Теперь все будет иначе

Даже не став отвечать на первую фразу, которую выдал Дазай, парень лишь сильнее нахмурился, стискивая руки в кулаки, которые все ещё были в карманах. Ведь, действительно, отрицай не отрицай, Осаму останется стоять на своем и его уже никак не переубедить, если он вдруг что-то вбил себе в голову. Взгляд безвольно блуждал по чужим чертам лица, будто бы рассматривая его в деталях и с неким интересом: изменилось ли что с момента их последней встречи. Но, нет. Все осталось, как есть. Каждая складка на чужом лице раздражала одним своим видом, чего стоит только его издевательская улыбочка. И эти глаза, по которым нельзя прочесть настоящих намерений шатена. Весь он был насквозь пропитан чем-то, что вызывало приступ ненависти от одного только мимолётного взгляда. Вдруг вновь раздался чужой голос, что обычным своим тоном ответил на вполне реальные угрозы, которые, кажется, ничуть его не пугали. Раздражение и вправду теперь стало выползать за "рамки", выходя на новую стадию гнева. В какой-то момент Накахара дёрнулся, что бы выполнить обещанное и избить наглого самоубийцу, но тут же замер, видя, что тот снял шляпу с себя, чтобы надеть ее на рыжую макушку вновь. Так и не почувствовав того, как коснулся головной убор собственных волос, но зато ощутив применение чужой способности, Накахара насторожился, видя, как Дазай стремительно отошёл к краю моста, все ещё держа шляпу в своей руке. – ..Дазай! – рыкнув чужое имя, парень прерывисто выдохнул, ощущая огромное желание убить детектива собственноручно и прямо сейчас. А ещё это твердое утверждение того, что Чуя не позволит тому утопиться... Да, ведь это правда. Видя, как парень с лицом полным самодовольства решительно склоняется назад, все ещё держа шляпу да ещё и так, что бы до нее никак нельзя было дотянуться, мафиози резко срывается с места, в последний момент ловя того за грудки, стискивая воротник чужой рубашки до хруста ткани и с силой рванул на себя, заставляя Осаму выгнуться в другую сторону и не упасть в воду, забрав шляпу с собой в реку. Не отпуская чужой одежды, Чуя насильно наклонил того к себе, что бы их лица были на одном уровне, после чего, чувствуя себя вулканом, который вот-вот взорвется, потянулся за шляпой, пользуясь ситуацией и положением. – Я тебя прикончу, – прошипев это голосом, полным искренней ненависти в лицо шатена, парню в этот момент очень захотел сломать чужой нос. Когда до самоубийцы донеслось его же имя, сорвавшееся с уст Накахары, тот не без лёгкого удивления подметил для себя, что громе гнева в голосе послышалось что-то ещё. Из-за волнения на счёт шляпы? Да нет, маловероятно, так как оно переросло в ту же злость. Ну, с уверенностью можно сказать, что незамеченным это Дазай не оставит. Падая назад, шатен прикрыл глаза и решил поддаться тому, хоть и секундному, но какому-никакому чувству полёта. Правда, уже практически приняв горизонтальное положение, Дазай не удержался и приподнял веки, направив взгляд на своего подбегающего бывшего напарника, вглядываясь в его лицо. Признаться, в душе он ликовал своей этой проделке. Когда Чуя, держа суицидника за ворот, притянул того вниз, он мог почувствовать, что Осаму даже не сопротивлялся ему. – "Дазай"? – передразнивая рыжеволосого и повторяя его тон, спросил шатен, одарив собеседника ещё более самодовольной и наглой улыбкой, – Что это было, а, Чуя? Да и у тебя только что был шанс лицезреть мою смерть, не прилагая при этом никаких усилий. Течение тут не сильное, вода, можно сказать, прозрачная, так что, как только бы я умер, ты бы смог достать шляпу и просто высушить её. Новую угрозу мафиози кареглазый пронёс мимо ушей, резко переведя взгляд в сторону на мокрое пятнышко, появившееся меньше секунды назад на поверхности моста. За ним последовало ещё одно, и ещё, и ещё. Начавшийся мелкий дождик моментально набирал обороты, стремясь поскорее обрушиться на город мощным ливнем. Ветер вновь вернулся: на этот раз он был гораздо сильнее. Плащ голубоглазого, как и пальто детектива, яростно развевался, а шляпа, которую Дазай всё держал в руке, слабо подрагивала. Ощущая внутри себя бушующее недовольство и глубочайшее раздражение, Накахара, вновь слыша голос Дазая, стал злиться только сильнее, тем более из-за того, как этот чертов манипулятор переворачивает все