my fate

— Ты не даёшь ему свободы, Минхо. — Усталый мужчина докуривает сигарету и без особых эмоций смотрит прямо в лицо нахмурившегося Ли Но. — Очевидно же, что ему некомфортно среди вас. — Ты очень плохой наблюдатель, хён, — следует резкий ответ. — Джисон не покинет команду по первому зову. Мужчина усмехается, его глаза сверкают от лёгкой обиды, но он продолжает: — Очередной фаворит? Смотри, как бы и отсюда тебя не попросили. — Во-первых, — в интонации Минхо слышатся угрожающие нотки, — они независимая команда. Во-вторых, он мой соулмейт, а не фаворит. И в-третьих, твой братец уже позаботился обо всём. Теперь он точно не покинет команду. Таким образом поставив точку в разговоре, Минхо откланивается и выходит из кабинета психолога. Как он и думал, его прошлые товарищи нацелились на попытку переманить к себе Джисона из-за его способности гибко перестраиваться в хореографии. Впрочем, он догадывается, что отчасти это ещё был способ очень сильно насолить самому Ли Но за несуществующий роман с одним из спонсоров команды. Синяки после драки уже почти зажили, однако Минхо не торопится возвращаться к тренировкам. Нужно всё разъяснить с Джисоном до конца и разобраться, в какой момент и почему произошёл сбой системы. Тыльную сторону ладони невесомо щиплет; Минхо наблюдает, как медленно проявляется отметина от царапины, и улыбается. Джисон сейчас у него и, судя по всему, пытается совладать с его котами. Квартира встречает его приятными запахами и приглушённым ворчанием где-то в спальне. Стараясь не шуметь, Минхо разувается и проходит на звуки, но любимые коты его палят, с громким радостным «Мр-р-ря!» бросаясь ему под ноги. — Ты их не обижаешь? — ласково спрашивает он, треплет макушку покрасневшего Джисона и тихо смеётся над его шмыганьем. — Стараюсь как могу. — Из-за своей аллергии Джисон не может адекватно размышлять и постоянно трёт глаза. Свежая царапина слегка кровоточит, и Минхо не сдерживается, накрывает его ладонь своей и мягко массирует её пальцем. — Иди к себе, Хан-ни, не мучься, — тепло произносит Минхо. Его улыбка творит что-то странное в душе Джисона, и ему совсем не хочется уходить от неё. Он мотает головой и по привычке надувает щёки, чем ещё больше смешит Ли Но. — Идём со мной, — вполголоса бормочет Джисон и несмело бросает взгляд на Минхо из-под ресниц. — Ладно, — легко соглашается тот и поднимается, протянув руку. — Иди первый, я буду через десять минут. Внутри нарастает странное воодушевление и предчувствие чего-то безумного, того, что похоже на постепенно поднимающееся из глубины души возбуждение. Джисон нервно кусает губы, бродя по своей комнате из угла в угол, старается успокоить сердцебиение, от которого сбивается дыхание и в животе растекается тепло, тягучее и сладкое, как мёд. Вновь вспоминаются жаркие поцелуи и нетерпеливые прикосновения, что нисколько не помогает охладить голову, а лишь больше распаляет и разгоняет огонь по венам. К моменту, когда появляется Минхо, Джисон уже не может усидеть на месте, и даже обливание холодной водой лица никак не помогло унять его лихорадку. Его состояние не укрывается от внимательного взгляда Минхо; он быстро оценивает обстановку, проходится взглядом по Джисону, отмечая его красные щёки и ускоренное дыхание, потемневшие глаза и покусанные губы, и слегка усмехается. — Хан-ни, ты в порядке? Звучит нарочито издевательски, Джисон пыхтит недовольно и садится прямо на пол, глядя снизу вверх на самодовольно ухмыляющегося Ли Но. «Мне правда надо сказать это вслух?». Минхо молча ждёт ответа, замерев на пороге перед ним и не сводя с него взгляда. «Ну, ты же не в игрушки его играть позвал», — подначивает внутренний голос Джисона, и