Moriyama's Brother

На просторной кухне, сделанной в красно-чёрных тонах, на столешнице сидел мальчик в жёлтых шортах. Он болтал ногами, а его рот не закрывался. Он рассказывал семейному врачу о том, что мама обещала привезти с собой щенка, если он будет послушным. Мальчик стойко игнорировал острое жжение и пульсирующую боль. Рана на плече и так болела, а от прикосновений мистера Слотс становилось лишь хуже, хотя мазь которую он наносил приносила приятную прохладу и притупляла боль. Кожа на плече покрылась волдырями, а мальчик старательно игнорировал слёзы, текущие из глаз.  Дверь открылась, до мальчика донёсся звук мерных шагов. «Мама вернулась!» воскликнул мальчонка, но с места не сдвинулся, так как мистер Слотс ещё не наложил повязку, поэтому он радостно защебетал о будущей собаке. В двери появился высокий мужчина в дорогом костюме, за ним зашёл юноша, похожий на мужчину; видимо, они были отцом и сыном. Мальчик замолчал переводя глаза с одного гостя на другого. Он знал этого мужчину, и парня тоже, поэтому ему хватило сообразительности, чтобы склонить голову в учтивом поклоне, как и мистеру Столсу, когда мужчина поднял руку, врач отошёл от ребёнка. Парень прошептал что-то отцу на другом языке, мужчина кивнул, вытащил телефон и вышел из комнаты. — Оставьте нас, — приказал парень, и Слотс покинул кухню, — Натаниэль. У мальчика перехватило дыхание: так его звал только отец или мама, но только тогда, когда была зла на него. Поэтому мальчик опустил голову ниже и поджал плечи.   — Натаниэль Абраам Веснински, подними на меня глаза, — мальчик сглотнул, глаза поднял, но плечи его так и остались напряжёнными. *** Ичиро задыхался. У него банально не хватало воздуха. Выслушав отца и поняв, какой выбор ему предоставляют, что может ждать его в результате, чем это будет грозить клану, он был сильно потрясён. Он глубоко вздохнул и перебрал в голове варианты. Убить его — первый, отдать Тетсуи — второй, и третий — забрать с собой. Варианты развития событий метались в его голове. Он не убьёт его, не позволит отдать его дяде, как родного брата, так что выбор очевиден. Ещё один вдох, он качнул головой, давая отцу понять, что выбор сделан, и первый вышел из машины.  Отец открыл дом своим ключом и впустил сына. Ичиро замер, услышав возглас мальчика о прибытии мамы, но быстро сориентировался и пошёл за отцом.  Увидев их ребёнок запнулся, склонил голову и замолчал. — Можем мы купить ему собаку? — спросил у Мориямы старшего сын, на японском, чтобы мальчик не понял ничего раньше времени. Кенго приподнял уголок рта в улыбке, поняв выбор наследника, вытащил телефон и вышел на улицу. Дышать стало легче. — Оставьте нас, — обратился он к врачу, и тот покинул кухню, дышать стало куда легче, плечи расслабились. Ичиро подошёл к мальчику и позвал его, — Натаниэль. Мальчик сжался, видимо Ичиро допустил ошибку, назвав его полным именем, но сейчас это не самое страшное, это они разберут позже, сейчас же надо рассказать ему всё так, чтобы не оставить сильную травму. — Натаниэль Абраам Веснински, подними на меня глаза, — мальчик медленно поднял глаза. На Морияму смотрели два ледника. Они таяли, и талая вода покидала пределы того океана, глаза смотрели на него со страхом и предвкушением, в них был виден стержень, а Ичиро собирался сломать этого ребёнка. — Натаниэль, твои родители мертвы, — ему было больно это говорить, он не представлял, что чувствовал мальчик, выдержав паузу парень продолжил, — этот дом теперь является владением клана Морияма, как и ты с этого дня. Ты переедешь со мной в Нью-Йорк. Ты согласен? Вопрос был лишним, у мальчика просто не было выбора, но он согласно кивнул головой, а из глаз полились новые слёзы. Ичиро не мог его обнять, но положил руку ему на колено и сказал: — Ты не один, у тебя есть я. Теперь есть я. Когда мальчик чуть успокоился, Ичиро вышел к отцу. Его отец стоял на крыльце, задумчиво потягивая сигару, его