Wounded

      Виктор проснулся среди ночи, когда дверь каюты с тихим скрипом открылась. Так происходило каждый раз, когда сторожащие его сагралы сменяли друг друга. Днём они появлялись только для того, чтобы принести воду и пищу, а затем снова оставляли его в одиночестве.       Время для Виктора мучительно тянулось, очень быстро он потерял ему счёт. Единственным, что спасало его от беспокойных мыслей, которым, казалось, не было конца, являлся сон — да и сил на большее у него практически не оставалось. Никто так и не согласился развязать его руки. Они часто немели, и под веревками наверняка кожа уже поменяла цвет, но, благо, стянуты кисти были не слишком сильно.       Периодически Виктор от отчаяния пытался завести с кем-нибудь разговор. Он уже даже перестал задавать вопросы об их замысле и похищении, и спрашивал самые обычные вещи: обстановка на корабле, из чего приготовлено принесённое блюдо, или же что-то о магических силах сагралов. Иногда Виктор даже удостаивался ответов. Чаще всего от Ярана или Хазуна. Нишира обычно велела заткнуться, а двое остальных и вовсе игнорировали его.       Сморгнув остатки сна, юноша проследил за тем, как Нишира покидает каюту. На смену ей пришёл Яран. Они молча прошли мимо друг друга, и дверь закрылась. Саграл устроился на соседней кровати, сев поперёк, и прислонился спиной к деревянной стенке.       Ровно выдохнув, Виктор снова закрыл глаза. Нет, спать он не собирался. Каждый раз, когда рыжий саграл приходил сюда, Виктор говорил себе: «пора», «сейчас». Но он не решался.       Судя по всему, вывести Ярана из себя было не слишком сложно. Виктор отметил, что он, удачно, самый вспыльчивый из всей компании, и вполне может сорваться. Тогда у юноши будет шанс поджечь верёвку и освободиться. Но что если Яран оставит ему ожоги не совместимые с жизнью? Что если поймёт, что его провоцируют намеренно? Или просто ударит и не станет пользоваться своей магией?       План, к которому Виктор каждый раз возвращался в минуты бодрствования, был рискованным, но что ему оставалось? Находиться в таких условиях становилось невыносимо. Сколько ещё ему предстояло терпеть всё это? Неизвестность пугала. Ничего хорошего в стране сагралов — которые, как оказалось ненавидели людей, — его не ждало.       — Почему вы сторожите меня по ночам? — тихо спросил Виктор, не открывая глаза. — А днём — нет?       Раздался негромкий смешок. Было в нём что-то пренебрежительное, но, впрочем, Виктора это совсем не удивило.       — Днём мы не спим и можем быстро среагировать, — ответил Яран, прокручивая в руке изогнутый кинжал. — А ночью бодрствуют только некоторые члены экипажа. И им явно не до глупого мальчишки. Всё же, это наша обязанность — доставить тебя в Хэрликайд.       — Ночью я так же связан, как и днём, — нахмурил брови юноша. — Боитесь, что я в одиночку стащу шлюпку и уплыву?       Пытаться уплыть на шлюпке и правда было бы очень сомнительной и опасной затеей, но это был единственный способ.       — Ты и на метр не отплывёшь, — усмехнулся рыжий саграл, в который раз намекая Виктору на его слабость. — Но, вот, если ты утонешь, то очень подведёшь нас.       — Какая жалость, — фыркнул Виктор.       Его осенило. Яран сам навёл его на нужную мысль.       — Откуда у тебя этот шрам? — спросил юноша, открывая глаза. Оперевшись на локоть, он оттолкнулся от постели и сел.       — Хочешь такой же? — губы саграла привычно растянулись в неприятной ухмылке. — Его на память мне оставила одна потрёпанная псина.       — На тебя напала собака? — задумчиво нахмурился Виктор.       Яран расхохотался.       — Почти. — Рыжий приподнял клинок и осторожно провёл пальцем вдоль широкой стороны лезвия. — Оборотень. Скверный тип. Убивает без разбора всех, кого прикажет ему Лацилион — сидящая на троне тупая блондинка с кучкой эльфов вокруг. Наверняка без них он бы уже выглядел как сгнивший сморщенный труп.       — Насколько я знаю, ему и правда уже очень много лет, — вспоминая свои книжки, сказал Виктор.       — А он всё никак не сдохнет, — скривившись, ответил Яран. — Пытается удержать власть над Ирдродом. Но поверь… — Саграл сунул кинжал в ножны. — Недолго ему осталось.       — А Нишира… Что на счёт неё? — спросил Виктор, вспоминая изувеченное множеством шрамов тело девушки.       — Я плохо знаю её, — пожал плечами Яран. — Она редко делится чем-то личным.       — Получается, вы просто работаете вместе?       — Да, — кивнул мужчина. — Но Хазун, кажется, лучше ладит с ней. Когда нас отправили на задание, они пришли уже вместе.       Виктор молча кивнул. Этот разговор почему-то помог ему немного расслабиться. Он пошёл не совсем в ту сторону, куда планировал завести его юноша. Нужно собраться.       — Можно мне хотя бы пройтись по палубе? Я никогда не плавал на корабле, — произнёс юноша, переведя взгляд на небольшое окошко в каюте. Яран резко изменился в лице. — Мне не нужно развязывать руки. А без них я ведь всё равно не удеру. К тому же, под твоим присмотром. Или ты сомневаешься в своих силах?       — Пытаешься мной манипулировать? — Вставая с кровати, прошипел Яран. — Как же ты бездарен.       Виктор неопределённо улыбнулся, пожимая плечами, но улыбка быстро исчезла с его лица, когда саграл склонился в его сторону с опасным блеском в глазах и издевательской усмешкой.       — Если мы время от времени разговариваем, это ещё не значит, что я буду гулять с тобой под ручку как подружка. — Казалось, огонь вырывается из него и сейчас, прожигая через взгляд до самой глубины души. — Так что знай своё место, отброс.       Губы Виктора дрогнули в напряжении.       — Пошёл ты.       Подавшись вперёд, Виктор плюнул в нахальное самодовольное лицо. Саграл дёрнулся и резко отстранился, его грудь резко вздымалась от взвившейся ярости. Юноша почувствовал, как всё внутри сжалось. Он знал, что будет дальше.       Виктор с грохотом упал на пол и прокатился по нему от сильного толчка. Яран не раздумывая набросился на юношу, схватив за грудки и врезавшись мощным ударом в нос. Послышался хруст, из ноздрей к губам потекла алая кровь. Темноту каюты прорезало яркое пламя.       — Мелкий сучонок! — прорычал саграл, нависая над Виктором. — На что ты вообще рассчитывал?       На это.       Яран был очень зол. Пламя в его руках дико бушевало.       — Не спали нам корабль, идиот! — послышался крик вбежавшей в каюту Ниширы.       Не сдержав порыв ярости, Яран замахнулся и рывком врезался в вовремя выставленные руки Виктора, закрывшие лицо. Огонь опалил верёвки, прожёг кожу на кистях и запястьях, болезненно мазнул по виску и задел часть волос. Виктор закричал, но он знал, что его план требует пойти на жертвы.       — Какого хрена ты делаешь?! — взревела Нишира, вытаскивая из ножен меч.       