Не доверяй прогнозу погоды

      Жара.       Удушливый поток окружил уставшее тело. Хмурый лоб давно покрылся испариной, а серая футболка заимела несколько влажных пятен. Рюкзак давил на плечи сильнее с каждым километром. Крутить педали велосипеда в такую даль именно этим днем — перестало казаться отличной затеей. Но бо́льшая часть пути за спиной — возвращаться еще безрассуднее.       Выбранный путь оказался почти безлюдным. Мучительное путешествие длилось около трех часов, и за это время повстречались лишь семь автомобилей, что было скорее плюсом.       Юдзуру остановился, чтобы прополоскать рот уже давно не прохладной водой. Подумав, он вылил немного себе на голову. Стало легче. Он бодро потряс мокрыми волосами из стороны в сторону, и вернул на голову белоснежную кепку. Прежде чем двинуться дальше, он машинально обернулся назад. Глаза в страхе впились в огромное пятно, синевшее над горизонтом. Резво впрыгнув на седло, Юдзуру шустро зашевелил ногами. Оказалось, доверять прогнозу погоды на все сто процентов — тоже глупо.       И если бы туча, выползавшая из-за далеких макушек деревьев, несла в себе лишь дождь, который, кстати, и обещали в конце дня интернет-синоптики, Юдзуру даже обрадовался бы. Но он знал наверняка, научился отличать еще в раннем детстве, помимо приятно холодящих капель, громоздкая туча несла в себе мощные электрические разряды. И если пугающий грохот пока не достиг ушей, то это случится в очень скором времени. Надеяться, что добраться до захудалого хостела удастся прежде, чем чернеющая синь его догонит — бессмысленно. Если верить гугл-картам, до ближайшего поселения где-то тринадцать-четырнадцать километров.       Юдзуру с надеждой высматривал хоть какое-то укрытие, способное послужить защитой, но глаза находили лишь мелкие кусты. Голова беспрестанно оборачивалась назад. Юдзуру с ужасом отмечал, что грозовая туча занимает все больше и больше места на прежде ясном небе.       Дорога пошла в некрутую, но длинную гору. Вращать педали стало труднее, скорость значительно упала. За спиной раздался первый, приглушенный раскат грома. Юдзуру вздрогнул и чуть пригнулся. Ноги задвигались усерднее. Усталые бедра недовольно заныли, как и колени, но тревога не позволила замедлиться еще сильнее.       Воздух пропитался ненавистным грозовым запахом. Мощные раскаты загремели чаще. Потемневший кусок неба заблестел золотистыми трещинами. Гора наконец-то покорилась, и продолжать путь стало куда легче. Юдзуру выдохнул. И даже попытался убедить себя, что успеет доехать до «перевалочной» точки. Выбора, кроме как и дальше крутить педали, у него все равно нет.       Прохладная тень постепенно покрывала раскаленный асфальт, настигнув вскоре и нависшую над рулем фигуру. Загремело уже поблизости, и под настырным воплем паники Юдзуру сдался. Он был готов забиться в нору, под груду поваленных деревьев, спрятаться хоть куда-нибудь.       Вдалеке послышался тихий шум и через пару секунд с неба западали редкие капли. Гром гремел уже через пару секунд после ярких вспышек. Юдзуру постоянно дергался, прижимался к велосипеду, почти укладываясь на раму. Казалось, небо раскалывается именно над ним, и летящие на землю осколки превратят его в кровавую пыль прямо сейчас. Челюсти сцепились намертво, но в горле стоял еле сдерживаемый истеричный крик. Мысль, что он точно умрет сегодня — и вот так вот глупо — металась в голове, едва ли рассуждающей здраво.       Оглушительный грохот раздался одновременно с ослепляющей трещиной, и Юдзуру, не задумываясь, соскочил с велосипеда. Толкнул его с дороги в канаву, и прыгнул следом в мокрую траву. Жмурясь, он уткнулся лицом в сырую землю и закрыл голову руками. Удлиненные шорты чуть задрались, и голые колени уперлись в небольшую грязевую лужицу. В любое другое время Юдзуру как минимум брезгливо скорчил бы лицо, но сейчас грязь на теле и одежде волновала меньше всего.       Слабый дождь переродился в ливень. Капли усердно заколотили по дрожащей спине. Ветра совсем не было, отчего туча почти не двигалась с места. Юдзуру лежал где-то пару минут, но из-за постоянного грохота, ему чудилось, что времени прошло куда больше. Терпение оставляло. Ну сколько людей умирает от грозового разряда? Да его скорее машина собьет — вероятность куда серьезнее. Что ж теперь из дома не выходить? Да и небо все еще на месте. Может и в этот раз оно выстоит и не рухнет на землю?       Юдзуру опасливо приподнял голову. Глаза загорелись. И как он не заметил? Сквозь пышную листву лесополосы проглядывал темно-коричневый квадрат. Воодушевленный Юдзуру поднялся на ноги, одновременно поднимая и велосипед. Он надеялся, что эту картинку ему не подкинул вымотанный страхом разум, и очень рассчитывал, что действительно видит деревянное строение. Все равно дальше он сейчас не поедет, и лучше уж лежать среди деревьев возле стены этого странного квадрата, нежели в канаве. Несмотря на то, что правила безопасности твердят об обратном.       