Я тебя ненавижу.

— Госпожа, господин Хаджиме ожидает вас, — Аяке тихо сообщает Чике о прибывшем человеке. Она понятия не имеет кто это. Но когда в комнату входит человек с уложенными чёрными волосам на правую сторону и золотой серёжкой в левом ухе, она узнает его как «Коко». Чика встаёт с пола и поправляет на себе одежду. Он выглядел очень по-деловому и серьёзно, что неосознанно хотелось подражать. — Есть пара вопросов по делам твоего бизнеса. Нужно его закрыть, — грубо говорит парень без приветствия и поправляет перчатки. Чика кивает и они садятся за журнальный столик. Коко вытаскивает бумаги. — Сано сказал, что выкупил его. — Да, но ты все равно числишься как индивидуальный предприниматель. — Зачем его закрывать? — Я пришёл сюда не отвечать на твои вопросы. Это решение Майки. Чика сначала ничего не подписывает. Привычная злоба подкрадывается издалека, принося с собой горечь. — Побыстрее. У меня куча дел, — Коко достаёт телефон. Когда Чика в последний раз сидела в интернете? Она не была одержимой социальными сетями, но в 21 веке это было какое никакое развлечение, и она чувствовала себя отрезанной от мира. — Вы закончили? — Харучие входит в комнату. — Здесь проходной двор что ли? — злоба Чики доходит до краев воображаемой чаши и медленно начинает переливаться. Капля за каплей. — Типа того, — Санзу улыбается. Без маски это выглядит жутко. К этому нельзя привыкнуть. — Надень маску, пугаешь, — не отрывая взгляд от телефона, говорит Коко. — Я думал, ты любишь мальчиков со шрамами, — Харучие присаживается рядом. — Она ещё не подписала. — В чем проблема? — Харучие обращается к Чике, принимая серьёзный вид. — Почему я не могу владеть бизнесом? — Потому что ты женщина. — Ты что австралопитек? — Хах, чего? — Санзу разваливается на плече Коко. Тот со злобой скидывает его. — Майки попросил. — Я не буду подписывать. Я хочу свой бизнес, — она уже знала эту тропу бесмысленного спора и к чему он мог привести. Тем не менее, противиться себе она не смогла. — Это ты называешь бизнесом? — с усмешкой спрашивает Харучие. — Да, по крайней мере, это чистые деньги. — Но ты не знаешь кто платит. Например, как тогда Майки, — хмыкает парень. Коко закатывает глаза. — Я не буду подписывать, — спокойно отвечает Чика, хотя внутри бушует ураган злости. — Не зли меня, — Санзу снова устрашающе улыбается. — Ладно, это не моя проблема, — Коко складывает бумаги и встает. Санзу с улыбкой достает свою упаковку с таблетками и закидывает себе в рот одну. — Не уходи, Коко. Майки нужно было, чтобы она подписала. Харучие не торопясь убирает таблетки, поправляет жилетку и встает. Все это не нравится Чике. Манджиро в доме не было. И она поняла, что чувствует себя... беззащитной. — Санзу, пусть с ней разбирается сам Майки, — строго говорит Коко. — Нет. Она меня изрядно подзаебала своим характером. Ей сказали подписать, она это сделает. Харучие вмиг оказывается рядом с девушкой и хватает за правую руку. — Давай бумаги. Коко мешкает, но снова опускается на пол, доставая необходимое. — Не дергайся! — Харучие дергает девушку за руку, когда та пытается вырваться. Запястье горит от его хвата, но это последнее что её сейчас волновало. Коко не говорит ни слова. Чика сопротивляется, когда Санзу силой сжимает её пальцы, чтобы та держала ручку. — Ах ты сука! — парень снова дергает руку девушки, так что она падает. — Блять! Санзу с силой приставляет её руку к листу, чтобы она расписалась, и он рвётся от грубой силы. За всем эти молча наблюдал Коко. — Оставь её, — говорит он. — Не лезь! — он резко поднимает девушку с пола и сжимает её тонкие запястья, не в силах ничего ей сделать, скрованный правилами и своей верностью. Она стискивает челюсть от гнева, боли и ненависти. Бешеные зрачки Харучие метаются из стороны в стороны. — Санзу, она всё равно подпишет, — Коко спасает ситуацию. — Я сказал не лезть! — он откидывает девушку с такой силой и она отлетает так, что ударяется об угол дивана. Харучие не обращает и капли своего внимания, и подходит к темноволосому парню. — Тронешь меня – получишь пизды, — безразлично отвечает Коко на столь резкий жест. Санзу вылетает из её комнаты. Коко тоже уходит, ничего ей не говоря. Чика вспоминает, что её сюда привели насильно и так будет всегда.