взгляд был устремлён в никуда, он словно заглядывал в будущее. — Это вредно для твоего здоровья, отец, — напомнил парень, прожигая взглядом сигару. — Но это мой выбор, — Кенго усмехнулся, делая ещё одну затяжку. — Нам нужно взять какие-то его вещи? — отец помолчал секунду, думая, что ответить на вопрос. — Нет, просто пусть будет одетым, остальное купите потом. Ещё заедете к дяде на этой неделе, познакомишь его с Натаниэлем, там твой брат и ещё два ребёнка. Этому мальчонке нужен социум, потому что сейчас он надломлен. Ещё вас завезут к Ритерс, пусть выберет себе щенка. — К дяде? Познакомить с детьми? Интересно, отец. Что же, это правда будет интересно, — Ичиро усмехнулся. Видимо, по старшему Морияме смерть Мясника тоже сильно ударила, раз он решил, что сын может познакомиться с другой ветвью семьи. В это время во двор заехал бронированный Мерседес. Отец докурил сигару и бросил взгляд на сына. — Увидимся позже. Дом теперь ваш, можешь забрать Натаниэля, но я иногда буду приезжать сюда. Не часто, конечно, но всё же…— Кенго вручил сыну ключи, открыл пассажирскую дверь и его нагнало прощание сына. — До свидания, отец — оба кивнули и Морияма поехал в противоположную от дома сторону, он не скоро окажется дома. Ичиро зашёл на кухню, где врач заканчивал перевязывать плечо Натаниэля. — Вы можете ехать, — обратился к врачу молодой господин. Слотс поклонился и вышел из дома, оставляя двух детей на водителя, оставшегося в Мерседесе, который привёз сюда Ичиро, сел в свой Ниссан и уехал. Увидеть двух глав клана в один день и остаться при этом в живых — это чистое везение. Ичиро подхватил мальчика на руки и тот тихонько всхлипнул. Ичиро поспешил отодвинутся от правого  плеча и следуя указаниям ребёнка отнёс его в комнату. Посадив Натаниэля на кровать, Морияма принялся просматривать его вещи. Много времени это не заняло. На вешалке висела бледно-голубая рубашка, на полочке лежали синие штаны, а в ящике белые носки. Кивнув себе, Ичиро принялся осторожно одевать ребёнка, Натаниэль иногда шипел, ойкал или всхлипывал, но через пять минут стоял одетый посреди комнаты, пока юноша осматривал мальчика. — Хочешь что-нибудь взять с собой? — Да, — выдохнул мальчик и потянул с кровати игрушечного лиса. На изогнутую бровь Ичиро ребёнок пояснил, — мама говорила, что мы с ним похожи. И ещё, — он подбежал к столу и схватил тетрадь, а потом снова объяснил, — математика. На выходе из комнаты Натаниэль потянулся к руке старшего, но замешкался. Ичиро, заметив метания мальчика, выдохнул тихое «Можно» и через секунду ощутил маленькую ладошку в своей, настроение у обоих немного приподнялось, и они зашагали по лестнице. Когда они отъезжали от дома, Натаниэль не оглядывался, но сильнее сжал руку Ичиро. Через пять минут мальчика словно осенило, его глаза округлились, а губы поджались, он стал перебирать странички тетради и искоса смотреть на Морияму, но не решаясь ничего сказать. — Что-то случилось, Нат? — по тому, как засверкали его глаза, это сокращение имени ему понравилось. — Я, — мальчик снова поднял глаза на Ичиро, а потом продолжил, — я не взял ручку. — Зачем тебе ручка? — Что бы писать математику, — в глазах читался вопрос «Ты совсем идиот?», но быстро исчез. — Конечно, — Ичиро стукнул пальцами по коленке, — Том, у тебя есть ручка? Не оглядываясь на детей, водитель покопался секунду в бардачке, а потом протянул назад две ручки. Морияма взял их свободной рукой и передал обе Натаниэлю, но тот отрицательно замахал головой, якобы сейчас они ему ни к чему, и Ичиро отложил их в карман пиджака. — Ты голоден? — мальчик снова ответил, задействуя только свою голову, поэтому Ичиро снова обратился к водителю, — Том, отвези нас куда-нибудь перекусить, а потом в аэропорт.  