Поддавшись эмоциям рыжий саграл совершенно не подумал, что своими силами мог освободить пленника. Виктор отреагировал на происходящее очень быстро. От былого бессилия, что он ощущал будучи скованным, словно не осталось и следа. Взметнувшись и отскочив в сторону, юноша каким-то чудом успел выхватить кинжал из ножен рыжего саграла. Теперь для разрыва верёвок стоило просто дёрнуть руками, и прожжённые путы разорвались без особого труда.       Яран и Нишира тут же бросились на него.       — Стоять! — закричал Виктор, направляя кинжал себе под рёбра. Они остановились. Нишира напряжённо сжала губы. Огонь в руках Ярана резко потух, а его злоба стала ещё сильнее, ноздри раздулись от гнева, в глазах кипела ненависть.       — Да я тебе сейчас сам засажу этот к…       — Замолчи! — процедила девушка, метнув суровый взгляд на рыжего. — Ты и так постарался. — Она распрямила спину, стараясь расслабить лицо и придать себе спокойный вид, обращаясь уже к Виктору. — И что ты собираешься делать?       — Я совершенно не понимаю, зачем я вам нужен, но я знаю, что моя жизнь для вас сейчас на вес золота, — начал юноша. Его глаза метались из стороны в сторону. Он следил, как бы кто не шагнул к нему ближе. — И у вас, определённо, будут большие неприятности, если я умру.       Нишира закатила глаза.       — Какой дешёвый шантаж, — сказала она, опустив меч. — И что ты хочешь? Ты либо сдохнешь, либо сбежишь. Ни то ни другое нас не устраивает.       — Я хочу знать, что происходит, — голос Виктора предательски задрожал.       Он начал чувствовать, как сильно болят его руки и лицо, опалённые огнём. Кожа была красной и покрылась волдырями. С каждой секундой боль становилась сильнее, нарастала, появилось ощущение, что юноша и сейчас горит — кожу жгло, словно огонь пробрался до костей. На лбу и спине выступил пот.       — Если меня там всё равно ждёт смерть, то лучше закончить всё здесь, — уверенно добавил Виктор, коснувшись остриём кинжала своей рубашки.       Он и сам до конца не понимал, на самом ли деле был готов к тому, чтобы убить себя. Настолько ли он отчаялся? И, действительно, как должна решиться эта ситуация?       Его план трещал по швам. Он стал абсолютно безнадёжным, когда руки начали трястись от боли, и пальцы еле сгибались, держа клинок. Он выскользнул. Оружие со звоном приземлилось на пол. Прошло мгновение, и Нишира с Яраном уже были возле юноши, скрутив руки за спиной. Они что-то говорили, но Виктор слышал лишь гул и неразборчивые звуки в кружащейся голове. Стало ясно, почему они просто стояли. Они видели, насколько серьезными оказались ожоги, и поняли сразу, что Виктор окажется сильно ослабленным. Им нужно было всего лишь немного подождать.       — Я тебя больше с ним не оставлю, — словно змея шипела Нишира, когда они с Яраном тащили юношу обратно к кровати.       — Этот кусок дерьма плюнул мне в лицо! — возразил саграл, грубо сжав плечо Виктора.       — Тебя самого нужно отправить на Билбрассо, и лишить нахрен такой силы, если ты не можешь сдерживаться!       — Будто ты никогда не ошибалась?! — выпалил Яран, толкнув мальчишку на кровать.       — Ладно. Нам повезло, что всё закончилось так. Шиолан не будет смотреть на то, красивая ли у него мордашка. — Нишира небрежно повернула голову юноши. Лицо от виска до щеки было опалено вместе с ухом, часть волос сбоку сгорела и почернела.       — По-моему, так даже лучше, — усмехнувшись, бросил Яран.

