Я тебя ненавижу.

— Майки, — рядом появляется Харучие, спасая Чику и словно вытаскивая её из какого-то тумана. Если девушку вся эта ситуация смущает, то Манджиро ведёт себя как ни в чем не бывало. Он немного отстраняется от неё, но не убирая руки с её горящей задницы. Санзу с улыбкой поднимает глаза, заметив это. «Он теперь не отстанет», — с ужасом думает девушка, уже представляя все его шуточки. — Что такое? — Сано лениво моргает. — Нужно твоё мнение по одному делу. — Сейчас? — Это срочно, — Харучие достаёт маску и надевает. Сано тяжело выдыхает: — Я скоро подойду. — Буду ждать у входа, — Харучие ещё раз кидает довольный взгляд на Чику и разворачивается. Манджиро перемещает руку на талию девушки и ведет наверх. Кавараги направляется к ним навстречу: — Мы так классно с ней танцевали! Майки, оставь её! — Ей не здоровится. Чика решает не спорить и не злиться. У неё нет сил ни на то, ни на другое. Единственное, чего бы она сейчас хотела — это лечь в постель и заснуть крепким сном. — Всё хорошо? — Да, — Майки не дожидается ответа Сенджу и уводит Чику за собой. Они оказываются в полупустой вип-зоне. — Глаз с неё не спускай, — ровно говорит Майки телохранителю, который обычно ходил с ней. — Понял. В воздухе словно назревала какая-то опасность, от того Чика решила не выделываться и молча подчиниться. Она садится, ожидая что Майки собирается уходить. Но он вдруг садится рядом. Да так близко! Она ещё не отошла от того, что он с ней делал раньше. — Никуда не выходи, сиди здесь, поняла? — спокойно, но в то же время так властно говорит парень, и ей ничего не остается как молча кивнуть. Он задерживает на ней свой взгляд, мысленно раздевая и уходит. «Вот это эмоциональные качели!» — Чика облегченно выдыхает. Лицо жутко горит, а ладони вспотели. С Манджиро всё понятно, но что было с ней?! Она всё пыталась бороться с противоречивыми чувствами, найти причины. Но когда она уже совсем перестала что-либо понимать о себе и своих действиях, то решила забить на это. Всей компании нет около получаса. Не долго, но для неё словно вечность! Девушки, которых сюда привели разговаривали только между собой и не обращали внимания на Чику, вероятно думая, что она из другого агенcтва по секс услугам. Когда Сано возвращается со своими людьми, то они выглядят довольными и какими-то возбужденными. К счастью, на Майки больше нет никаких следов крови. Вся компания рассаживается и начинается какой-то бурный разговор. Манджиро, как будто так и должно быть, обхватывает девушку за талию и притягивает к себе. Слава богу, не сажает к себе на колени и слава богу он занят разговором со своими парнями. Но это длится недолго. Он поворачивает лицо к ней и улыбается: — Продолжим в другом месте. От его слов по телу проходит холодок. Хоть она и поддавалось влечению так сильно, всё же сама Чика этого не хотела. Он замечает испуг и неуверенность в её глазах. — Ты против? «Да! Да! Почему я не могу ответить ему сразу?! Почему я раздумываю?!» — Да. — Я не прикоснусь к тебе, если тебе это неприятно. — С каких пор тебя волнует, что я чувствую? — Меня это не волнует. Но если бы я просто хотел поиметь кого-нибудь, то снял бы шлюху. Чика тяжело сглатывает. "Противоречиво как-то". — Надень, — Манджиро словно даёт ей пощёчины, когда протягивает свою чёрную куртку. А чего она ещё ожидала? Почему-то он выглядел сейчас как раз-таки правым. Со стороны это было так, словно она пришла поиграться с ним, оделась вызывающе и потом строила недотрогу и удивлялась тому, что этим возбудила его и себя. «Какая же я глупая!» — с неохотой принимая свое