Теперь все будет иначе

Дазай с самого утра находился в бюро Вооружённого Детективного Агентства, и поначалу он действительно занимался делом, разбирая бумаги по парочке законченных дел, иногда с наигранной усталостью вздыхая. Но потом тот принялся за чтение, точнее, перечитывание своего "Путеводителя самоубийцы", покачиваясь при этом на стуле, что несколько раз чуть не стало причиной падения шатена на пол. В комнате было пустовато и довольно тихо, что в одно время нравилось суициднику, но и в другое вызывало некую скуку и даже тоску, от которых обычным-то людям застрелиться хочется, не говоря уже о Дазае. Ещё и эта малоприятная погода: завывающий в окнах, холодный ветер и небо, затянутое плотными тучами, так и норовящими испортить день людям, не прихватившим с собой на работу или учёбу зонт. Сейчас же, спустя час-два, Осаму, лёжа на диванчике, с закрытыми глазами слушал музыку в наушниках, иногда подпевая: - …двойной суицид в одиночку не совершить... И многое другое в этом же роде. Заняться эсперу всё равно было нечем, так как бумажная работа на данный момент закончилась, и никаких новых дел за день появилось, хотя кареглазый порой и чувствовал, но, разумеется, полностью игнорировал на себе недовольный взгляд Кунникиды, работающего за компьютером. Таким образом, занимаясь бездельем, Осаму и не заметил, как прошёл обед, а день медленно сменялся вечером, и как все немногочисленные агенты покинули бюро, разойдясь кто куда. Дазай, поднявшись на ноги, лениво потянулся и, вытягивая обе руки вверх и скрепляя их в замок, убрал наушники. Затем тот снял своё кофейное пальто с вешалки, надел его и покинул здание, планируя очередную попытку самоубийства, неосознанно направившись к мосту, рядом с которым его когда-то спас Ацуши. Ну, как сказать, спас. Скорее, он всё испортил, не дав "несчастному суициднику" покинуть сей бренный мир. Сегодняшний день можно было официально прозвать днем бумажной волокиты, так как за все сутки Накахара был на улице лишь два раза: сейчас, когда покидал штаб Портовой Мафии, и тогда – как не сложно догадаться – когда он шел на работу утром со всем своим энтузиазмом человека, который стал до невозможности редко высыпаться. Голова кипела, из-за чего даже мысли подолгу не могли в ней застаиваться, поэтому рыжий ни о чем не думал, и так понимая, что сейчас это будет без толку, попросту оставляя голову пустой. Никаких мыслей. Просто путь домой, что преодолевался на автомате. Темный плащ слегка подрагивал из-за порывов ветра, поэтому Чуе приходилось его придерживать одной рукой, чтобы тот вдруг не вздумал сорваться с плеч и улететь. Не имея и намека на зонт, мафиози поднял в очередной раз взгляд к серому и низкому небу, надеясь на то, что ему удастся не застать вечерний ливень в то время, как он все-еще будет находиться на улице. Пожалуй, самая быстрая дорога к дому вела через мост, который проводил на другую сторону реки, что, в свою очередь, впадала в океан; поэтому, будучи рядом с морем, парень пошел вдоль ее берега, смотря на прытко бегущую воду, из-за чего Накахару наконец-то настигло чувство морального расслабление после тяжёлого рабочего дня. Десять минут неспешной ходьбы вдоль реки, будто бы в каком-то потустороннем омуте, и уже перед глазами показался мост, который сейчас был довольно близко, поэтому, ветер слегка стих, медленнее преодолевая каменное препятствие. На улице было безлюдно, никто не мельтешил перед глазами. Со вздохом поправив шляпу, мафиози ступил на камень моста, приподнимая голову и смотря вперёд, пока взгляд не наткнулся на высокую фигуру стоящую у края переправы примерно на середине. Застыв на месте, Чуя тцыкнул, прищуриваясь, так как точно распознал профиль лица этого невыносимого человека. И именно в этот момент захотелось резко развернуться и пойти к следующему мосту, что был уже не столь близко. А все потому, что какой-то там шатенистый парень преградил дорогу и даже, что очень может быть, не заметил подошедшего сюда же Накахары. Говорить с этим чудилой совсем не хотелось, поэтому мафиози, машинально натянув козырек шляпы чуть ниже на глаза, уверенным шагом направился на другую сторону через мост, очень надеясь на то, что с ним не заведут диалог. День, казалось, стал налаживаться, но, видимо, ему не судьба остаться хорошим, так как тому поспособствовала сия встреча, точнее, даже профиль лица Осаму, на которого без ненависти-то и не посмотришь. Уж тем более, когда этот придурок свалил из Мафии, не оставив даже намека на то, что он исчез по какой-либо причине и куда-либо. Рыжий то и делал, что внушал себе мысли о том, что Дазай наконец-то покончил с собой, но, видимо, это не так. Редкие машины проезжали мимо одиноко шагающей к реке фигуры, беспечно держащей руки в карманах слегка развивающегося от нечастых, но сильных порывов ветра пальто. Где-то вдалеке сверкнула разветвляющаяся молния, на мгновение освещая улицы Йокогамы. Гром не заставил себя долго ждать, раздавшись через несколько секунд с таким оглушающим грохотом, что, казалось, окна некоторых домов тихонько затряслись, заставив спящую в переулке бродячую дворняжку чуть ли не подпрыгнуть, на пару секунд разразившись тихим лаем. Осаму же словно