он злится на самого себя. Необходимо уже что-то делать. — Кхм... — В горле, как назло, пересохло, и слова выходят с трудом. — Хён, нам надо поговорить... — Неужели? — приподнимает бровь Минхо и красноречиво бросает взгляд на закрывающие промежность ладошки Хана, чем заставляет его смутиться ещё больше. — Наши... отношения, — несмело произносит Джисон. — Это странно. — Почему? — будто дразня, показательно удивляется Минхо, продолжая улыбаться. — Сложно объяснить. «Я хочу тебя» — Мы с тобой соулмейты, Хан-ни, ничего сложного, — будничным тоном отзывается Ли Но и прислоняется к стене. Очевидно, всё происходящее его очень забавляет. — В этом и беда, Ли Но, — бормочет Джисон. — Я должен буду, ну... влюбиться? «Я не люблю тебя» — Должен? — уже по-настоящему удивляется Минхо. — Тебя никто не заставляет, кроме тебя самого. Джисон оторопело смотрит на него, не понимая смысл сказанного. Всё, что он собирался сказать, тут же улетучивается из головы. «Хочу» — Это же не то, о чём ты хотел поговорить? Мягкий тон голоса не сочетается с подозрительностью во взгляде, и Джисон окончательно сбивается с мысли, теряя нить повествования. Он наблюдает за медленно приближающимся Минхо и не замечает, как задерживает дыхание, словно перед прыжком в воду. — Хан-ни, скажи, что у тебя на душе, — просит Минхо, аккуратно приземляясь рядом и невесомо проводя ладошкой по его щеке. — К чему всё это? Джисон долго смотрит в искрящиеся тёплым дружелюбием глаза напротив, и его наконец, прорывает на разговор. Он выговаривает всё накопившееся за это долгое время. Об их отношениях, сомнениях о будущем, происходящем сейчас. Он говорит сбивчиво, прыгая с мысли на мысли, надеясь, что его сумбурный поток слов можно понять. Минхо слушает молча, смотрит на путающегося в слогах Джисона, слегка склонив голову набок. И, если честно, он нихрена не понимает из того, что пытается ему донести его соулмейт. Что он понимает, так это бешено колотящееся сердце под его пальцами на груди, прерывистое дыхание на своих губах и жалкие попытки закончить фразу в поцелуй. — Ли Но, — шепчет Джисон, с трудом оторвавшись от его губ, — я не могу полюбить тебя... — Ага, — на автомате бормочет Минхо, зарываясь носом в его шею и легонько целуя её, посасывает нежную кожу над ключицей и едва проводит по ней языком. — Я и не прошу. — Но... почему? — Что почему? — продолжая покрывать шею Джисона поцелуями и полуукусами, переспрашивает Минхо. — Почему метки не исчезают? Не получив никакого ответа, Минхо смотрит пару секунд в глаза Джисона и приближается настолько близко, что они едва не сталкиваются лбами. — Или почему ты постоянно хочешь меня? Джисон стремительно краснеет и отворачивается, но Минхо настроен решительно. Он убирает руки Джисона с его паха и устраивает свою ладонь, сжимает её и выуживает лёгкий вздох от Хана. — И не говори, что это не так, Хан-ни. Я всё про тебя знаю. Звучит угрожающе и немного собственнически, но даже это не мешает Джисону медленно осознать, что Минхо прав. Разум наконец разрушает последние сдерживающие рамки, и Джисон впечатывается губами в Ли Но, не удержав их обоих и уронив на пол. Вжимая своего соула в твёрдую поверхность и целуя как в последний раз, он вбирает в себя чужое тепло, отмечает покорную податливость тела и сходит с ума от запаха. Ладони сами находят отметки на теле и обводят их пальцами, легко и нежно, так что по телу Минхо бегут мурашки. Он обхватывает ногами бёдра Джисона, заставляя его по инерции нависнуть над ним, и почти шепчет в губы: — Не пущу. Джисон и сам не пускает; несмотря на неудобное положение, он пытается держать равновесие, целует жарко, беспорядочно, до чего дотянется; губы, щёки, лоб, виски, шея. Дальше мешает футболка, и Хан тянется её стянуть побыстрее, но его останавливает Минхо. — Хан-ни, подожди, — его глухой голос проникает почти что под кожу, обжигает её. — Ты делаешь это потому, что хочешь? Джисон в недоумении смотрит в ответ, будто спрашивая, а почему же ещё? — ...