действия Чуи на свой собственный лад. Кулак левой руки, который сейчас не сдерживал одежду Осаму и был свободен, прилетел в чужое лицо сбоку, возможно, даже на полном автомате действий. Очень серьезных последствий после этого удара точно не будет, но, как минимум, фингал останется. Тцыкнув и встряхнув того, все ещё продолжая держать за грудки, рыжеволосый прищурился, глядя в чужие глаза. – Что это было? Это было огромное нежелание нырять из-за какого-то суицидального придурка в реку, чтобы достать свою вещь. Мне совсем не хотелось и не хочется слечь в постель из-за того, что я, идя домой полностью промокший и вылезший из ледяной воды, заболею! Тебе теперь ясно, Дазай?! – взявшись за собственную шляпу, которая сейчас была в досягаемости, парень ее слегка дёрнул, но ощутил, что Осаму всё ещё ее держит, а забирать с чужих рук силой, что бы случайно порвать головной убор, желания не было. – Отпусти ее. Разжав сдерживающую воротник рубашки руку, парень легко встряхнул ею, пряча в карман брюк. Вдруг, на нос приземлилась холодная дождевая капля, а следом за ней по камню моста застучало миллион таких же, постепенно перерастающих в ливень и в настоящую бурю, что сейчас только набирала обороты. А ведь если бы не этот несчастный шатен, мафиози бы успел дойти до дома сухим и не промокнуть! Ощутив резкую боль от удара по лицу, обладатель карих глаз по инерции повернул голову в бок, слегка опустив вниз, и так и замер в подобном положении. Несколько прядей волос упали тому на глаза, не позволяя Чуе полностью увидеть до сих пор наглую и ухмыляющуюся физиономию Дазая. Его правая щека начала стремительно краснеть и далеко не приятное покалывание сменилось некоторым жжением из-за прилива крови. Ну, не сказать, что шатен не ожидал подобного поворота событий, даже наоборот — он чуть ли не ждал этого, хоть и думал, что удар окажется чуть сильнее. Всё то время, которое мафиози говорил, Осаму молча слушал его, повернув голову обратно, слегка тряхнув ею в бок, дабы скинуть подобным образом вьющиеся к концам волосы с лица. Взгляд его ничуть не изменился, казалось даже, что он стал только насмешливее и победнее. Суицидник, наигранно протянувшись, мол спина затекла, сразу же выпрямился в полный рост, когда рыжеволосый отпустил ворот его рубашки. Посмотрев по сторонам, детектив, явно проигнорировав требование Накахары, на полсекунды задумался, как вдруг посмотрел на собеседника снова так, словно что-то задумал. – В отличии от меня, ты же, насколько я помню, не далеко живёшь? – тихо спросил тот, наблюдая за мафиози и зная, что он понимает к чему кареглазый клонит, – Надеюсь, ты не просто уйдёшь, оставив меня мёрзнуть? Не без хитрой ухмылки Дазай всё же расслабил ладонь, в которой держал шляпу, позволяя своему бывшему напарнику вернуть её себе. Всматриваясь в чужое лицо, правая сторона которого налилась красным цветом из-за недавнего удара, парень фыркнул, замечая, что Дазай совершенно его не слушал, хоть и сам вывел на диалог. Та тишина, которая на пару секунд повисла в воздухе, не была столь напряжённой, как могла бы быть в иной ситуации, если бы звук дождя не отвлекал. Но, вот Осаму вновь открыл рот, своими словами явно намекая на то, что бы Чуя любезно пригласил того к себе в гости. Буквально опешив от такого поворота событий, рыжий уставился на детектива, словно на дурака, который только что сморозил очередную чушь. Откуда только этот суицидник набрался такой наглости и самоуверенности?? Когда же темные кудрявые волосы собеседника стали наливаться дождевой влагой, Накахара поморщился, понимая, что и сам точно также сейчас промокает, поэтому, когда почувствовал расслабление бинтованной руки, что до этого держала шляпу, резко забрал головной убор, тут же усаживая его у себя на голове. Взгляд голубых глаз с подозрением прошёлся по высокой фигуре шатена, после чего Чуя скрестил руки на груди, в пренебрежительном жесте вскидывая брови. – И с чего это ты взял, что я не смогу просто уйти и оставить тебя, как ты выразился, мёрзнуть? Сощурив глаза, мафиози вновь оглядел того, поджидая новой выходки. Ведь, по сути, не просто же так Дазай упомянул об этом с таким самодовольным и уверенным лицом, ведь знает, что Чуя ему в любом случае откажет, не будь у него действительно очень веской причины пригласить к себе