и не слышал грома, продолжая свою некую прогулку спокойным и неспешным шагом. Обладатель карих глаз, пребывая в каких-то своих мыслях, даже не сразу заметил, как начал приближаться к мосту, видевшему не один прыжок Дазая в реку. Пройдя по нему пару шагов и встав ближе к краю, шатен взглянул вниз, на отражающую свет стоявших поодаль фонарей водную гладь. Парень хотел было, не предаваясь особым раздумьям, прыгнуть с моста, совершив которую уже попытку самоубийства, но его остановило какое-то движение справа, замеченное Осаму на периферии зрения. Не поворачивая головы, суицидник перевёл взгляд в сторону, сразу же узнав своего бывшего напарника, чья попытка пройти быстро и незаметно вызвала слабую ухмылку на лице кареглазого. Позволив Чуе пройти мимо и отойти на один-два шага, шатен, развернувшись на каблуках и тут же сократив расстояние между собой и мафиози, вытянул руку вперёд и снял с того шляпу, через пару секунд оказавшуюся на голове Дазая. – Чего это ты, Чуя? Неужели не рад меня видеть? Что ж, пожалуй, планы на вечер кардинально поменялись: место самоубийства заняло подтрунивание над Накахарой, которое, судя по задиристости во взгляде Дазая и его слабой улыбке, обещало быть продолжительным. Погода тем временем стала поспокойнее: порывы ветра были не то, чтобы нечастыми или слабыми, они просто отсутствовали как и гром, а, следовательно, молнии так же перестали сверкать. Казалось, будто даже теплее стало. Но нависшие над городом свинцовые тучи своим видом ясно давали понять, что это лишь затишье перед бурей. Проходя мимо суицидника, все-еще стоящего на краю, парень было расслабленно выдохнул, посчитав, что Осаму его всё-таки не заметил, но уже в следующий момент почувствовал, как рыжую макушку покинул головной убор, а после раздался все тот же голос, полностью пропитанный лицемерием и фальшью, который Накахара довольно давно уже не слышал. Не оборачиваясь каких-то пару секунд назад, чувствуя, что начинает вскипать, парень стиснул зубы, после чего медленно развернулся, поднимая взгляд на шатена. – Ты что, все ещё жив? Да и с какого-то такого перепугу я должен быть тебе рад, Осаму? – Вопросительно вскинув брови, парень многозначительно посмотрел на собственную шляпу, что сейчас находилась на чужой голове. – Отдай ее сейчас же, иначе я тебе разобью лицо и ты получишь в живот так сильно, что больше никогда не разогнешься. Решив выдержать какую-то паузу для того, что бы дать возможность детективу принять правильное решение и вернуть шляпу ее хозяину, парень сложил руки в карманы брюк, чувствуя все большее и большее раздражение. – Да и ты, кажется, хотел с моста прыгнуть, вот и ныряй, я тебе не мешаю, но, если что, могу подтолкнуть. Все еще продолжая всматриваться в карие глаза, которые в ответ смотрели с высокомерием, которое Чуя отчётливо чувствовал и замечал, рыжий уже точно для себя понял, что в те пустые моменты, когда он в одиночестве пил вино, он никак не мог скучать за Дазаем, и даже сейчас его скривило от позорных и ужасных воспоминаний. – Что бы ты ни говорил, я ведь знаю, что скучаешь по времени нашей совместной работы. Не без издевательской нотки в голосе проговорил суицидник. Встретившись взглядом с небесно-голубыми глазами, в которых отчётливо читалось постепенно нарастающее раздражение, Осаму лишь продолжал ухмыляться, а на угрозы Чуи тот демонстративно поправил его шляпу у себя на голове, поставив своей задачей довести мафиози до точки кипения. – Ох, тут нужно будет действовать в обратной последовательности: сначала удар в живот, ведь, если я не наклонюсь, до лица ты просто-напросто не дотянешься. Подобные шутки явно могли гарантировать Дазаю с вероятностью более пятидесяти процентов визит в больницу с парочкой сломанных рёбер, но осознание этого абсолютно не останавливало шатена, словно наоборот вызывая желание ещё больше злить своего бывшего напарника, наблюдая за тем, как на его лице лёгкое недовольство сменяется яростью. На миг снова посмотрев в воду, шатен медленно снял чужой головной убор. – Можешь не переживать, Чуя, я-то прыгну. Дазай вернул обратно на собеседника свой взгляд, по которому сразу можно было понять, что парень что-то задумал, что-то, что придётся не по нраву рыжеволосому, но развлечёт самого детектива. Когда Осаму вытянул руку, в которой держал шляпу, над головой мафиози, казалось, что тот хочет вернуть элемент одежды своему законному владельцу, но вместо этого вместо этого мизинец шатена практически неощутимо коснулся кончика уха Накахары, чего хватило парню, дабы использовать свою способность, лишая Чую временно подобной возможности. – Вот только ты мне не позволишь. После этих слов, обладатель карих глаз с довольной улыбкой на лице моментально подошёл к краю моста, встав к нему спиной, и поднял вверх руку, в которой держал головной убор. В следующий миг Дазай, оперевшись на пятки и смещая центр тяжести, начал медленно наклоняться назад, что спровоцировало его падение с моста. Он просто не оставил голубоглазому иного выбора, кроме как спасти его, а, следовательно, и вернуть свою шляпу, до которой тот, имея и более высокий рост, не дотянулся бы, а манипуляция гравитацией, увы, сейчас ему недоступна.