С закрытыми глазами

— Мобиус… — угрожающий голос Локи пронесся по гостиной апартаментов Мобиуса. — Локи, — спокойно ответил мужчина, продолжая быстро перелистывать страницы старого файла. Он касался бедра чародея и неожиданно почувствовал дрожь, прошившую его. Не отрываясь от толстой папки, он перевернул страницу и положил свободную руку на колено Локи, мягко сжимая его. На нее сверху неловко опустилась его ладонь. — Я почти нашел. — Ищи быстрее, — в противовес дрожи, которая поселилась в его теле, он звучал недовольно. — Мы не можем сидеть тут вечно. — Мы в моих апартаментах. Нас никто не побеспокоит, — заметил Мобиус. Локи сжал его ладонь чуть крепче. Я не пытался выведать, где мы находимся. — Ну что? — Локи положил голову на плечо Мобиуса, будто читая текст у него в руках. — Нигде не описывается побочный эффект в виде гиперчувствительности к свету. — Мобиус перевернул страницу. — Я не гиперчувствителен к свету, я вообще не вижу! — Локи вскочил и ударился о низкий столик, стоявший рядом с диваном. Мобиус поднялся следом и мягко усадил взвывшего от боли чародея обратно. — Я знаю, — успокаивающе произнес он, обнимая его за плечи. — Мы найдем решение, Локи. Ты не останешься слепым. — Слепой бог, — зло хмыкнул Локи, откидываясь на спинку дивана. — Чудесно. Он потер закрытые глаза. Мобиус кинул на него быстрый взгляд, но отвечать не стал. Вместо этого он вернулся к недочитанному тексту и быстро просмотрел его на предмет неожиданной реакции на свет звезды планеты Катрен, на которую они попали в рамках задания. Никаких побочных эффектов… Никаких побочных эффектов… Свет звезды безопасен… Выявлены значительные повреждения цветов, относящихся к роду Шиповник. Цветы этого вида не могут произрастать на планете, более того, не могут быть завезены на нее, так как погибают от света звезды Катрен в течение пятнадцати минут… Свет звезды безопасен… У одного из десяти тысяч жителей планеты Катрен было выявлено повреждение глазного яблока… Мобиус нахмурился, читая дальше. Проведенные в 2095 году опыты показали, что свет звезды вызывает химическую реакцию на хрусталик, отвечающий за зрение индивидуума. Население Катрены, на 99 процентов состоящее из людей, не имеет в хрусталике типа белка, реагирующего на свет звезды, однако, 1 процент населения происходил из человекообразных существ из мира под названием Асгард, уничтоженного… Мобиус быстро перелистнул страницу, пропуская историческую справку о Рагнареке, и продолжил читать. …В случаях, когда в глазном хрусталике существа присутствовала особенная разновидность белка, этот белок подвергался денатурации, и у больного начиналась болезнь, у землян известная, как «катаракта» или расстройство зрения, связанное с помутнением хрусталика… — Лечение, лечение… — пробормотал Мобиус, быстро проскальзывая взглядом по тексту. Локи прижался обратно к его плечу, нервно шепча: — Ну что? — Сейчас. — Мобиус мягко погладил его по ладони большим пальцем. — Лечение, лечение, лечение… Должно же быть. Вот! — И что там? Он увидел в тексте искомое слово. …Лечение после воздействия прямых лучей звезды планеты Катрена на глазное яблоко: Если больной после попадания на планету Катрена жалуется на: — Острую резь в глазах, — Помутнение или пятна, — Жжение, слезоточивость, — Боль при открытии глаз на свету или в полутьме, — Полную потерю зрения. Следует срочно закрыть его глаза и запеленать их несколькими слоями бинта, либо любой темной тканью. Такую повязку стоит держать на глазах до полного выздоровления, то есть до исчезновения любой боли, рези в глазах, реакции на свет и до улучшения качества зрения больного до изначального. Другого лечения изобретено не было. На момент написания статьи изучение разновидности белка, вызывающего слепоту, было приостановлено из-за ограниченности ресурсов на планете Катрен. Организм больного будет сражаться с денатурацией белка. Возможно полное исцеление, если больной пробыл на планете менее получаса, частичное исцеление, если… Мобиус оторвался от текста. На планете они пробыли двадцать восемь минут. Он лично проверил записи темпада, когда дотащил стонавшего от боли Локи до врача ТВА час назад. — Мобиус? — несчастное выражение проступило на лице чародея. Смотрящий с закрытыми глазами на Мобиуса, не видевший его лица, он вызывал сочувствие, даже несмотря на повторяющиеся вспышки гнева. Мобиус погладил его по ладони, пытаясь успокоить, и негромко сказал: — Мы наложим повязку. Тебе придется ходить с ней, пока зрение полностью не восстановится, а все симптомы не исчезнут. Я дам тебе обезболивающее, мне кажется, что у нас было что-то из твоего мира, оно должно тебе помочь. Но боюсь, что другого способа нет. — То есть, лечения нет? — Локи вырвал руку из руки Мобиуса. — Я либо поправлюсь, либо ослепну? Какой вообще в этом смысл? Он попытался открыть глаза, но сразу же заслонил их ладонями, тихо воя от невыносимой боли сквозь сжатые губы. Мобиус погладил его по волосам и мягко прижал к своей груди. Его губы коснулись макушки согнувшегося чародея, не пытавшегося вырваться из объятий, но напрягшегося, когда Мобиус аккуратно отстранил его. — Нужно найти тебе повязку. — Я… — Локи повернулся в сторону, откуда слышался голос Мобиуса. Тот обернулся, чтобы взглянуть на чародея и замер: весь вид его, судорожно сжавшиеся ладони, закрытые глаза, чуть опущенные уголки губ, кричал о том, как Локи было страшно. Локи язвил и злился, как обычно и делал, пытаясь скрыть свой страх, страх, что зрение больше не вернется, — что отныне он действительно будет слепым богом. Мобиус вытащил из аптечки легкий бинт и быстро подошел обратно к чародею, накрывая его ладони своими. — Все будет хорошо. — Он взглянул на Локи, не видевшего его лица, но слышавшего успокаивающие нотки в его голосе. — Ты поносишь эту повязку, пока все не пройдет, а потом все будет, как прежде. — Пока мы не попадем на следующую планету со смертоносным солнцем? — Локи недоверчиво склонил голову, все же позволяя Мобиусу проворно закрыть бинтом его глаза и закрепить его на макушке. — Это солнце не смертельно. С тобой все в порядке. — Мобиус для уверенности сжал его ладони. — Ты боишься, и это нормально, но все будет хорошо. — Локи хмыкнул. — Ты что-нибудь видишь? — Темноту, — тихо ответил он и сдался, ложась на диванчик и обхватывая голову ладонями. Сквозь его сжатые губы вырвался один единственный стон, но и он отозвался в сердце Мобиуса болью.

