Существа вроде нас

«Милая, ты меня слышишь?» – сообщение, хоть и с трудом, прорвалось через заложенные уши. Будучи не в силах ответить, Чарли шумно втянула носом просящиеся наружу сопли. Хотелось быть маленькой и не принимать никаких решений, с хрипом дыша в синтетические нити и греясь чужим теплом. Могут они просто идти куда-нибудь вечно?.. Видимо, нет. «Сейчас отнесу тебя в твою комнату, побуду с тобой немного и уйду, как только ты заснёшь» «НЕТ!!» Ткань отворота пиджака издала треск: Чарли выпустила демонические когти, но это было не угроза, а отчаянный жест того, кто пытается удержаться на плаву посреди шторма. Аластор шумно выдохнул и наклонил голову, словно сипуха, прислушиваясь к мыслям девушки. «Одна, холодно, страшно, напоминает, много, не туда, не в номер, не бросай!» – отрикошетил по нему спутанный поток сознания. «Хорошо, хорошо, милая. Побудешь у меня, пока не успокоишься» – лорд Преисподней зашёл к себе, отметив, что чувствует себя гораздо комфортнее на своей территории. Погодите, комфортнее для чего? Девушку успокаивать, что ли? – Вот, полежи, милая. Моя матушка всегда говорила, что плакать нужно в подушку, чтобы не оглушать себя страданиями, – демон не без труда отцепил от себя Чарли, бросив взгляд на шикарнейшую дыру в костюме, похожую на грамотно вырезанный силуэт знаменитых текущих часов Сальвадора Дали, – Сейчас, погоди, я принесу тебе попить. «Не уходи!» – Я здесь, красавица, только к холодильнику схожу и вернусь. Уже принеся к кровати стакан и думая, как Чарли наряду с уже имеющимся эмоциональным фоном справится с тем, что грешники не смогут попасть в рай, Радиодемон на секунду замер, давая глазам привыкнуть к невиданному доселе зрелищу: девушке в собственной постели. Вот, значит, как оно выглядит. Только, наверное, чаще это всё же более радостная сцена. – Выпей вот это. Это вода и немного вина, так ты успокоишься, – словно опекая ребёнка, демон бережно зачерпнул её голову, ощутив изящный изгиб скулы. – Спа… спасибо… – стакан в её руке ходил ходуном, и просто чудо, что демоница смогла сделать сначала один, а потом ещё пару глотков – Давай, пей. Не торопись, понемногу, – он сел рядом, поддерживая её спину, всё ещё дрожащую от потрясения. – Ал… Я… – Всё в порядке, в порядке, – лорд наколдовал ей пачку одноразовых платочков, – Держи. Скоро полегчает. – У неё… теперь… дру… другая! Сказала, так будет лучше, – глаза принцессы ада доложили, что всё ещё готовы производить слёзы в любом требуемом количестве. – Милая, – Аластор взял её раскрасневшееся от рыданий лицо в ладони, – Послушай меня. Так будет не всегда. Да, тяжело, да, больно, но завтра будет новый день. А сейчас тебе надо постараться поспать. – Можно я… останусь сегодня у тебя? Радиодемон моргнул пару раз: – Что ж, ладно, я вздремну на кушетке. – Нет! Не оставляй, не оставляй меня одну! Пожалуйста, пожалуйста, не сегодня! Не сейчас! – в голосе Чарли послышались самобытные ноты одновременного выступления истероидного урагана, цунами и хорового извержения около десяточка крупных вулканов. – Ты хочешь, – Аластор натужно принялся растягивать слова, но больше для собственного понимания сложившейся ситуации, – Чтобы я… спал здесь, рядом с тобой? – Да, пожалуйста! Я не усну… одна, – у Чарли дрожали даже губы, и в целом она выглядела маленькой и жалкой, словно остриженный ягнёнок, попавший под ливень и не понимающий, почему ему не удаётся согреться. Внешне лорд умудрялся сохранять буддийское спокойствие, однако внутри пребывал в такой растерянности, будто перед ним поставили задачу отныне дышать не кислородом, а гелием. – Что ж… Ты… в чём предпочитаешь спать? Я создам это… Ночная рубашка подойдёт?.. Чарли? Девушка оставила стакан на прикроватной тумбочке и легла обратно, поджав под себя ноги. Чары, удерживавшие образ платья, уже развеялись, и она снова была в своём форменном костюме. – Что ж, тогда вот, – Ал создал что-то