Wounded

      Темнота рассеивалась медленно. Пятна света возникали перед глазами. Слишком ярко. Больно. Ощущение собственного тела отсутствовало ещё несколько мгновений. Невольно дёрнулись пальцы. Свет уже не был таким слепящим, виднелись очертания стен и людей. Гулкие неразборчивые звуки медленно принимали знакомую форму.       — Образец Ф77, — объявил голос. — Иллюзор. Уже прошла первичную подготовку и готова к испытанию.       Знакомый мерзкий голос. Взгляд равнодушный настолько, что хочется дать в рожу. Никак.       — Пошёл ты нахер. — Чтобы выдавить это, пришлось приложить все силы, которые точно последние капли жалко перекатывались по дну стакана.       Они даже не обратили внимание.       — Подключай, — ответил второй голос.       Щелчок. Руки в перчатках схватили за плечи и перетащили безвольное тело в новые холодные оковы, сомкнувшиеся на влажной коже. Резкий вдох больно резанул, будто вспорол грудную клетку. Тонкая игла проткнула вену, ввела прозрачную жидкость в кровь. Безразличные рожи этих долбаных экспериментаторов продолжали мелькать смазанными картинками, неравномерно сменяющими друг друга. На злость сил тоже не было. Многочисленные иглы впивались, как жадные пиявки. Обмякшее тело внезапно начало наливаться силой. На коже вспыхнули мелкие перламутровые чешуйки и тут же исчезли. Где-то позади звонко начало жужжать.       — Проверь показатели, — послышался голос человека.       Каждую клеточку пронзил болевой импульс. Из глотки вырвался хрип.       — Пока всё стабильно.       Виски сдавило невидимыми громадными клешнями. Образец Ф77 походила на тающий снег, становилась прозрачной. Она менялась очень быстро: то исчезала, то возвращалась, то полостью, то кусками. Боль прожигала до самых костей, выталкивая надрывные крики. Она не раз слышала такие же, после того, как сагралов уводили из общих камер.       — Что-то не так, — выдохнула равнодушная рожа.       — Стабилизатор, — скомандовал сухой голос.       Игла снова вонзилась в плоть. В глазах плыло. Сердце забилось быстрее. Уши заложило.       Сдохнуть вот так? Здесь?       Попытка вырваться, стряхнуть с себя эти иголки или же мучительную боль оказалась бессмысленной, но какое-то животное желание выжить толкало продолжать отчаянно дёргаться.       — Ещё.       В затылок будто били крохотным, но очень тяжёлым молотком. Настойчиво. Долго. Она резко зажмурилась от острой боли прямо на лице, где скопились перламутровые чешуйки.       — Снова расщепление тканей.       — Похоже на Б13. Но мутаций пока нет.       Истошный крик никто не услышал — оглушительный грохот превратил его в немое раскрытие рта. Начался какой-то хаос. Люди мельтешили и что-то вопили. Звуки и силуэты мешались в кашу, терялись в сгущающейся темноте.       — Эй! ЭЙ!       Хлёсткий удар по лицу вытянул сознание обратно в реальность.       — Давай, девочка. — Голос был встревоженным, но почему-то успокаивал. Иглы вырвали, оковы уже были расстёгнуты. — Ну же.       Кто-то вытянул её. Босые ноги опустились на скользкий ледяной пол. Разгромленная лаборатория покрылась вонючей кровью. Где-то за стеной слышалась возня.       — Бежать сможешь? — Голос стал жёстче, пытался её растормошить. Она кивнула. Всё выглядело таким искажённым. — Как тебя зовут?       — Нишира, — тихо отозвалась она.       — Нишира, беги со всех ног, поняла?       Он крепко схватил её за запястье и сорвался с места. Оставляя за собой кровавые следы, Нишира старалась перебирать непослушными ногами.       Дверь.       