Мерседес остановился возле «The Capital Grille», и Ичиро дал водителю знак, чтобы он оставался в машине. Открыл дверь и потащил за собой Натаниэля. Хостес, завидев двух детей напряглась, и хотела спросить где их родители, но Ичиро метнул в её сторону ледяной взгляд, предупреждая, что если она задаст этот вопрос, её части будут методично разбросаны по лесу, да так, что их никогда не найдут, а если и найдут, то в жизни не опознают. — Проведите нас в VIP зону, — протянул Морияма, не отпуская руки Ната, — Мадлен, — прочитал он на значке, — мой… брат голоден. Чем дольше ты мнёшься, тем злее я буду. Когда Ичиро назвал Натаниэля братом, мальчик опешил, а потом расслабился. У него забрали семью, но этот парень обещал, что заменит её. Он выглядит надёжным, Натаниэль уже верит ему. — Хорошо, вы бронировали место в VIP зоне? — Мадлен, мне не нужно бронировать стол. Если я захочу, то выкуплю этот ресторан вместе со всеми его работниками, так что просто проведи нас. — Простите, давайте я зарегистрирую вас и забронирую вам столик на настоящее время, — протараторила хостес, открывая бланк для брони, — ваши имя и фамилия, пожалуйста. — Ичиро Морияма, — парень устало потёр лицо, девушка вздрогнула услышав фамилию. — Дальше я заполню всё сама, так что пройдите за мной, — она поторопилась на второй этаж. Её локоны подпрыгивали на каждый ступеньке, а шпилька громко цокала по паркету. Она провела их в средних размеров комнату с телевизором, панорамным окном и двумя диванами напротив стола. На столе лежало четыре меню, две карты бара, пульт от телевизора, кнопка для вызова официанта и ваза с гипсофилами. На стенах висели копии мировых шедевров. Ичиро дал хостес знак, и она оставила детей одних. Морияма сел на диван возле стены и заметил, что Натаниэль раздумывал куда сесть. Улыбнувшись, парень показал на место возле себя, и ребёнок поспешил расположиться рядом. Когда он положил на стол лисичку и тетрадь, в двери постучали. Морияма выдохнул негромкое «Входите», и официант вошёл в комнату. — Добрый день! Рады видеть вас в нашем ресторане, меня зовут Бред и сегодня я ваш официант. Уже определились с заказом? — молодой парень спортивного телосложения, лет девятнадцати, не больше, нагнулся вперёд в неполном поклоне. — Да, определились. Два сырных крем-супа, два стейка из мраморной говядины, прожарки Re, один с ягодным соусом, его порежьте на маленькие кусочки, второй в винном соусе. Пить мы будем один апельсиновый фреш и… Нат, что ты хочешь пить? — парень наконец посмотрел на Натаниэля, в то время, пока официант дописывал заказ. — А что здесь есть? — Здесь есть всё, — Ичиро потрепал рыжие волосы, приподнимая уголки губ в улыбке. — Молочный коктейль, — мальчик выпрямился и мечтательно улыбнулся от мысли о любимом напитке. — Напитки принесите сразу, — Ичиро указал на меню, и официант забрал три, оставив одно на случай, если парни захотят ещё чего-нибудь. Наступила тишина. Несмотря на то, что Веснински верил парню, он помнил, что значит фамилия Морияма; он боялся сделать что-то не так и получить за это наказание как от отца или, что ещё хуже, распрощаться с головой. Натаниэль гладил свою лису, когда услышал предложение. — Давай поиграем. Ты задаёшь вопрос мне, а потом я тебе, только отвечать надо правду. Начинай. — Сколько тебе лет? — мальчик явно опешил и решил, что это самый безопасный вопрос. — Полных четырнадцать, — Натаниэль кивнул, давая понять, что готов к ответному вопросу, — Твой любимый цвет? — Синий. Твой любимый школьный предмет? — Я учусь на дому, больше всего мне нравится литература и химия. Любимый спорт? — Пару раз видел по телевизору матчи по экси, мне понравилось. Ичиро довольно улыбнулся в голове, а Веснински устремил взгляд на вошедшего официанта, который поставил перед парнями напитки. Как только он вышел, Натаниэль припал к трубочке коктейля. — Почему ты так добр ко мне? — странно услышать такой вопрос от восьмилетки, который потягивает молочный коктейль, но этот ребёнок умнее, чем кажется, так что Ичиро был готов. — Потому что я решил принять тебя в семью, не как вещь, а как члена