заставив его рефлекторно сжаться. — Либо ты не видишь, что он высасывает из тебя жизнь, либо ты не желаешь этого видеть. Так или иначе, ты самый настоящий идиот, братик.       — Не то, чтобы давя на меня, ты переманиваешь меня на свою сторону, — залепетал Морти, всё же отходя назад.       Саммер всегда пугала его. Пугала своим непредсказуемым поведением. Пугала вспышками агрессии. Пугала тем, что она всегда видела, что происходит. Пугала своей Риковостью. Иногда Морти казалось, что все эти истории Риков о мозговых волнах — бред, скормленный Смитам, чтобы те, жалея гениального дедушку, из раза в раз отправлялись с ним в путешествия. На самом деле, Саммер, намного лучше подходящая для роли партнёрши по приключениям как в опасные миры, так и в мир запоя и блуда, не подходила Санчезам не из-за отсутствия магических волн. Она не подходила своим характером, потенциальной возможностью услышать отказ, умением постоять за себя. Морти был уверен — если бы Рики не боялись, что в один прекрасный день после очередного эксперимента над собой Саммер пристрелит их, как только те отвернутся, а после, растворив их тело, не вернётся за семейный стол, они давно бы выбрали рыжую девчонку, а не вечно ноющих внуков. И, самое главное, Саммер до усрачки пугала его тем, что, несмотря на это, всё ещё молчала и не рассказывала никому ничего, а просто смотрела на тебя таким взглядом, чтобы ты знал, что в её черепушке хранится секрет, который ты захочешь унести с собой в могилу.       — А я и не собираюсь тебя никуда переманивать, больно ты мне нужен, — фыркнула девушка и, бросив взгляд на дверь, несколько тише произнесла, — но если твоё тело однажды найдут за дешёвым мотелем, папа этого не переживёт. А если это не переживёт папа, то не переживёт и мама. И тогда я воскрешу тебя и убью. Хватит вести себя, как сраная принцесса. Дай ему отпор.       Майами инстинктивно поморщился, понимая, что это звучит как вполне себе возможное развитие событий. Потенциальная возможность быть найденным в мусорном баке мотеля — это не та смерть, которая могла с ним произойти. А вот откинуться на дорогих покрывалах консулов звучало как что-то вполне ожидаемое.       — Дети, — в комнату завалился Джерри, заставив Майами вздрогнуть, — мне кажется, время настольных игр.       Морти кивнул и уселся за стол. Пожалуй, он может позволить себе ещё немного времени провести в доме.

***

      — Р-рик, — появившийся в комнате мужчины Морти застыл и, переминаясь с ноги на ногу, бегал глазами по помещению, стараясь не встречаться глазами с собеседником.       Возможно, у Майами нет смелости уйти от Рика. Возможно, у него нет смелости отказаться делать то, что он хочет. Возможно, в душе Морти трусливый и мягкий, но в глубине души он ещё трусливее и мягче. Именно поэтому каждый раз, когда ему было что-то нужно, он приходил к Рику прямо перед сном. Снявший все свои крутые одеяния, утонувший в мягких перинах, он почему-то становился более сговорчивым. Увидев в его руке бокал вина, Морти понял, что момент просто создан для мелких просьб.       — Тебя убили? — недовольно оторвался от своего телефона Санчез, посмотрев на Морти.       Майами не был из тех Морти, кто отвечает на риторические вопросы. Он, проигнорировав недовольный вздох мужчины, продолжил то, за чем пришёл:       — Я хотел попросить тебя, — внутри всё сжалось, — может, можно поменять водителя?       — А этот чем тебя, блять, не устроил? — всё, что можно было, сжалось ещё сильнее.       — Он, — всё, что нельзя, тоже сжалось, — вроде как звал меня на свидания.       — Если хочешь - иди, — цыкнув, сказал Рик, — я же твой дедушка, а только после этого начальник. Поэтому, как любой любящий дедушка, я разрешаю тебе трахаться с кем угодно в нерабочее время. Кроме бюрократов. Пусть платят, придурки.       — Нет, я не хочу! — воскликнул Майами, заставив Рика отставить бокал вина. — И он расстроился, и мне страшно садиться к нему в машину, и ещё...       — Отставить истерики, — Морти замолчал, услышав властный низкий голос. — Я разберусь, хорошо?       — Спасибо, Рик. Майами поспешно покинул комнату и, закрывая дверь, услышал:       — Не за что, принцесса.