Ворох сагралов.       Дверь.       Коридор.       Резкий толчок в плечо чуть не выбил её из спасительной руки, больно дёрнуло связки. Нишира обернулась на мелькнувшую в проёме лаборатории рыжую макушку.       Дверь.       Лестница.       Пальцы на запястье разжались резко. Нишира рухнула на траву. Холодный воздух пронзил горло и лёгкие, она сипло вдохнула его. Ногтями вцепившись в землю, Нишира чувствовала, как та вибрирует и сотрясается. Её спаситель пробежал мимо и снова растворился где-то в том страшном месте.       — Что происходит… — почти неслышно выговорила она.       Нишира осмотрелась. Вокруг неё жались друг к другу такие же спасённые сагралы. Все вокруг возбуждённо копошились.       Она несколько раз моргнула, пытаясь прояснить странное, тревожное ощущение. Что-то было чудовищно не так. Нишира посмотрела на свою руку, изувеченную широкими шрамами, подняла дрожащие пальцы к лицу, к правому глазу. Он ничего не видит. Из груди вырвался жалкий судорожный выдох.       — Поднимайся, это ещё не конец, — прозвучал голос сверху. Нишира подняла голову.       — Отправляйте спасённых в сторону Каарли! — скомандовал громкий голос. — Солдаты Лацилиона уже близко!       Нишира медленно поднялась на неуверенных ногах. Лучи света пронзали серое небо и, казалось, вообще всё вокруг, но это было не солнце — в эпицентре стоял мужчина.       Улицы родного города были чужими. Их трудно было узнать. Трупы где-то в переулках, оборванные флаги и яркие надписи на стенах: «ВАШ КОРОЛЬ ПРЕДАЛ ВАС», «УБИЙЦА НА ТРОНЕ».       Нишира прижалась к каменной стене и затаила дыхание. Мимо прошло несколько сагралов в форме. Они её не видели. Никто не видел. Но после пичканий каким-то дерьмом, её магия иногда давала сбой. Приходилось прятаться.       Тихо. Нишира оторвалась от стены и побежала к своему дому. Вот он. Уже совсем близко. Зайдя внутрь, она осмотрелась, прежде чем сняла с себя невидимость.       — Желлия? — осторожно позвала она.       Из проёма показалась девушка. Её глаза удивлённо распахнулись, а лицо напряжённо застыло.       — Нишира?..       — Желлия! — Воскликнула Нишира и бросилась к сестре. Они столкнулись крепкими объятиями.       — Что с тобой?.. Где ты… — Глаза Желлии наполнились слезами.       — Я была там, — выдохнула Нишира.       Желлия не смогла ничего ответить, только издала сдавленный вопль.       — Нам нужно уходить. Бери Кацо и пойдём.       — Уходить? Куда?! — Желлия ошарашено посмотрела на сестру. — Нам сказали никуда не высовываться.       — Оставаться под боком у этого урода?! — Ниширу пробила злость.       — Шиолан ушёл в сторону…       — В сторону, куда пойдём и мы! — Нишира схватила кожаную сумку и начала шарить по шкафам в поисках провизии.       — Что? — Желлия тряхнула головой, она не верила своим ушам.       — Шиолан спас меня! И всех тех, кто был в этой сраной лаборатории. — Голос Ниширы почему-то дрожал. — Пошли, Желлия, прошу тебя, не медли.       — Именно он затащил вас туда! — Желлия выдернула из рук Ниширы сумку, бросила её на пол и схватила сестру за лицо, заставляя остановиться. — Я слышала о тех… о тех спасённых сагралах. И о том, что вам внушили.       — Мне ничего не внушили! Я говорю то, что я видела! — Нишира не хотела кричать, но она кричала. — Как ты можешь не верить мне?!       — Я… — Желлия поникла. — Я верю тебе, но всё так запутано, что мы все можем ошибаться. Сейчас сагралы сражаются не только с людьми, но и с сагралами. Это же безумие…       — Послушай, — произнесла Нишира уже спокойнее. — Они спасли меня. Спасли многих. И дали нам время вернуться за родными. Здесь нельзя оставаться. Просто скажи, что ты со мной.       — Я с тобой.       Они немного опоздали к началу. Сагралы окружали невысокую площадку, по обе стороны которой возвышались ярко-красные флаги с золотой кометой. Нишира, пробираясь через толпу, крепко держала сестру за руку, а та, в свою очередь, вела за собой маленького Кацо.       — Лацилион возомнил себя божеством. Эхинцелем, — звучал громкий твёрдый голос Шиолана. Нишира остановилась, сжала руку Желлии крепче. Она смотрела на него, как заворожённая. — Взял на себя право решать, кто достоин магической силы, а кто — нет. Кто достоин быть сагралом, а кто должен сдохнуть, отдав свои силы какому-то сраному человеку! Но мы помним, что люди ничтожны. Так пусть и они не забывают кто такие сагралы.       Шиолан повёл рукой, с фальшивой учтивостью приглашая на площадку людей. Мужчину и женщину вывели два солдата и оставили в центре. Разгневанные возгласы и ругательства летели из толпы градом острых стрел.       — Позвольте представить. Джонатан и Клара Билори — создатели Билбрассо. — произнёс Шиолан, медленно огибая людей. Нишира почувствовала жаркий прилив презрения, ненависти. — Они очень любят нас, сагралов, так что покажите им себя во всей красе.       Толпа ревела. Джонатан и Клара беспомощно дрожали и обменивались обречёнными взглядами.       — Вывернуть бы им кишки наружу. — Прозвучал озлобленный голос где-то справа.       — Ублюдки. Мой муж погиб из-за них.       — Что они собираются делать? — прошептала Желлия, примкнув к сестре ближе, а сына она прижала к себе.       — Мам?.. — пролепетал Кацо.       — Надеюсь, разорвать их на части, — ответила Нишира, она не мигая смотрела на сцену.       Ближе к краю происходила страшная суматоха. Сагралы точно разъярённые псы на цепях нетерпеливо ждали, когда их спустят на добычу.       — Не стесняйтесь. — На губах Шиолана мелькнула злая улыбка. Он вытянул руку, и золотая вспышка света отбросила людей вперёд, заставляя свалиться в толпу. Сагралы набросились мгновенно. Зазвенели крики, что-то ломалось, рвалось. Со всех сторон сагралы толкались, пытаясь прорваться в гущу событий. Но всё произошло настолько быстро, что вряд ли для кого-то ещё остался шанс хоть немного насладиться местью.       Нишира стала вытягивать Желлию и Кацо из продолжающегося натиска.       — Мы отправляемся в Дэим, — продолжал Шиолан. — Пока власть Лацилиона остаётся слишком большой, но даю вам слово, что когда-нибудь его надушенная задница свалится трона, и Ирдрод будет спать спокойно.       Нишира резко замерла. Под ногами струилась тёмная дымка.       — Что пр…       Мешанина звуков усилилась. Сагралы начали отшатываться, вскрикивать, валиться на землю.       — Это Лацилион! — закричал кто-то.       Толпа взбесилась, она ревела и напирала. Нишире казалось, что её сейчас просто раздавят. Нужно спасаться. Запах крови и страха пропитал воздух, делая его вязким, осязаемым. Она крепко сжала влажную руку сестры, пытаясь пробиться хоть куда-нибудь. Вокруг вспыхивали сполохи магии, всё смазывалось, обезумевшая толпа сагралов сражалась с другой такой же.       — Да свали ты! — панически хрипела Нишира. Задыхаясь, она отталкивала сагралов, её ногти впились в руку Желлии, чуть не соскребая с неё кожу. — Держи Кацо!       — Не отпускай меня, — умоляла Желлия, то ли Ниширу, то ли своего сына.       