Глава 37
5 августа 2025 г., 07:37
Вообще, если посмотреть с другой стороны, то находиться под чужим контролем было даже несколько приятно. Хиро ясно и четко осознавала, что она делает. Точнее, она думала, что понимает, но на деле не видела вокруг себя ничего. Взмахи руками, шаги, странное тепло… объятия? А вырваться никак. Да и не хочется, если так подумать, хотя любой другой человек на ее месте наверняка уже давно бы словил жуткий дискомфорт.
Страх перед неизвестностью напугает каждого. А девушка, что всегда представляла хоррор в своей голове, чтобы показать его в башке кого-нибудь другого, едва ли удивилась тому, когда мир поплыл перед ее глазами. Ровным тоном Шинсо приказывает ей остановиться. Она слышит его голос, подсознательно понимает, что он принадлежит именно ему, но сделать ничего не может. Пытается активировать свою причуду…
— Ну что? — и все резко возвращается назад. Хиро моргает несколько раз, протирает глаза, а Хитоши смотрит на нее со смесью интереса и, в то же время, безразличия. Вообще, его впервые попросили о чем-то подобном. Люди шарахаются сразу, как узнают о его причуде, а Картер решила таким образом себя как-то потренировать и попробовать поймать его иллюзию в тот самый момент, когда отвечала ему, а он брал контроль над ее разумом.
— А? Чего произошло? Точно… — сначала девушка все забыла. А потом так же быстро вспомнила, но лишь о том, о чем они договорились, но… далеко не о том, что было. Провалы в памяти — вещь крайне неприятная. — Нет, я не могу использовать свою причуду, находясь под контролем твоей, — сделала вывод Хиро и неловко улыбнулась. — Хотя было бы здорово.
— Если бы мы оба застыли, как два идиота? — Шинсо усмехнулся, явно не разделяя ее мнения о том, что было бы «здорово». — Такое себе развлечение.
— Да ладно, стали бы местными статуями. Как думаешь, сколько бы часов потребовалось учителям, чтобы понять, что именно произошло?
— С учетом того, что ты притворяешься зачем-то беспричудной? — из-за слишком очевидной схожести причуд, Хиро рассказала ему правду. Не всю, конечно, и многое она просто опустила. Заговорилась о том, что может вызвать в человеке шизу или галлюцинации, поделилась тем, что родители боялись проявления ее причуды, и оттого она ее попросту скрывала.
Шинсо не поверил. Вопросительно изогнул бровь и молчал с осуждающим видом, пока девушка на ходу пыталась придумать очередную ложь. Потом же парень остановился, Картер поняла, что Хитоши не поверил ни единому слову, а он, пожав плечами и потерев шею, безразлично выдал: «Ну-у… раз ты не говоришь, то, наверное, на это есть какие-то причины. Но мне как-то все равно. У тебя сильная причуда, все верно. Но прятать ее или нет — лично твое дело».
Хиро, ранее боявшаяся даже поднять тему о своем наличии причуды, тогда сильно удивилась. Слов не находила, когда в глазах просто застыли слезы. А он при этом выглядел одновременно так неловко и спокойно, будто действительно не видел в этом чего-то странного или ненормального. Ее причуда гораздо сильнее, когда о ней никто не знает, и в его случае это условие уже было невозможным из-за того, что вести о чужих способностях в школах разлетались очень быстро. Особенно, если человек учился где-то неподалеку от того же самого района.
Слухи о том, что Шинсо подглядывал за девушками, заставлял за себя убираться в классе и занимался с подругой всякого рода непотребствами, довольно быстро разлетелись по всей школе. И как бы Хиро не пыталась показать, что все не так, и остановить их распространение… людям нравилась лишь та правда, которую они считали интересной. И то, что с ними в школе учится настоящий злодей, звучит просто уж слишком занимательно, чтобы закрыть на то глаза и поверить, будто парень, владеющий такой причудой, всерьез надеется стать героем.
— Не меньше трех часов точно, — прикинул он, а Хиро улыбнулась. И он лениво последовал ее примеру. Натянуто, если быть точнее. — Ну, вернемся в класс?
— Угу, — Картер кивает на его предложение все с тем же видом не знающего никаких забот ребенка.
Она в целом почти всегда вела себя подобным образом. Вроде милая со всеми, но при этом могла цокнуть языком, либо закатить глаза, когда ее о чем-то просили. Бросала язвительные комментарии, когда ей что-то не нравилось, и запросто могла урыть словами, из-за чего казалось, будто раньше эта девчонка была никем иным, как хулиганкой. Насмехалась над слабыми, травила и… в общем-то, была не таким хорошим человеком, каким пыталась выглядеть.
Правда, думал так, тоже, отчего-то только Шинсо. Остальные велись на ее внешность: на шикарные золотые волосы, этот добрый и до ужаса доверчивый взгляд насыщенно зеленых глаз и милую улыбку, что, уже просто приелась ей, стала с ней единым целом и… если Хиро вдруг заплачет, то, казалось, она даже тогда продолжит давить лыбу и заверять, что все хорошо. Соринка в глаз попала, сильно растрогалась из-за фильма и теперь просто поплыла… наверняка Шинсо бы услышал от нее подобные всякого рода оправдания, поймай ее с поличным далеко не в хорошем настроении.
