«Какая же всё-таки ты тварь, Триннисетте,» — мелькает мысль в голове, пока все вокруг лишь смотрят на неё во все глаза, не делая лишних движений.
И не зря — потому что она — Юни-старшая — другая.
А ещё Юни-малышка должна была бы исчезнуть.
Юни кусает щеку изнутри, пока скулы сводит от сдерживаемой безумной улыбки, и медленно вдыхает воздух, аккуратно опускаясь на колени перед нею же самой.
Ещё не знающей, на что способна Система Равновесия ради себя же самой.
— Странно, — Юни поворачивает голову набок, рассматривая свою детскую копию, и медленно подносит руку к цветочку-татуировке на щеке ребенка, слегка надавливая, — Если я твоя старшая версия, то тебе бы следовало попасть в будущее.
На удивление, она не видела ни страха, ни ужаса в синих глазах — и усмехается то ли детской наивности, то ли превосходному лицемерию.
— Может, с Базукой Десятилетия что-то не так? — она-маленькая поворачивает голову назад, с немым вопросом поворачиваясь к Джессо, и Юни всё же не выдерживает, начиная (пока что) тихо смеяться, с трудом удерживаясь от полноценной истерики.
Ну к черту такие сюжетные твисты — ей пока своего хватает за голову и тридцать миль выше.
— Всё с ней так. Система просто играться изволит, — Юни с удовольствием стаскивает огромную шляпу-грибок с мелкой её, встрепав чужую прическу ещё сильнее, и напяливает её на себя, с интересом покрутившись вокруг своей оси:
— Давайте так: зовите меня просто Ю, и единственное, что я требую от всех вас за мой пропавший выходной — тихую комнату с круглым столом. И много-много кофе, — добавляет задумчиво, приобнимая малышку Юни за плечи, щурясь на противно-знакомый источник Пламени. Туманный такой и древний.
Кофе ей понадобится в больших количествах — и без предсказаний понятно.
И Ю усмехается победно, оглядывая хранителей Системы Равновесия, насмешливо стряхивая искорки небесного пламени с плеча своей маленькой копии.
Такой нежной.
Хрупкой.
Кажется, ей впервые хочется побыть эгоисткой не для себя.
Подозрительный взгляд Реборна Ю научилась игнорировать давным-давно (уже не вспомнит, с какой попытки), и позволяет увести себя за руку к воздушному особняку посреди неприветливого леса Японии.
Вонголята неуверенно оглядывают её целиком, всё же решившись довериться интуиции местного Тсуны-куна, последовавшего следом.
Ю знала, что шепчет его дар — что она опасна, что принесла то оружие, от которого можно сломаться.
Или стать ещё сильнее.
Взгляд членов Джиглио Неро жгут калёным железом спину, заставляя улыбаться ещё сильнее —
Она докажет, насколько может быть сильной.
Ей не нужно ничего доказывать - им ничего не объяснить.
Сильной, чтобы выдержать небосвод даже после смерти.
В полыхнувших зрачках Джессо мелькнули знакомые черти по многим годам — и Ю изгибает уголки губ ехидно-ласково, отвечая на робкий вопрос малышки Юни о любимом напитке.
Кажется, она только что выбила отпуск и её коллегам по несчастью.
***
Горячая кружка приятно греет пальцы, и Ю с наслаждением отпивает напиток, поглядывая на собеседников.
И хмыкает про себя, опуская глаза на блики в черноте кофе.
Они все такие целые. Даже не так —
настоящие.
Не сломленные. Не сращенные насильно, не вырванные с корнем, не переживавшие крах мира из раз в раз.
Мир чернеет на страшные доли секунд, и Ю,
она чужая, она не должна вмешиваться, прикрывает глаза, скрывая собственных монстров.
Потерпи немного, дорогая, — шепчет безумие устами провидения, и девушка сжимает пальцы, пока кожа бледнеет от усилий.
И улыбается грустно.
Сгорать в огне заживо намного больнее.