***

Мобиус перебирал бумаги в архиве, устроившись прямо на полу рядом с нижними полками, когда до него донесся знакомый голос раздраженной Равонны. Та, с момента их возвращения с Катрен, не показывалась на глаза Мобиусу; скорее всего, корила его за то, что он оставил Б-15 с парой агентов ТВА устранять проблему, а сам поспешил помочь своему варианту — Локи. Мобиус ее понимал. С момента появления чародея все его дела отступили на второй план; остались лишь он, Локи и вариант, которого они вместе ловили. О том, впрочем, не было вестей уже какое-то время, и они оба незаметно перешли с обсуждения планов поимки варианта на них самих. Локи не показывал, что заинтересован, но вопросы задавал, занял гостевую спальню и неизменно появлялся у стола Мобиуса с чашкой кофе для него. Мобиус хмыкал, скрывая улыбку под усами, чашку принимал и слушал рассказы Локи, более скупые в начале и разраставшиеся до полноценных легенд к концу, о его жизни в Асгарде. Однако, Равонне это не нравилось. Ей не нравилась вся эта затея, начиная от оставленного в живых Локи, до поселившегося у Мобиуса Локи, разгуливавшего по ТВА так, будто это была его организация. И глупая надежда, что скрытые повязкой глаза приостановят чародея и позволят Мобиусу закончить начатое в одиночку, канула в бездну, когда Локи перехватил ее в коридоре архива, не давая уйти. Мобиус глубоко вздохнул, подавив желание притаиться, и выглянул из-за угла. Равонна стояла к нему спиной, а Локи повернул голову в сторону, — пренебрежение собеседником, казалось бы, но Мобиус вдруг осознал, что тот просто не мог понять, где именно находилась женщина. — И ничего нельзя сделать? — Мобиус услышал сердитый голос Локи из-за угла архива. Равонна что-то тихо произнесла, сдерживая рвавшийся наружу гнев, но Локи вдруг прервал ее и недовольно спросил. — Мобиус? Тот нахмурился и вышел из-за угла, поражаясь так быстро адаптировавшемуся к отсутствию зрения слуху чародея. Равонна смерила его уничижительным взглядом и заметила: — Умерь своего варианта. Он действует всем на нервы. Она развернулась на небольших каблуках и вышла из архива. Мобиус вздохнул: — Чего ты пытаешься добиться? — Прошли сутки, — прошипел Локи, не сдвигаясь с места. — А мне не лучше. — Прошли всего сутки, — мягко заметил Мобиус. — Тебе скоро станет легче. — Мои глаза горят уже сутки, — жестко заметил Локи. — Твоя… — Он остановился на мгновение, подбирая слово. — Отрава не работает. Мобиус тихо вздохнул и потер переносицу. Больной напарник-бог был еще хуже плененного бога. — Давай увеличим дозировку? — Они медленно двинулись к выходу из архива; Мобиус неосознанно следил, чтобы Локи не врезался в дверной косяк. Тот фыркнул и желчно заметил: — Тебе ведь это нравится. — Они остановились у лифта; Локи сложил руки за спиной, всем своим видом показывая, что отсутствие зрения его не волновало, всем своим телом отстраняясь от Мобиуса. — Что мне нравится? — Мобиус удивленно взглянул на него. — Тебе нравится, что твой несравненный бог в твоих руках — ничего не видит и полностью от тебя зависит. — Локи склонился к нему, губами касаясь волос замершего Мобиуса, спускаясь чуть ниже к его уху. — Можно его контролировать, пользуясь его доверием, держать на коротком поводке и запирать в своих апартаментах… Ведь есть такой хороший предлог — он ничего не видит. — Горячий шепот чародея скользнул по уху аналитика, и тот нервно повел плечами, отгоняя отголоски возбуждения, поселившегося в его теле. Звякнул лифт; они зашли внутрь. Локи прислонился спиной к стене и сложил руки на груди, безучастно отворачиваясь от Мобиуса. Тот нахмурился, обдумывая слова чародея, и вдруг мягко улыбнулся. — Так ты доверяешь мне? — спросил он, внимательно изучая его лицо. Локи вздрогнул и скривился. — Еще чего. Под повязкой не было видно его затрепетавших ресниц. Мобиус неслышно хмыкнул и, когда двери лифта открылись, положил ладонь на спину Локи, направляя его по коридору. Тот покорно шел рядом; в его движениях почти не чувствовалось неуверенности, и лишь опущенная голова и повязка на глазах выдавали его состояние. — Мы идем ко мне, — заметил Мобиус. Локи незаметно расслабился и повел плечами, отстраняя руку аналитика. Этот коридор, пусть он и проходил по нему лишь пару раз, он знал как свои пять пальцев. Сутки назад, будучи уже с повязкой, он медленно шел от двери апартаментов Мобиуса к лифту, отказавшись от помощи, и незаметно скользил пальцами по прохладной стене, замечая малейшие ее изгибы. Сейчас ему даже не приходилось держаться за нее; ноги сами помнили дорогу, и перед входной дверью он безошибочно остановился, отходя, чтобы позволить Мобиусу отпереть дверь. — Что мы тут делаем? — почти дружелюбно осведомился он, проходя внутрь и присаживаясь на диван в небольшой гостиной с видом на горевшие яркими огнями строения ТВА. Мобиус взглянул на него и на мгновение замер, рассматривая, как желтый свет расположился на его волосах, оставляя в тени лицо. Почти скрывая белую повязку охватывавшую его голову. С трудом удержав себя от прикосновения, он скрылся в ванной комнате. — Я подумал, что раз лекарства тебе не помогают, я могу попробовать другой способ облегчить твою боль. — Голос Мобиуса слышался издалека. Локи нахмурился, чуть склоняя голову. — Что за способ? — Мазь. — Мобиус появился в гостиной с тюбиком, белой, тонкой тканью и новой порцией бинтов в руках. — Точнее, контрабандная мазь, которую мы изъяли у варианта пару лет назад. Она выпускалась очень ограниченное время и была почти сразу запрещена к продаже из-за своих побочных эффектов. — Он присел рядом с настороженно повернувшемуся к нему Локи. — Каких эффектов? — Она