поражение, она злобно вырывает куртку из его рук и натягивает, посильнее запахиваясь, стараясь не обращать внимания на приятный запах тела Манджиро исходящий от куртки. — Не нужно объяснять? Ты сама поняла? — вот он уже в своем привычном виде. Безразличный и спокойный. Выглядывает из под черных прядей, даже хмыкает. — Да! — резко отвечает девушка и, надув губы, отворачивается. А это её привычный вид. Злобный и обиженный. — Ещё раз так оденешься, я тебя накажу, — он говорит серьёзно, но в конце слегка улыбается. «И что это должно означать?» В разговоре она также не участвует, не прекращая думать над словами Сано. Он больше не касается её, они просто сидят рядом, отвернувшись друг от друга, сексуально неудовлетворённые. «Что за херня?!» — в клубе разносится выстрел. Чику закрывает телохранитель. Люди падают на пол, только вип-зона «Брахмана» не подает вид, что испугались. Парни устало встают и смотрят на виновника перестрелки внизу. — Майки, — светловолосый парень наигранно кланяется. — Что он блять тут делает? — Харучие снимает пиджак и закатывает рукава. «Как всё плохо». — Спокойно, — Манджиро засовывает руки в карманы и подходит к перилам, свешиваясь с них. — Каясаке. — Рад видеть Вас, господин. — Ты уже давно не в «Брахмане». — Я знаю. Я пришел сказать, что собрал свою банду и что мы всё у вас отберём. По помещению проносится смех. Но Майки стоит с серьёзным видом. — Каясаке, в нашем мире драки уже ничего не решают. — Мне плевать. Я отберу у тебя всё! — Я пристрелю его и конец! Хули мы мозги ебём! — Санзу достает свой пистолет. Чика старается не паниковать и не показывать вида, что до жути напугана. Она спокойно сидит, как будто видела такое каждый день. Сано останавливает его взглядом. — Или непобедимый Майки уже не такой и непобедимый? А? — Я не буду с тобой драться. Проваливай отсюда. — Твой выбор, — Чика не видит парня, который угрожал Сано внизу. Но по залу проносятся испуганные возгласы и люди начинают бежать, уступая место вошедшим людям. — Сколько их? — спрашивает Коко. — Около 50 человек, — отвечает Майки. «А их всего семеро», — с ужасом думает Чика. Манджиро отходит от перил и возвращается к столу. — Отвезешь её домой, — он обращается к телохранителю девушки. — Понял. Чика пытается поймать взгляд парня, но тот не смотрит на неё, приступая к обсуждению плана со своими людьми. Кавараги остаётся. «Неужели, она будет драться?» Чику быстро выводят, не давая ничего понять.

***

Время текло ну очень медленно. Девушка не могла ни сидеть, ни лежать, и уж точно спать. Она ходила из угла в угол, переодевшись и смыв с лица макияж. Чика переживала. Плюс, ей было неудобно перед Сано за свои действия. Хотелось объясниться, высказывать. Но у неё не было сомнений, что «Брахман» победит. Начинало светать и девушка стала не на шутку волноваться, как в квартире раздался шум. Она прижалась к двери, пытаясь хоть что-то услышать, но Сано был один. Она стала стучаться в свою дверь, чтобы он подошёл. — Да? — его голос звучал по обычному и Чика с облегчением выдохнула. — Всё хорошо? — спросила она через запертую дверь. — Мхм. — Ты не ранен? Если и Манджиро хотел съязвить и спросить «а тебе ли не все равно», то воздержался. — Нет. — Твою руку надо обработать. — Не нужно, заживёт сама, — кажется, он собирается уходить, но Чика так этого не хотела. Её пожирало чувство вины и недосказанности. — Манджиро... — Да? — Прости. — За что? Это было действительно странно извиняться перед ним, но отчего-то ей это было сейчас необходимо и это то, могла сделать ей легче. — За сегодня. — Тебе не за что извиняться. Она