нежное, цвета сливочного масла и с узором из яблочек по краю подола, – Я положу рядом. Вон там вешалка. Переоденься, я тоже подготовлюсь ко сну. – Я не хочу, – послышался едва слышный ответ. – Надо, красавица. Это быстро, и тебе будет гораздо удобнее. Она нехотя встала, принимаясь стягивать одежду неровными движениями марионетки. Её бизнес-партнёр тут же отвернулся, возясь с бренными останками пиджака и рубашки. Рози будет в ужасе, когда узнает, что этот костюм почил смертью храбрых, ну да это потом. Сейчас оленеподобный демон выжидающе замер, пока не услышал шорох зарывающегося в одеяло тела, и только после этого снял брюки. Крадучись, словно вор, мужчина подошёл к кровати и с опаской устроился в левом углу, на самом краю, как вдруг Чарли протянула руку, и, нащупав его грудь, пододвинулась поближе: – Ты же у края… Упадёшь. Сердце взревело огненной фурией. К нему прикасались, и притом каким-то абсолютно нелегальным способом, которому было нельзя сопротивляться от слова «совершенно». Чёрт! Чёрт, чёрт, чёрт!! – Ал? – Да? – спросил он в темноте, не узнавая звука собственного голоса. – Спокойной ночи, прости, что… так вышло. – Ничего, милая. Постарайся уснуть. Девушка кивнула, зарывшись головой в его плечо: – Ты такой тёплый… … Очень долгое время он лежал, боясь пошевелиться. Сейчас она заснёт – и можно будет отодвинуться. Вот сейчас… нет, ещё дёргается. Шмыгает носом, вздрагивает – и прижимается ещё сильнее, словно решила влезть ему под кожу. Как это произошло и почему с ним? Сенсорные дуги, устав вопить о нарушении практически всех видов личного пространства, выжидающе замолкли, отнеся ситуацию в категорию «Что ж, это интересно». В конце концов присутствие рядом другого существа перестало так уж сильно нервировать. Лорд в жизни толком не высыпался, предпочитая вставать очень рано, но сейчас, пригревшись, ощутил сигнал «Отбой». Хорошо бы ничего не приснилось… Отодвинуться он так и не успел. Посреди ночи Чарли разбудило натужное сопение. В отличие от людей, которые, открыв глаза в темноте, ещё некоторое время вдупляют, где они находятся, демоны никак не могут подготовить себя к тому, что они увидят, разлепив веки; их зрение острое, словно у сов или кошек. Так что… Радиодемон. Разметался по кровати и дёргается, как одержимый. Чарли присмотрелась: зрачки, скрытые ресницами, ходят ходуном. Какой-то сон, и явно не из приятных. – Эй, Ал. Ал, проснись, тебе снится кошмар... Ал, всё в порядке, ничего страшного... Во имя девяти кругов, что... Лорд жутко оскалился и выгнулся дугой, словно собираясь создать мост из собственных рёбер. Его пальцы вцепились в простыни, и раздался треск ткани. Чарли дотронулась до лба демона и тут же отдёрнула руку – горячий. – Ал, проснись! Всё в порядке, Проснись же! – предприняла новую попытку девушка, и, не зная, как задержать метания, навалилась на грудь лорда, как если бы пыталась утихомирить эпилептика. Эпилептик, будто приняв вызов, начал колотиться о кровать на порядок сильнее. Из его горла доносился сдавленный вопль загнанного зверя, и Чарли уже прямо-таки повисла на нём, крепко обняв и начисто забыв о собственных проблемах: – Я здесь, я здесь, всё уже кончилось, я тут, я тут, я... Радиодемон внезапно обнял её в ответ, очень болезненно. Его скрюченные, наполовину трансформировавшиеся в острые оленьи копытца пальцы продрали ночную рубашку, оставив на коже девушки глубокие царапины. Умудряясь так и не проснуться, Аластор в последний раз угрюмо дёрнулся, послал в никуда тычок коленом, и… блаженно засопел, перекатившись со всеми возможными приключениями в фазу глубокого сна. – Ну, вот и умница, вот и молодец, – Чарли осторожно легла головой ему на плечо, поняв, что не может вывернуться из его крепких объятий. Слегка двинула лопатками. Немного жжёт. Но терпимо. Помощь за помощь, так сказать. Но, пожалуй, на сегодня хватит, ведь уйти теперь при любом раскладе не получится.