семьи. А ещё я всегда хотел брата или сестру. Сложно быть единственным наследником огромного клана: много давления; а я всегда хотел заботиться о ком-нибудь, потому что сам этого захотел, а не потому что я родился раньше. — Сам захотел? Ты захотел заботиться обо мне? — Это уже второй вопрос, — Морияма ухмыльнулся. — Задашь потом два, — Нат отмахнулся от этой идеи, как от назойливого насекомого и спросил ещё раз, — Почему ты захотел заботиться обо мне? — Потому что когда увидел тебя впервые, ты был напуган и пытался сидеть тихо, но тебе явно хотелось говорить со мной. Ты любопытный, умный и смелый, а это отличное начало, из тебя вырастет отличный человек, — Ичиро не врал, не лукавил и не утаивал. Сказал ровно то, о чём думал, — Что мне надо сделать, чтобы ты не боялся меня и доверял мне? — Отталкиваясь от того, что я вижу тебя примерно пятый раз в жизни, могу только сказать, что я доверяю тебе, хотя мне всё ещё нужно время. По крайней мере ты не неприятен мне. — Откуда такая манера общения? Ты говоришь как человек, который уже прожил жизнь. — Я часто слышал дома деловые разговоры отца или то, как он говорит с полицией. Ну и мама часто читала мне умные книги, половину содержания которых я не помню, но я зато запомнил много слов, смотри чему она меня научила, — Веснински на секунду замолчал, собираясь с мыслями, и на чистом Британском продолжил, — Меня зовут Натаниель, мне восемь лет, я люблю математику, другие языки, экси и молочные коктейли. А сейчас, — мальчик замялся на секунду, набираясь смелости, —меня угощает мой брат. — Это самое милое, что я когда-либо слышал, — Ичиро мягко улыбнулся, а затем рассмеялся, видя лицо мальчика, где отразились смущение и интерес. — Что это за язык? — Японский. — А меня научишь? — Конечно! Ты будешь учить всё: и что захочешь, и что не захочешь тоже. Официант снова зашёл и, ставя на стол заказ, поинтересовался, что ещё принести. Его слова звучали под аккомпанемент стараний Натаниэля выпить весь молочный коктейль. — Да. Два молочных коктейля и, — Ичиро повернулся к Натаниэлю, — Нат, ты хочешь торт? — дождавшись безмолвного ответа он продолжил, — и два красных бархата. Официант покинул комнату с пожеланиями приятного аппетита, а парни взялись за еду, просто болтая на отвлечённые темы. Ичиро заметил, что Натаниэлю неприятно работать рукой на большой диапазон, но на все вопросы мальчик отвечал, что он в порядке. Когда официант принёс последний заказ, Морияма попросил счёт, и они продолжили разговаривать, потягивая коктейли. Ичиро съел почти весь десерт, чего не скажешь о Натаниэле, который осилил только половину. Морияма вложил в счёт пару купюр и потянул мальчика за собой. Спускаясь по лестнице, они увидели высокого короткостриженного мужчину в костюме. Видимо Том тоже зашёл перекусить. Дорога до аэропорта была тихой и быстрой, но за это время плечи Натаниэля опустились, дыхание замедлилось, видимо когда появилась возможность, он наконец начал понимать, что произошло за сегодняшний день. Том подвёз их как можно ближе к частному самолёту и передал машину одному из работников, чтобы тот вернул её на парковку. — Я первый раз полечу на самолёте, — неожиданно признался мальчик. — Это совсем не страшно, почти ничем не отличается от поездки на машине, разве только взлёт и посадка, но тебе понравится, тем более Филипп лучший пилот здесь, — Ичиро потрепал рыжие завитки волос и неспеша стал подниматься по трапу. Перелёт занял около сорока минут. За всё это время Натаниэль не проронил ни звука, только сжимал руку Ичиро на взлёте и во время посадки, весь перелёт он смотрел на игрушечную лисичку. Морияма читал заинтересовавшего его в последнее время Дикинса. «Дэвид Копперфильд» хорошее произведение. Это всё, что мог сказать о нём парень, дочитав до шестой главы. Потом они пошли на посадку и, положив вместо закладки салфетку, он пристегнул ремень безопасности. Простая формальность, но