Игры с оружием

      — Ты не отвечал и я забеспокоился, вдруг ты ранен или мёртв, — тихо оправдался Стефан.       — Не было ни времени, ни возможности, — объяснил Дэймон. Он тяжело вздохнул и потёр переносицу, — это определённо самая милая и безрассудная вещь, которую ты когда-либо делал.       Теперь, когда Стефан убедился, что его брат в порядке, он начал думать об угрозе выдрать его посреди лагеря, если он когда-либо приблизится к армии. Стефан неловко поёрзал и оглядел мужчин, окружающих их.       Он нервно облизнул губы и взглянул на брата:       — Прости, я не мог смириться с мыслью, что ты погиб.       Он наблюдал за эмоциональной борьбой, разыгравшейся на лице Дэймона.       — Ты помнишь, что я говорил тебе, произойдёт, если ты вступишь в армию? — наконец спросил Дэймон.       Стефан нервно, краем глаза, наблюдал за некоторыми зрителями.       — Я не вступил в армию, — возразил Стефан, — я тебя искать пришёл.       Он вздрогнул от неожиданности и покраснел от смущения, когда Дэймон схватил и потянул его за ухо, трижды ударив по заднице, прежде чем повести через весь лагерь. Стефану хотелось провалиться сквозь землю от унижения. Он слышал, как некоторые свидетели посмеивались.       — Дэймон, — заныл Стефан.       — Помолчи! — рявкнул Дэймон. Он не отпускал ухо младшего всю двухмильную прогулку до своего подразделения. Когда они добрались до туда, старший затащил его в одну из стоящих в ряду белых палаток.       Дэймон вынул из сундука со снаряжением армейский ремень и бросил его на койку, притянув Стефана, не сомневающегося в том, что должно произойти, ближе. Парень метался между облегчением от того, что Дэймон в действительности не собирался наказывать его перед всем лагерем, и смущением от того, что все мужчины вокруг всё равно всё услышат.       — Посмотри на меня, — приказал Дэймон.       Стефан нерешительно поднял взгляд на брата.       — Я понимаю, что ты волновался. На твоём месте я бы тоже забеспокоился, но ты должен научиться думать, прежде чем делать. Ты подверг себя серьёзной опасности.       — Я подумал! — запротестовал Стефан, — я тщательно всё обдумал и решил, что это того стоит. Что, если бы ты был одним из тех умирающих людей там, снаружи?       Стефан глубоко вздохнул в попытке успокоиться.       — Это не стоило того, чтобы рисковать своей жизнью тоже! — повысил голос Дэймон.       — Ты сделал бы тоже самое ради меня, будь всё наоборот. Я не буду за это извиняться! — вызывающе ответил младший.       — Справедливо, — кипятился Дэймон, начиная расстёгивать брюки Стефана.       — Ты не заставишь меня передумать наказанием! — возмутился Стефан, оттолкнувшись от брата.       — Неважно, — хмыкнул Дэймон, поймав младшего брата за запястье. Стефан упёрся пятками и попытался вырваться.       — Тогда зачем ты это делаешь? — фыркнул смущённый Стефан.       — Выполняю своё обещание, — сказал Дэймон, притягивая брата обратно к себе. — Однако, поскольку я понимаю твою точку зрения, я выдеру тебя внутри этой палатки, а не снаружи. Продолжишь спорить со мной по этому поводу, и я с радостью перенесу нашу дискуссию на улицу, где все смогут это увидеть.       — Если ты понимаешь мою точку зрения, то вообще не должен наказывать меня, — возразил Стефан.       — Мнение не отменяет того факта, что ты ослушался меня и подверг себя опасности.       Он продолжал развязывать брюки Стефана, пока младший сопротивлялся.       — Стой спокойно! — скомандовал Дэймон, хлопнув брата по бедру.       — Ты ведёшь себя неразумно! — заныл Стефан.       — Мой несовершеннолетний младший брат находится посреди зоны боевых действий с огнестрельным ранением! — прорычал Дэймон. — Я поступаю весьма разумно, идя на компромисс с твоим наказанием. Повторяю, если ты предпочитаешь, мы можем продолжить снаружи.       Стефан съёжился и опасливо отпрянул.       — Это несправедливо! Ты не можешь заставить меня пообещать, что я не буду пытаться спасти тебя!       — Ты прав. Я не могу заставить тебя пообещать это, потому что сам бы никогда на это не согласился, — Дэймон покачал головой и выдохнул, — Стеф, даже если бы ты нашёл меня раненым, ты ничем не смог помочь. Если врачи не смогли бы справиться, то никто не смог. Ты зря рисковал своей жизнью, приехав сюда.       — Не зря. По крайней мере, я был бы рядом с тобой. Никто не заслуживает умирать в одиночестве, — сказал Стефан, кивнув в сторону лазарета.       Дэймон обхватил лицо Стефана и заставил его посмотреть старшему Сальваторе в глаза.       — У меня чуть инфаркт не случился, когда Джеймс сказал где ты и что ты ранен, — сказал Дэймон. — Я наказываю тебя не потому что не понимаю, а хочу, чтобы ты понял серьёзность моих слов. Хорошо подумай, прежде чем снова так напугать меня.       Стефан нахмурился, обдумывая слова Дэймона. Часть его понимала, что он не должен был ослушиваться брата. Но другая часть считала, что он должен присматривать за ним также, как это делает старший.       