***

— Ты не подписала, — Сано открывает дверь. Она его ждала, и даже хмыкнула, когда он вошел в предполагаемое ею время. — Да. Я хочу, чтобы у меня было моё дело. Я вложила туда много сил и денег. — Его нужно закрыть, — Манджиро подходит, полностью игнорируя какие-либо доводы. Чика быстро опускает рукава кофты, не желая, чтобы он увидел тёмные следы после Санзу на своих запястьях. Как бы она его ненавидела, все же не хотела, чтобы его снова избивали. Здесь и так достаточно насилия. — Я уже объяснила. — Ты не должна появляться на каких-то бумагах. — Думаешь, меня это волнует? — грубо кидает девушка, поднимая свой холодный взгляд. Манджиро задумчиво прищуривается и улыбается. — Я просто подделаю подпись. — Я и не сомневаюсь. Не знаю зачем ты вообще пришел меня спрашивать. Манджиро ещё какое-то время стоит, словно хочет добавить что-то ещё, но затем уходит. Чика стискивает зубы. Она не будет плакать. Не здесь и не сейчас.

***

— Сегодня важный день, — в комнату врывается Санзу. Чика резко просыпается. «Как же он достал», — она укрывается с головой, старательно пытаясь не слышать его. Тот садится к ней на постель. — Ты разве не встаёшь рано? — А ты не слишком много про меня знаешь? — из под постели бубнит девушка. Ей никуда не хотелось вставать. Она хотела проваляться весь день и всё. — Почему ты не сказала Майки про вчера? — голос парня становится грубее. — Про что? — Что я тебя схватил и кинул. Я видел следы на твоих руках, которые остались после меня. — А как мне надо было ему об этом сказать? — "Майки, Санзу такой плохой, он меня грубо хватал и кидал на пол", — изображая девчачий голос пищит Харучие. Из под одеяла слышатся смешки. — Не предоставилось случая. — Но он к тебе вчера заходил? — Слушай, ты хочешь, чтобы он тебя наказал? — девушка резко открывает одеяло, убирая спутавшиеся волосы с лица. — А ты не хочешь? Я же тебя обидел? — Не бери так много на себя, ты меня не обидел. Ты не настолько мне важен, чтобы переживать. Санзу хитро улыбается. — Какие мы злые. — Отвали, чего тебе надо? — Чика уже действительно начинает злиться, а ведь утро только началось. — Сегодня важный день, — Санзу усаживается на кровати поудобнее, закидывая ногу на ногу. — Мне какое дело, — Чика показательно отворачивается. — Сенджу наконец присоединились к нам и сегодня будет вечеринка. — Я тут при чем? — Ты девчонка Майки, так что попиздуешь с нами. — Ничья я не девчонка! Но Харучие уже не слушает её недовольства и уходит, оставляя Чику злиться одну в комнате. Аяке приносит завтрак и записку от Сано, где он говорит, что у неё больше нет её бизнеса и что он уехал и они встретятся только в клубе. Чика сминает записку. "Окей, я дам им то, что они хотят!