обязательная. Когда они продолжили свой путь на машине, Натаниэль перебирал пальцами листы тетради, он не выглядел убитым горем, но и человеком в приподнятом настроении его тоже нельзя было назвать. Он был никаким, он просто смотрел в никуда. — Нат, Натаниэль, — мальчика словно водой холодной окатили. Он заморгал и стал искать причину, по которой он мог рассердить старшего, — Мы приехали, давай выходить. Мерседес остановился возле большой современной высотки. Натаниэль было начал считать этажи, но запнулся на пятом. Увидев, чем занимается парень, Ичиро решил устроить небольшую экскурсию. — Всё здание принадлежит клану: все одиннадцать этажей плюс два этажа внизу. Два нулевых отведены под паркинг, на него есть отдельный въезд. Первый этаж — холл, там встречают гостей и работают сторожи, консьержи и администрация формальной части; второй и третий этажи так же входят в формальные, там в основном офисы и переговорные. На четвёртом этаже зал и медпункт, на пятом бар и игровая, шестой этаж отдан под класс и библиотеку, на седьмом этаже тренировочная и оружейная, восьмой отдан самому близкому кругу, на девятом кухня и трапезная, десятый наш с тобой, одиннадцатый отцовский, — Ичиро замолчал, давая информации найти место в голове Натаниэля. Получив подтверждение, что ему всё понятно, Морияма продолжил, — на любой этаж можно попасть только с помощью лифта. Лифт запускается с помощью карточки. Ты в скором времени получишь, а мы с отцом уже имеем карточки первого ранга, которые разрешают доступ ко всем этажам. С карточкой второго ранга ты не сможешь подняться на наши этажи, только если это не «второй плюс»: охрана и те, кому отец доверяет так же как себе. У остальных карточки третьего ранга, который поделён на специальности: повара, офисные работники, учителя, медики и уборщики. «Третий ранг» допускают только на первый паркинг. Если потерял карточку, то она больше недействительна, и ты — если повезёт —  получишь новую, а если нет, то у уборщиков будет много работы. Когда Ичиро закончил рассказ, то уже прикладывал свою чёрную карточку к сканеру лифта, и, нажимая на кнопку нужного этажа, перевёл взгляд на Натаниэля. Тот старательно запоминал новую информацию, пока каждый пройденный этаж отзывался мелодичными писком. На десятом этаже двери открылись, показывая уютную гостиную с диваном, пианино, кофейными столиком и камином; стены украшали простые картины и семейные портреты. Основной зал был обставлен в мягкой серой гамме, вызывающей спокойствие и местами даже уют, так что Натаниэль расслабился. Возле стены стояла барная стойка, над которой возвышались шкафчики, а под ней находился холодильник. На стойке стояла кофеварка и чайник; там, где заканчивался мрамор, была раковина для мытья небольшого количества посуды и (естественно) кран для того, чтобы можно было набрать чистой воды. Так же в квартире имелся балкон, но про вид сказать нечего — окна были задёрнуты шторами. — Врача на десятый этаж, — пока Натаниэль рассматривал комнату, Ичиро вызвал персонал по чему-то, похожему на домофон, и добавил, повесив трубку— Потом покажу как этим пользоваться. Смотри, там туалет, — он указал на тёмно-синюю дверь, — Моя комната — тёмно-зелёная дверь, тёмно-красная дверь — твоя комната, чёрная — мой кабинет, серые двери — гардеробная, а вон ту бардовую дверь переделают под твой кабинет. — Зачем мне кабинет? — Там будет удобнее работать, делать уроки или просто подумать, там прямо атмосфера думать. Я хоть и редко пользуюсь кабинетом, но там много важного. — Здравствуйте, юный господин, — их перервал вошедший врач. — Юные господа, — поправил его Ичиро, — Нат, покажи ему над чем надо работать, — Натаниэль скрипя зубами стянул с себя рубашку, — Под бинтами ожог от утюга. Сними бинт, обработай и наложи свежий. Справишься за десять минут? — Вполне, — врач кивнул, открывая переносную аптечку. Морияма вошёл в гардеробную, чтобы прихватить