Руки Дэймона отпустили лицо Стефана. Он сел на койку и стянул брюки Стефана, прежде чем уложить его на колени и снять нижнее бельё, обнажая ягодицы.       Стефан глубоко вздохнул и прикусил губу, почувствовав прохладный воздух обнажённой кожей. Он был полон решимости не проронить ни слезинки. Было достаточно того, что все определённо слышали, как Дэймон отчитывал его, но сейчас им приходилось внимать другим звукам. Последнее, в чём он нуждался, так это чтобы люди услышали, как он плачет.       Стефан дёрнулся, когда Дэймон нанёс первый удар. В этот раз брат явно не собирался его жалеть, нанося сильные и быстрые удары. Стефан извивался и шипел от разрастающегося на заднице огня.       — В следующий раз, когда я скажу тебе держаться от чего-то подальше, ты повинуешься. Понятно?       — Да.       — Да, сэр, — поправил Дэймон.       Если бы Стефан уже не знал, что у него огромные проблемы, то последний комментарий сообщил ему об этом. Дэймон уже давно не заставлял его обращаться к нему уважительно. Его брат настаивал на этом лишь в том случае, когда Стефану требовалось серьёзно подумать о чём-то.       — Да, сэр, — простонал Стефан.       Дэймон неспеша переместился к низу ягодиц. Стефан всхлипывал так тихо, как только мог, уткнувшись в одеяло. Обычно брат не бил так сильно.       Он напрягся, почувствовав, как Дэймон положил ремень на его задницу. Слишком резко, он поднял и с силой опустил его.       Стефан взвизгнул и начал дрыгать ногами, вскоре почувствовав, как Дэймон прижал их своей, чтобы они не мешались.       — Ау-у! — воскликнул Стефан, — пожалуйста, хватит!       — Я больше никогда не хочу ловить тебя на подобных трюках, братишка. Когда я говорю «нет» — тебе же лучше послушать, — продолжал Дэймон.       Лицо Стефана вспыхнуло. Каждый, находящийся поблизости от палатки, наверняка слышал всё, включая лекции и слёзы.       — Я понял! — всхлипнул Стефан.       Его брат продолжал хлестать ещё несколько минут, покрывая каждый дюйм кожи, прежде чем отложить ремень в сторону. Безусловно, это была самая худшая порка за всю его жизнь.       — Тихо, малыш, — успокаивал Дэймон, поглаживая Стефана по спине. — Всё закончилось. Мы ведь не будем повторять это снова в ближайшее время, м-м?       — Н-нет! — прерывисто ответил Стефан, закрепляя это отрицательным кивком и продолжая рыдать в одеяло.       — Ау-у! — возмутился Стефан, когда Дэймон вознамерился надеть брюки обратно. Его кожа полыхала от соприкосновения с грубой тканью. Он протянул руку назад, чтобы отодвинуть запястье Дэймона.       — Тиш-ше. Ладно, потом, — успокоил Дэймон. Он приподнял Стефана и усадил к себе между колен.       Младший уткнулся лицом в плечо Дэймона. В данный момент, Стефана не особо волновало, что он слишком взрослый для подобных нежностей. Это были слишком долгие и тяжёлые дни, он нуждался в утешении. Эмоции наконец позволили ему избавиться от чувств по поводу увиденного поля боя, своего ранения и отсутствия рядом Дэймона в течение нескольких месяцев. Старший брат провёл рукой по волосам, а другой погладил по спине.       Когда он всё-таки затих, Дэймон поднял его и Стефан поспешил вытереть лицо рубашкой, уверенный, что выглядит просто отвратительно. Он следил, как Дэймон взял сумку с изножья своей кровати и достал из неё что-то запакованное.       — Я знаю, что ты не завтракал и, должно быть, умираешь с голоду. Это не самая вкусная еда, но вокруг больше ничего нет, — сказал он, протягивая половину Стефану.       Младший поморщился, вгрызаясь в твёрдую пищу.       — Я о том же, — сказал Дэймон. Он протянул руку и положил её на голову Стефана. — Клянусь, я уверен, что ты вырос на два дюйма в моё отсутствие. Ты почти моего роста.       Стефан слегка улыбнулся и шмыгнул носом.       — Мисс Нетти дважды перешивала мне брюки этим летом.       Дэймон улыбнулся в ответ.       — Не хочешь вернуть их на место? Здесь не так уж много личного пространства. Я делю эту палатку с ещё одним мужчиной и не уверен, что он не вернётся скоро.       Стефан смущённо кивнул. Дэймон осторожно помог ему натянуть нижнее бельё и брюки, которые младший застегнул самостоятельно.       — Ляг и отдохни.       Стефан послушно опустился на живот. Старший наклонился и посмотрел ему в глаза.       — Ты остаёшься здесь до вечера, только если не захочешь в туалет, — строго сказал Дэймон, — начиная с завтрашнего дня, ты всегда должен быть в поле моего зрения. Без моего позволения, не отходишь от палатки дальше, чем на десять футов.       Стефан хотел возразить, но приподнятая бровь Дэймона заставила его стремительно передумать. Дэймон поцеловал его в макушку, прежде чем подняться.       — Мне нужно работать, я вернусь вечером. Не забывай о том, что я сказал, — предупредил он.