содержит очень сильные обезболивающие средства; в том числе в ее состав входят легкие обмораживающие вещества, которые при использовании в большом количестве могут вызывать внутреннее обморожение тканей… По крайней мере, у людей. — А я не человек, — подытожил Локи. — А ты не человек. — Мобиус взглянул на него. — Позволь? — Локи протянул ладонь, и Мобиус вложил в нее тюбик. Чародей открутил крышку, принюхался, — пахло мятой и вдруг вспомнившейся Мобиусу больницей, — и отдал обратно аналитику. — Я могу… — Но Локи уже склонил голову, облегчая Мобиусу доступ к узлу на затылке. Узел развязался легко; и Мобиус, придерживая бинт у глаз Локи, негромко произнес, склонившись к его голове. — Только не открывай глаза. Локи не ответил. Бинт соскользнул с его головы в руки Мобиусу, и тот отложил его, после аккуратно выдавливая мазь на ткань. — Запрокинь, пожалуйста, голову. — Мобиус мягко нажал на его плечо, побуждая опуститься ниже и положить голову на спинку дивана. Локи затаил дыхание; он вздрогнул, сжимая веки, стоило ледяной субстанции коснуться его глаз, сжал ладонь Мобиуса, легко находя ее рядом со своей. — Постарайся расслабиться. Голос Мобиуса почти затих. Он поглаживал тыльную сторону ладони чародея, пока тот пытался незаметно перевести дыхание. Боль, преследовавшая его последние сутки, давящая на закрытые веки, будто обжигавшая глазное яблоко, вдруг утихла, сменившись холодом, проникшим сквозь веки; остались лишь отголоски. Приятная прохлада окутала глаза, и Локи отпустил ладонь Мобиуса, вдруг осознавая, как крепко сжимал пальцы. Благодарность застряла где-то в горле, и чародей сел обратно, позволяя Мобиусу повязать бинт, удерживающий ткань с мазью на месте, сверху. Узел крепко стянул концы бинта вместе; ладони аналитика легли на плечи Локи и мягко сжали их. — Боль ушла? — Его голос все еще казался тихим и далеким погрузившемуся в свои мысли чародею. — Да. — Он неосознанно подался назад, позволяя Мобиусу скользнуть кончиками пальцев по своей шее; его прикосновения, как и вчера, когда Локи тихо корчился от боли на диване, а Мобиус мягко гладил его по волосам, успокаивали. Почти незаметная ласка, но в мареве боли даже она помогала Локи оставаться на поверхности; сейчас эти прикосновения были не нужны, но Локи не отстранялся, позволив аналитику легко зарыться пальцами в волосах и осторожно расправить пряди под узлом. Мобиус опустил взгляд; из-под воротника рубашки показались позвонки, выделявшиеся на бледной коже. Его руки дрожали и дрожали больше не от волнения, что он мог причинить боль чародею. Локи передалась эта дрожь, и он чуть повернул голову, будто пытаясь увидеть лицо аналитика. Потом его губы окрасила кривая улыбка: — И давно? — Давно? — Мобиус взглянул на него и выцепил в свете, лившемся из окна, его острый профиль. — Давно ты меня хочешь? — Он повернулся к нему. Улыбка сошла на нет, губы превратились в тонкую полоску на серьезном лице. Морщины на подбородке выделились, а брови, не видные под повязкой, сошлись к переносице. — Уж не с тех пор ли как я потерял зрение? Мобиус не успел ответить; да, Локи и не ждал ответа. Он склонился ближе, почти касаясь носа аналитика своим, и прошептал: — Я не сказал, что против. Его ладонь легла на бедро Мобиуса, прошлась по штанине и остановилась в паху, сжимая его сквозь ткань брюк. Мобиус подавил нежеланный стон. — Не стоит. — Он отстранил ладонь Локи, но не отпустил ее, позволяя сжаться вокруг его. Локи чуть склонил голову, не видя его, но слыша в его голосе уже знакомые ему нотки. — Жалеешь меня? — прошипел он, вырывая руку. Мобиус вздохнул. — Нет. — Он коснулся щеки Локи, убирая с нее выбившуюся из волос прядь. — Сочувствую тебе, да, но не жалею. — Тогда почему… — Локи не договорил, вдруг не находя слов тому, что сам же и предложил. — Отказываешься? От меня. — Хочу подождать, когда ты сможешь меня увидеть. — Мне не нужно тебя видеть! — Локи придвинулся ближе, обхватил его бедра широкими ладонями, почти вклинился меж сведенных коленей. — Я бог. Мобиуса охватило чувство дежавю; перед глазами возник давно просмотренный момент из жизни Локи. — Я могу просто тебя чувствовать, — вдруг тихо закончил Локи, разом теряя весь свой запал. Он чуть опустил голову и осторожно ткнулся носом в шею Мобиуса, касаясь кожи пересохшими губами. — Я не буду этого делать, пока ты болен. — Мобиус мягко отстранил его, но в отместку прижался губами к уголку его губ; не целуя, но обещая больше, когда придет время. — Я не болен. — Локи сидел так близко, что всем своим телом Мобиус ощущал прохладу, исходившую от него. — Зачем тебе это? — спросил он, тихо, будто боясь услышать ответ. — А зачем тебе? — Локи улыбнулся, почти нежно. Почти нежно, да только повязка скрывала глаза, и Мобиус неосознанно дотронулся до его носа, ведя вдоль него подушечкой пальца, а ощущая неровную шероховатость бинта. Локи склонился, положил голову на плечо мужчины, позволяя тому обхватить себя. Ласка Мобиуса, раньше почти неосязаемая, тщательно скрываемая, вышла наружу, прорвалась, стоило глазам Локи скрыться от внешнего мира. Будто Мобиус видел что-то в них, что-то, что останавливало его. — Я и сам еще не понял, — вдруг ответил Мобиус, прижимаясь губами к его лбу. — Я и сам… — тихо повторил он. — Возможно, тебе стоит разобраться в себе прежде, чем… — Локи отстранился, не закончив. Мобиус не спросил. Прежде, чем влюбляться в бога. Локи встал. — Мне нужна будет твоя помощь с документами в архиве, — заметил он. — Конечно. — Мобиус взглянул на него, оставаясь сидеть. Локи кивнул и ушел в сторону гостевой спальни. Мобиус заново переживал все его прикосновения, еще чувствуя их на своей коже.