Пригнувшись и зажмурив один глаз, он неуклюжим бегом направился в сторону шалаша. Кроссовки намокли и стали тяжелыми, вода в них мерзко чавкала. Высокая трава назойливо путалась в спицах и тормозила колеса. Юдзуру злился. Вскоре он уже не вез велосипед рядом, а тащил позади себя за руль. От души обругав все, что можно, в том числе и двухколесного приятеля, он преодолел-таки двадцатиметровое расстояние.       Темно-коричневый квадрат действительно оказался самодельной постройкой. Широкие доски крепились к четырем массивным стволам высоких деревьев. Шалаш висел над землей на расстоянии полуметра. Юдзуру шустро забросил внутрь велосипед, впрыгнул следом и громко хлопнул хлипкой дверью.       Комната была невелика — где-то два на два метра. В середине стоял небольшой стол. По периметру, вдоль стен — широкие скамейки. А единственное крохотное окно имело стекло, которое Юдзуру оперативно заслонил кепкой. В шалаше было почти сухо, лишь один угол чуть подтекал. А в такой-то ситуации обстановку и вовсе можно было считать царскими хоромами.       Юдзуру хотел было пройтись влажными салфетками по перепачканным рукам и ногам, но очередной раскат грома заставил его плюнуть на эту мысль. Подождет. Вместо этого он шмыгнул под дальнюю скамейку и улегся на голый дощатый пол, в щели которого знатно задувал долгожданный ветер. Сжавшись в позе эмбриона, Юдзуру закрыл глаза и стал ждать тишины. Разрывающий небо треск вынуждал съеживаться сильнее. До заката было часов пять, поэтому мыслей о ночи в неуютном шалаше не возникало. Гроза пройдет, и времени будет достаточно, чтобы добраться в нужное место до темноты.       Но гроза не проходила, и даже не затихала. Юдзуру взглянул на наручные часы и расстроенно отметил, что провел в найденном убежище чуть больше часа. Он удрученно вздохнул. Лежать на полу в мокрой одежде — холодно, но выбираться из-под защитного скамеечного навеса он не станет. Нет. Ничто не заставит.       Одновременно со звонким громовым раскатом дверь в шалаш распахнулась и сильно стукнулась о стену. Юдзуру вскочил на ноги с высоким вскриком, попутно ударившись головой о скамейку.       — Кто здесь?! — так же высоко спросил он.       В проеме показался молодой человек. С его легкой одежды частыми каплями срывалась дождевая вода. Он задумчиво нахмурился, после чего весело хмыкнул и втащил внутрь велосипед. В комнату вернулась былая темнота, нарушаемая лишь световыми вспышками, которые просачивались сквозь многочисленные щели.       — Простите, — Юдзуру попытался нашарить свой рюкзак, борясь с дрожью в голосе, — Я думал, это ничье, — он старательно выговаривал испанские слова, но волнение обезображивало его речь резким акцентом.       — Турист?       Юдзуру кивнул, хоть собеседник и не мог видеть жест.       Молодой человек пристроил свой транспорт возле арендованного собрата, и сел на одну из скамеек. Порыскав во внутренних карманах, он достал телефон. Включив на нем фонарик, направил луч на незнакомца. Оценив его потрепанный и испуганный вид, снова весело хмыкнул, — Это и есть ничье. Не беспокойся. Мы построили это место, когда я был подростком. Было нашим логовом что ли. Теперь же здесь только от дождя и прячутся, — он расстроенно цокнул языком, — Вот так.       Юдзуру приободрился — парень не только не намеревался его вышвыривать, но и настроен переждать здесь это мерзкое природное явление. В компании будет не так жутко.       — Это означает, Вы из Санседо?       — Не, — завертел головой собеседник, — Стали бы мы строить так далеко?       — Разве это не самое близкое поселение? — озадачился Юдзуру, рисуя в воображении местную карту.       — О-о, нет. То есть, если ехать основной дорогой, то да, получится, что я живу еще дальше. Но тут есть дорога по полю. Сейчас она конечно грязноватая будет, зато короткая, — он пожал плечами.       Стены шалаша задрожали — в этот раз раскат грома был слишком близким. Юдзуру дернулся залезть обратно под скамейку, но остановил себя.       — Ты чего, боишься что ли? — веселился незнакомец.       — Нет. Это не так, — голос звучал уверенно, но не совсем человечески.       — На улице сейчас и правда не хотелось бы находиться…       — Я не боюсь, — так же твердо повторил Юдзуру.       — Ну, хорошо, — незнакомец пожал плечами, — Хавьер, — он протянул руку и направил на нее фонарный луч.       — Юдзуру. Можно Юзу, — Юдзуру крепко пожал предложенную руку.       Хавьер несколько раз кивнул.       — Так значит, ты турист?