бывшего напарника. Видя реакцию голубоглазого на свои слова, Осаму невольно усмехнулся. Наверно, услышать что-то подобное от шатена Чуя ну вот никак не ожидал, оно и ясно: мягко говоря, неприязнь этой парочки друг к другу была видна невооруженным взглядом, чуть ли не ощущаясь в воздухе, несмотря на то, что Дазай, как обычно, всем своим видом олицетворял беспечность, некую игривость – если это можно так назвать – и самоуверенность не без нотки высокомерия. Чувствуя, как стекающие с волос капли дождя падают за воротник рубашки, прямиком на обматывающие шею бинты, суицидник незаметно поёжился, подняв одну руку и потирая тыльную сторону шеи. После вопроса мафиози, лицо обладателя карих глаз, не взирая на присутствие хитроватой полу-улыбки, заметно посерьёзнело. – У меня есть довольно ценная для мафии наводка. Не громко проговорил тот, каким-то неопределённым тоном. Чуя, зная детектива, скорее всего понимал, что тот не блефовал. Действительно, Дазай обладал информацией о некотором важном грузе, хоть и не проверенной, но, если она достоверна, парень не сомневался — он один из немногих, кто знает об этом. – Кроме того, насколько мне известно, у мафии сейчас всё, мягко говоря, не очень гладко: ВДА сорвало три ваши последние попытки кражи оружия, и какое-нибудь "прибыльное дельце" ну явно лишним не будет. Я же прав, Чуя? Сейчас же серьезность на лице шатена уступала место гордому, самодовольному выражению, хотя, пожалуй, этим качествам удалось смешаться и ужиться всем вместе на физиономии самоубийцы. Он же сам, убрав руки в карманы, медленно, явно ожидая, когда мафиози последует за ним, двинулся с места, сходя с моста, явно готовясь переждать уже метавшую во всю молнии бурю дома у своего бывшего напарника. – Сейчас даже не заводи вопросы по этой теме, наверняка же знаешь, что я не отвечу. Да. Чуя оказался прав. У Дазая появились свои собственные планы, по которым будет играть и Мафия. Слова о ценной наводке были слишком сладки, как очень и очень заманчивая приманка, от которой будет глупо отказываться. И Накахара не сможет этого сделать. Видя лицо шатена, что переменилось в прохладную серьезность, рыжеволосый насторожился ещё сильнее, так как ему далеко ни раз приходилось видеть это выражение ранее. В такие моменты Осаму уже точно знал, что будет дальше, подстраивая абсолютно всех танцевать под свою дудку. Это заставило ещё больше насторожиться. – ..И какая только тебе выгода с того, что поможешь Портовой Мафии? – спросив это приглушенно и риторически, так как понимал, что тот в любом случае не ответит, по крайней мере прямо и правдиво, Накахара тцыкнул языком, признавая правоту Дазая и в следующих его словах о том, что дела в преступной организации шли не очень. Какое-то время Чуя не двигался с места, лишь смотря вслед удаляющейся спине в промокшем бежевом пальто. Глубоко вздохнув, мафиози взялся одной рукой за козырек шляпы перед глазами, другую руку все ещё держа в кармане. Быстрым шагом догнав темноволосого, парень чуть притормозил, когда сравнялся с тем по шагу, кинув острый и пронзительный взгляд вверх, на Дазая, не оборачивая головы. – Не держи меня за круглого дурака. Я прекрасно знаю, что подобные темы на улице не обсуждаются. Сказав это твердым голосом, недовольным из-за того, что ему вновь приходится играть по правилам бывшего напарника, снова ускорил шаг, обгоняя детектива, но через пару шагов, не оборачиваясь, кинул: – Пошевеливайся, Осаму. На вопрос Накахары кареглазый, разумеется, ответа не дал, хоть и думал было ляпнуть: "С Портовой Мафией разбираться гораздо интересней" – но передумал, потому что, во-первых, это может дать рыжеволосому больше поводов подозревать Дазая в какого-либо рода подставе, во-вторых, подобная фраза покажет, что, возможно, о грузе прознает кто-нибудь ещё, в чём детектив, на самом деле, сильно сомневался. Осаму, постепенно отдаляясь от моста и замеревшего на нём Накахары, понял, что ему очень даже повезло встретить своего бывшего напарника, не только из-за возможности переждать непогоду у него, но и из-за кардинального более выгодного для ВДА изменения плана, связанного с этим грузом. За пролетевшие минуты шатен, конечно, не все мелочи просчитал, но для этого ещё будет время; да и всю картину в целом он представлял, если только ничего не пойдёт