Игры с оружием

      Стефан фыркнул и перевернулся на бок. Он кипел от зависти, прислушиваясь к бормочущим голосам за пределами палатки. С его несанкционированного побега в бар, Деймон заставлял его рано ложиться. Он даже не мог улизнуть, потому что старший всё время следил за ним. Стефан ненадолго задумался о том, чтобы взбунтоваться, но решил, что на самом деле не хотел, чтобы сосед Дэймона по палатке стал свидетелем очередной ругани. Или ещё хуже.       Его тело напряглось, когда он услышал, как Дэймон вошёл через полог палатки, и он решительно перевёл взгляд на пламя, мерцающее в фонаре у кровати. Просто потому, что он был вынужден делить постель со своим братом, не означало, что он должен признавать существование оного. Дэймон сел на край койки и стянул ботинки.       — Только разведчики предупредили, что в этот район движутся войска Союза. Не высовывайся из лагеря. Я не хочу, чтобы ты уходил один ни по какой причине. Даже для того, чтобы принести воды.       Стефан продолжал угрюмо молчать.       Дэймон отчаянно вздохнул, поинтересовавшись:       — Долго будешь обижаться?       — Долго будешь продолжать обращаться со мной, как с ребёнком? — парировал Стефан.       Дэймон слегка шлёпнул его по бедру через одеяло.       — Когда я буду уверен, что ты не будешь вести себя словно неразумное дитя, я перестану обращаться с тобой, как с ребенком.       Не получив ответа, Дэймон снова вздохнул и лёг рядом со своим младшим братом.       — Если ты сделаешь то, что я сказал, и останешься рядом на пару дней, я отстану от тебя. Я знаю, что сейчас я не самый твой любимый человек, но мы в весьма опасной ситуации. Я предпочел бы видеть тебя злым и живым, чем мёртвым, потому что я не сделал всё возможное, чтобы уберечь тебя.