Но человек — тварь страшная.
Ко всему привыкает.
— Почему я не знаю параллель с тобой, Ю-тян? — Джессо начинает партию первым, скрывая алчность до нового за милой улыбкой, и девушка машинально отзеркаливает ту, парируя:
— Может, ты просто устал от себя? — и, замечая замешательство, пожимает плечами, — Когда с тобой хотят пообщаться как минимум триста тысяч вариантов одновременно, вряд ли ты захочешь говорить с ними всегда.
Так и себя потерять недалеко.
Ю улыбается чуть наивно, делая вид, что не замечает нервную дрожь пальцев, и прикрывает глаза, зная, что намек понят.
Не думай, что можешь знать всё, мальчик-Маре.
Ведь всё не знают даже они.
Её спрашивают о жизни, о каких-то незначительных, на первый взгляд, фактов, и Юни с энтузиазмом плетёт линию беседы, словно самый любимый узор, выстраивая мысль.
Такие, как мы, умрут раньше, — бледность её маленькой версии становится слишком заметной, и Ю поощрительно треплет ту по ладони, делясь теплом Пламени.
Которого так и не хватило ей.
Такие, как мы, сгорят раньше, — камень в кольце мигает беспорядочно, отражая копошащиеся мысли хозяина, и девушка покачивает ногой, склоняя голову в уважительном поклоне к Джессо.
Он молодец, что продолжает бороться с самим собой.
Такие, как мы, отдадут свои жизни раньше остальных, — и Тсуна хмурится, сжимая ладони.
И Ю принимает это за знак, отставляя решительно чашку.
Фарфор звенит, заставляя разговор тут же затухнуть, и девушка поднимает пустой взгляд, смотря прямо на троицу Небес перед собой.
— Нам надо поговорить наедине. Вчетвером, — шум понимается мгновенно, и Ю никак не реагирует на вспышки подозрения, неверия и иррациональной злости от остальных Хранителей.
Сегодня она заберет долг Тринисетте чужими руками.
Ей не жалко раздавать такие щедрые подарки — наблюдать за ошарашенным лицом (не) всемогущего шамана намного лучше.
Комната пустеет, и девушка закрывает глаза, готовясь к худшему сценарию из всех возможных.
— Все вы умрёте в течение лет пяти, не больше. Но, — она останавливает поток мыслей и пока не нужных вопросов одним движением, словно фокусник, и усмехается разбито, смотря прямо в душу Юни напротив, — у вас будет только один шанс, чтобы не допустить этого. Хотите ли вы довериться мне?
Ю смотрит, как раздумывает Джессо, как сомневается Тсунаеши, и видит обреченное понимание у маленькой её, прикрывшей глаза.
У них нет времени — но вот вырвать свои жизни у Системы Равновесия будет намного сложнее.
— Не думал, что ты постараешься склонить их на нашу сторону, Ю-тян, — тянет знакомый голос сзади, и девушка смеется, поворачиваясь к окну:
— Не думала, что вы будете так быстро, ребята. План в силе?
Она улыбается чуть искреннее, наблюдая, как парит за окном Джессо, и как шутливо пихает того Тсуна, запрыгивая в окно.
Интересно, кто из них свихнется тут быстрее?
— Конечно, — глаза Вонголы-давно-не-Нео-Примо тускло сверкают, проходясь по молодым людям напротив, словно выслеживая слабые стороны, — Снова умереть же не входит в наши планы?
— Если бы входило, нас бы тут не было, — фырчит Джессо-падший-Бог, усмехаясь, и подлетает к Ю, опуская руки на плечи, словно в намек, — Ты же не думала, что сможешь отдыхать тут без нас?
Ю-
ни -уставшая-спасать-чертово-Равновесие расплывается в улыбке, покачивая головой:
— Как ты мог так подумать?
Ведь на кону стоит их проклятое существование.
И они сделают всё, чтобы уничтожить себя своими-чужими руками.