***

Громкий стук донесся до Мобиуса, обложившегося документами и чашками с кофе. Потерявший счет времени, он поднял голову и с удивлением обнаружил, что все уже покинули помещение; часы на стене показывали третий час ночи. Прикорнувший рядом Локи вздрогнул от резкого шума и поднял голову, озираясь по сторонам. Озираясь по сторонам и вспоминая. — Что это было? — его голос, хриплый со сна, тщательно скрывал панические нотки; Локи не привык не видеть и полагаться на других в их суждениях, — была бы его воля, он бы тут же снял повязку, наплевав на последствия. Даже сейчас, дожидаясь ответа Мобиуса не более пары секунд, он занервничал, пусть это и было заметно лишь Мобиусу. — Кто-то уронил папки в архиве, — негромко ответил Мобиус. — Сколько времени? — Локи потянулся и откинул волосы со лба. — Около трех. — Мобиус взглянул на дверной проем; к ним приближалась Равонна, тихо стуча низкими каблуками своих туфель. Чародей едва заметно втянул носом воздух, и любые сомнения отпали: — Равонна. Девушка остановилась у их стола. — Работаешь сверхурочно, Мобиус? — спросила она, улыбнувшись. — А в ТВА так бывает? — усмехнулся мужчина, закрывая папку, которую до этого читал. — Что привело тебя сюда в такой час? — Аномальная активность на Катрен продолжается. — Равонна вручила ему отчет другого аналитика. — Ты был там первым, и я подумала, что ты захочешь довести дело до конца, теперь, когда… — Она бросила красноречивый взгляд на Локи. Тот повернул голову в ее сторону. — Когда что? — с подозрением в голосе уточнил он. Равонна чуть склонила голову, выразительно смотря на Локи. Тот нахмурился; брови под повязкой сошлись к переносице, а ладонь сжалась вокруг близлежащей ручки. — Мобиус? Мобиус взглянул на начальницу. — Когда что? — спросил он, вторя вопросу Локи. — Теперь, когда ты знаешь, что твой… вариант в безопасности. — Соврала Равонна, не моргнув и глазом. — Чушь, — фыркнул Локи. — Тебе также сильно на меня плевать, как и мне — на тебя. Нет, ты хотела проверить, используя меня и Мобиуса как подопытного кролика, насколько вреден свет звезды для вас. — Он ткнул кончиком ручки в сторону Равонны, промахнувшись лишь на пару сантиметров. Девушка хмыкнула. — Глупости, — ответила она. — Ты нам полезен. Ты помогаешь Мобиусу искать варианта, и до тех пор, пока вы его не арестуете, мы заинтересованы в твоем благополучии. — Она помолчала и негромко добавила. — И я бы не стала рисковать Мобиусом. Мобиус опустил взгляд, пряча улыбку. — Когда нужно отправляться? — спросил он, переводя разговор в изначальное русло. — Через пару дней. Подготовься, собери небольшой отряд. — Она развернулась на каблуках и, обернувшись через плечо, добавила. — Не бери его. Локи подождал, пока ее шаги не перестали звучать в глубине коридора. — Не бери его, — передразнил он ее. — Мы начинали это вместе… — Я думаю, в ее словах есть логика. — Мобиус изучал отчет аналитика. — То, что свет не лишил тебя зрения, еще не значит, что тебе можно отправляться на задания. Не с повязкой на глазах. — Через пару дней она может уже и не понадобиться. — Локи склонился к нему через стол. — Так ведь? Неуверенность в его голосе хорошо скрывалась безразличием. — Я этого не знаю. — Мобиус оторвался от бумаг. — Но даже если и так, на Катрен я тебя больше не пущу. — Это не тебе решать… — Это решать мне и только. — Мобиус закрыл папку. — Это мое расследование, значит, я решаю, кто пойдет со мной. И вход на Катрен для тебя закрыт. — Его голос, что-то в его голосе Локи услышал; тревогу ли, или заботу. Он судорожно вздохнул и резко встал. — Посмотрим. — Развернувшись, он тоже пошел к выходу. Влетев на полном ходу в дверной косяк, он с достоинством поправил сбившиеся волосы, игнорируя занывшее плечо, и вышел в коридор, двинувшись к лифту. Мобиус покачал головой и решил дать ему несколько минут, чтобы остыть.

***

О Катрен они больше не говорили. Они вообще больше не говорили. Мобиус не трогал Локи, решив, что тот, врезавшись еще в пару предметов мебели и дверных косяков, поймет сам, что путешествие в человеческое поселение на отдаленной планете под палящее, губительное для его глаз солнце, не стоит вечной слепоты. Но Локи молчал, отсиживался в квартире, бездумно слонялся по знакомым коридорам, а Мобиус продолжал расследование, пусть и в одиночку. Однако, тихие чертыханья были слышны даже из коридора; Мобиус заглянул в приоткрытую дверь помещения, где они проводили много времени, изучая запыленные временем файлы, и обнаружил там Локи, прислонившегося к стойке с кофейной машиной. Он потирал бедро и нервно постукивал пальцами по дереву, а на лице застыло выражение плохо скрываемого гнева. Ткань чуть сместилась и виднелась из-под повязки, высохшая от мази за последние сутки. — Я знаю, что ты здесь, — тяжело произнес Локи, снова поворачиваясь к стойке. — Откуда ты… Неважно. — Мобиус подошел и забрал прозрачный кофейник из рук Локи. Он разлил кофе по чашкам и передал одну Локи. Тот вдруг негромко ответил: — Я чувствую твой запах. — Мобиус, не поднимая головы, окунулся в прохладу чародея, окружившую его, стоило ему подступить чуть ближе. — Слышу твои шаги — ты всегда незаметно ускоряешься, стоит тебе увидеть меня. — Локи не склонялся к нему, стоя близко, но находясь в рамках приличия. Мобиус сделал глоток обжигающего кофе и шумно вздохнул, пытаясь унять кашель в обожжённом горле. Ты улыбаешься, глядя на меня. Я помню эти улыбки. — И давно? — Мобиус повернулся к Локи, справляясь с нахлынувшим на него оцепенением. Локи хмыкнул, улыбаясь уголками губ. — Не знаю. — Он пожал плечами, забирая вторую кружку, еще стоявшую на стойке. — Это важно? Мобиус взглянул на его губы; потом скользнул взглядом по лицу и, сглотнув, заметил: — Нужно сменить тебе повязку. — Локи едва заметно склонил голову и поставил кофе обратно на стойку. Он первый вышел из помещения, уже неплохо ориентируясь в широких коридорах ТВА. Мобиус шел следом, изучая его спину: — Важно. Наверно. Губы Локи окрасила улыбка. В гостиной Мобиуса было прохладно. В ней всегда было прохладно, но сейчас Мобиус бы не отказался чуть прибавить отопление; хотя бы ради вечно мерзшего бога, пусть тот и не признавался в этом. Локи привычно сел на диван и сложил ладони у колен, опуская голову, — в присутствии Мобиуса он позволял себе расслабиться. — Мазь помогает? — Мужчина незаметно сел рядом и мягко склонил голову чародея к себе. Он проворно развязал узел и снял обернутый вокруг его головы бинт. — Да. — Голос Локи был обманчиво тих; мазь действительно помогала, и боль вернулась относительно недавно, но лишь отголосками того пожара, что охватывал его глаза до этого. Жжение сосредоточилось внутри глаз, там, куда мазь перестала попадать, полностью впитавшись в кожу. — Возможно, тебе просто становится лучше… — Мобиус снял повязку и пораженно выдохнул. Веки и кожа вокруг них были светло-голубого оттенка; на синем цвете яростного океана ярко выступили переливы голубых вен, расползшихся вплоть до щек. Мобиус аккуратно дотронулся до кожи чародея и провел по ней кончиками пальцев. Холодная; но реакция не была последствием мази, и Мобиус тихо спросил, заранее зная ответ: — Твой отец етун? — Да, — с легким подозрением ответил Локи. — Что-то не так? — Значит, от природы у тебя должна быть синяя кожа. — Мобиус откинул голову чародея, чтобы взглянуть на кожу на свету. — Мобиус… Что ты хочешь этим сказать? — Он перехватил его ладонь, убирая ее от лица. Мобиус вздохнул, перехватил привычным жестом его ладонь. — Твоя кожа посинела. Лишь вокруг глаз, но эффект оказался неожиданным. Возможно, это из-за чрезмерного охлаждающего эффекта. — Мобиус смазал новую повязку мазью и почти положил ее на глаза чародея, но рука того перехватила его. — Что значит, посинела? — прошипел