По ту сторону игры

— Ясно одно: через дверь мы теперь не выйдем — серьезным тоном произнесла Элфорд.        — А как выйдем? — обеспокоенно спросила Ивасаки, судорожно оглядываясь по сторонам. Конечно, до этого ей уже приходилось выполнять различные задания по поручению дяди, но на них она всегда была в сопровождении нескольких человек, которыми при случае можно было бы пожертвовать. Да и одно дело влезать в дом к незнакомым людям и совсем другое — в дом своего одноклассника. Причем не простого одноклассника, а одноклассника, отец которого шеф японской полиции. Первое правило преступника — не связывайся с людьми, с которыми ты непосредственно знаком, потому что через них на тебя проще всего выйти.        — Ты помнишь, что я говорила тебе перед выходом? — спросила Фейт, глядя в глаза Ацуко.        — Если ситуация выходит из-под контроля — делать, что ты говоришь и не задавать вопросов, — отчеканила Ивасаки.        — Молодец, а теперь быстро вспоминай, каких предметов у вас в школе не было сегодня, но были вчера.        — Какое это имеет..? — не успела закончить вопрос Ацуко, как тут же поймала на себе гневный взгляд Элфорд. — Точно, никаких вопросов. Английский, да. Вчера был, а сегодня нет, он три раза в неделю.        — Отлично, — ответила Фейт, и схватив с полки учебник по английскому языку, полезла прятаться под кровать. — Залезай сюда.        Под кроватью под пристальным наблюдением Ивасаки Элфорд достала из своей сумки ручку и маленький листок бумаги. Затем она протянула их своей подчиненной и велела написать несколько слов. На этот раз Ацуко молча сделала все, что велела ее начальница, после чего та вложила сложенную вчетверо записку в учебник.        — Когда нас найдут, молчи, говорить буду я. И никаких эмоций, иначе ты нас выдашь, — шепотом сказала Фейт, и вместе с Ацуко стала ждать появления незваных гостей.        Лежа под кроватью вместе со своей начальницей, Ивасаки отметила, что в комнате Лайта даже под кроватью было чисто. Поймав себя на этой мысли, она поморщилась. В данной ситуации количество пыли под кроватью ее одноклассника — последнее, о чем следовало бы думать. Через несколько минут прячущиеся под кроватью домушницы увидели в дверях черные лакированные ботинки одного из мужчин.        — Гляньте-ка, этот парень явно хочет знать, что к нему в комнату входили, — сказал тот, поднимая с пола выпавшую из двери бумажку. После чего на пол рядом с ботинками приземлился серый чемодан. Фейт сразу же отметила про себя не свойственную обывателям наблюдательность «лакированных ботинок». Мужчина открыл кейс и извлек оттуда несколько небольших камер. Затем он начал устанавливать устройства слежения по всей комнате так, чтобы в ней не осталось ни единой слепой зоны.        — «Неужели мы где-то прокололись, и нас вычислили», — вертелась в голове девушек одна и та же тревожная мысль.        Ацуко с Фейт насчитали около пятидесяти камер, когда мужчина опустился вниз, чтобы установить новые и встретился взглядом с прятавшимися под кроватью преступницами. Пару секунд он просто недоуменно смотрел на них, но после очнулся и позвал остальных по спрятанной в пиджаке рации.        В комнату Лайта вошли двое оставшихся мужчин. Элфорд и Ивасаки все еще прятались под кроватью, находясь в ожидании дальнейших действий незваных гостей.        — Вылезайте, — строго сказал седовласый, который судя по всему был главным среди них троих.        Сердце Ацуко начало бешено колотится, а картинка в глазах начала мутнеть. Вдруг она почувствовала, что Фейт схватила ее за руку. Этот незначительный жест привел девушку в чувство. Она не одна, она с главой одной из крупнейших мировых преступных группировок, так что беспокоиться не о чем.        Девушки выбрались из своего укрытия и начали отряхивать пыль с одежды.        — Кто вы, и что здесь делаете? — продолжил мужчина, внимательно рассматривая Фейт и Ацуко.        Закончив чистить одежду, Фейт сразу же поклонилась и начала тараторить не своим голосом: — Мы просим прощения, это какое-то недоразумение! Понимаете, мы пробрались сюда, чтобы забрать это, — Элфорд помахала наскоро написанной запиской. — Нам с Ацуко-тян очень нужно было забрать ее. Это вопрос жизни и смерти!        — Дайте сюда, — сказал мужчина, и забрал клочок бумаги из рук пищащей Фейт. В записке значился текст следующего содержания: «Ты мне очень нравишься», а также куча сердечек вокруг надписи.        — Ацуко случайно перепутала учебники, и вложила записку в учебник Лайта! А она терпеть не может Лайта, а если бы он нашел записку, то репутации Ацуко-тян пришел бы конец, понимаете! Мы честно не хотели вламываться в чужой дом, просто нам очень нужно было забрать эту бумажку из учебника Лайта, пока он в школе! — продолжала лепетать Элфорд. Стоявшая рядом Ацуко начала краснеть, чем только подыгрывала истории, выдуманной её начальницей.        — Так, понятно, значит вы одноклассницы Лайта Ягами? — уточнил мужчина, потирая переносицу, Фейт явно успела утомить его своей писклявой тирадой.        — Не совсем, Ацуко-тян и Лайт учатся в одном классе, а я подруга Ацуко, Фрея Адамс, учусь в Токийском университете, на первом курсе.        — Позвольте усомниться, девушки, — скептически ответил седовласый. — Мы должны проверить ваши слова. Жестом он дал указание одному из своих подчиненных, и тот открыл ноутбук и начал что-то в нем искать.        — Простите, сэр, но я студентка по обмену, и учусь на юридическом факультете. Вы сами не представились нам, и, прошу заметить, что мы с Ацуко видели, как Ваши подчиненные устанавливали камеры в этой комнате. Разве это не нарушение прав человека?! Мы обо всем доложим в полицию! — еще более визгливым голосом возмутилась Фейт.        — Да, между прочим, вы также находитесь в чужом доме. Насколько я знаю, отец Лайта — шеф полиции, Ягами Соитиро. Он знает о том, что вы установили камеры в комнате его сына? Кто вы вообще такие? — поддержала «подругу» молчавшая до этого момента Ивасаки.        — Извините, но свое имя я назвать вам не могу, девушки. А сейчас дайте мне минуту, я должен кое-кому позвонить, — ответил мужчина, и вышел из комнаты.        — Учтите, я знаю свои права! — обратилась Элфорд к двум оставшимся. Те лишь старались не реагировать на визги девушки и молча ждали своего босса.        Через пару минут тот вернулся и сказал: — Он сказал, чтобы мы их отпустили, — отчеканил пожилой мужчина, после чего повернулся к девушкам. — Что касается вас, то договариваемся так: вы не видели нас, а мы — вас. Вы, юная леди, раз учитесь на юридическом факультете, должны понимать, что взлом и проникновение — это уголовно наказуемое деяние в японском праве, так что в ваших же интересах ничего не рассказывать об увиденном здесь. Все понятно?        — Так точно! — пискнула Фейт.        — Спасибо, мы уже уходим, — закончила Ацуко и вместе с Элфорд поспешила к выходу из дома Ягами.        Убедившись, что за ними нет хвоста, девушки вздохнули с облегчением. К сожалению, миссию они не выполнили, они не успели закончить проверку компьютера Ягами-младшего, но все же поиски были не напрасными: в компьютере Ягами Соитиро Фейт нашла косвенные следы взлома.        — Если базу данных полиции и взламывали, то этот хакер умеет заметать следы, напрямую нельзя ни отследить взломщика, ни доказать, что взлом действительно был. Те же ошибки кода, которые я нашла, можно без проблем списать на баги самой системы, компьютер же довольно старенький, — рассказала Элфорд своей подчиненной, когда те пересекли порог их дома.        — Ну это же лучше, чем ничего? — пыталась подбодрить её Ацуко.        — Наверное, — вздохнула Фейт и, на ходу скинув кроссовки, упала на диван. — Меня теперь гораздо больше интересуют те шестерки, которые застукали нас в доме Ягами. Не похоже было, что они туда пригнали по наши души, да и на полицейских они не похожи, скорее на агентов. К тому же, вряд ли бы Ягами Соитиро позволил бы понатыкать столько камер в комнате своего сына.        — Может, это были люди Эл?        — Не думаю, иначе бы нас не отпустили бы так легко, — ответила Элфорд и прикрыла глаза. — Или Эл все-таки не такой уж гений.        — Не знаю, ты такой спектакль разыграла. Даже я в какой-то момент начала тебе верить, — усмехнулась Ацуко, наливая себе воду. — Если бы они действительно полезли проверять документы…        — То они бы убедились в том, что Фрея Адамс действительно учится в Токийском университете на юридическом факультете, — закончила предложение Фейт и полезла в свою сумку, которую до этого кинула в противоположный угол дивана. — Можешь убедиться.        Порывшись немного в сумке, Элфорд извлекла оттуда студенческий билет с фотографией, соответствующей своему текущему образу и протянула Ацуко. Забрав карточку у начальницы, та начала внимательно ее разглядывать. С фотографии на нее смотрела русоволосая кареглазая девушка, которая сейчас лежала на диване, закинув ноги на спинку и самодовольно улыбаясь. Про себя Ацуко отметила, что Фейт не только меняла парики и цветные линзы, но также и черты лица при помощи макияжа, и даже тембр голоса и манеру поведения. Если бы она не общалась подолгу с главой RAF в ее истинном обличии, то ни за что бы не подумала, что эти две девушки на самом деле — один и тот же человек.        — Так вот почему нас отпустили так быстро, ты почти что не лгала им, — изумленно выпалила Ацуко.        — Типа того. Запомни, если хочешь лгать убедительно, твоя ложь должна подкрепляться правдивыми фактами. Чем больше правдивых деталей, тем проще примешать туда откровенную ложь. Овации оставь при себе, я устала, — зевнула Элфорд и, прикрыв глаза, тут же задремала.        — «И все-таки она настоящий профессионал», — подумала Ивасаки и едва заметно улыбнулась.              