***

— Это что блять такое?! — Харучие ждёт девушку у входа в клуб, чтобы встретить и провести. Он ещё раз осматривает её, не веря своим глазам. — Ты че блять напялила? — А что не так? Разве не это от меня нужно? — не будь она зла, она бы давно смутилась и сгорбилась как обычно, скрывая грудь. Чика прекрасно понимала, как откровенно будет выглядеть, но это и было её планом на сегодня. От безделия она принимала не самые умные решения. — Блять, Майки прибьёт меня! — Харучие прижимает кулак к маске, пытаясь сообразить что ему делать. — И меня, — добавляет рядом стоящий с Чикой телохранитель. Санзу злобно оглядывается, снимает свой светло-сиреневый пиджак в светлую полоску и накидывает на плечи девушки. — Не снимай! — грубо кидает он, когда она тянется, чтобы его скинуть. — Пиздец какой-то, — приговаривает Санзу, входя в заведение. Даже пиджак был ниже её платья. Это было атласное черное на тоненьких лямках, которые переплетались на спине, оголяя её прямо до задницы девушки. Бюстгальтер это платье совсем не подразумевало, от того соски стояли колом, когда ей становилось холодно. Реакция Харучие была вполне оправдана. Такой вид был слишком вызывающим! Плюс, тёмный макияж и идеально выпрямленные волосы говорили, что девушка хочет привлечь внимание. Они проходят на второй этаж клуба, где уже гремит музыка и собирается народ. Постепенно неуверенность и скованность снова завладевали ею. Излишнее внимание со стороны посторонних людей пугало. Уже поднимаясь по лестнице она заметила, что Манджиро всё это время наблюдал за ними сверху, свесившись с перил. Чика тяжело сглотнула, опасаясь самого страшного. Они подходят к нему. — Господин, она совсем ебнулась, — Харучие подталкивает девушку вперед, пытаясь хоть как-то защититься. Сано смотрит на неё, и она вальяжно скидывает пиджак на пол. Откидывает волосы назад, предоставляя Сано разглядеть себя во всей красе. Он прищуривается, внимательно оценивая ситуацию. Чика снова ругает себя за такие мысли, но она не может не заметить, как Манджиро привлекательно выглядит. Удивительно, как внешность порой бывает обманчива. Всё же она понимала, что мало чего знает о нём. Становится холодно. Он наконец собирается что-то сказать, но на лестнице появляются люди, с которыми Харучие спешит поздороваться и представить их Майки. Начинается какой-то хаос. Они разговаривают, кое-кто проходит в вип-зону, кто-то стоит с Манджиро. Чика переступает валяющийся пиджак Санзу и, виляя бедрами, проходит на мягкие диваны. Компания малознакомая и неприветливая. Здесь она узнает только Такеоми и Коко. Мужчины с серьёзным видом что-то обсуждают между собой. За столом сидят ещё пара девушек. Вероятно, также приведенные сюда для мужских развлечений. Акаши не сразу узнает её, но обращает внимание. — Ямада? Ничего себе! — он с интересом подсаживается рядом. — Привет. — Я тебя не сразу узнал. Выглядишь потрясающе! — Спасибо, хоть кто-то оценил, — девушка берёт воду и отпивает. — Бля, на месте Майки я бы сразу тебя увел отсюда, хах. Чике становится приятно и неприятно одновременно. Будь Майки обычным нормальным парнем, то приятно, а в его случае — неприятно. Сзади Такеоми появляется Сано с серьёзным видом. Тот замечает его: — Майки, твоя девчонка обалденно выглядит! — он улыбается, закуривая. Харучие тоже появляется рядом. — Двинься, — говорит Санзу. — Да ладно, тут всем хватит места, — он отворачивается, снова смотря на Чику. — С ней сядет Майки. — Она и так проводит вместе с ним много времени, живя вместе. Может же она немного отвлечься от него, да, Ямада? — не оборачиваясь, говорит Такеоми и подмигивает девушке. — Не нарывайся, Акаши. Обстановка накаляется. Парень с сигаретой встаёт и вплотную подходит к Санзу. — Если у Майки есть претензии, пусть он мне сам скажет. Я не собираюсь слушаться его шавки. — Ты че блять... — Что за шум? — в общую компанию весело врывается молодая девушка. С ней входят ещё двое высоких парней. И обстановка разряжается. Чика узнает, что эта девчонка и есть та самая Сенджу, с которой теперь Майки будет возглавлять свою группировку. Всё это не имело значения для Чики и она не хотела вдаваться в подробности. Такеоми всё же садится рядом, как оказалось, со своей сестрой, оставляя Чику в покое. А Харучие как оказалось, тоже являлся братом Кавараги, но причин почему он был с Майки она не знала. У Манджиро включается режим собственничества. Он садится и буквально сажает к себе на колени Чику. Так неудобно она себя ещё не чувствовала в своей жизни. Все заняты своими разговорами, девушками, алкоголем и мало кто обращал на это внимание. Да и в такой обстановке было вполне естественно вести себя неподобающе. Да и вообще, Майки мало кто мог что сказать. Наверное, даже если он начал бы раздевать её тут при всех — то никто бы ничего не сказал. Чика сидела напряженно, не расслабляясь и чувствовала себя почти что голой на коленях Сано. Он разговаривал с Коко рядом с собой, обращаясь с ней так, будто она его аксессуар. По крайне мере так она себя ощущала точно. Харучие злобно ухмылялся, заметив как было неудобно. Она слегка вздрагивает, когда Сано касается её спины и начинает водить пальцами по обнаженной коже, продолжая обсуждать что-то с Коко. Очень щекотно, и она покрывается мурашками. Манджиро хватает тонкую свисающую веревку от платья и начинает накручивать на палец. — Тебе холодно? — спрашивает Сано