***

      Миновало ещё несколько дней. Боль от ожогов была настолько нестерпимой, что Виктор сейчас точно решился бы пронзить себя клинком. Его постоянно бросало в жар, и становилось дурно. Видя это, сагралы несколько раз в день поили его каким-то снадобьем, что, по их словам, помогало заживлению и действовало как обезболивающее. Но полностью избавиться от этого ужасного ощущения не удавалось.       Яран и правда больше не приходил в каюту. Хазун, который до этого как-никак да говорил с Виктором, теперь его абсолютно игнорировал по приказу Ниширы. Время текло медленней с каждым днём. Сон занимал всё больше места в нынешней жизни юноши. Но в один день в каюту пришли все пятеро.       — Вот мы и на месте, — сообщил Яран, недобро зыркнув на Виктора.       Хазун поднял его и поволок на палубу. Остальные важно шагали рядом. Спустившись по трапу, они вышли в порт. Виктор широко раскрыл глаза, стараясь уловить каждую деталь. Здесь всё выглядело куда богаче и изощрённей, чем в городах людей. Увлеченный открывшимся видом, юноша отвлёкся от терзавшей его боли. Архитектура завораживала.       Множество аккуратных вытянутых домов будто вырастали из скалы, спускаясь к её подножью и перетекая на землю. Чистые металлические лестницы соединяли постройки, они смотрелись просто, не имея излишеств, но очень лаконично вписывались в антураж. Окна домов имели одинаковые угловатые тонкие узоры золотистого цвета, и совсем не походили на обычные деревянные окошки, разделённые на равные квадраты. Даже само стекло будто было не совсем прозрачным и отливало желтовато-зелёным оттенком. Здесь не было шумных толп и торговцев — магазинчики с притягивающими взгляд вывесками были скрыты за стеклянными витринами или узорными дверями. Ровная мощёная дорога широкой лентой вела между зданий, разветвления делились строгими кварталами.       — Отправь гиори Шиолану, — сказала Нишира одному из сагралов. — Напиши, что мы уже в Хэрликайде. И скоро прибудем в столицу.       Мужчина кивнул и быстро удалился, скрывшись за поворотом. Виктор, свисающий с плеча Хазуна, рассматривал город, ворочая головой в разные стороны. Он перечитал много книжек про сагралов, и примерно представлял, как должны выглядеть города, но увидеть это самому было куда интереснее. По коже побежали мурашки. Кажется, на какое-то мгновение Виктор даже смог забыть, что он здесь в качестве пленника, а не для знакомства с культурой и изучения достопримечательностей.       — Я возьму немного провизии, — Нишира посмотрела на Ярана, — а ты договорись, чтобы нам предоставили тивианов.       Они разошлись в разные стороны. Хазун вместе с юношей на плече и ещё одним сагралом направились вперёд по дороге. Они шли неторопливо, и Виктору удавалось рассматривать всё больше и больше, но дома в городе практически не отличались друг от друга. На некоторых из них Виктор видел флаги красного цвета с золотым узором в виде летящей кометы. Сразу же юноша посмотрел на Хазуна, вспоминая, что уже много раз видел подобное сочетание. На одной руке великана ближе к плечу была красная повязка того же оттенка, что и сам флаг, а на другой запястье украшал золотой браслет. Точно такие же атрибуты имелись у Ниширы, Ярана и остальных сагралов, которых он видел помимо первого — того, кто пришёл в трактир в тот самый вечер.       Погружённый в размышления Виктор даже не заметил, как обстановка вокруг сменилась. Домов больше не было — они остались позади, — а перед ними выросли высокие утёсы и туманная дорога, ведущая в непроглядную даль. Хазун остановился. Нишира уже присоединилась к ним, вскоре подключился и Яран, восседая на крупном звере, как и тот саграл, что отправлял послание.       Рядом было ещё трое таких же животных. Они обладали размерами гораздо больше лошадей, так что даже Хазун мог комфортно на таком уместиться. Существа имели небольшую голову с короткой мордой и кожистым гребнем на макушке. Длинные мощные лапы говорили о том, что зверь может развить высокую скорость. Чёрное тело покрывал хитиновый панцирь, слабо переливающийся в лучах солнца. Гибкий хвост медленно вилял влево-вправо.       Несмотря на внушительный странный вид, тивианы не выглядели опасно. Хазун подошёл к зверю, на котором сидела Нишира, и уместил пленника в седло позади неё, пристёгивая того ремнями.       — Яран, едь вперёд. Мы за тобой, — сказала девушка, взявшись за поводья. — Здесь тебе никто не станет помогать, — она скосила взгляд на Виктора. — Так что будь любезен больше не брыкаться.