или для того, чтобы отметины исчезли? Минхо смотрит с надеждой, робко, прикусив опухшую губу, и Джисон вместо ответа снова целует его, невербально отвечая на его вопрос. Конечно, потому что хочу, глупый хён. Он обиженно прикусывает кожу на его шее, тут же проходясь по ранке языком, и затопившие его ощущения сбивают с толку. Пожалуй, не стоит делать ему больно — в очередной раз. — Тогда... — Минхо с трудом мягко отталкивает Джисона от себя и заставляет подняться с пола. — Идём в спальню. Джисон не сразу понимает, что́ задумал Ли Но. Его бросают на футон, заламывая руки над головой и полностью оголяя нижнюю часть тела, так что он смущается и тут же краснеет до кончиков ушей. Восхищённый и пожирающий взгляд Минхо пробуждает внутри хаотичный ком эмоций, требующих выхода сию же секунду. Минхо дразнится, водит рукой по своему телу и не торопится сбрасывать футболку, веселится от ёрзающего под ним Джисона и как-то хищно улыбается. — Хочешь, Хан-ни? — звучит с вызовом, нагло, пошло, и Джисон бесится. Он тянет ладонь вперёд и, схватив наглеца за ворот футболки, резко приводит к своему лицу. — Хочу, — шипит он, грубо целует и отталкивает вперёд, чтобы оказаться уже сверху и прижать запястья к подушке. Во взгляде Минхо ясно читается желание, он усмехается и двигает бёдрами, чтобы услышать сердитый выдох над своим ухом. Сознание Джисона мгновенно затапливает туман вожделения, и он уже не соображает за свои действия, почти силой сдёргивая футболку с Ли Но и швыряя её куда-то подальше, лишь бы уже прикоснуться губами к груди и проложить поцелуями себе путь к резинке штанов. Минхо щекотно, он дёргается, чем ещё больше заводит Джисона, мечтая увидеть его реакцию на дальнейшее. Он легко освобождает одну руку и достаёт знакомый флакон из кармана, передаёт его замершему Джисону и шепчет: — Твоя очередь, Хан-ни. Соображает Джисон не так быстро, садится прямо и недоумённо вертит в руках тюбик со смазкой, которую сам же и купил когда-то. Минхо терпеливо ждёт с лёгкой улыбкой и поглаживает запястье Хана, словно успокаивая. Наконец, картинки в голове Джисона сводятся в одну большую, и его обдаёт волной сильнейшего возбуждения. Он глубоко вдыхает разгорячённый воздух и выдыхает низкий глухой стон. На мгновение ему становится страшно. Страшно сделать что-то не так, причинить боль и потерять что-то драгоценное. Но Минхо успокаивает его, шепча какие-то глупости и создавая ненавязчивый шум на фоне, пока Джисон медленно стягивает с него остатки одежды, голодным взглядом скользя по телу. Минхо до боли красивый, и Хан не может удержаться от любования им, в то время как его руки сами делают всё как на автомате. Лёгкие выдохи ласкают его слух, горячие пальцы стискивают плечи, чуть царапая, а тепло внутри разгоняет эйфорию по венам, делая слишком хорошо. Джисон взглядом спрашивает Минхо разрешения, получает уверенный кивок и припадает к пересохшим губам. Голова кружится так сильно, что хочется отключиться и улететь куда подальше, а чувство кратковременной власти буквально распирает изнутри. Минхо сжимает Джисона, притягивает к себе ближе и выдыхает: — Я буду кричать, Хан-ни. Провокация, понимает Джисон, и плотоядно улыбается, мол, кричи сколько хочешь, я зажму рот тебе ладонью и буду выбивать из тебя столько звуков, на сколько ты способен. И судя по ответной реакции, он избирает в корне правильную тактику.