почти у её уха, заставляя её вздрогнуть ещё раз. В общем шуме их неслышно, а в приглушенной темноте ещё и невидно. — Нет, — как можно безразличнее и спокойнее отвечает девушка. — У тебя соски торчат. Тело снова покрывается мурашками, а внизу живота начинает сильно крутить от волнения. Сано не отрывает руки от её спины, всё продолжая вырисовывать круги. "И что мне на такое отвечать?" Кажется, что здесь никого больше нет, кроме них. Она не слышит никого и ничего, и откидывается назад, прислоняясь к жесткой груди парня: — И что с этим делать? — она тяжело выдыхает. Чика уже сама не понимает, делает ли это специально или всё же это само получилось. Она замирает в такой позе, когда чувствует руку на своей талии. Сано утыкается носом в её волосы и медленно поднимает руку по направлению к груди. Спина сама выгибается, как бы она не сопротивлялась своим чувствам. Жесткая ладонь сжимает атласную ткань и то что под ней. — Зачем ты так вырядилась? — все так же у уха говорит Сано, сжимая между пальцами набухший сосок. — Для тебя. — Хотела меня позлить? — Ага. — Я не контролирую себя, когда злюсь. Это должно бы её напугать, но почему-то имеет совершенно обратный эффект. «Надо все это прекратить», — твердо решает она и чуть отстраняется от него. Тот оставляет в покое её грудь и она садится на край его колен, опираясь руками о стол, чтобы никого больше не смущать этим представлением. К Майки подсаживается ещё один незнакомый Чике парень и они начинают непринужденный разговор. Девушка пытается успокоиться и сосредоточиться, как вдруг едва не издает удовлетворенный стон, когда рука Сано оказывается под её коротким платьем и начинает поглаживать мягкую кожу внутри бедра. Всё это происходит под столом, так что Манджиро спокойно продолжает свой разговор, не обращая на это действие никакого внимания. Она хватает бокал с водой, чтобы отвлечься и не начать стонать от внезапного возбуждения. У неё давно не было никакого контакта с мужским полом и это была нормальная реакция для женского организма. Все же глубоко внутри она понимала, что это плохо для неё и что Сано не тот человек, которого она могла бы полюбить, но тело не слушалось. "Телесное желание не всегда связано с духовным", — успокаивала она себя, чтобы оправдать свои чувства. — Кхм, — она давится собственной слюней, когда Майки перемещает руку чуть выше, касаясь прямо её тонких трусиков. Кашляет, чтобы сделать хоть что-то. — Майки, пойдем выйдем. Чика облегченно выдыхает, когда Манджиро встает и уходит с парнем, который его позвал. С ним же уходят Харучие и ещё пара парней. Девушка снова присасывается к воде, скорее желая прийти в чувства. Машет руками перед свои лицом, чтобы остудиться, но безуспешно. "Я же сама молилась, чтобы он не прикасался ко мне и не брал силой, но почему моё тело так отзывается на его касания? Неужели, я этого хочу?" — Майки не подделал твою подпись, — говорит Коко, оказываясь рядом с ней и возвращая на землю. — А? — Он сказал, что ты сама подпишешь, если захочешь. — Ха, вот как. — Ага. Так что, я зайду на днях и решим как ты будешь вести свой бизнес. "Неужели Сано сделал это ради меня?" — верилось слабо. — Спасибо. — Не стоит. Тут не за что благодарить. Компания разбредается. Кто-то остается болтать, кто-то уходит танцевать, но Майки до сих пор нет. Чика наконец успокаивается и уныло ковыряет салат, подперев голову рукой. — Ты почему ещё сидишь? Идём танцевать! — Кавараги тихо подходит и уверенно хватает Чику за руку словно они давние подруги. Хоть девушка была приветлива и улыбалась, всё же Чика почувствовала что ей не следует отказывать. Не зря ведь она была во главе, а не на коленях какого-нибудь парня. — У нас такая тухлая компания. Никто никогда не танцует! — по дороге к танцполу говорит светловолосая девушка, волоча Чику за собой. Она широко улыбается и прямо сияет, когда оказывается в центре зала и начинает ритмично двигаться. Чика не могла похвастаться танцевальными умениями, но тело само двигалось под музыку в такт. Она не представляла как выглядит со стороны, поэтому просто смущённо качалась из стороны в сторону. — Слишком много людей смотрят, — Чика в который уже раз вздрагивает от неожиданности. Сано оказывается сзади неё, да и так близко и внезапно. — Меня пригласила Кавараги, — ровно отвечает она. — Конечно. Ей невежливо отказывать. Чика разворачивается. Манджиро слабо улыбается, в глазах тьма, а ворот белой рубашки испачкан красным. Её взгляд падает на его правую руку, где на костяшках поблескивает свежая кровь. Она ничего не спрашивает, она не хочет знать. — Где мы остановились, — Сано лениво притягивает её к себе за подол платья. Чика неуверенно подходит к нему, и он прижимает девушку к себе. Левая рука парня уверенно хватает её бедро и нагло лезет под юбку. — Стой, не надо. — Неубедительно, — его лицо в опасной близости. Она отворачивает голову, опасаясь, что он её поцелует. — Сано, пожалуйста. — Твоё тело говорит об обратном. Проси меня остановиться поувереннее, если ты этого не хочешь, — его рука оказывается выше, на белье и грубо сжимает её задницу. "Не поддавайся ему! Вспомни, что он сделал с тобой!" — внутренний голос отчаянно пытается перестать получать удовольствие от его касаний и прекратить так возбуждаться. Манджиро глухо «рычит», когда снова сжимает её мягкое тело. Бельё девушки предательски намокает. — Все ещё неубедительно.