Хиро выглядела, будто наивный, глупый и совсем маленький ребенок. Болтала за разную чепуху, восхищалась чужими причудами и льстила. Постоянно льстила, будто на то у нее уже был подвешен язык, а вот ребятам… просто нравилось получать в свой адрес комплименты от красивого человека. Поэтому, даже зная, что у той якобы нет своей причуды, всем до жути нравилась девушка по имени Хиро Картер даже несмотря на ее американские корни, что зачастую презирались среди учеников и высмеивались точно так же, как и причуды, уродующие внешность.
— Господи, и как родители тебя только терпят дома? — Хитоши усмехнулся, когда девушка все же рассказала ему о том, кем раньше была. И, в общем-то, что он был прав… в том, что раньше Хиро, и правда, не была такой добрячкой.
— Они больше и не терпят, — девушка отстраненно пожала плечами. — Их просто нет. Отца убили во время потасовки героев со злодеями, а мама… всего пару месяцев назад, — она сглатывает ком. На самом деле, ее мать не умерла, но говорить о том, что ее родной человек — это психичка, забывшая имя дочери и пытающаяся убить отродье дьявола, захватившее тело какой-то Йоко… для Картер было равноценно вечному унижению и подтверждению тому, что она тоже псих.
— Оу… прости, — и тем не менее, прозвучало сухо. Шинсо потер шею рукой, неловко отводя взгляд, а вот она отрицательно качнула головой, задорно улыбнувшись.
— Да ничего. Не говори только больше никому, окей? — и она вновь натянула на лицо эту улыбку. Ослепительную, милую и… отчего-то прямо сейчас смотреть на нее стало просто невыносимо.
— Ага, — лениво бросил он, все еще чувствуя какую-то недосказанность вместе с тем, что парень где-то очень сильно прокололся. — Слушай, Хиро…
— М? — она вдруг поднимает голову, с интересом взглянув на собеседника, к коему прицепилась еще в день поступления, и не отлипала по сей день.
— Почему ты все это мне рассказываешь? — они остановились. Картер смотрит на него так внимательно и строго, будто пытается залезть в самую душу и проверить, о чем он таком думает, да что творится в его голове.
— Просто хочу, — слишком простой ответ для настолько сложного и неоднозначного человека, как Хиро Картер. — Мы, вроде как, стали друзьями. И почему-то мне кажется, будто тебе я могу доверить что угодно, не скрывая правды, — отчасти это было правдой. С другой же стороны — чистейшей ложью, просто Хиро знала, что на некоторые его вопросы не сможет убедительно соврать. — Или я не права?
— Даже не знаю… — он посмотрел на нее с сомнением, но стоит девушке надуть щеки, как тот беззлобно усмехнулся и вновь пожал плечами. — Наверное, ты все-таки права.
— Только наверное?
— Может быть, — продолжает одноклассник уклоняться от точного ответа.
— Хитоши, ты точно злодей, — в глазах сверкнула обида, а на его лице образовалось некое подобие улыбки, когда сам он прекрасно понял о том, что она своими словами попыталась его просто задеть. А получилось ли это у нее? Ну, с тем, как именно Шинсо воспринимал Хиро… ее слова просто пролетели мимо.
— Да ну? — и делает вид, будто не понимает, с чего она это решила.
— Точно! Бли-ин, как же ты бесишь! — и она начала стучать кулачками по его плечу, как… вдруг остановилась.
— Подойди, — подобно марионетке, она двинулась ему навстречу. — И обними, — Хиро очнулась лишь тогда, когда оказалась в чужих объятиях. И после того, как она еще дурачилась, да строила из себя обиженку, все это действо просто ужас как смущало. — Все еще злодей?
— Злодей, любящий обнимать девчонок, — усмехнулась она, всем видом показывая ему, что не боится, доверяет и совершенно не задумывается о последствиях, будто… знала, что Шинсо не станет ею просто пользоваться.
— Почему сразу девчонок?
— А что, еще парней? — отшутилась Хиро, когда отстранилась.
— Пф-ф, — он прыснул со смеху, да после улыбнулся так, что внутри Картер будто что-то сжалось, и разлилось теплом по всему телу. — Да нет.
— Так к чему вопрос? — спросила она вновь, слегка склонив голову набок.
«К тому, что обнимаю я только тебя», — но вслух Хитоши этого, конечно, не сказал. Он же не дурак, чтобы признаваться ей в подобном, и ее мозг поплыл от огромного множества теорий, связанных с его возможной влюбленностью в нее и тем, как же теперь с ним быть, да что, собственно, делать.
— Да ни к чему, — и вот, парень снова жмет плечами, смотря на нее сверху вниз. — Уже не злишься?
— А я злилась? — помимо того, что она не могла вспомнить, как вообще оказалась в его объятиях, Хиро успела и забыть о том, на что обижалась.
— Ты знаешь… в нашем возрасте провалы в памяти — дело опасное, — нарочно протянул он с намеком на то, что ей не мешало бы проверить голову.
— Может, я просто старше, чем выгляжу. И ментально мне уже за пятьдесят.
— И как твой психологический возраст может влиять на траблы с башкой? — невозмутимо спросил Хитоши, когда Картер закатила глаза, всем видом так и показывая, что ответить на его вопрос она уже не может.
— Очень даже, — нелепые ответы в таких ситуациях вовсе не спасали, но на тот момент Хиро казалось, будто иных выборов и не было. — К тому же, с такой причудой ты реально считаешь, что с моей головой все в порядке?
— С причудой насылать на людей хоррор и шизу? Даже не знаю, — Шинсо слышал уже от нее о том, что для активации причуды Хиро и сама представляет то, что хочет послать человеку, в мельчайших же деталях. Девушка тонула в собственных кошмарах и без зазрения совести затягивала в них других людей…