***

Просыпается Джисон посреди ночи и долго не может понять, почему. Рядом посапывает Минхо, свернувшись как котёнок, и в душе у Хана расцветает щемящее чувство нежности. Он аккуратно проводит пальцами по его волосам, стараясь не разбудить, и пробует встать. Вопреки ожиданиям, позвоночник не простреливает боль, и Джисон решает проверить кое-что. Осторожно поднявшись, он идёт в ванную комнату и включает свет. Внимательно осматривает себя в зеркале. Лохматый, зацелованный, покрытый отметинами, он находит себя трогательно забавным и хихикает. Не обнаружив над ключицей пятна от засоса, который он ранее поставил на теле Минхо, он наконец допирает до истины. — Да ну, бред... За спиной появляется такой же взлохмаченный и заспанный Ли Но, обнимает Джисона и смотрит на него через зеркало. Несмело оставляет чмок на щеке и, потеревшись носом о его шею, спрашивает: — Что такое? Джисон пожимает плечами и разворачивается к нему, забирая его тепло в объятья: кажется, он уже успел замёрзнуть, стоя тут голышом на холодном полу. — Значит, нам нужно было всего лишь... — Махнуться ролями? Ага, — спокойно говорит Минхо. — Как давно ты понял? — Сразу же. — Хён!.. — Идём в постель, — переводит тему Ли Но и, сграбастав Хана за руку, тащит обратно в спальню. Лежать в тёплом коконе из рук Минхо довольно приятно; Джисон утыкается носом ему в грудь и смешно выдыхает воздух носом. Ли Но дёргается от щекотки, но не выпускает Джисона, хихикая и легонько пинаясь. Остатки сна постепенно улетучиваются, а Джисон всё ещё не может поверить, что чужих отметин на его теле больше не будет. Он замирает и прислушивается к своим ощущениям. Хочет ли он прекратить общение с Минхо? Продолжать дружить, как и раньше? Или... — Я, конечно, ни на что не надеюсь, — осторожно говорит Минхо, — но, пожалуйста, перестань меня избегать, как в тот раз. Джисон удивлённо смотрит на него и тут же хмурится. — Какой раз?.. — Когда мы переспали, — поясняет Ли Но. — Я не прошу тебя стать моим любовником на постоянной основе, но давай хотя бы продолжать общение? Джисон в ступоре смотрит куда-то сквозь него и прокручивает сказанное в голове. Хочет ли он продолжать общение? Определённо, да. Хочет ли он быть друзьями? Определённо, да. Но хочет ли он попробовать что-то большее, чем это? Определённо... — Да, — вырывается неосознанно, и Минхо не очень понимает, к чему это было сказано. «Хочу ли я этого человека без оглядки на отметины и историю с родственной душой?» — В любом случае, — как-то хищно ухмыляется Минхо, — я знаю, где ты живёшь... — Пойдём на свидание? — обрывает его Джисон и краснеет от своей смелости. — Хочу узнать тебя поближе. Минхо смеётся, а Джисон отмечает его очаровательную привычку добавлять милое «А-а-ах» после смеха, и сам улыбается в ответ. — Куда уж ближе, — тянет задумчиво Минхо и получает новую порцию щекотки носом, снова заливаясь смехом. — Да или нет? — категорично спрашивает Джисон и приподнимает брови в ожидании ответа. — Определённо, да. — Минхо потягивается и зевает. — Что хочешь узнать, Хан-ни? — Сам скажи, — дерзко выпаливает Джисон и усаживается на него сверху, и контакт от обнажённой кожи приводит его в восторг. — Хм. — Ли Но выглядит слишком уж довольным, поглаживая бёдра Хана и улыбаясь уголком рта. — Ты упрямый и упорный, любишь друзей. Всегда всё доводишь до конца... Джисон совсем не ожидал услышать про себя, но он только хмыкает и слушает дальше. — Когда ты чем-то увлечён и это тебя беспокоит, то ты