***

       Эл сидел перед монитором ноутбука, поджав ноги под себя. Пару часов назад он отпустил участников группы расследования и отправил группу агентов устанавливать камеры и подслушивающие устройства в дома семей Ягами и Китамура. Сейчас же он изучал доклады агентов из США. Из их отчетов следовало, что RAF, глав которого он почти поймал два года назад, начал расширяться и вступил в сговор с Арахной, не менее крупной преступной группировкой, занимающейся в основном заказными убийствами, шантажом и грабежом в особо крупных размерах. Для RAF такие действия были максимально нетипичны.        Прямых доказательств не было, но интуиция подсказывала детективу, что это все непосредственно относятся к делу Киры, а потому стоит продолжить слежку за этой организацией. Во время чтения очередного письма в комнату вошел Ватари и протянул Эл мобильный телефон. Детектив вопросительно посмотрел на своего пожилого помощника.        — Это агент Картер, у них возникла проблема в доме Ягами, — коротко изложил причину звонка Ватари.        Эл взял трубку двумя пальцами и поднес к уху:        — Эл, это агент Картер. Во время установки камер в доме Ягами, мы обнаружили там двух девушек. Одна из них одноклассница Ягами Лайта, а вторая, студентка, представилась подругой первой. Спенсер нашел данные по ним, кажется, что они говорят правду, но мы не знаем, что с ними делать. Они видели, как мы устанавливали камеры в комнате младшего Ягами, и эта студентка вопит, что доложит обо всем в полицию.        На мониторе детектива появилось письмо с полной сводкой документов обеих девушек. Первая, Ацуко Ивасаки, действительно была школьницей, круглой отличницей, но при этом имела большое количество жалоб на поведение. Вторая девушка, Фрейя Адамс, была первокурсницей юридического факультета Токийского университета. Она приехала из США и учится в Японии по обмену, живет в общежитии. Детектив прикусил большой палец.        — «Кира объявляет мне войну. Тем временем Арахна в США, которая уже давно пытается меня убрать, договаривается о сотрудничестве с RAF, у глав которого со мной личные счеты. Теперь в доме главного подозреваемого по делу Киры случайно оказывается студентка из США. Совпадение?» — размышлял детектив.        — Эл, так что нам делать с ними? — переспросил агент, все еще висящий на проводе с детективом.        — Отпустите, — коротко ответил Эл, завершил звонок и вернул телефон Ватари.        — Ватари, нам нужно срочно перебраться в другой отель, — обратился к своему помощнику детектив.              