прикусывает губу, потому что голос начинает предательски дрожать и она чувствует что вот-вот заплачет. Девушка прислоняется к холодной двери и скатывается по ней вниз, усаживаясь на такой же холодный пол. — Твои запястья зажили? — внезапно спрашивает Сано. Она думала, он уже ушёл. Но кажется, он тоже сел у её двери. Его голос звучал на одном уровне с ней. — Откуда ты знаешь? — Санзу сам рассказал. — Он не специально. Не наказывай его. — Почему? — У него проблемы. Он готов спокойно принимать наказания от тебя, это ненормально. — Я говорил, что он верен мне по своей воле. Я его не заставлял. — И всё же. Я больше ничего не попрошу. Зачем ей сдался этот Харучие? «Гори он в аду вместе с Манджиро!» — но для Чики это казалось верным решением. Что-то внутри неё не давало покоя. Чика не могла бы спокойно спать и жить, если бы не сказала это. — И ещё кое-что. — Ты сказала, что больше ничего не попросишь. — Ну, это и не трогать Санзу. — Что это? — Завтра первое июля. Прошло пятнадцать лет со смерти брата. Я всегда хожу к нему на могилу, — она знала, что сможет сходить и так, ведь выходить ей разрешалось. Ей нужно было взять кое-что из дома. — Ты можешь съездить туда и без моего разрешения. — Знаю... мне просто нужно попасть домой. — Зачем? — Там остались его рисунки. Я всегда беру их к нему. Конечно, Манджиро мог приказать своим людям разворошить её квартиру и найти эти рисунки, но он согласился. — Хорошо, у меня тоже будет просьба. — Какая? — Никогда не лги мне. Это казалось проще простого. — Договорились. Ты не попросишь меня не пытаться сбегать? — Это бесполезно, — кажется, он улыбнулся. — Это правда. Она остается одна в этой одинокой тишине. Но на душе ей становится спокойно. — Привет, братец, — Чика улыбается серому камню и усаживается на землю. — Принесла твои рисунки как обычно. Посмотрим вместе? — Вот черт! — на какой-то момент двенадцатилетняя девочка оставляет бумагу на земле, когда лезет в сумку за соком. Ветер подхватывает рисунки и разносит по кладбищу. Она вскакивает и собирает их. Опустив голову, она лазает по земле, как перед ней появляется мальчик примерно её возраста. — Вот ещё, — он протягивает ей улетевший рисунок. — Спасибо. Темноволосый мальчик внимательно смотрит на неё, изучая её лицо. — Я - Наото, — он протягивает руку. — Я незнакомцам руки не жму. — Хах, ну хорошо. Ей становится неловко и неудобно. Всё же не нужно быть такой грубой. Но это была её естественная реакция, когда к ней подходили незнакомые парни. Будучи совсем одна в этом мире, она была осторожной. — Меня зовут Чика Ямада. — Очень приятно, — он мило улыбается. Чика непроизвольно улыбается в ответ. — У тебя здесь есть кто-то? — Да, моя семья. А у тебя? — Э-э. Нет. Я просто прогуливал уроки, — растерянно отвечает Наото. — А-а. — Красивые рисунки. — Они брата. — Круто. Мальчик засовывает руки в карманы и почему-то ей кажется, что она его знает. Уж больно довольно знакомая поза. Он собирается уходить и поворачивает голову, чтобы попрощаться: — Ну, ещё увидимся, — теперь это не школьник, а взрослый парень. «Манджиро?!» Чика резко просыпается. «Что за странный сон?» — Утречко! — Санзу влетает в её комнату. Снова. Чика инстинктивно прикрывается одеялом, закатывая глаза. — Майки сказал, мы куда-то с тобой едем. — Мы? — Да, он поручил мне лично проследить, что ты там собралась делать у себя дома. — Хорошо. — Надеюсь, ты не собралась сбегать и устраивать шоу. — Нет. — Правда? — Мхм. — Неужели Майки остудил твой пыл? — парень многозначительно улыбается. Чика снова закатывает глаза, полностью закрываясь одеялом.