не так, сильно отклоняясь от его предположений. – Ну кто тебя знает, Чуя. С улыбкой произнёс самоубийца, опуская насмешливый взгляд на мафиози, нагоняя и, начиная мёрзнуть, даже немного перегоняя его и желая ответить на последние слова провокацией, и, хоть Осаму и чувствовал, так сказать, власть, увеличивающую его наглость, поскольку обладал важной информацией, но всё же решил сбавить обороты, позволив мафиози остаток дороги пройти в тишине. Ну, не считая шума разбивающихся о землю капель дождя и грома, постепенно раздающегося с всё большей частотой. Правда, наверняка, придя к Чуе домой, шатен заставит того ни раз пожалеть о том, что позволил пойти бывшему мафиози вместе с ним. Когда впереди вновь показалась спина Дазая, который обогнал мафиози, парень, не желая бегать с тем на перегонки, лишь закатил глаза, не увеличивая собственного темпа. Вся одежда уже полностью прилипла к телу, создавая жутко неприятное ощущение, да и еще озноб, что проходится мурашками по коже, не придавал более приятных чувств. Как же сильно хотелось поскорее переодеться, скинуть с себя мокрые вещи, из которых только воду ведрами и выжимать. Недовольно глядя то на сверкающие в небе молнии, то на идущего впереди суицидника, Накахара шмыгнул носом. Ну вот, пожалуйста. Простуды уже точно не миновать. Всю дорогу до дома Чуя наслаждался благостным молчанием впереди идущего, впитывая в себя эти моменты спокойствия, будто бы они были последними в жизни мафиози. Спустя каких-то семь минут быстрого шага под ливнем, оба промокших до костей парня прошли к их точке назначения. Было не ясно, стоило ли удивляться тому, что Осаму прекрасно помнил дорогу к дому Чуи? Тем не менее, хоть и подобные мысли промелькнули в рыжей голове, ее обладатель не подал виду, доставая ключи и ими же открывая дверь, ведущую в подъезд. Уже там, на пятом этаже, мафиози, пару раз ругнувшись из-за того, что в потемках не с первого раза вставил ключи в замочную скважину, Чуя раздраженно распахнул дверь трехкомнатной квартиры, заходя в "апартаменты" первым, не позволяя это сделать Дазаю. Скинув с себя пальто, короткий пиджак и обувь у входа, теперь оставаясь лишь в рубашке, поверх которой была жилетка, парень сделал пару шагов внутрь коридора, после оборачиваясь назад и смотря на "гостя". Во взгляде голубых глаз явно читался некий вызов и чувство глубокого одолжения. Как же, все таки, много времени прошло с того момента, как шатен появлялся здесь в последний раз. – Снимай обувь и пройдем на кухню. Там поговорим. Взгляд Осаму почти всю дорогу был направлен вверх, на затянутое тёмными тучами небо, иногда перескакивая на не частые, проезжающие вдали машины. Кареглазый не единожды поднимал руку к волосам, дабы провести ладонью по насквозь промокшей чёлке, убирая её с лица. В один момент тот слабо повернул голову к Накахаре, услышав, как он шмыгнул носом, хоть этот звук почти сливался с шумом дождя. Взгляд шатена был удивительно серьезным, можно было даже решить, что он беспокоится за мафиози, но, по факту, Чуя просто был частью его плана, и в ближайшие дни детективу хотелось бы видеть его здоровым. Наконец оказавшись перед дверью в апартаменты рыжеволосого, Осаму усмехнулся над тем, как тот стремился перейти порог раньше кареглазого. Пройдя в коридор и закрыв за собой дверь, Дазай, осмотревшись, испытал некую ностальгию, слабо улыбнувшись самому себе. Затем шатен, следуя примеру хозяина квартиры, снял с себя пальто и обувь. В который раз проводя рукой по волосам, детектив посмотрел на Чую, отвечая на его взгляд самодовольной ухмылкой, но при этом он — удивительно — ничего не сказал, молча пройдя на кухню, естественно, не забыв в какой части апартаментов та находится. Там он сразу же сел за небольшой стол и, дождавшись голубоглазого, не без задиристости и издевательского огонька во взгляде, посмотрел на него. Осаму обязательно расскажет своему бывшему напарнику о грузе, но, перед этим, почему бы не поиздеваться? – Знаешь, Чуя, я ведь сказал, что располагаю полезной информацией, но ни одного слова о том, что я поделюсь ею с тобой, не было. Кареглазый не сомневался: Накахара медленно закипал, явно желая вновь врезать бывшему мафиози, но гораздо сильнее, чем в прошлый раз. Конечно, подобные мысли вызывали у Дазая лишь самодовольную улыбку, не более.