Нога запнулась о чью-то голову. Нишира потеряла равновесие, но, уцепившись за чью-то одежду, смогла устоять. Ещё немного.       Ну же.       — Идите сюда, — выдохнула Нишира, останавливаясь. Она видела страх в глазах сестры, чувствовала, как сотрясается маленькое тело племянника. — Мы выберемся.        Дрожащие ладони дотронулись до их тел. Мелкие перламутровые чешуйки быстро разрослись по ним, окутали, скрыли под собой и заставили исчезнуть. Такие же покрыли и её саму.       — Держитесь как можно крепче.       Нишира нащупала руку сестры, и стала двигаться дальше. Уже свободнее. Они виляли между сражающимися сагралами, кого-то сшибали, в кого-то врезались, но по-прежнему держались друг за друга невидимыми руками.       Где-то там взрывались огни, непроглядная чёрная дымка поглощала свет, всё тряслось и громыхало. Воздух врывался в лёгкие раскалёнными колючими искрами, а сердце стучало так громко, что закладывало уши.       Какой-то саграл вылетел из ниоткуда. Он снёс собой всю эту хрупкую конструкцию. Рука сестры выскользнула из ладони. Нишира грохнулась на бок и проехалась лицом по сухой земле, глотнув пыль.       — Желлия! — ревела она, быстро оттолкнувшись.       Она их не видела. НЕ ВИДЕЛА.       — Желлия! Кацо!       Маленькие чешуйки исчезли с её тела, снова делая видимой. Она судорожно ползала между сагралов, пытаясь найти сестру и племянника хотя бы на ощупь.       — Да где же вы…       Глаза Ниширы наполнились слезами, в между рёбер жёстко резануло, настолько, что она согнулась. Бешеная толпа двигалась, перетекала бурной рекой, сносила её, давила, душила. Мир вокруг померк.       — Же… ллия..       Руки сомкнулись вокруг коленей. Стеклянный взгляд уставился в розовое небо, мелькающее между тяжёлыми ветвями деревьев.       Пустота. Это всё, что у неё было. В груди наматывался спутанный клубок вины и боли. Хотелось свалиться с повозки и остаться валяться где-нибудь на дороге, пока смерть не придёт за ней.       — Эй, — осторожно позвал незнакомый голос. Нишира не реагировала. — Ты всю за всю дорогу даже воды не глотнула.       — Плевать, — выдавила Нишира.       Рядом кто-то подсел. Тёплая рука мягко дотронулась до плеча.       — Не знаю, что именно у тебя произошло, но… мы все оставили там что-то. Возможно, даже огромную часть себя. Так что… мы можем вместе ненавидеть этот уродский несправедливый мир.       Нишира тихо хмыкнула и повернула голову.       — Меня зовут Тагни.

***

      Нишира разомкнула веки. Утренняя тишина всегда была для неё чем-то особенно приятным. Она любила просыпаться рано. Но сегодня был праздник, а это значит никакой тишины и никакого спокойствия. Из года в год Тагни тянула её в самый центр Дэима, где было особенно шумно и весело. Хоть и не для неё.       Многие считали, что она совершенно не умеет веселиться, и она тоже считала так. Праздник Эхинцеля её не вдохновлял, лишь напоминал об ужасных событиях, которые происходили из-за магических способностей сагралов. Может, лучше бы их вообще не было? Некоторые ведь спокойно живут, отказавшись от магии.       А ещё этот мальчишка. В этом году он будет главным украшением праздника? Или его оскорблением…       Виктор до сих пор вызывал у Ниширы не самые тёплые чувства.       Если бы его забили тогда с его же родителями, проблем бы вообще не было.       Нишира шлёпнула себя ладонью по лбу, почувствовав отвращение от собственных мыслей. Тагни привязалась к этому мальчику. Не стоит его ненавидеть. Да и вообще, может, попробовать повеселиться сегодня? Вдруг станет легче.