***

       После школы Лайт вернулся домой. Удивившись, что замок закрыт, он вошел в дом и сказал:        — Я вернулся! — ответа не последовало, поэтому Ягами разулся и молча поднялся в свою комнату.        Там он прилег на несколько секунд прилег на кровать, после чего резко вскочил на ноги и подошел к шкафу. Сменив бежевый школьный пиджак на светло-серую куртку, он вышел из комнаты и, присев на корточки, вернул на место маленькую бумажку, которая служила своеобразной сигнализацией. Зажатая между дверью и дверным косяком, она позволяла Лайту понять, заходил ли кто-то в его комнату или нет.        Тем временем за всеми действиями парня пристально наблюдали две пары глаз.        — Но, не может быть! Зачем такие предосторожности? В его комнате есть что-то такое, что он от нас прячет? — удивился Ягами Соитиро, смотрящий на сына через мониторы.        — Ему же только семнадцать, поэтому в этом нет ничего странного. Я тоже не люблю, когда входят в мою комнату, — ответил Эл, сидящий рядом с шефом полиции. — Вы рассказывали ему о расследовании?        — Никогда, — тут же ответил Ягами-старший. — Он знает лишь то, о чем всем известно. К тому же в последнее время я редко бываю дома, а когда прихожу — сразу ложусь спать.        — Я так и думал, — ответил детектив куда-то в пустоту.        Тем временем Лайт вернулся домой после непродолжительной прогулки со свертком из книжного магазина. Поднявшись в свою комнату и вновь удостоверившись, что бумажка в двери на месте, Ягами-младший распаковал свою покупку. Ей оказались несколько порно-журналов, которые он сложил в полый муляж книги и поставил на полку. Один из журналов Лайт прятать не стал, а сразу же лег с ним на кровать и начал разглядывать.        — Мой серьезный сын смотрит такие журналы?! — опешил Соитиро, продолжавший наблюдать за сыном через монитор.        — Это нормально для его возраста, — ответил Эл. — Но мне кажется, он всем своим видом хочет показать, что следил за тем, входил кто-то в его комнату или нет. Именно поэтому у него есть такие журналы.        — На что ты намекаешь, Рюдзаки? Ты подозреваешь моего сына?        — Пока что подозреваю, поэтому и установил прослушивающие устройства и камеры в вашем доме, — ответил детектив.        Пролистав журнал до середины, Ягами поднялся с кровати с лицом будто он прочитал очередной том Кафки.        — Опять я купился на обложку, — вздохнул Лайт и вернул журнал в тайник.        Через пару минут его младшая сестра Саю позвала его ужинать. Спустившись вниз, Лайт присоединился к матери за столом, в то время как девочка, сидя вплотную к телевизору, восторгалась актером мелодрамы Рьюгой Хидеки.        — Аизава, скажи, в семье Китамура сейчас смотрят телевизор? — спросил Эл, продолжавший наблюдение за семьей Ягами.        Получив утвердительный ответ, детектив поручил Ватари позвонить на телеканал и передать подготовленное им сообщение. Через пару минут на экране телевизора в доме Ягами появилось следующее: «Интерпол принял решение послать в Японию полторы тысячи агентов из развитых стран для расследования дела Киры».        — Целых полторы тысячи человек, ого, — удивилась Саю.        — Сплошные дураки в этом Интерполе, — сказал Лайт. — Какой смысл объявлять об этом? Если хотят послать, пусть посылают, но зачем же оповещать об этом заранее? Даже агенты ФБР, миссия которых была строго засекречена, в итоге были убиты. Ситуация просто повторится. Эта новость — просто уловка полиции, чтобы Кира занервничал и чем-то выдал себя. Но ведь Кира умен, и быстро обо всем догадается.        Услышав слова Лайта, Эл прикусил большой палец.        — Ваш сын неглуп, между прочим, — сказал детектив.        — Да, неглуп, — растерянно ответил Соитиро.        Спустя пару часов в комнату вновь пришел Ватари. Пожилой мужчина держал в руке вечерний отчет полиции.        — Что случилось, Ватари?        — Только что от сердечного приступа во время допроса скончался банковский служащий, подозреваемый в мошенничестве, а в полиции умер карманник, тоже от сердечного приступа. О них сообщали в девятичасовых новостях.        — Это Кира! — подскочил со своего места шеф полиции.        — Господин Ягами, в это время ваши жена и дочь смотрели по телевизору сериал, а когда он закончился, они выключили его и больше не включали. Ваш сын с девятнадцати тридцати по настоящее время готовится к экзаменам в своей комнате. Кира должен видеть лицо и знать имя человека. Тот, кто не смотрел новости не смог бы убить этих людей. Так? — размышлял вслух детектив, продолжая внимательно наблюдать за Лайтом через камеры.        — Значит моя семья явно вне подозрений? — с надеждой спросил Ягами-старший.        — Сегодня Кира убил двоих мелких преступников как только информация о них попала в эфир. Мы всего один день наблюдаем за вашей семьей, но похоже ваших родных нам не в чем подозревать, — заключил Эл, продолжая задумчиво смотреть куда-то сквозь экран.