Локи. — Ничего страшного. — Мобиус обхватил его ладонь своей. — Я думаю, что это пройдет через пару дней после окончания применения. — Ты не можешь быть уверен. — А ты не можешь справляться с болью без мази. — Мобиус оставил одну ладонь лежать в ладони Локи, а второй разместил ткань на его глазах. — В этом нет ничего страшного. — Лишь посиневшая кожа. — Локи вырвал ладонь, но позволил забинтовать свою голову, чтобы удержать ткань на месте. Мобиус, на мгновение остановившись, обхватил его ладони своими и погладил по прохладной коже. — Ты прекрасен. — Он коснулся губами в осторожном поцелуе каждого из забинтованных век чародея. Локи подхватил его, притягивая ближе к себе. — Насколько прекрасен? — Он заметно повеселел. — Не настолько. — Мобиус выпутался из его рук. — Подожди до конца лечения. — Ты отказываешь в усладе настоящему богу, — меланхолично отозвался Локи, откидываясь на спинку дивана. — Ты кофе не можешь налить самостоятельно, — напомнил ему Мобиус, собирая все медицинские принадлежности в аптечку. — Заняться сексом проще, чем налить кофе. — Локи сместился, чтобы коснуться губами его уха. — Я могу вообще не двигаться. Мобиус хмыкнул. Перед глазами возникла кровать с раскинувшимся на ней чародеем. Его кожа, будто светившаяся из-за ночных фонарей в окне, переливаясь в них; одеяло скрывало часть его тела, обводя его контуры. Он протянул ладонь Мобиусу, приглашая его присоединиться… Мобиус вздрогнул и резко встал. Мельком взглянув на чародея, он заметил разочарование, промелькнувшее на его лице. — Локи… — Он повернулся к нему. — Почему ты так настаиваешь на этом? — А почему ты отказываешься? — Локи поднял голову. Он смотрел, почти что смотрел на Мобиуса — но все же не видел его. — Что такого в том, что я не вижу? Мобиус с тихим вздохом поставил аптечку на столик перед диваном. Локи встал, аккуратно обошел столик и подступил к Мобиусу, почти ласкаясь, почти лаская, обволакивая его прохладой своего тела, прохладой, неожиданно приятной в и так не подогреваемой гостиной. Мобиус не сдержался, положил ладони на пояс чародею, склонившемуся ближе к его лицу, чтобы коснуться губами уголка его губ. Мобиус не мог объяснить своих отказов; вроде бы, вот он, желанный, перед ним, сам себя предлагал и ничего не просил взамен, но Мобиус… Мобиус хотел бы, чтобы просил. В конце концов, что такого в том, чтобы влюбиться в бога обмана? Влюбиться в своего почти что пленника. Локи будто что-то понял. Он обхватил предплечья Мобиуса, чуть сжал и скользнул ладонями выше к его шее, обнимая ее и притягивая мужчину ближе. Поцелуй вышел жадный, прохладой губ Локи и теплом Мобиуса смешавшийся и прошедшийся дрожью по телу мужчины. Но Локи держал крепко, прижимал близко и лишь шероховатость повязки на его глазах смогла привести Мобиуса в чувство. Но он не отступил. — Что же ты творишь… — прошептал он, зарываясь в волосы Локи и прижимаясь губами к его виску, спрятанному повязкой, чувствуя, как чародей обнял его. — Ты мне нужен, — прошептал вдруг Локи. — А я нужен тебе. Мобиус поцеловал его, мягко, нежно почти гладя по линии челюсти. Потом прошептал ему в губы, позволяя почувствовать улыбку на своих губах: — Ты мне нужен. Но я не могу себе позволить близость с тобой, пока ты снова не увидишь свет. — Он почувствовал застывшее под его пальцами лицо и поспешно добавил. — Я не смогу, пока не буду точно уверен, что ты не ослеп. Локи не ответил. Он отстранился, напоследок сжав ладонь Мобиуса, и отвернулся, скрывая промелькнувшие на лице эмоции. Вина мужчины чувствовалась, лежала на его сердце и, видимо, виднелась на его лице; Локи не был уверен. Он не мог даже представить, что Мобиус винил себя. Что кто-то мог винить себя, видя его боль. Эта мысль обожгла, застряла неожиданным комком в горле, и Локи не справлялся с ней в присутствии Мобиуса; он вообще не был уверен, что справится с ней. Он ни в чем не был уверен, когда дело касалось мужчины рядом.

***

Мобиус занимался одновременно несколькими делами; и если в настоящий момент он посвящал большее количество своего времени на то, чтобы искать варианта-Локи, это не означало, что он забросил остальные свои задания. Вот и сейчас, он быстро прошел по гостиной мимо дивана, который медленно становился любимым местом чародея в квартире, на ходу подхватывая свой темпад, и уже открывал дверь, когда голос сзади остановил его: — Куда ты идешь? Локи старался не звучать обеспокоенно. Мобиус старался не замечать беспокойство. Он глубоко вздохнул и, как можно спокойнее, ответил: — Задание на Катрен не довели до конца. Б-15 арестовала варианта и зачистила территорию, но там появилась еще одна ветка реальности, быстро развивающаяся. — Ты не знаешь, опасен ли Катрен для тебя. — Локи облокотился о свои колени. Мобиус бросил на него быстрый взгляд: за последнюю неделю тот слегка похудел и осунулся. Синие круги вокруг глаз слегка выросли и едва заметно виднелись из-под повязки, волосы лежали неопрятно, заткнутые за уши, и падали отдельными прядями вдоль лица Локи. Пальцы обманчиво спокойно сплелись. — На Катрен находится много человеческих поселений; семьи живут там поколениями, и у всех все в порядке. А так как наши с людьми тела идентичны… — Ты этого не знаешь. — Проводились тесты. — Мобиус развернулся. Губы Локи скривились в жестокой улыбке. — Тогда все, конечно, в порядке. Ведь за неделю вы смогли бы выявить малейшие различия в строении ваших тел. — Локи… — Мобиус вздохнул, не давая раздражению проявиться в голосе. — Я буду там пятнадцать минут. В два раза меньше, чем был с тобой. Все будет в порядке. Локи вдруг встал. — Я иду с тобой. — Нет. — Я иду с тобой, Мобиус. — Он подошел чуть ближе. — Да ты в дверные косяки врезаешься! — Мобиус в отчаянии всплеснул руками. — И как ты поможешь мне там? Заслонишь собой звезду? Совсем лишишься зрения? — Мобиус, на Катрен что-то не в порядке, — разозлившись, заметил Локи. — Там появляется второй вариант за последнюю неделю, ты… — На Катрен опасная для тебя звезда! — прервал его Мобиус. — И это все. Мы заберем оттуда варианта и вернемся в ТВА; ты даже не успеешь сходить за кофе. — Вам может понадобиться моя магия. — Мы справлялись без нее раньше, справимся и сейчас. — Мобиус развернулся на пятках и быстро пошел к двери, не позволяя себе взглянуть на Локи. — Всему бывает первый раз, — донеслось до него. Мобиус остановился, взявшись за дверную ручку. — Не снимай повязку без меня, — тихо попросил он. — Я знаю, что тебе значительно лучше, но подожди, пока я вернусь. Я хочу все проверить… Договорить ему не дали; Локи прижался сзади, развернул к себе и поцеловал, не давая опомниться. Мобиус проигнорировал подкосившиеся ноги, обнял совсем обезумевшего от темноты чародея и осторожно развернул, припирая к стене. — Я хочу увидеть тебя, — прошептал Локи. — Я предчувствую беду… Хочу увидеть тебя перед твоим заданием. — Твое предчувствие обманывает тебя. — Мобиус поцеловал его в уголок губ. — Это последствия жизни без света. — Я етун. — Локи невесело хмыкнул. — Это в моей природе. — Мобиус покачал головой, позволяя ему почувствовать улыбку губами. — Было бы. Но ты вырос в Асгарде. — Он быстро прижался к нему с поцелуем и отпустил, отстраняясь. — Мне нужно идти. Увидимся через двадцать минут. Их руки разъединились. Локи остался стоять один в пустой комнате, прислонившись к чуть шершавой стене. Он проследил кончиками пальцев отдельные линии на ней и сглотнул, переживая последнее прикосновение Мобиуса еще раз. Впервые в жизни он надеялся, что чутье его подвело. Впервые в жизни он готов был отдать что-то за жизнь другого. Даже если это было его зрение. Он подошел к входной двери и неуверенно взялся за ручку; пусть он не видел, но его магия всегда летела правильно. Сейчас это была его единственная надежда.

