Мантия зелёного цвета

Рон послал совой письмо в "Ежедневный Пророк" тем же вечером. Ему было стыдно и неловко оглашать извинения. Но предстояла ещё большая пытка, когда появилась утром Рита Скитер. И ещё парочка журналистов. Они поглазели на завтракающих учеников в Большом Зале. Рон торопливо поел и отправился к Минерве Макгонагал, присутствующей на завтраке. - Профессор, можно отпроситься с вашего урока? Это важно, - пряча глаза, спросил Рон. - Минерва, будь добра, отпусти мистера Уизли, он должен дать интервью в газету, - вмешалась Амбридж. Минерва поджала губы. Она не одобряла пропуски уроков. Тем более, ради интервью! - Мистер Уизли, в конце года вас ожидают СОВы. Как вы их сдадите без практики? Сегодня будет очень интересный урок, но и довольно сложный. Жду вас после уроков на отработке. Это профессор так пожурила и наказала? Минуту поразмыслив, Рон сообразил, что она просто хочет помочь ему с индивидуальным уроком. Вот это уже было круто! Как так получилось, что Рон научился думать? Ведь ещё полгода назад Рон ненавидел отработки. Особенно у Филча и Снейпа. Снейп больше не внушал ненависти и отвращения, а Филч вызывал жалость и желание защитить от идиотов и грязнуль. Рон не заметил, как заметно вырос. Не физически, хотя и вправду вытянулся, а психологически. Он мысли более масштабными категориям, отдавая значение и своим потребностям как первоочередным. - Я проведу мистера Уизли в свой кабинет, там и поговорим, - вмешалась Амбридж. - Нет, Долорес, Рональд будет со мной. В качестве моральной поддержки я позову Северуса, - непререкаемым тоном заявил директор Дамблдор. У Рона чуточку опустились плечи. Дышать стало легче. Сквозь призму непонимания ситуации Рон не знал, как подать себя на блюдечке в руках Риты Скитер. У двери кабинет директора стояли Гарри и Гермиона. Чуть поотдаль - Драко. Вот она, моральная поддержка. Они помахали Рону и поспешили на уроки, скрывшись в длинном коридоре. Рон воспрянул духом и следующий час делился своей личной жизнью со всей частью магической Британии, читающей "Пророк" и "Ведьмополитен". Он долго размышлял, как обо всем рассказать, и остановился на том, что он учится, учится на ошибках, и ещё старался не думать о родителях. Ведь он практически опозорил свою семью! Рон заметил, что директор Дамблдор похвально кивает головой, и даже Амбридж была довольна. Эта розовая зараза все таки проникла на бесплатное шоу! Рон не знал ещё, что ему придётся извиняться перед самим Люциусом Малфоем. Рон побыл на уроках и на отработке с Макгонагал. И уже за час до сна Драко позвал Рона на экзекуцию к слизеринцам. Малфой сидел в кабинете Снейпа и читал какой-то документ. Рона как будто ошпарило кипятком. Он покраснел, побледнел, а под конец стал фиолетовым в крапинку. Рон предательски смутился, потому что Малфой был непроницаем, наглухо закрыт от эмоций и весьма холоден. В общем, как и Снейп. Но что отличало от прежних незначительных столкновениях, это то, что Малфой хорошо пах, прекрасно выглядел и чертовски притягивал к себе. Рон не думал о сексе ещё так явственно, но сны случались, и случались конфузы. Мысль, что Малфой может быть в его руках, приводила его в ужас. Какое удовольствие! Тут вообще пережить брачную ночь Рон считал подвигом. Люциус Малфой. Благороден и богат, как Крез. Привлекателен как Аполлон. Силен как альфа. Что ещё Рон мог о нем сказать, чтоб не упасть в обморок от смущения и желания провалиться под землю. Рон забыл, точнее не хотел думать, что Люциус Малфой - Пожиратель смерти и правая рука Волдеморта. Скользкий, неприятный тип, пресмыкающийся перед чудовищем. Рон понял, что это слишком. Но именно последняя мысль отрезвила его и вернула мужество. - Лорд Малфой, - едва громче шепота поздоровался Рон и глубоко поклонился. - Хочу принести вам извинения. Я вёл себя отвратительно, неподобающе омеге. Прошу вас об искуплении, подобающему моему статусу и семейному положению. Люциус удивлённо поднял голову. Он ожидал нападок пренебрежения или, что ещё хуже, обвинений в принадлежности к тёмной стороне, но не извинений, сказанные тихим голосом. Он пристально посмотрел в глаза Рону. Тот медленно моргнул. И тут произошло нечто неожиданное. Горячая волна магии прошлась по кабинету, смягчая и очищая обстановку непонимания и отторжения. Установилось взаимопонимание. В конце концов концов Рон не хотел жить один, без семьи и всеми