Ромочка

Стоило Кате поднять голову, Рома тут же встрепенулся, задрал подбородок, только что руки по швам не поставил, и принялся оправдываться тем, что первое пришло в голову: -Ты, Смирнова, не думай, что я это.. ну всмысле, — Пятифанов запнулся, сглотнул нервно и продолжил уже более уверенно, — короче, не надо трепать всем подряд о том, что, — Рома начал изображать голос Кати, — «Ромочка за меня заступился, вот он какой, на меня Бабурин наехал, а Ромочка, а Ромочка то, да Ромочка сё», а ты же можешь, но, не судьба тебе, уж прости, сама знаешь, кто у меня в фаворитах, — Ромка ухмыльнулся, подмигнул Кате, специально перед ней наклонившись, чтобы сократить разницу в росте, и поспешно удалился со школьного двора, оставив девочку размышлять над его словами. Теперь настроение у Кати совсем испортилось. Ну что значит «ты не думай», ну как она может не думать, если Рома сам начал осекать Семёна? А что если он и правда сделал это просто так, из-за того, что ему стало скучно? А вдруг его даже раздражает Катя? С такими мыслями Екатерина добрела до дома, с ними же пыталась делать уроки, когда время начало подходить ко сну к злосчастным раздумьям о Ромочке добавились еще и не сделанные уроки. А ведь Катя всегда, как прилежная ученица, делала все-все домашние задания, а тут откуда-то взялся прекрасный Ромочка и вся учеба полетела к чертям. Еще и мама постоянно твердила своей дочке о том, как важна школа в её жизни, о том, что Катя совсем отбилась от рук, о том, что если это не прекратится в ближайшее время, то авторитет, которым так дорожила сама Катя, упадёт, и тогда все труды мамы станут напрасны. Катя металась меж двух огней, разрываясь. Она не могла определиться что ей делать: либо добиться внимания Ромы любыми способами, либо как и прежде уделять всё своё свободное время учёбе и только учёбе. Наконец, спустя почти месяц, Катя твёрдо решила для себя, что с неё хватит. С самого первого класса мама заверила маленькую Катю в том, что в жизни нет ничего важнее учёбы, и маленькая Катя свято в это верила, училась и училась, стараясь не расстраивать маму. Оно конечно хорошо, но не до такой же степени. Ведь именно из-за того, что мама однажды вдолбила в Катину голову то, что учёба — святое и нет ничего важнее, Катя зубрила всё, что только можно. Из-за этого постепенно прилетали насмешки в адрес Смирновой, которая терпела это два года, пока в пятом классе она не стала той самой мерзкой сплетницей и подстрекательницей ныне 6"В» класса. И теперь, обдумав всё хорошенько, Екатерина приняла решение о том, что Рому она всё-таки завоюет, стараясь при этом не теряться в учебном процессе. Так гораздо лучше, чем сидеть ночами с уроками, ради одного человека, пусть даже самого важного, но одного. И вот однажды, в тот самый-самый день на математике, одноклассница протягивает Кате маленький заветный листочек, вырванный из тетради и сложенный вчетверо. Сама Катя еще не знала ни о том, что день был самым-самым, ни о том, что листочек был долгожданным и заветным, но спустя буквально секунду, развернув сложенную вчетверо бумажку, Катя засияла, на её лице появилась улыбка и казалось, что её щёки горят самым ярким румянцем.