***

Мобиус почувствовал неладное в тот момент, когда ступил сквозь портал на Катрен. Что-то было, даже не в воздухе, скорее в поведении людей, окружавших их команду. Б-15 тоже это почувствовала; почувствовала и незаметно скомандовала быть наготове на случай неожиданного нападения — ТВА или не ТВА, но их тоже могли убить при исполнении. Мобиус огляделся. Их вариант был еще здесь, продавал цветы на обочине дороги у входа в город, считавшийся столицей планеты. — Красивые розы, — заметила одна из агентов. — Красивые розы… — задумчиво повторил Мобиус. — Розы… Он оглянулся. …Цветы этого вида не могут произрастать на планете, более того, не могут быть завезены на нее, так как погибают от света звезды Катрен в течение пятнадцати минут… — Розы? — Он взглянул на варианта. Тот подмигнул и испарился в воздухе, появляясь за спиной Б-15 и облучая ее из пистолета, незаметно появившегося в его руках вместо букета шипастых цветов. Реакция Мобиуса была быстрой; и все же ему было не опередить кинувшихся на защиту Б-15 агентов. Один из другим они упали, сраженные неизвестным аналитику лучом. Мобиус успел укрыться за валуном, обозначавшим начало города. — Я видел вас здесь неделю назад. — Голос раздался в паре метров от него, и луч выстрелил по валуну, нагревая его. Мобиус пытался быстро оценить ситуацию, но понимал, что ему не успеть добежать до варианта прежде, чем тот выстрелит снова. И почему в ТВА не придумали пистолеты? — И что же? — ответил Мобиус, чуть сдвигаясь, чтобы оставаться вне зоны досягаемости варианта. — Вы пришли за мной, я знаю. Поэтому я достал эту игрушку… — До Мобиус донесся характерный стук, — вариант потряс оружием. — И всадил весь заряд в вашего напарника. В вашего напарника. Мобиус вскинулся и уточнил: — Так свет звезды не опасен? А как же исследования… — Я же их и написал, — почти миролюбиво ответил мужчина, доставая из складок своей накидки трубку и прикуривая ее. — Свет этой звезды опасен и опасен для всех, но… А вы знаете, что средняя продолжительность жизни на этой планете пятьдесят восемь лет? Для новых поселений это нормально, даже замечательно, но нашему уже больше ста лет, а люди все мрут. Никто не связал это со звездой, решили, что климат не подходит для человека. Но это все звезда! — крикнул он. — Эта чертова звезда! Ее лучи смертельны, даже в маленьких дозах они накапливаются в организме и убивают его, а знаете как? Хотите, расскажу? Мобиус отправил сообщение в ТВА с требованием прислать наряд. Ответа еще не поступило, и все, что он мог делать, это тянуть время, поэтому усевшись поудобнее за валуном на прохладную серую землю, он спросил: — И как же? — Это и не лучи вовсе. — Мужчина ткнул пальцем в небо. — Это живое существо там над нами. А его свет, это не свет, это микроскопические сгустки, биоотходы его жизни. Биоотходы достаточно опасны, вы не считаете? Так вот, эти разрушают человека изнутри, реагируя с белком, и… — Мужчина хмыкнул. — Я же написал, что нужно иметь специальный белок в организме. Полный бред! Надо просто быть человеком. — Мой напарник — не человек, — осторожно заметил Мобиус. — Ваш напарник — древнее, могущественное существо, которое, по несчастию своему, происходит из расы, нетерпимой к теплу. Как вы думаете, что будет, если в такое существо выстрелить зарядом горячих, разлагающихся биоотходов? Горячих, ядовитых химикатов! Оно умрет. — Но я не умер. — Раздался ледяной голос сзади; а потом Мобиус услышал выстрел. Он выглянул из-за камня и увидел истекавшего кровью варианта и тяжело присевшего на пол Локи, схватившегося за голову. — Локи… — Мобиус мельком взглянул на свою команду, — они очнулись, но еще не поднялись, — и бросился к чародею. — Он попал в тебя? Локи, он попал… — Успокойся, Мобиус. — Локи обхватил его ладонь. — Он промахнулся. Он взглянул на Мобиуса. Его красные глаза чуть слезились, следы от крема остались у переносицы, а кожа горела синим от виска до виска, но Локи явно видел. Он улыбнулся; Мобиус вспыхнул от негодования. — Зачем ты снял повязку? — Он поднял Локи на ноги. Из открытого портала появились люди и помогали остальным пострадавшим. — А если бы было слишком рано? Господи, Локи, ты… — Спас тебе жизнь. — Чародей нахмурился, но руки не отпустил. — Мог бы сказать спасибо. — Да, ты… — Мобиус задохнулся от возмущения и беспокойства. — Пойдем. Он потащил его через портал прочь с планеты и слепо по помещению и только тогда осознал, что они находились в его квартире. — Что это… — Он растерянно взглянул на Локи. — Когда я смог достать темпад, я решил, что легче всего идти отсюда. — Чародей пожал плечами и присел на диван. Он взглянул на Мобиуса и устало вздохнул. Мобиус ответил на взгляд; подавил зародившуюся злость, подошел к нему и присел на корточки перед ним, внимательно рассматривая поверхность глазного яблока. Та выглядела нормальной; если бы не кровавые капилляры, подобно змеям струившиеся по белому, ярко выделявшиеся на фоне синей кожи, Мобиус бы решил, что травмы и не было. Но она была, и он мягко оттянул веко в сторону, ища возможные остаточные повреждения. — Все в порядке, — терпеливо заметил Локи. Его ладонь легла на ему на предплечье и сжала. — Мобиус. И было что-то в том, как он произнес его имя. Было что-то сокровенное, нежное, просящее… Мобиус оторвался от глаза, чтобы поймать его взгляд и увидеть, наконец, все плескавшиеся в нем эмоции. Все то, что Локи так успешно скрывал за длинными ресницами и полуприкрытыми веками, а после — под тугой повязкой и опущенной головой. Мобиус нахмурился, обнял его лицо ладонями, невесомо гладя по прохладной коже, и Локи двинулся вперед, целуя. — Я вижу… — прошептал он, в перерывах между прикосновениями губ. — Я знаю. — Мобиус потянул его на себя, помогая встать, прижал к себе, прижался ближе, зарылся руками в волосы, чтобы направить его губы, направить его в свою спальню. — Пойдем… Локи, не переставая целовать его, расстегнул пуговицы на его рубашке и снял ее с него вместе с пиджаком еще на пороге в спальню. В спальне было прохладно, и шторы не пропускали желтого света ТВА; но полумрак комнаты, казалось, понравился чародею, и