* * *

      Дэймон сдержал обещание, но Стефан по-прежнему был раздражён. И гложущий голод ничуть не помогал его настрою. Солдаты съели все запасы продовольствия в городе, и теперь сидели на строгом пайке. Пару дней назад Дэймон собирался купить немного колбасы у маркитантов, но передумал после того, что случилось с другими солдатами. Четверо мужчин разделили стоимость сосиски только для того, чтобы обнаружить, что мясо было кошачье.       Стефан оторвался от своего дневника, стоило Дэймону войти в палатку. Озабоченное выражение исказило лицо его старшего брата.       — Что случилось? — спросил Стефан.       — Солдаты Союза находятся примерно в миле отсюда. Мы готовимся к бою.       Дэймон скрестил руки на груди и внимательно посмотрел на брата.       — Мне не нравится выражение твоего лица, — нервно сказал Стефан.       — Я раздумываю, стоит ли мне привязать тебя к столбу палатки.       Мальчик медленно пополз назад на койке.       — В этом нет необходимости…       Дэймон посмотрел ему в глаза с серьёзным выражением.       — Оставайся в этом лагере и не приближайся к полю боя. Если я не вернусь — найди кузена Джеймса. Если он тоже не вернётся, бери лошадь и езжай домой. Путешествуйте ночью только с пистолетом наготове и следите за солдатами Союза.       Стефан запаниковал и отбросил свой дневник в сторону.       — Нет!       — Да, — твёрдо сказал он, — если я не буду сражаться, меня казнят как дезертира, — Дэймон поцеловал его в макушку.       — Я люблю тебя, малыш.       Стефану потребовалось всё самообладание, чтобы не схватить старшего брата и умолять его остаться.       Он попытался лечь и почитать газету, чтобы отвлечься, но был слишком взволнован, чтобы сосредоточиться. Примерно через час после того, как Дэймон ушел, Стефан услышал рёв начавшейся битвы. Гулкие удары наполнили воздух вместе с быстрой стрельбой. Стефан зажал уши руками, пытаясь заглушить шум. Было достаточно трудно представить, что Дэймон может находиться в опасности, когда он был в Мистик Фоллс. Находясь же рядом во время битвы, основания стали намного более реальными. Он понятия не имел, как идёт бой и жив ли вообще Дэймон, от этого накатывала паника.       После того, что показалось ему вечностью, он вздрогнул, когда кто-то открыл полог палатки.       — Подойдём со мной, — сказал доктор Беннетт, — твоя помощь очень бы пригодилась.       — Но мой брат сказал…       — Не волнуйся, — прервал его доктор, — ты и близко не подойдёшь к месту битвы, зато очень мне поможешь.       Стефан осторожно последовал за доктором Беннеттом в полевой госпиталь. В перерывах между промыванием бинтов доктор обучал Стефана основам медицинской помощи, вроде перевязки ран.       Глаза мальчика расширились, когда он увидел развернувшуюся сцену. Люди валялись на земле и стонали от боли. Один мужчина лежал на временном операционном столе, оборудованном старой дверью, двумя бочками и резиновой тканью. Стефан повернулся в сторону и потерял свой обед, заметив кучу ампутированных рук и ног неподалеку.       — Ты в порядке, ребёнок? — нахмурился доктор Беннетт.       Стефан кивнул и вытер рот.       — Хорошо. Помогай, — сказал он, прежде чем бросить мальчику несколько бинтов.       Стефан старался работать как можно быстрее. Казалось, что кровь была повсюду, просачивалась в землю и текла крошечными реками под его ботинками. Медсёстры приносили новых раненых на носилках быстрее, чем он успевал ухаживать за ними. Спустя несколько часов, его ноги дрожали от усталости, а перед глазами всё расплывалось.       Он был удивлён, когда поднял глаза и увидел Макгаффи, лежащего на операционном столе. Старик кричал от боли, ухватившись за ногу.       — Кости раздроблены, — резюмировал молодой медбрат.       Врач быстро кивнул, а затем медсестра поднесла к лицу мужчины салфетку с хлороформом. Доктор Беннетт приступил к ампутации ноги за короткое время, пока действовал хлороформ. Стефан в ужасе наблюдал, как доктор разрезал ногу массивным лезвием. Он больше не мог смотреть, когда мужчине протянули пилу для костей.       Стефан изо всех сил старался сосредоточиться на других солдатах, а не на том, что делал доктор. Макгаффи был раздражающим и раздражительным, но никто не заслуживал проходить через это. Когда доктор закончил, Стефан вызвался перевязывать мужчину.       Медсестра протянула ему бутылку виски.       — Поите его каждые пятнадцать минут после того, как он очнётся.       Стефан послушно вливал алкоголь в горло Макгаффи в перерывах между осмотром других солдат. Боль в его глазах, когда он проснулся, преследовала. Стефан не был полностью уверен, что мужчина вообще осознавал происходящее.       Наконец, парень заметил не раненых солдат, возвращающихся с поля боя, и начал искать своего брата среди измождённых лиц.       Облегчение нахлынуло на него, когда он, спустя столько времени, заметил Дэймона. Стефан крепко обнял брата, прежде чем отстраниться. У него перехватило дыхание, когда он заметил пропитанную кровью куртку Дэймона.       — Это ведь не твоя кровь? — обеспокоенно спросил Стефан.       Дэймон посмотрел на своего растрёпанного младшего брата.       — К счастью, нет. Я полагаю, что на тебе тоже?       — Да. Прости, я ушёл из палатки. Просто…       — Всё в порядке», — успокоил Дэймон, — это далеко от поля боя, и я горжусь тобой за то, что ты помог.       — …Дэймон? — задумчиво позвал Стефан.       — М-м-м?       — Макгаффи… Он… Потерял ногу.       Дэймон поморщился.       — Пойдём, — сказал он, — теперь этим займутся другие. Тебе нужно немного отдохнуть, — он прижал руку ко лбу Стефана, — чудесно, у тебя снова жар.       Стефан передёрнул плечами, оглядываясь на раненых.       — Могло быть и хуже, — тихо ответил он.       Дэймон привёл младшего к палатке и прихватил ведро.       — Я схожу за водой, сейчас вернусь.       Стефан кивнул и сел на краю койки. Вскоре после этого, внутрь вошёл Уайли и приподнял бровь при виде Стефана.       — Дэймон?.. — неуверенно спросил Уайли.       — С ним всё в порядке, — поспешил уточнить Стефан.       Стоило Дэймону вернуться, оба мужчин обменялись облегчёнными взглядами. Уайли в отчаянии дёрнул себя за волосы.       — Что ж, это однозначный провал, — сказал он.       — Не говори мне об этом, — хмыкнул Дэймон, — видимо, командующие хотят, чтобы эта дурацкая война никогда не заканчивалась, — он повернулся к Стефану и поставил ведро на землю, — раздевайся. Ты не ляжешь в постель в этой грязной одежде.       — Мы проиграли? — нерешительно поинтересовался Стефан.       — Генерал говорит, что это было фиаско, — прорычал Дэймон, — но я не уверен, что концепция победы вообще существует в войне, где обе стороны теряют равноценно.       Стефан послушно снял куртку, пока Дэймон оттирал кровь с его лица. На этот раз он не беспокоился о том, что его старший брат ведёт чрезмерно заботливый.       Когда оба Сальваторе умылись и переоделись в свежую одежду, Дэймон накинул одеяло на плечи Стефана.       — Пойдём посидим у костра, чтобы согреться.       Младший встал и последовал за братом на улицу, приметив мрачную атмосферу среди солдат. Было непривычно тихо, пока мужчины оценивали потери.       Дэймон грел руки над костром.       — Ты в порядке? — мягко спросил он.       — Да, — пробормотал Стефан, — температура меня не особо беспокоит.       Дэймон повернулся, чтобы посмотреть на своего младшего брата.       — Я не это имел в виду.       — Не хочу, чтобы Макгаффи умирал, — печально озвучил Стефан.       Дэймон посмотрел в сторону полевого госпиталя.       — Старик Макгаффи крепкий орешек. С него не убудет.       Стефан недоверчиво посмотрел на своего старшего брата.       — Сестра Дэвидсон говорит, что только половина людей с ампутированными конечностями выживают после своих травм.       Впервые в жизни Стефана, Дэймон не знал, как его утешить. Старший просто смотрел в огонь несколько долгих минут, прежде чем сказать Стефану, что он не прочь перекусить.       Младший потянулся, чтобы схватить Дэймона за руку, прежде чем он уйдёт.       — Я рад, что ты жив, — сказал Стефан, его голос был полон эмоций.       Дэймон улыбнулся.       — Я тоже, братишка.