кусаешь губы до крови. Они потом болят, а ты не замечаешь, — продолжает Минхо, будто погрузившись в себя и читая про Джисона где-то у себя на подкорке сознания. — Слушая музыку, смотришь в одну точку не мигая. Танцуют больше твои ноги, а не тело. Ты чешешь мои царапины на своём теле, как только они появляются, словно пытаешься от них избавиться. Ты причиняешь себе боль и тут же блокируешь её в своём сознании, а я всё помню и чувствую. В большой компании ты жмёшься ближе ко мне, видимо, это успокаивает тебя. Джисон внимательно впитывает всё, что говорит Минхо, и не может понять, как и когда тот успел его так досконально изучить. Он уважительно кивает головой и неловко улыбается. — Ну, а что расскажешь ты? — спрашивает Минхо. — Про меня. — С чего ты взял, что я... — Не сводишь взгляда с меня на тренировках, не притворяйся. Джисон вздыхает; его словно поймали с поличным, и он со смехом поднимает руки, сдаваясь. — Ладно. — Переведя дух, Джисон неуверенно начинает: — Ты дико бесил меня, получая по куче царапин в день, потом я свыкся. Ты жутко пугаешь всех в команде только одним своим взглядом. И заставляешь всех зубрить движения до посинения. Минхо одобрительно кивает, видимо, услышанное его более чем удовлетворяет. — Ты самый крутой танцор, которого я встречал в своей жизни, — Джисон говорит тихо и вкрадчиво, явно смущаясь каждого своего слова. — Твоя способность к запоминанию хореографии просто поражает, так же как и сами танцы. Это чертовски классно, я даже немного завидую. Минхо приподнимается на локтях и невесомо касается живота Джисона губами, слышит, как тот сглатывает, и потихоньку поднимается лёгкими поцелуями наверх. — Ты красивый, хён, — уже почти шепчет Джисон, плавясь от жаркого дыхания на своей шее. — Тебе идёт макияж, но без него ты намного милее. Мне нравится твой запах... Ли слегка кусает мочку уха Джисона, чувствует под ладонью на спине побежавшие мурашки, усмехается и смотрит прямо в глаза Хана. Резко переводит взгляд на его губы и, будто дразнясь, медленно приближается к ним. Джисон задерживает дыхание, но получившаяся заминка заставляет его поперхнуться воздухом и податься вперёд самому, накрыть припухшие губы своими и прикусить в отместку за дерзость. — ...и я хочу тебя прямо сейчас, — выпаливает Джисон, повалив Минхо обратно на кровать, и затягивает в медленный тягучий поцелуй. — Действительно, хватит разговоров, — мурлычет Минхо и собственнически хватает Джисона за шею сзади. — Иди сюда...

***

Отрываются они друг от друга спустя пару дней безвылазного сиденья в квартире Джисона, точнее, в его спальне. В студии уже успевают их хватиться, однако Хёнджин полностью берёт в свои руки управление тренировками, ехидно посмеиваясь над «медовым месяцем» парочки и вспоминая, с чего началось всё у него с Феликсом. Когда новоприобретённые соулмейты всё-таки появляются, все встречают их чуть ли не аплодисментами. — Ну, что, пора заказывать свадебный торт? — весело интересуется друг у крайне смущённого Джисона и получает звучный хлопок по спине от пришедшего на помощь Минхо. — Кому-то я закажу кое-что другое, — с притворной милой улыбкой говорит он и знаками показывает, чтобы Хёнджин валил уже на площадку. — Следуем плану и продолжаем подготовку. Джисон наблюдает за их переговорами насчёт хореографии и понимает, что улыбается, как дурак, чувствует внутри какое-то странное воодушевление, умиление и восхищение, щекочущие внутренности, словно он... влюбился? «Определённо, да»