тот улыбнулся в поцелуй, скользя руками вдоль груди Мобиуса ниже к его брюкам. Тот нетерпеливо вытянул его рубашку из-под пояса и обхватил за талию, будто прося чуть выгнуться. Локи хмыкнул, изгибаясь, притираясь к паху Мобиуса, приник к его шее, оттягивая его голову за волосы назад. Мобиус застонал, обхватил горячими ладонями прохладную талию Локи под рубашкой и сжал; сжал потому, что отказывал ему уже неделю. А себе — с тех пор, как встретил. Локи будто почувствовал; вдруг поддался, отстранившись, и позволил Мобиусу расстегнуть его рубашку. Тот скользнул кончиками пальцев по обнажившейся груди чародея, и та вздымалась под его прикосновениями, выдавая состояние Локи его бешено стучавшим сердцем. А синева вокруг глаз будто стала глубже. — Ты невероятен, — прошептал вдруг Мобиус. Ты невероятен. А я видел миры, видел существ, видел богов, видел их падение… Видел твое падение. Твою смерть. — Мобиус, — вкрадчивый шепот Локи сбил его с мысли, а ладони, проворно забравшиеся под брюки, заставили аналитика закрыть глаза и прижаться губами к груди чародея в несдержанном стоне. — Вернись сюда. Ко мне. И Локи плавно упал на кровать, позволяя Мобиусу встать меж его раздвинутых ног. Мобиус положил ладони ему на талию и, подняв голову, наткнулся на нетерпеливый взгляд. С тихим смешком, вдруг понимая, что Локи действительно перед ним, действительно видел, действительно хотел, Мобиус склонился к нему и поцеловал, прижимаясь кожей к коже, подхватывая его под бедрами и с удовольствием сжимая их в своих руках. Вырывая тихий, довольный, будто мельчайшими колокольчиками зазвеневший в комнате стон Локи. — Ты мне поможешь… — Красноречивый взгляд чародея устремился вниз, а губы, в миллиметре от губ Мобиуса, изогнулись в притворном раздражении и сквозившем сквозь него удовольствии. — Или мне самому? — Нетерпеливый… — Но голос Мобиуса сочился тем чувством, которое они оба пока боялись описывать. Он отстранился, но лишь на мгновение, лишь чтобы проворно расстегнуть ремень на брюках Локи и стянуть их вниз вместе с бельем, откидывая прочь. Локи наблюдал за переменами на лице Мобиуса, с легким самодовольством, с плохо скрываемым наслаждением от полного желания взгляда Мобиуса, прошедшегося по всему его телу. Локи откинулся на кровать, улыбнулся, когда губы Мобиуса прижались к его животу, и вцепился ему в волосы, не давая спуститься ниже. — Потом… — прошептал он. — После. — Притянув Мобиуса к себе, притираясь к его паху, еще скрытому под грубой тканью брюк, приникая к его губам своими, а руками вслепую расстегивая ремень, он вздрогнул, когда Мобиус сжал его член сухой, горячей ладонью, не водя, но массируя чувствительную головку. Мобиус положил ладонь ему на шею, скользнул к волосам и мягко сжал их, чтобы повернуть его голову и прижаться к шее губами. Локи вздрогнул еще раз; обычно незаметный контраст температур вдруг заиграл новыми красками и огнем мазнул по всему его телу, дрожью рассыпаясь на кончиках пальцев. Локи вцепился в волосы Мобиуса, притянул его руку к своим губам и вобрал внутрь, смачивая, будто пытаясь охладить собой. Но Мобиус лишь улыбнулся, наблюдая, поцеловал в челюсть, в щеку, в губы, отняв пальцы, и приставил их ко входу в тело чародея. Лишь чтобы покружить вокруг и провести второй ладонью по напряженному члену. Локи взглянул на него. — Почему ты медлишь? — тихо спросил он, ощущая возбужденный член Мобиуса у своего бедра. И Мобиус готов был поклясться, что различил неуверенность в голосе чародея. Он улыбнулся, мягко, нежно, поцеловал Локи в грудь, захватил в плен своих губ его сосок, еле заметно прикусывая его зубами, и проник внутрь любовника одним пальцем. Локи сжался вокруг него. Не от боли, от долгожданного проникновения, почти обжегшего его нутро, от мягкой ладони Мобиуса, легшей ему на таз, чтобы успокоить; от отошедших на второй план прикосновений губ на его шее. Локи обхватил талию Мобиуса ногами, требовательно притянул ближе, пытаясь не потеряться в обилии нахлынувших эмоций и разливавшемся по телу возбуждении, и почти угрожающе повторил: — Почему ты медлишь? — Потому что ты дрожишь. — Тихий голос Мобиуса на мгновение отрезвил его, только чтобы мурашками пройтись по телу, когда Мобиус продолжил шептать ему на ухо. — Потому что… Ты видишь. Ты здесь. Ты отдаешься мне. Локи повернул голову, чтобы взглянуть на него. Он повернул голову и коснулся носом носа Мобиуса; а в его глазах мелькнуло понимание. А потом он отодвинул руку Мобиуса от входа в свое тело и медленно насадился на него, приподнимая таз. В его глазах будто мелькнули слезы; а может, это был отблеск синей кожи в свете фонарей ТВА, но Мобиус замер, обхватывая его под талией, с тревогой смотрел на его сжавшиеся веки и, не сдержавшись, прижался к одному из них губами. Их губы соединились. Локи еле слышно зашипел, чуть сдвигаясь, ведомый руками Мобиуса, замер на кровати и обхватил талию мужчины бедрами крепче; а ладонями зарылся в его волосы, прижимая ближе к своему лицу. Мобиус не разгонялся. Не было нужды; медленный ритм, медленные, почти лениво неспешные, но глубокие толчки, проникали внутрь Локи и заполняли его, горячили и отзывались волной возбуждения в паху. Перехваченные Мобиусом руки лишь подстегнули его, и нетерпеливо прикусив его губу, Локи вырвал несдержанный стон любовника. А потом Мобиус чуть сменил угол проникновения, вдруг проезжаясь точно по простате, сжимая ладони Локи, сплетая с ним пальцы и уже не целуя, просто делясь стонами. Деля их стоны. А Локи смотрел. Смотрел зелеными глазами, смотрел, распахнув их широко, ловил его взгляд, и каждое движение Мобиуса, отзывавшееся на его лице судорогой удовольствия он запоминал. Потому что, одно дело — не видеть друга. А другое — забыть выражение лица возлюбленного. Конец подступил медленно и накрыл их обоих почти одновременно, унося с собой напряжение последних дней. Локи устало закрыл глаза, горевшие, отвыкшие смотреть и видеть, прижимаясь к Мобиусу всем телом, а Мобиус лишь тихо вздохнул, собирая губами стон, сорвавшийся с губ чародея, переживая судороги его оргазма, оставаясь внутри него. Грея его своим теплом.