оттуда серые спортивные штаны и белую футболку, а затем он направился в душ. Скинув с себя костюм, казавшийся таким тяжёлым весь этот день, парень ступил в душевую кабинку и открыл тёплую воду. Мышцы полностью расслабились и Ичиро чуть не упал, но холодный кафель послужил хорошей опорой для разгорячённого тела. Ему пришлось напоминать себе дышать. Он не знал, что будет, когда по желанию отца, он познакомится с дядей и с братом. Теперь это не столь важно. Ичиро сделал выбор, и сейчас на диване в общей комнате сидел восьмилетний мальчик — вот что было важно. Ичиро был уверен, что этот мальчишка подарит ему стимул к жизни, и сам он станет для него светом. Возможно, это звучало эгоистично, но теперь у него есть смысл выйти из ванной и делать дальше всю ту грязь, которой он занимается изо дня в день. Вдох. Ичиро устал, устал держать маску, устал просчитывать наперёд, устал думать, устал быть наследником не просто клана мафиози, а целой империи, он пиздецки устал даже от собственного говора. «Надо держать лицо, надо показывать, что труд всех тех учителей не напрасен, что ты можешь нормально говорить». Так говорил отец, пока он -Ичиро — сидел в одних трусах в холодной бетонной комнате, там его окатили ледяной водой, и в руках отца снова был хлыст. Он допустил ошибку, и снова шрам на спине, он не сможет спать нормально минимум неделю, не то что весь день держать осанку в узкой рубашке, которая намеривалась удушить тебя. «Вдох, вдох, вдох» отчаянно скандировал его мозг. Ичиро задыхался. Судорожные вздохи унесли его из бетонной комнаты, но он всё ещё ожидал удара по голой спине. «Успокойся, дыши». Шёпот парня заполнил всю душевую кабинку, он вышел из-под потока воды и на трясущихся ногах подошёл к вешалке, протёр лицо полотенцем и поднял глаза на зеркало. Молодой парень, в глубине мёртвых глаз которого виднелся животный страх. И тут он услышал громкое «Ой» из комнаты. Вся паника отступила, хотя его ещё потряхивало. Натаниэль. Он не покажется перед ним так. Этому мальчику нужна поддержка, он потерял семью, но обретёт её вновь, в лице Ичиро, да. Вдох. Выдох. Пока он обтирался полотенцем и одевался, от напуганного парнишки не осталось и следа, но и будущий глава клана не пришёл, из ванной выходил просто Ичиро. Когда он зашёл в комнату, врача уже не было. — Ты хочешь искупаться? Я дам тебе полотенце и футболку. Поспишь сегодня в моей одежде, а завтра поедем по магазинам, накупим тебе всякого. — Мистер Кломс сказал не мочить три дня, — тактично возразил Натаниэль. — И ты теперь три дня не будешь купаться? Ты помоешься ниже пояса, а потом я оботру тебе спину и грудь мокрым полотенцем, хорошо? Мальчик закивал, направляясь в душевую. Он управился с первым пунктом, пока Ичиро искал второе полотенце и футболку. Когда парень постучал в дверь, Нат уже стоял выкупанный наполовину, и уже в трусах. Ничего не говоря, Морияма усадил мальчика на мраморное покрытие вокруг раковины, намочил найденное полотенце и острожно стал обтирать участки кожи, не закрытые бинтами, время от времени снова смачивая полотенце. Закончив эту процедуру, он вручил Веснински белую футболку и помог мальчику слезть со столешницы. Потом помог одеться, не задевая правое плечо. Когда они проходили мимо столика, Натаниэль прихватил рыжую лису и поспешил догнать Ичиро у красной двери. Укладываясь в огромную кровать, он прижал игрушку к себе, словно кто-то норовил её стащить во время его сна. — Если что-нибудь случится или ты чего-нибудь захочешь, ты знаешь, где меня найти? — спросил Ичиро, укрывая мальчика тяжёлым одеялом. — В комнате напротив, зелёная дверь, — устало повторил Нат, словно Морияма спрашивал не первый раз, а сотый. — Спокойной ночи, — произнёс парень, выключая ночник. — Спокойной ночи, — слова догнали Ичиро, когда он закрывал дверь. Для обоих наступил долгожданный покой, и на десятом этаже было тихо, вплоть до стука в дверь в десять часов утра.