презираемый. - Может, у меня, у нас, есть хоть один шанс, - прошептал Рон, смущаясь и умирая под взглядом стального цвета глаз. На мгновение серая сталь холодности сменилась на бирюзовое согласие и принятие. Малфой простил Рона Уизли. - Я прощаю тебя, Рон Уизли, - все также надменно произнёс он, но Рон мог поклясться, что видел боль и печаль. Ни Люциус Малфой, ни Рон Уизли не подозревали, что установили негласную связь истинных альфы и омеги. Сквозь неприятие и недопонимание они пытались понять друг друга. Научиться думать и делать согласно их истинной природе. Им обоим было страшно делать шаг друг к другу. Ещё было много препятствий на их пути, но впервые Рон утром шёл на уроки окрыленный и вдохновленный. Он хотел учиться, но впервые думал о том, что учёба не главное. Но Малфой не согласился бы заключать брак с глупым и недалеким невеждой, внезапно озарило Рона на уроке Трансфигурации. Неужели надо лучше работать над собой? Вот так и получилось, что Рон скрепя сердце и преодолевая леность ума, попытался понять формулы чар Флитвика, которые тот заставил разбирать на уроке. Даже уроки Грабли-Дерг ему понравились. Но чего Рон не ожидал, так это вечерней посылки от Люциуса Малфой. Эльф прислал ему стопку книг для изучения. Нумерология для начинающих, Чары для продвинутых подростков, ритуальная магия, волшебные места Британии, и много много чего. И Рон собирался жаловаться на малое количество уроков, где можно было тренировать ум? Хотя вот ещё недавно ему тяжело давалась Защита, хотя он её любил больше всего. *** Амбридж была разочарована, что Малфой быстро простил Рона. Она по природе своей была тёмной, обожала плести интриги и вмешиваться в дела великих волшебников. Вот её ненасытный ум был занят разоблачением некого отряда, который готовился к экзаменам по Защите и предстоящей борьбе с Волдемортом. Время шло. Шаг за шагом росло влияние Амбридж и все сильнее и сильнее ужесточались правила в Хогвартсе. Дамблдор молчал и все чаще исчезал из школы. Стало труднее дышать и морально, и физически. Рон ослабил галстук и отложил написанное эссе подальше от себя. - Я уже не могу, - пожаловался он. - Столько заданий я не выполнял уже давно. Да просто никогда. - Поэтому я и говорю о графиках подготовки к экзаменам, - заявила Гермиона. - Рон, отложи книжку! - и тут же смутилась. - Я это сказала? Я хотела сказать дай почитать! Рон усмехнулся и помахал книжкой по нумерологии, на эрзаце которой виделся герб Малфоев. Книга была для начинающих. Написана была увлекательно, и Рон пожалел, что не выбрал нумерологию в качестве дополнительного урока. Рон торопливо отогнал мысль, что предаёт Хагрида. Нумерология реально была безопасней урока полувеликана. - Я первый. Их компания сидела в библиотеке. Драко неприкрыто ластился к Гарри, а Гермиона быстро дописывала свое эссе своим каллиграфическим почерком. Тихий вечер. Снежный ветер за окном утих, и вполне можно было ещё часик полетать на метле. - Ребята, я пойду полетаю, - решил Рон. - Полёты на метле отлично прочищают мозги. - Значит, твой мозг внутри пустой? - пошутил Драко. - Конечно нет! Знания в голове перерабатываются, структурируются, и я уже не боюсь читать талмуды, как Гермиона. - Это правда, - ответила Гермиона, - только это чаще всего происходит во время сна. - Жалко время тратить на сон, - ответил Рон, собираясь уходить. - В мире столько всего интересного... Рон побежал в гриффиндорскую башню за метлой. Гарри с тоской посмотрел вдогонку - метлу у него отобрала Амбридж. Морозец пробирал до костей, остужая все вокруг, и Рон взбодрился, наматывая круги над стадионом. Он думал обо всем происходящим. Скоро Рождество, и надо дарить подарки своим друзьям. "Нужно подарить и Малфою что-то", - мелькнула мысль, от чего Рона бросило в жар. Что можно подарить богатому аристократу, у которого есть все, но у его омеги нет ничего? Рону в голову ничего не приходило. Коньяк с шоколадом? Было бы неплохо, если б у Рона были бы деньги. Может, у тетушки Мюриэль спросить? Или у родителей? Мама наверняка посоветует нечто путное, но только для Уизли это будет дорого, а для Малфоя - ничтожно. Рон готов был съесть свою шляпу, что он никогда никого об этом не спросит. После часа полёта на метле у Рона открылось новое дыхание. В гриффиндорской башне, когда он туда примчался взмыленный, ему пришла гениальная, как на его взгляд, идея. Открытка. Это должна быть открытка.