***

Локи смотрел в потолок. На потолке светились огни ТВА, чуть мигали далекие окна домов. Желтый, теплый свет, но такой далекий, мелькал то тут, то там на светлой штукатурке и цеплял отдельные предметы спальни, вдруг освещая их. Мобиус лежал рядом на животе, щекой на той же подушке, одной рукой поглаживая ладонь Локи, обернувшуюся вокруг его шеи и лежавшую на груди. Его ладонь успокоилась рядом с виском чародея и касалась его кожи, еле заметно лаская ее, еще не потерявшую своей синевы, чуть шершавую на ощупь. Будто огрубевшую от постоянного холода. Мобиус приподнялся, перехватил взгляд Локи; неосознанно проверил глаза на наличие остаточных последствий травмы. Локи молчал, благосклонно наблюдал за Мобиусом и лишь когда тот скользнул кончиками пальцев вдоль брови, почти трогая синее веко, перехватил его ладонь. — Что ты делаешь? — Изучаю. — Мобиус перехватил его руку и положил ему на грудь, успокаивая. — Интересный побочный эффект… — Не интересный. — Локи уронил Мобиуса на кровать, нависая сверху. — Скоро он пройдет, и следа не останется. Он лег обратно, теперь лишь плечом касаясь Мобиуса. Тот сел и взглянул на него, не рискуя коснуться. — Ты не можешь это скрыть? Получается, эта мазь пробила брешь в твоей иллюзии… — Я не хочу это обсуждать, Мобиус, — резко оборвал его Локи. — Если мы закончили… — Он сел. — Я думаю, что мне пора. Его ноги еще не коснулись пола, и Мобиус дотянулся до его ладони, сжимая ее. Локи вздрогнул, отвернулся, глубоко вздохнул; но руку не вырвал. — Я хочу увидеть, — тихо попросил Мобиус. Локи чуть склонил голову. — Позволь мне увидеть. Мобиус рискнул и приблизился; прижался грудью к спине Локи, закрыл глаза, целуя его в загривок и скользнул ладонью по животу, обнимая. Он ждал, и мимолетное веяние прохлады у своего лица уловил лишь, когда Локи мягко отстранился и встал, поворачиваясь к нему. Мобиус открыл глаза. В желтом, почти неоновом свете уличных огней кожа Локи отливала зеленым цветом; но зеленой она не была, и медленно встав с кровати, Мобиус подошел ближе, чтобы рассмотреть ее внимательнее. Синяя с тонкими голубыми полосами, будто видневшимися аккуратным узором венами, она темнела на губах чародея и оттеняла красный зрачок настороженных глаз. Руки Локи легли на таз Мобиуса, не подпуская его ближе, но и не отстраняя. Мобиус прикоснулся раскрытой ладонью к его груди, ощутил легкую шершавость кожи и повел выше, оглаживая шею Локи и останавливаясь под ухом. Локи медленно выдохнул. Мобиус улыбнулся, подступил ближе и прижался к нему всем телом, скользя уже обеими руками по его талии и спине и останавливаясь у лопаток. Его губы коснулись холодного виска, прошлись вдоль скулы и оставили поцелуй в уголке его рта, лишь чтобы прижаться к приоткрывшимся губам и прошептать: — Ты прекрасен. Локи закрыл глаза, прижимаясь своим лбом к его. — Ты прекрасен, — повторил Мобиус, вдруг не находя больше слов. Он зарылся пальцами в волосы Локи, и тот уткнулся в его плечо, обволакивая прохладой со всех сторон. — И ты не боишься? — спросил вдруг Локи, поднимая голову, внимательно следя за выражением лица Мобиуса. — Я боялся, когда ты мог потерять зрение. — Мобиус пожал плечами. — Я боялся, когда ты появился на Катрен. Я боюсь того, что будет, когда мы найдем варианта, но это боязнь за тебя, Локи. — Он заправил прядь его волос ему за ухо, повинуясь внутренним инстинктам. — Я не боюсь тебя. Локи чуть склонил голову, обдумывая его слова. — Ты любишь меня. — Он не заметил или решил не замечать дрожи, прошившей Мобиуса; пожал плечами и добавил. — Это очевидно. — Мобиус нахмурился, скользнул взглядом по лицу Локи. — Есть и другая очевидная вещь, — задумчиво проговорил чародей, проходясь ладонями по спине Мобиуса. — Какая же? — настороженно уточнил Мобиус, силясь найти подвох на довольном лице Локи. — Я тоже… К тебе неравнодушен. — Локи опустил голову, прошивая Мобиуса хитрым взглядом из-под длинных ресниц. — Я тебе доверяю, — пояснил он. Мобиус хмыкнул. — Только доверяешь? — уточнил он. — Этого мало? — Локи резко вскинул голову и наткнулся на озорной взгляд Мобиуса. Он чуть склонил голову, вдруг закусывая губу, и прошептал в его губы. — Ты достоин своего бога, Мобиус. — Ты все еще работаешь на меня, — в притворном недовольстве заметил Мобиус, поддаваясь ненавязчивым еще ласкам Локи. — Я все еще работаю на тебя, — легко согласился Локи, скользя влажными, прохладными губами по его шее. — Не забудь об этом в следующий раз, когда будешь в опасности, — тихо добавил он, сажая Мобиуса на кровать и плавно опускаясь сверху. Мобиус перехватил его взгляд, мягко обхватывая его подбородок, вглядываясь в него, пытаясь понять, что именно чародей хотел сказать. Я тоже… К тебе неравнодушен. Локи обхватил его ладонь, отстраняя ее от своего лица, и спросил, скрывая серьезность в мягкой улыбке: — Это так важно? Сейчас. — Нет. — Мобиус обнял его, прижал ближе, поцеловал в приоткрывшиеся ему навстречу губы; и тихие мольбы сгоравшего от желания бога стали ему лучшим признанием.